А если...?

      В Катманду наступила ночь. На Камар-Тадж опустилась тьма, лишь двое его жителей бодрствовали. ТойЗэд, за ненадобностью сна, занималась своими делами, не подозревая, что горячо любимая ею женщина сейчас лежит, и сон к ней не идёт. Древнюю посещали тревожные мысли о прошлом. Она ворочалась, но стоило закрыть глаза, как перед ней представала ТойЗ. Старейшина встала с постели, вышла из комнаты и пошла по коридорчику. — Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем... — вздыхая, на манер тягучей песни говорила ТойЗ.       В её комнату никогда не заходил никто, кроме неё самой и, как-то было один раз, Древней. На стенах висели красочные рисунки, на которых был изображён один и тот же человек - Древняя.       Сама ТойЗэд никогда не рисовала, потому что не умела, магия в помощь. Вот и сейчас она сидела на кровати, подперев голову ладонью, и следила за карандашом, скользившему по бумаге. Воображение подкинуло ей идею, а руки, вернее мозг, уже подвигает лист бумаги. Карандаш вырисовывал Древнюю, а ТойЗ улыбалась, но улыбка получалась грустная, вымученная.       Вдруг - стук в дверь. Девушка смотрит на часы, встаёт, лист и карандаш улетают подальше. ТойЗэд открывает дверь и облегчённо выдыхает. — Старейшина, что-то случилось? — Нет-нет, не беспокойтесь. Вы не спите? — спрашивает Древняя вполголоса. — Не сплю, — подтвердила девушка. — Заходите, — она пропускает Старейшину и закрывает дверь. — Так, что случилось? Древняя замерла, рассматривая рисунки, и восхищённо вздохнула. ТойЗ залилась румянцем. — Я не могу заснуть из-за... — Ни слова больше! Уже час ночи, — остановила её девушка.

***

      Спустя несколько минут Старейшина спала в невесомых объятьях ТойЗэд, которая лежала недвижимо, подобно дракону, охраняющему своё сокровище.

***

Глубокая ночь, ТойЗэд выбирается из постели, неосознанно поправляя юбку на боках. Она выходит из комнаты, постоянно принюхиваясь и вглядываясь в темноту. Вокруг, казалось бы, абсолютная тишина, но ТойЗэд вслушивается, стараясь не дышать и приглушив стук сердца. Её ноздри плавно раздувались, впуская воздух, который нёс недоступный никому, кроме неё, аромат. Наконец девушка замирает. Её глаза тускло переливаются в неярком свете луны, кое-как пробивающемся в помещение. — Эдвард МакКой, один из немногих моих учеников, не добившихся успеха, присоединившийся к Кецилию, когда тот пошёл против Старейшины. Я права? — Бесспорно, Мастер ТойЗэд, — выходя из темноты, смело ответил темноволосый юноша. — Вы знаете, зачем я здесь, не так ли? — Я? Знаю? — девушка вздёрнула брови, затем театрально развела руками и саркастично продолжила: — Ума не приложу! Последние три дня размышляла на тему: зачем зелот пришёл в Камар-Тадж? Вы все очень расстраиваете Старейшину, а это расстраивает меня. Она боится вам навредить, очень, к слову, зря. Я скоро перестану вас различать как людей, увижу выжженые глаза и-и-и... Тьфу, срам какой! Как вы посмели только разбить ей сердце? — Так же, как она разбивает Ваше, причём уже не первый год, я прав? — Это вас не касается, МакКой, — отрезала ТойЗэд. — Вы не стали учится у меня, но стали учится у него. Как это работает? — Я не почувствовал эмоциональной поддержки по отношению к себе, — с крайне задумчивым видом ответил Эдвард. — А от него? — Он не выделяет никого. Ой, да бросьте, Вы знаете, зачем я здесь! Иначе, я был бы уже не жилец. — Что верно, то верно. Говорите. Когда?       МакКой помялся, будто не зная - говорить или нет, но всё же махнул рукой и выпалил: — В четыре ровно, Гонконг.       ТойЗэд словно стала ниже и меньше, и будто потускнела, глаза померкли, волосы обесцветились, руки опустились, плечи согнулись. — В четыре? — переспросила она и, получив утвердительный кивок, схватилась за голову. — Мы не успеем поднять всех, не защитим, не успеем. — Вместе - успеем, я с вами. У нас ещё полчаса.

***

      Три фигуры двигались по Камар-Таджу с невообразимой скоростью. Они метались туда-сюда, пытаясь что-то решить, предпринять, но вот одна из них метнулась к центру тренировочного поля, достала из сумки странный прибор и нацепила на шею. В следующий миг весь Камар-Тадж переполошило оглушительное: — Подъём!!!       Но так как это сработало не на всех, пришлось повторить процедуру ещё три раза, а после отправлять кого-то, чтобы предупредить Мастеров в храмах. Стрэндж и ещё один мужчина из Гонконга прибыли незамедлительно. Все были удивлены и ждали объяснений. ТойЗэд осторожно одела аккуратный микрофон на шею Древней. — Вынуждена оторвать вас от сна, так как получила крайне неприятное известие, — мягкий голос Старейшины звучал напряжённо и устало. — Зелоты под предводительством Кецилия готовят нападение на храм в Гонконге к четырём часам, — толпа загудела и Древней пришлось говорить громче и настойчивей. — У нас есть двадцать пять минут, из них двадцать - на подготовку. Мы должны одержать победу сегодня, иначе наш мир одолеет тьма.       Старейшина отдаёт голосовой усилитель советнице и они удаляются, дабы самим подготовиться к битве. ТойЗэд ничуть не испугана, как и Древняя. Их догоняет Стивен. — Постойте, — кричит он. — Откуда вы это узнали? — Один зелот предал Кецилия и побежал рассказывать нам его планы на наш мир, — отвечает, не оборачиваясь, ТойЗэд. — А откуда вы знаете, что это не ловушка? — Имён называть не буду, но я этого зелота знаю довольно хорошо, чтобы полагать, что он не лжёт. А теперь - идите готовиться!       Старейшина и ТойЗ спешно уходят. — Как думаете, Старейшина, Кольца пригодятся? — Вряд ли, я не думаю, что Кецилий настолько силён, чтобы использовать против него Кольца Силы. — Вы как всегда?.. — Да, с веерами, а что? — Ничего, просто это так забавно - наблюдать за лицами учеников, когда они с оружием в руках, а мы налегке... Это правда очень смешно. — Они знают про вееры, но Ваше оружие будет для них в новинку.

***

      Всех обитателей Камар-Таджа решили поделить на три группы: первая отправилась в Гонконг, вторая в Нью-Йорк, а третья осталась в Катманду. Все уже были готовы к появлению зелотов, хотя оставалось ещё три минуты. Старейшина и ТойЗ стояли впереди всех, чуть позади - Стивен, Вонг и Мордо. Карл, как заметил Стрэндж, всё не мог оторвать взгляда от советницы Древней. — Запаздывают, — заметила ТойЗ. — Впрочем, Кецилий никогда не отличался появлениями вовремя. Как и на занятиях музыкой... — Музыкой? — оборвал её Стивен. — А Стивен Стрэндж никогда не отличался вежливостью, — добавила она вполголоса и ответила: — Музыкой, да, а если точнее - вокалом. Мы пели иногда. — Вы поёте!? — удивился ещё больше Стрэндж. — Ну да, в этом нет ничего сверхъестественного, но и знать об этом всем не обязательно. Мордо мог бы составить нам компанию в те времена, но отказался. У него неплохие вокальные данные, хочу заметить. — Мне до Вас, как до луны, — усмехнулся Карл. — Что верно, то верно, — нескромно сказала ТойЗ. — Идут, кажется, предатели...