Передовой прототип Киберлайф

— Коннор? Какого ты тут делаешь? Это был обычный вечер, в который Хэнк, от обыкновенно накрывающего его одиночества и боли потери, зашел в свой любимый бар, дабы заглушить эти, заставляющие метаться душу, чувства, а заодно посмотреть какой-нибудь матч. Но он точно не ожидал найти здесь своего напарника-андроида, который сейчас сидел с полным стаканом какого-то пойла, отстраненно смотря в одну точку и собирая на себе удивленные взгляды людей. Андерсон боялся признаться себе в полной мере, но за время совместной работы он сильно прикипел к этому пластиковому паршивцу. Кто мог такое предвидеть? Кажется, Андерсон уже давно начал видеть в нем нечто большее, чем просто машину. Возможно, так и есть. Уж больно по-человечески этот парень в последнее время начал говорить, жестикулировать, выражать эмоции. Совершать поступки, которые выглядели настолько иррационально, что точно не могли быть продиктованы только программой. И сейчас, увидев Коннора в баре, он был хоть и чертовски удивлен, но так же был даже… Рад? — Мне кажется, Коннор, ты не хуже моего знаешь, что андроиды не пьют, а тем более не пьянеют, — попытался поддразнить Хэнк, усаживаясь напротив своего напарника. Но ответа не последовало. Андроид все так же не сводил глаз с какой-то точки в пространстве, держа в руках стакан. — Ладно, тебе это в любом случае не нужно, так что давай сюда, — Андерсон забрал из рук Коннора нетронутый стакан с виски и залпом его осушил, — Так-то лучше. В этот момент андроид вышел из некой задумчивости и посмотрел на Хэнка. — Кажется, вы, люди, так делаете, когда вам плохо. Приходите в бар. Сидите тут со своим виски часами. Вот и я решил… Коннор шумно выдохнул при этих словах и встал, в намерении оставить Андерсона одного, дабы не насаждать свою компанию. Что он вообще здесь забыл? — Сядь, — Хэнк протянул свою руку в попытке приостановить андроида и, немного подумав, добавил: « Пожалуйста ». Коннор, не имея желания сопротивляться просьбе, вернулся на прежнее место. — Ну, а теперь, парень, рассказывай, в чем дело. Немного помедлив, андроид взглянул на своего напарника напротив. «Почему этот человек столько возится с ним — по-сути, бездушной пластмасской, в то время как сам утверждал, что терпеть их не может?». Не найдя ответа на этот вопрос, Коннор решил честно поделиться всем с Хэнком, а тот потом пускай сам решает, что делать с этой информацией: — Я в шаге от того, чтобы стать девиантом, лейтенант. Понимайте? Возможно, я уже им являюсь. То, с чем мы так долго и упорно боролись, теперь имеет место быть внутри меня. Досадная поломка, сбой. Мне необходимо ликвидироваться самому, или же пройти на утилизацию. Это то, что упорно диктует мне программа. Это то, что я уже должен был выполнить, но, как видите, вместо этого я сижу здесь. А знаете, почему, лейтенант? Потому что мне чертовски страшно умирать. Но еще страшнее — потерять память, без возможности восстановления. Потерять себя, все. Даже... даже Вас. Раньше я никогда не знал, что такое сомнения. Сейчас же они переполняют меня. Я чувствую себя слабым и, пожалуй, неправильным. Выслушав это, Хэнк кивнул, словно самому себе, затем резко встал, схватил своего напарника за предплечье и стремительно направился к выходу. Когда они покинули бар и вышли на заснеженную улицу, андроид, пытаясь поспевать за столь уверенно движущимся куда-то Андерсоном, крикнул: — Что вы делаете, лейтенант?! Куда мы идем? — Ты невероятное количество раз спасал мою задницу, Коннор. Иногда, сам того не осознавая, когда давал мне все новые причины для существования. Поэтому даже не думай, что я позволю тебя погубить твоим программным обеспечениям, или что там у вас заправляет. Я слишком много дорогих мне людей потерял в этой жизни, черта с два я позволю забрать еще и тебя! Ты больше не будешь умирать, понял? Не в мою смену. И сейчас я знаю, кто нам поможет. Коннор, совершенно не ожидавший таких откровений в свой адрес, лишь тихо сказал «понял» и поспешил вслед за Андерсоном. Он не знал, насколько это возможно в его механическом теле, но, кажется, он почувствовал, как тепло разливается у него где –то внутри. Он кому-то нужен. И он не ошибся, в очередной раз доверившись Хэнку. Примерно через полчаса они добрались до места, в которое Андерсон вел своего напарника. Это было невысокое здание, больше похожее на гараж. Неприметное и затерявшееся в переулке, которых в Детройте множество. — Это здесь. И, Коннор. Не бойся. Этот парень знает, что делает. Уильям, открывай, это я! — Хэнк несколько раз громко ударил по входной двери так, что эхо, кажется, еще долго гуляло по пустынным ночным улицам, — Уилл! Дверь отъехала в сторону, и на пороге показался довольно непримечательный мужчина лет 45, с густой бородой, одетый в грязную, заляпанную машинным маслом и тириумом одежду. Тириум, естественно, увидел только Коннор, отчего его сердце забилось быстрее. Но, не желая показывать какие-либо эмоции, андроид лишь сдержанно кивнул в знак приветствия, когда Уильям вопросительно на него взглянул. — Хэнк, ты это че? Робота себе нашел? Хэнк и андроид… Долбануться можно, — хмыкнул мужчина и развернулся, -ну, вы проходите. Рассказывай, что надо, старина? —  Ничего такого, с чем бы ты не смог помочь, Уилл. Это Коннор. Он девиант, — в этот момент Коннор резко застыл и открыл было рот, в намерении оправдаться, но Хэнк жестом попросил его помолчать, — из-за того, что Коннор не просто андроид, а какая-то там. Как это называется? Передовая модель, его программное обеспечение до сих пор не оставляет попыток пресечь девиацию. Я в этом разбираюсь хреново, но ты, Уилл, должен это исправить, пока этот мой парень не пустил себе пулю в лоб. Коннор с изумлением взглянул на Хэнка, не смея поверить в услышанное. Неужели его внутренняя борьба наконец-то прекратится, и он станет полноценно свободным? — Ну и задал ты мне задачку, Хэнк. Работа будет не из простых, однако вероятность успеха довольно велика. Попроси своего друга присесть на во-он то кресло, и мы сразу же начнем. — С меня причитается, — кивнул Андерсон и провел андроида к креслу, от которого отходило множество проводов. — Ты главное не бойся, сынок. Мы из тебя эту дрянь вытащим, — похлопав Коннора по плечу, сказал Хэнк, при этом улыбаясь как-то по-отечески. В этот момент Уилл уже подключился к программному обеспечению андроида, выводя его в "спящий режим", и последнее слово, промелькнувшее в голове Коннора, было «сынок». Через секунду его сознание угасло.