Survive at any cost

***

Чуя вздрагивает, мгновенно открывая глаза; сердце бешено колотится, чуть ли не выпрыгивая из грудной клетки. Зрение постепенно становится чётче, и перед глазами Чуи предстаёт знакомая картина: он дома лежит в своей постели, а на кухне слышится звук тихого копошения — Дазай. Он дома. Неужели? Значит, это был всего лишь кошмар. Жуткий, леденящий кровь, реалистичный кошмар. Чуе никогда не снились настолько правдоподобные сны. Ему и вправду казалось, что всё… здоровяк лёгким сжатием своих пальцев сломал ему шею. Чуя полностью ощущал всю боль, нарастающую с каждой секундой, и чувствовал недостаток кислорода, видел эти безумные глаза монстра. А затем всё. Темнота Смерть. Накахаре даже казалось, что он видел свет в конце тоннеля или как там это называют люди, верящие в рай и ад? Чуя, если честно, срать на это хотел. Накахара приподнимается, садится на кровать и несколько секунд щупает матрас, подушку, одеяло, щипает себя за кожу на запястье, чтобы точно убедиться в том, что он не спит. Слишком правдоподобный сон. Чуя до сих пор чувствует страх и панику, испытываемые в стенах жуткой лечебницы из кошмара. В носу до сих пор стоит запах какой-то гнили, но он постепенно улетучивается — из кухни пахнет чем-то вкусным. Дазай готовит. От этого Чуе ещё больше становится не по себе, ведь Осаму совсем не умеет этого делать. Чуя быстро встаёт с кровати, мельком смотря на часы и дату: 29 апреля 2016 года. В памяти Накахары снова всплывает сон, в котором они с Осаму расстались именно в этот день, в его день рождения, из-за того, что суицидник испортил почти всю кухонную мебель в процессе готовки. Точнее, это было последней каплей. Воспоминания из сна заставили Чую ускорить движение к направлению кухни, чем ближе он подходил к ней, тем больше пахло палёным. Зайдя в проём кухни, Накахара видит такую картину: Дазай, быстро бегающий по комнате с полотенцем, пытается выветрить весь дым в открытую форточку. Сама же кухня была заставлена уймой грязной посуды, будто бы Осаму готовил на человек двадцать, не меньше. Чуя даже не удивляется всему происходящему. — Дазай, вот почему ты всё время вытворяешь подобное на мой день рождения? — в голосе Чуи нет нервозности, недовольства, что на удивление странно. Возможно, это последствия жуткого, реалистичного сна. Осаму прекращает махать полотенцем и поворачивается в сторону Чуи, смотрит на него виновато. — Я всего лишь хотел сделать тебе приятное. — Вместо этого ты засрал и чуть ли не спалил нашу кухню! — разводит руками в сторону Накахара, но затем смягчено добавляет: — Убирать будешь всё сам. На лице Осаму появляется лёгкая улыбка. Он уберёт всё сам, конечно же, ведь у Чуи сегодня день рождения, был бы это другой день, то Дазай бы поспорил и в конце концов убирали бы они кухню вместе. — Хорошо, Чуя, — соглашается Осаму. — Кстати, мне предложили высокооплачиваемую работу в психиатрической больнице, им нужно настроить уйму компьютеров. Чуя вздрагивает от поступившего к спине холода. Психиатрическая больница? — В Маунт-Мессив? — неуверенно спрашивает Накахара. — Откуда ты знаешь, Чуя? — удивлённо спрашивает Осаму. — Я же тебе не говорил об этом ещё. Неужели сон Чуи был не просто кошмаром? Вещий сон… Нет, бред какой-то… Чуя не верит в эту чепуху. — Я вот хотел посоветоваться с тобой… — Осаму не успевает договорить. — Отказывайся от этого предложения, нам и так хватает денег, — твёрдо отвечает Чуя. Он должен перестраховаться. Пускай они потеряют деньги. Пускай это неразумно верить снам и предчувствиям. — Но… Чуя… — Я сказал «нет». Через полгода в редакцию, где работает Чуя придёт анонимное письмо, в котором будет говориться об опытах над пациентами. Накахара вспомнит о зловещем сне и откажется от репортажа… Рюноске же поедет расследовать и пропадёт в стенах лечебницы навсегда.