Легенда о Лисе ,что спустился с солнца.

      Он стоял на краю обрыва, ветер трепал его пшеничные волосы, от чего те щекотали лицо. Легкая волосинка слегка коснулась шрама на глазу, заставляя воспоминания невольно всплывать в голове блондина.

Темное измерение

      Это произошло когда Боруто впервые тренировал свою технику с активированной печатью. В первые секунды все было хорошо. Чакра стабильно текла по всему телу. Печать уже расползлась, но еще не достигла глаза. Одна секунда, стоило печати только коснуться конца шрама, боль мгновенно пронзила его тело. Это была уже не та покалывающая иголочка в глазу, это был удар, будто в голову Боруто только что вбили кол.        Мгновенно схватившись за голову, блондин упал на землю, скрючившись максимально тесно, будто его сдавливало со всех сторон стенками какой-то комнаты. Перед глазами вспыхнул свет.       Очнувшись, Боруто не мог пошевелится еще несколько минут. Перед глазами был туман, а сердце билось так, что отдавало в ушах. Правый глаз невыносимо жгло. Блондин открыл левый глаз. Все было в тумане. Но не белом, а темно-сером густом тумане. Это было скорей похоже на дым, чем на туман. По всюду был лишь один запах — сырость. Приятная сырость, как бывает после дождя.       Боруто стоял на месте, боявшийся сдвинуться. Казалось, что сделав лишь один шаг, можно было потеряться в этом тумане навсегда.       Вдруг, вдалеке послышалась тихая музыка. От неожиданности Боруто вздрогнул.       Тревожная мелодия, чего-то похожего на скрипку, разносилась по всюду и, казалось, отражалась от самого тумана. Единственным решением и выходом было узнать, что это за мелодия и кто ее играет. — Нужно идти на звук, — подумал Боруто.       Идти на звук в таком тумане, тоже самое, что сделать шаг в пропасть. Но любопытство поистине ужасная штука.       Несколько минут брождения в густом и не проглядном тумане и Боруто наконец нашел того, кто так его заинтересовал. Как только Лис вышел из тумана, незнакомец мгновенно перестал играть.        Теперь Боруто мог внимательно осмотреть этого таинственного музыканта. Это был Оттцуцуки. Белая одежда, белая, как снег, кожа и седые длинные волосы. Лицо его было старое и грозное, но казалось довольным. Его глаза были закрыты, но как только он перестал играть, медленно открыл их. Его левый глаз был бьякуганом, а правый, а правого не было. Вместо глаза было черное пятно.       Незнакомец стоял перед переливающимся троном. Такого строения Узумаки не видел никогда. Будто выросшие из стены квадратики висмута образовывали великолепное строение. Малейший лучик света и трон заблестел бы ярче хрустальной лампы. Но это место не было пустым.       Стоя впереди, неизвестный Оттцуцуки, казалось играл для него, для короля.        На троне лежал скелет, он был темный прогнивший насквозь, малейшего ветерка хватило бы, чтобы он окончательно превратился в пыль.       Незнакомец поднял глаза, Боруто заметно напрягся. Послышался почти неслышный цок, предвещающий последующий разговор. В обычном мире блондин бы и не услышал этот раздраженный звук Оттцуцуки. Но здесь, где царила поистине гробовая тишина, слышно было каждый малейший вздох. — Приветствую тебя, Боруто! — губ незнакомца коснулась грустная улыбка. — Я ждал тебя довольно долго.       Боруто не ответил. Он продолжал с интересом рассматривать скелет, требуя пояснений. Заметив это, пепельноволосый обернулся и продолжил: — О, ты заметил этот скелет, — он слегка махнул рукой в сторону трона, — это я. Точнее мое тело.       Боруто слегка нахмурил брови и непонимающе уставился на собеседника. — Позволь я объясню, — Оттцуцуки выдохнул и медленно закрыл глаза. -Ты ведь уже нашел свиток? — Хотя зачем я спрашиваю, ведь это я помог тебе его найти, — он сделал паузу, готовясь продолжить свой рассказ. — Я знал, что мой брат явится за моими глазами и я решил запечатать свой правый глаз, дабы он не достался ополчению. — Я запечатал свой глаз во времени и печать спадет только тогда, когда на свет появится существо достойное этой силы. Я пробыл здесь много тысяч лет. Я состарился и умер. Мой труп успел даже сгнить. — он взглянул на остатки скелета. — Я поддерживал свою душу здесь с помощью чакры, но и она подходит к концу. Я ждал для одного… Встретить того, кому достанется мое наследие. И вот… Он пришел. Мне больше нет смысла быть здесь.- Оттцуцуки сделал шаг в строну Боруто. — Спасибо, что ждал меня, но перед тем как уйти, ты не объяснишь мне как использовать глаз? — голос Боруто был все так же холоден и спокоен, но в душе блондин глубоко сочувствовал столь длинному и томящему ожиданию Оттцуцуки. — Нет, — голос бога звучал легкомысленно и задиристо.       В ответ Боруто лишь усмехнулся. Частично, он знал, что Оттцуцуки необычайно горды и упрямы. Так что и на учение он не сильно то и расчитывал. — Но, думаю стоит рассказать тебе несколько секретов. Я наблюдал за тобой через свой, то есть твой глаз… Можно сказать, я управлял тобой…-Боруто нахмурился и от этой зловещей ауры вокруг блондина у Оттцуцуки по спине побежали мурашки. — Точнее, я лишь подталкивал твои мысли… совсем чуточку. — Теперь голос пепельноволосого звучал не так убедительно и спокойно. -Я подтолкнул тебя заключить контракт с Гарагой… и поиску свитка…и подтолкнул к уходу из деревни…        От зловещей ауры у Оттцуцуки внутри все сжалось, а сердце, его мертвое сердце от страха казалось забилось вновь. — Я ужасно зол, но у тебя осталось мало времени.- Перебил его Боруто.        А ведь и правда, чакра Цукинэ довольно быстро подходила к концу и он потихоньку уже начал испаряться. — Расскажи, что такое техника «Плащ Бога»!       На секунду глаз Цукинэ расширился от удивления, но мгновенно вернулся. -Техник «Плащ Бога» была придумана моим братом, когда ему в юношестве помог один человеческий ребенок, во время одной из наших посещений Земли. Эта техника позволяет использовать Оттцуцуки как защитника. А так же дает возможность использовать силы покровителя. Для заключения контракта нужно неимоверное количество чакры и хорошую связь с Оттцуцуки. Без связи, как бы ты не пытался использовать эту технику, все без толку. Да и не многие Оттцуцуки захотят служить, тем более человеку. — Последнюю фразу Цукинэ сказал особенно четко. — То есть, я могу использовать эту технику на тебе? — Это звучало скорее как утверждение, чем вопрос. — Нет, — пепельноволосый опустил взгляд вниз. Он до половины исчез. — Эту технику можно использовать только на живых.       Оттцуцуки грустно хмыкнул. — И еще, теперь, когда ты побывал здесь, ограничение снято. Теперь ты хозяин этого измерения…и… этого глаза. — Он указал на правый глаз Боруто. — Прощай. — Это было последние, что услышал блондин перед тем, как оказался вновь у того места, где тренировался.

***

      На лице Боруто появилась грустная и такая привычная для него улыбка. Казалось Узумаки уже попросту разучился улыбаться, так искренне как делал это в детстве его отец и он сам. Не открывая глаз, он развернулся лицом к лесу.       Услышав скрип мелких камней с пылью и песком, Боруто резко распахнул глаза. — Вот он, новый этап! — тихо сказал вслух, так что бы услышал один лишь он.       Боруто шел глубоко в лес. С тех пор он не изменился. Лес. В отличие от вечно зеленых деревьев, что неподвижно стояли, будто живя умерев, Боруто вырос и сейчас он уже не был тем мальчишкой, но и на взрослого мужчину еще не тянул.        Высокий, с отросшими волосами, парень. Его костюм уже давно износился, повсюду были дырки и царапины, оставленные кустами или еще чем-нибудь. Если бы Хината увидела его в такое виде, то непременно упала бы в обморок. Черный давно выцвел превратившись в бледно-грязный серый.       Боруто подошел к большой каменной плите с черточками. Она нелепо стояла оперевшись об стенку разрушенного храма. У подножья валялась палка, обожженная с одного конца. Эта плита служила чем-то вроде календаря. Маленькие черточки были по всей площади плиты, их было около тысячи. Один ряд был плотно нарисован к другому, создавая ощущение чешуи.       Увы, но со временем Боруто перестал видеть правым глазом из-за повреждения и увеличения количества чакры, контролировать джоган стало в разы тяжелее. Он стал черной дырой, без конца поглощающей чакру. Зато помимо джогана блондин научился использовать технику «Глаз огня», позволяющую ему видеть то, что видит непосредственно Ракшан. Чем-то похоже на технику дяденьки Гаары «Третий глаз».