Другие попадают в иной мир

      Кентавр смахнул с глаз длинные пряди светлых русых волос и проговорил мягким, слегка картавым голосом: — Здравствуй, юный Джелл, сын Великой Линеллы. Добро пожаловать в Утопию.       Джек потрясенно молчал. Он не мог вымолвить ни слова. Конечно, как и любой житель Утопии, он слышал о кентаврах из Темнолесья, но никогда не видел их своими глазами. А здесь за ним, в его реальный мир, пришел настоящий кентавр! — Видимо юный Джелл не привык видеть нашу породу? — произнес кентавр все тем же мягким голосом. Будто кошка промурлыкала. Джек прыснул в ладошки от такого сравнения, но тут же замолк, увидев молчаливый вопрос в лазурных глазах кентавра. — Да, извините, мистер… Я никогда не видел кентавров в реальной жизни, ну, то есть, в моем мире, вы понимаете, да? — протараторил Джек. Он все еще был в небольшом оцепенении от неожиданной встречи, ведь до этого за ним приходила симпатичная проводница миров Рейчелл. — Я понимаю вас, юный Джелл. Я — Креджус, можно — Кред, кентавр из Темнолесья, храни Джейсон его обитателей, — при этих словах Кред вознес руки к небу. Этот странный жест был знаком Джеку — так жители Утопии отдавали дань уважения их «богу» — Джейсону. — Приятно познакомится, Кред. Думаю, мое имя вам знакомо… — Ваше имя, юный Джелл, знают и почитают во всех уголках Утопии. Даже мы, всеми презираемые твари, знаем, кто вы и что ваша семья сделала для нашего мира. И мы благодарны вам, — кентавр почтительно поклонился, и продолжил. — Возможно, вы удивлены, что сегодня ваш Проводник — я, а не шенн Рейчелл. Шенн Рейчелл захворала, но недуг ее не страшен. В скором времени она поправится, дай Джейсон.       Джека всегда удивляло, как жители Утопии могут вплетать в свою речь и слова из его мира, и слова из Утопии. Его Утопии. — Итак, полагаю, вы готовы? — тем временем продолжил Кред, махнув густым хвостом в сторону яркого света. — Конечно! — живо отозвался он, с нетерпением кидая оживленные взгляды куда-то за кентавра. — Тогда, вперед, юный Джелл, — с улыбкой произнес кентавр.       Свет полился из-за спины Креда. Сначала неяркий, он робко струился в помещение, окутывая Джека с головой. Но уже через пару минут лучи, будто набравшись смелости, стремительно завертелись вокруг парня, образуя полупрозрачный кокон. Задолго до того, как Джек открыл глаза, он понял — по разнообразию и интенсивности запахов, — что попал в Утопию. Лошади, трава. И чистейший воздух. И даже с закрытыми глазами парень сощурился, потому что…       …сильный солнечный свет ударил по опущенным векам. Острые листья травы выглядели похожими на сабли. Они не гнулись под ветром, а, казалось, рассекали его. Джелл поднял голову. Он ещё не мог прийти в себя. Головная боль постепенно проходила, мысли прояснялись. Джелл встал — сперва на колени, потом во весь рост. Он более-менее привык так «прыгать» между мирами, однако до сих пор его мутило при каждом его «прыжке». А кентавр, видимо, гораздо чаще Джелла перемещался между мирами. На самом деле, Джелл не был уверен, существуют ли еще миры, помимо его мира и Утопии. Но его это мало волновало. Ему было достаточно и его двух миров.       Одежда Джелла изменилась — вместо светлых вельветовых джинсов он обнаружил на себе просторные брюки из домотканой грубой шерсти. На плечи была наброшена куртка из мягкого синего материала с рядом крючков и петель вместо пуговиц. Как и брюки, куртку, безусловно, сшили вручную. Белые кроссовки «Найк» исчезли, уступив место потёртым сандалиям. А любимый рюкзак превратился в кожаный мешок с тонкой лямкой на плече. Джелл с улыбкой представил, как бы удивилась мать, увидев его в таком наряде. Парень провел рукой по волосам, смахивая мелкие травинки и разных букашек. По своим новым волосам. Его угольно-черные волосы снова покрывали всю голову Джелла и изменили цвет на теплый цвет соломы. — Юный Джелл чувствует себя нехорошо? — заботливо поинтересовался Кред. — Да нет, все хорошо. Я уже привык. — Тогда следуйте за мной. Я выведу вас из Темнолесья, храни Джейсон его обитателей.       Только сейчас Джелл заметил, что он не на Главной Площади, где обычно появлялся вместе с шенн Рейчелл. Он очнулся на опушке. На опушке огромного, сурового и, на первый взгляд, непроходимого леса, утопающего в полумраке и прохладе. Таинственного и даже пугающего. Джелл поежился — от лесной прохлады, но по большей части от жутковатого вида, открывшегося перед ним. Стволы деревьев внушительных размеров покрыты темным, густым мхом, лимонного цвета грибами и вьющимися растениями. Некоторые, особо пугающие для Джелла, полностью голы, лишь их кривые ветви торчат в разные стороны, покачиваясь от пронзительного ветра. «Найдется ли птица, которая сядет на такую ветку?» — в оцепенении подумал Джелл, оглядываясь вокруг. Всюду пахнет хвоей и влагой. Верхушки разнообразных елей, сосен и каких-то деревьев утопийских пород устремлены настолько высоко вверх, что их совсем не видно. Зато, видно, как они практически полностью загораживают лучи солнца, делая почву в этом мрачном лесу сырой. Земля укрыта опавшими изумрудными иглами, размер которых гораздо больше самых больших земных сосновых и еловых иголок. По сравнению с утопийскими, земные годятся лишь в зубах ковыряться. Тут и там из-под земли вырывались переплетения корней. «Как же здесь ходить? А, тем более, как здесь скачут кентавры? Шагу не ступить, только ноги поломаешь!» — со смятением пролетело в голове Джелла. В этом лесу царила могильная тишина, лишь огромные черные птицы выглядывали из редких дупел и изредка голосили свои крикливые трели.       Пока Джелл в изумлении бегал по опушке, разглядывая новое место, Креджус обеспокоенно прислушивался. Скользнув взглядом по кентавру, Джелл заметил, как трепещется его хвост. Сначала парень подумал, что тот пытается отряхнуть его от многочисленных хвоин, — хвоинками эти иглища назвать язык не поворачивался, — и темно-зеленых трав, но заметив обеспокоенные бегающие глаза Креда, Джелл понял, — что-то не так. Он подошел к кентавру, стараясь обходить опасно выступающие корни и узкие глубокие ямы, вырытые, по-видимому, зверьком наподобие земного крота. — Кред? Что случилось? — взволнованно полюбопытствовал Джелл. — Идут, — забормотал кентавр, едва сдерживая гримасу отчаяния. Джелл поймал себя на мысли, что Креджус что-то хорошо скрывает от него. Что-то, что знать Джеллу совсем не обязательно. — Кред? Идут? Кто идут? Что ты скрываешь от ме…       Его слегка охрипший от волнения голос прервал оглушительный треск ломающихся ветвей. Парень дернул было головой на источник столь режущего слух звука, но не успел. В мгновение к нему подскочил кентавр. Он запросто запрокинул Джелла к себе на плечи и поскакал в самую чащу пугающего леса. Сильные стройные ноги метались то к одному дереву, то к другому. Местами кентавр резко останавливался, что выбивало воздух из легких парня. Его трясло из стороны в сторону, перед глазами плясали цветные круги, а в мыслях была только одна фраза: «Что за…?» Джелл хотел бы спросить, куда они бегут, почему так быстро и что вообще происходит, но не мог даже открыть рта, так как боялся, что его скромный обед вырвется наружу весьма нескромной массой. Кред сохранял молчание, лишь его раздувающиеся ноздри выдавали усталость и сильнейшее напряжение. Наконец, болтающийся туда-сюда Джелл проговорил заплетающимся языком, стараясь не выплеснуть обед прямо на спину Креджусу. — Кред? Что происходит… тут? Я сейчас вывернусь наизнанку, — судя по позеленевшему лицу парня, он говорил правду. — Куда мы идем, летим, бежим? — Скоро вы обо все узнаете. Мы почти пришли, — хрипло выдохнул кентавр, делая очередной длинный прыжок.       Во время полета Джелл смог переместиться на спину кентавра. Чуть успокоившись и немного приходя в себя, парень завороженно смотрел на то место, где загорелая кожа резко переходит в густую мягкую шерсть кофейного цвета. Парень подумал, как, наверное, здорово быть утопийцем. Настоящим утопийцем, а не чужаком из другого мира, хоть и сыном местной правительницы-героини Линеллы. Джелл хмыкнул. «Я правда сейчас жалуюсь на то, что являюсь наследником трона Утопии? Господи, да каждое существо в мире, то есть, в обоих мирах хотели бы иметь то, что имею я! Пора бы прекратить быть таким эгоистичным. Наверное, психолог был прав», — рассеянно проносилось в голове у Джелла, пока он убирал изумрудную хвою и мелкий сор из длинной, местами спутанной шерсти.       Среди многочисленных игл Джелл заметил пару веточек этих жутких деревьев и вытащил их из темной запутанной шерсти Креда. Повертел в руках и заметил одну странную вещь. Длинная корявая ветвь в его руках начала менять свою форму. Она слегка завибрировала, а потом вытянулась и потяжелела так, что Джелл едва смог ее удержать и не уронить, или, что еще хуже, тыкнуть куда-то в лицо Креджусу. Например, в его лазурный глаз. Он ведь так красиво примет чужеродный объект. Жидкость глазного яблока намотается на ветвь и украсит ее своими алыми узорами. На месте глазницы будет такое симпатичное багровое отверстие с сочащейся кровавой жидкостью.       Джелл резко дернул головой, отогнав странные, будто принадлежащие чужому человеку, мысли. «Что, блять, со мной сейчас произошло?» — с ужасом задался вопросом Джелл. Он редко выражался (даже в мыслях), тем более при чужих людях (хотя его сопровождающего едва ли можно назвать человеком), однако сейчас он просто не смог сдержаться.

У меня было что-то вроде… Наваждения? Тайного желания? Нет-нет. Это все не так. С этими проклятыми деревьями определенно что-то не так. Они как-то… Действуют на людей?.. или только на меня?

— Кред, расскажи мне, пожалуйста, о деревьях Темнолесья. Точнее, конкретно об этих деревьях. И об их… свойствах, — чуть наклонившись, спросил Джелл. — В Темнолесье встречаются самые разные деревья, которых вы не увидите больше нигде в Утопии. Деревья, нас окружающие, называются скертрами. Пользуются большим спросом у так называемых «знатоков оккультизма», больше известных, как шарлатаны, — неожиданно хохотнул Креджус, дернув головой в сторону от особо острой ветви. — По одному эти деревья не встречаются, а если и встречаются, — лишь на специальных отдельных посадках, или их можно заметить в руках этих самых «знатоков». Также по одному эти деревья или же их ветви не представляют никакой опасности ни для людей, ни для других тварей. Однако люди не понимают настоящей опасности, исходящей от этих проклятых деревьев, и все стремятся колонизировать Темнолесье. — То есть… От них может исходить какая-то опасность? — Да, и еще какая, юный Джелл. Поэтому я и хочу побыстрее вывести вас из этого леса. Конечно, имеются еще причины… — Кред чуть задумался. — Однако я назову их позже. Итак, опасные свойства скертров. К таким опасным свойствам относят появление в алой жидкости неких веществ, которые будоражат рассудок, приводя к страшным мыслям в разуме. На кентавров сие скверное бесиво не действует, так как в наших телах течет не благородная алая жидкость, а лишь лихая светлая субстанция. Но на людей скертры действуют по-черному. В их разумах рождаются сумасшедшие идеи, которые любое существо в здравом уме не могло даже представить. Так действуют на живой люд скертры. — Но… Почему их не срубят? От них ведь никакой пользы! Лучше было бы… — кентавр вдруг остановился и с таким удивленным ужасом во взгляде посмотрел на парня, что тот сразу понял, что сболтнул что-то не то и умолк. — Как срубить?! То есть… убить живое существо? Как? Ни одному живому существу не дозволено убивать другое, каким бы презренным оно не казалось! — Креджус не на шутку взволновался. Джелл понял, что моральные устои у его нового друга невероятно прочны. Нет, даже не моральные устои, принципы или еще как-то. Джелл не мог подобрать слов. — Извини, пожалуйста, дорогой Креджус! Я и не знал, что у кентавров настолько прочны… моральные устои? Ты невероятно добр и, конечно, прав. Действительно не следует срубать эти деревья, хоть они и приносят столь лихие беды. Думаю, нужно лишь не пускать людей и других существ, поверженных сему… скверному бесиву, — поспешил извиниться парень. — Нет, вы меня извините. Я не имел желания осуждать ваши устои, поскольку, похоже, что у вашей земной породы… так принято? — Я был бы рад отрицать это, Кред. Но, к сожалению, к огромному сожалению! — ты прав. — Мне жаль, юный Джелл. Сие действо очень грустно, но давайте не будем об этом. Посмотрите же вперед!       Мрачные скертры начали расступаться, уступая место небольшим тонким деревцам. Узкая, извилистая тропинка, по которой скакал кентавр, превратилась в широкую просторную дорогу, изрезанную многочисленными следами; в этих узорчатых рисунках Джелл смог разглядеть следы от колес повозок, лошадиных копыт и где-то даже собачьих лапок. Кардинально поменялся запах: вместо терпкого коктейля затхлости листьев и приятного аромата разнообразных пряных трав — возбуждающий аппетит запах свежеиспеченного хлеба, сладостный аромат румяных плодов, а также особый, уникальный запах шерсти утопийских животных. Лошадей, собак и даже немного кошек. Джелл с небольшим удивлением заметил, как обострилось у него обоняние. Похоже, так сказалась природа Утопии. Также он понял, что, несмотря на то, что в Темнолесье Джелл и Кред пробыли не более двух часов по его, земному, времени, в Утопии во всю светило солнце, будто бы уже прошла ночь.

Скорее всего, время здесь течет быстрее, чем у меня дома. Примерно в два раза. Нужно это учитывать при перемещениях, чтобы не сожрать счастливую таблетку в два часа ночи и не перебудить всю Утопию своим визитом.

— Юный Джелл? Мы приехали. К вашей матери, храни ее Джейсон.       Погрузившись в свои мысли, Джелл не заметил, как оказался перед коваными воротами. Распахнув их, Джелл и Креджус прошли в сад, раскинувшийся вокруг небольшого особняка. Каких цветов там только не было! Эти растения привлекали своей нежностью, изяществом и одновременно силой, яркостью. Таких цветов Джелл не видел нигде в его мире и ни у кого больше в Утопии. А как они благоухали! Этот аромат заполнял всё пространство на несколько метров вокруг цветка, и от этого сладкого запаха кружилась голова. Деревья в саду, плодовые и простые, поражали своей крепостью, могущественностью. Однако они не были мрачными, как скертры, но будто излучали благородный свет. Листья самых разных оттенков зелёного, и даже красноватого, розового и сиреневатого цветов. Мягкая, изумрудно-зелёная трава так и манила пробежаться по ней босиком, бабочки, летавшие всюду, тоже удивляли. Раскраска крыльев завораживала любого. В траве сновали туда-сюда разнообразные жуки и муравьи. Птицы пели так, как не поют нигде. Голоса их были очень чистыми и звонкими.       В самом центре сего благоухания выделялся небольшой особняк. Несмотря на принадлежность королеве, дом не был каким-то необычным, его даже можно назвать простым. Фасад из темного камня, покрытый извивающимся плющом, деревянные панели, с небольшими потертостями от времени, большие и тяжелые двери с красивой резной ручкой. Светлые стекла окон приветливо сверкали на солнце и приветствовали путешественников. Этот особняк определенно был рад гостям.       Джелл побежал к двери, но, заметив, что кентавр робко остановился у ворот, остановился и поманил его к себе. Кред неуверенно последовал за парнем, и они остановились у массивных дверей. Джелл глубоко вдохнул и постучал. Парень прислушался, но за дверьми не было слышно торопливых шагов.

Что такое? Обычно у дверей сидит Ред, когда к матери приходят гости. Он сразу должен был открыть дверь. Странно… Ладно, постучу еще раз.

      Но, постучав снова, Джелл также остался без ответа. Бросив взгляд на кентавра, парень понял, что его друг волнуется: длинный хвост беспокойно дергался из стороны в сторону, а аккуратные уши резко водили туда-сюда, словно силясь услышать хоть звук. Тишина. И на этот раз тяжелая. Тишина.       Устав ждать, Джелл подергал ручку. Как ни странно, дверь была не закрыта, а лишь захлопнута. Зайдя внутрь, Джелл удивился тишине. Гложущей, давящей на мозг. Парень сглотнул, предчувствуя недоброе, и прошел вперед по длинному темному коридору: тяжелые занавеси цвета бордо неаккуратно, и даже грубовато, застилали окна. Определенно, кто-то очень торопился. Джелл почувствовал, как по его забинтованному телу бегают мурашки. Кентавр шагал за ним, но, как бы аккуратно и тихо он не пытался ступать, по всему дому раздавалось звонкое эхо копыт. С обеих стен на путников смотрели портреты людей. Или не людей, Джелл не мог знать, возможно, это были эльфы со скрытыми в переливающихся волосах заостренными ушами или даже кентавры, а может любая другая раса, населяющая Утопию. Все же он был здесь не так много, чтобы знать все и вся. Смотрели разными взглядами: у кого-то он радостно светился, у другого — мрачный и даже зловещий взгляд словно бурил в вас скважину. Джелл сглотнул и потер виски наскоро перебинтованными пальцами; немного удивившись, заметил, что на некоторых нет ногтей.       Наконец, чуть вдалеке раздался тихий, торопливый шепот. Джелл повернулся к Креджусу, тот был взволнован, но шепнул Джеллу, что им следует пойти на шепот. — Ладно, пойдемте. Правда, мне немного страшно… — Джелл лгал. Ему было очень страшно. Где же его мать и другие постояльцы этого особняка? Он не знал, но, возможно, сейчас узнает. — Не волнуйтесь, я смогу вас защитить от… тех, кто, возможно, там нашел убежище, — Кред совладал с беспокойством, и в его голосе не слышалась дрожь. Разве что чуть-чуть.        Тяжело вздохнув, Джелл последовал на звук. Похоже, что говорящих несколько, и они о чем-то яростно спорят: была слышна брань, проклятия. И все это — шепотом. Подойдя к чуть распахнутой двери, Джелл попытался заглянуть в узкую щель, но…

БУМ!

Черт, черт, ЧЕРТ! Почему я такой неуклюжий?! О господи, господи, гос…

      Парня подхватила женщина в белом плаще. Ее короткие рыжие волосы растрепались и немного скрывали лицо, но Джелл и так понял, кто перед ним. — Мам?!       Парень снял яркую повязку, наклонился вперед, закрыл глаза и, улыбаясь, обнял мать, покрывающую его лицо многочисленными короткими поцелуями. Она чуть отстранилась от него и кивнула жавшемуся в дверях кентавру. Тот почтительно поклонился и неуверенно прошел в огромную светлую комнату. За большим массивным столом сидело еще несколько человек, скрывавших свои лица капюшонами. Их блестящие глаза внимательно следили за происходящим. — Мам? А что происходит? И где Ред? Ах, вот ты где, — Джеллу кивнул мужчина средних лет, сидевший вдали всех. — Почему Ред здесь, а не у дверей? И кто все эти люди? — вопросы так и сыпались из Джелла, и тот, хоть и знал, что должен умолкнуть, уже не мог остановить их бурный поток. — Тише, тише, сынок, — грустно прошептала Линелла. — Сейчас, все, что ты должен знать… — женщина резко встала, чуть не сбив Джелла с ног, и обвела взглядом всех присутствующих. Они мгновенно замерли, в ожидании услышать главную новость. То, зачем они приехали, —  Трой. На нас напал Трой. И, похоже, на этот раз по-настоящему.