Здесь

Вайолет проскользнула в комнату вскоре после ухода графа. Женщина двинулась к нему, чтобы возобновить свои ласки, но Вайолет встала у неё на пути, схватив со стола пустую бутылку вина. — Не могла бы ты принести новую из кухни, большое спасибо, — произнесла Вайолет притворно сладким голосом, используя свой лучший хозяйский тон и вручая высокой женщине пустую бутылку. Женщина нахмурилась, но подчинилась. Вайолет воспользовалась моментом, проскальзывая на место рядом с Олафом и кладя руку ему на плечо. Он поглядывал на неё краешком глаза, победоносно улыбаясь, но будь всё проклято, если она позволит ему поцеловать её, а затем убежать, чтобы облизывать какую-то незнакомку. Олаф медленно водил рукой по спине старшей из Бодлеров, прежде чем грубо схватить её и потянуть к себе. Вайолет проскользнула на подлокотник стула, упираясь о его плечо для равновесия. Выхватив из паукообразной ладони графа бокал, она отпила с другого его конца и повернулась к возмущённой женщине, которая уже успела вернуться с вином и стояла рядом с ними. Вайолет протянула ей пустой бокал. — Ещё, пожалуйста. Глаз высокой женщины дёрнулся, когда та отчаянно пыталась проглотить свою ненависть. Олаф практически промурлыкал: — Моя Графиня. Вайолет сделала глоток из бокала и отдала ему его обратно. Она чувствовала власть. Тот факт, что ей это нравится, доставлял девушке беспокойство. Её муж, с другой стороны, ещё никогда не выглядел таким счастливым. Он весь вибрировал от восторга. Олаф продолжал сжимать бёдра девушки в попытке перетянуть её к себе на колени, однако Вайолет не сдвинулась с места. Ей нужна была эта победа. Ещё ни разу в жизни Олаф не был настолько увлечён женщиной. У неё было всё, о чём мог мечтать мужчина, и платье, которое она носила, совсем не помогало. Пышный подол разлился на острых коленях Вайолет, словно глазурь на кексе, а талия была туго стянута, образуя чёткий прямой угол около бюста. Вырез на ключице подчёркивал бледное сияние совершенной кожи. Олаф с гордостью отметил фиолетовое пятно на её шее. Отлично. Пусть все знают. Он передал ей бокал. Вайолет потянулась за сладким вином, наслаждаясь его терпким вкусом на языке и тем, как оно задержалось в горле. Вино смешалось с огнём в её животе. Без сомнений, Олаф был её мужем, но хотела ли она этого? Он был тем, кого она желает? А есть ли у неё право выбора? Девушка сделала большой глоток. Она больше ничего не знала. Когда Вайолет передала бокал ему обратно, их пальцы соприкоснулись. Они были картиной семейной идиллии, пара истинной силы. Вайолет не смотрела на него, но Олаф все равно впился в её губы, планируя повторить поцелуй как можно скорее. Приятно было находиться по другую сторону ревности. Он обнаружил, что не возражает против жадных взглядов на Вайолет, которые бросали его приспешники, когда она опиралась на его плечо. Его графиня. Его. Он поцеловал её руку, забирая бокал. Вайолет кинула на него предупреждающий взгляд, говорящий о том, чтобы он не испытывал удачу. Как восхитительно! Граф подмигнул ей, и она отвернулась. Его званые ужины, если их можно так назвать, всегда были весьма скучными. У Вайолет не было желания разговаривать с гостями. В данный момент она предпочитала забиться в угол, но вместо этого она загнала в угол себя, обеспечивая своего мужа страданиями. Замечательно. Вайолет смотрела, как он пьёт, и снова почувствовала, что её желудок перевернулся. Это происходило чаще, чем она готова была признать. Девушка откинула волосы со лба. Она не привязалась к нему… она не могла… это просто невозможно. Но в маленькой, тлеющей, шепчущей части самой себя, которую она не могла полностью проигнорировать, она желала его. Вайолет выхватила бокал вина из его рук. Олаф был потрясён тем, с какой скоростью она это сделала. Вайолет вырвала у него бокал, залпом выпивая всё его содержимое. Боже, она такая привлекательная! Граф переключил внимание на гостей. О чём они вообще говорили? Олаф наклонился, пытаясь вникнуть в суть разговора. Он по-прежнему обязан оставаться хорошим хозяином, какой бы красивой ни была хозяйка. Ей нужно будет выяснить, было ли это простое любопытство или не покидающее её подлинное желание. Это будет непросто. Она может использовать трюк с прикосновениями, прежде чем он поймёт в чём дело. Не то чтобы её прикосновения оставались незамеченными — он цеплялся за любую возможность, чтобы схватиться за неё лишний раз. Нужна ли она ему лишь по расчету? Ей нужно это выяснить. Ей нужен план.