Иные.

***

      Погода портилась, притом так же стремительно, как и настроение Тэхёна c Чимином. Внутри всё крутило, ломало, приближающаяся течка била каждое утро по голове, а страх застилал глаза белой пеленой. Чимин был максимально напряжен, он всё время думал о плане побега, иногда его лицо озарялось надеждой, но потом он крутил головой и снова уходил в свои раздумья.       Напряжение между омегами не ушло, и Тэхён это чувствовал. Ему казалось, что он сделал что-то не так. Сделал то, что делать он не должен был вовсе. Но разве прийти на выручку к другу такой уж проступок?       Ливень застилал лес. Не было видно, что происходит под этой сплошной водяной стеной, таким сильным он был. Зверь внутри лежал, обиженно повернувшись ко всему миру спиной. Может, такое обращение его любимого создателя даст пищу для размышлений этому глупому тигру.       Тэхён чувствовал себя странно, как будто ещё кто-то жил в нём, совсем незнакомый и совсем нежеланный кто-то.       – Может, ты всё же расскажешь, на что так злишься, Чимин? – Тэхён подползает ближе к другу, голос его тихий, и он почти тонет в дожде, но Чимин всё же оборачивается.       –Я не хотел, чтоб ты шёл за мной, чтоб страдал здесь. Всё же, если подумать, мне терять уже нечего, – Чимин многозначительно смотрит на Тэ, – а вот тебе, глупый, есть что, и я бы не хотел, чтобы это забрал у тебя рыжий псих.       Тэхён вздыхает, вот о чём, так о своей добродетели он думал в последнюю очередь, хоть мысль эта и пугала до чёртиков, но не так, как картина одиноко запертого в клетке Чимина.       – Поверь, это не самое страшное. Мы выберемся, Чимин. Если будет нужно… – Тэхён медлит и опускает голову, – ради нас я уничтожу Хосока.       Чимин ахает и трясёт Тэхёна за плечи.       – Тебе нельзя, Тэхён, нельзя… – Чим не заканчивает фразу. Сзади слышатся шаги, и к одинокому фонарю у клетки выходит мокрый насквозь рыжий альфа в одних штанах. Его грудь тяжело вздымается, и он втягивает воздух носом.       – Погодка нынче просто ужасна, да, котята? Не замёрзли? – Хосок смотрит на небо, когда раздаётся гром. Облака сталкивались, и от этих столкновений небо делили тысячи молний. Гроза в мире Тэхёна не была такой страшной. Казалось, небо всего мира превратилось в один сплошной разряд тока, – ваши воздыхатели уже рядом. Смотрите, как стихию разволновали. Вампиру нужно лучше держать себя в руках, а то ненароком навредит своему котёнку.       Тэхён и Чимин хмурятся, переглядываются, и Тэ замечает неподдельный страх друга. Значит, всё же альфы идут к ним. Радость и волнение перемешиваются, и Тэхён смотрит на плачущее небо.       – Так вот какой ты… Юнги…       – Завтра вы будете моими. Не думаю, что эти иные успеют что-то сделать. А когда я вас помечу и подавно, – Хосок посылает омегам воздушный поцелуй и исчезает в дожде.       – Пиздец.       – Ага… Пиздец… Не часто ли он с нами происходит?

***

      Вечер следующего дня настал слишком быстро. Тэхён четыре раза проиграл Чимину «в города», и настроение опустилось до отметки «ужасно». Сегодня дождь прекратился, и Тэхён гадал, что же это значит. Стали ли альфы ближе к ним, или вообще оставили эту затею и вернулись в идеальный донельзя город эльфов?       Тэхён даже немного скучал по тем дням, когда они путешествовали по миру иных вместе в поисках Джина. Временами было даже весело, и ощущение защищённости рядом с эльфом растекалось по телу мурашками, жаль, что защищённость эта оказалась мнимой. Чимин был на удивление в хорошем настроении, ну или он просто сошёл с ума. Тэхён пока не понял. Он просто сидел, смотрел в пустоту и иногда загадочно улыбался, ловил на себе непонимающий взгляд Тэ и крутил головой. Вот тебе и помог другу, вот тебе и выручил, только всё усугубил, а теперь Чимин на фоне страха ещё и головой поехал. Блеск.       Было уже довольно темно, когда Тэхён услышал шум и много голосов недалеко от клетки. Было несколько альф, они что-то взволнованно обсуждали, а потом крик, такой громкий, что сидящие неподалёку на деревьях птицы разлетелись в разные стороны.       – Чужиииеее…       Чимин с Тэхёном вскакивают на ноги и переглядываются. Альфы тут. Они пришли за ними, они помогут, спасут и уведут их отсюда. Тэхён почти плачет, а Чимин даже не думает сдерживаться. Он закрывает лицо ладошками, а потом хватается за грудь и сгибается пополам. Тэхён пугается, он подлетает к Чиму, а тот дышит тяжело, с глаз капают слёзы, он что-то шепчет, но Тэ не может разобрать, что. Резко разогнувшись, Чимин орёт:       – ЭЛАРИИИЙ…       Тэхён отскакивает в сторону. Вода сползается к ногам омеги, дожди, льющие несколько дней подряд, оставили вокруг глубокие лужи, которые теперь тонкими струйками собирались вокруг Чимина, образуя вихри воды. Вдалеке Тэхён услышал громкий рык, звуки обращения, и его сердце больно сжалось.       – Что происходит, чёрт возьми…       Над клеткой у самых деревьев послышался шорох. Тэхён всматривается в кроны деревьев, погружённые во мглу, пока не разглядывает там медовые горящие глаза, и ахает. Ахает в тот самый момент, когда над медовыми глазами появляются кровавые, потом Тэ слышит хруст сухой ветки, и через секунду альфы с грохотом падают на землю, образуя непонятную кучу. Тэхён ударяет себя ладонью по лбу, Юнги ударяет по голове Чонгука, и кто-то ударяет в гонг, оповещающий о том, что чужаки найдены. Дебилы…       Операция по спасению провалена, это Тэхён понимает, когда в соседней клетке, защищенной магией, теперь сидят два альфы и виновато тупят глаза в пол. Тэхён сидит вплотную, сложив на груди руки и сверля обоих взглядом.       Припадок Чимина закончился, и он сидел рядом с Тэ в такой же позе с толикой осуждения.       – Спасли.       – Заебись.       – Как тебе, Чимин? Как думаешь, можно было ещё громче ёбнуться?       – Нет, думаю это было десять из десяти.       Альфы молчат. Они вообще ни слова не проронили за те полчаса, пока сидели в клетке. Юнги смотрел на Чимина, казалось, что ничего вокруг он больше не видел. Глаза у него так и светились. Он напоминал натянутую гитарную струну, которая норовила лопнуть в любой момент. Чимин, в свою очередь, старался вообще в сторону вампира не смотреть, поэтому спасением его был Чонгук. Тэхён чувствовал, что что-то произошло, что-то значимое, чего он, по обыкновению, понять не мог сейчас, но после он обязательно разберётся.       Тэ не замечает, как Чонгук подбирается ближе и вроде хочет к нему руку протянуть, но магия, сковывающая клетку, не давала это сделать. Невероятная грусть в глазах эльфа немного колет Тэхёна, но он держится. Ну правда, какого хрена? Горе-спасители, чем они помогут сейчас, находясь под замком, при том не обычном, а магическом?       – Я так волновался, Тэхён, места себе не находил, всё время думал о том, что этот может с тобой сделать…       Тэ фыркает. Ему приятно. Одна его часть кричит от восторга, а другая насторожилась, не даёт ему насладиться этими словами. Везде видит недосказанность, утайку, и от этого тяжело. Хочется закричать, разобраться, что не так. Найти бы наконец этот последний кусочек пазла и вложить его на своё место.       – Потрясающая картина. Семья наконец вместе, – Хосок появляется из темноты, как всегда беззвучно, и Тэ вздрагивает, заслышав его голос.       Юнги медленно поднимается на ноги, за ним встаёт Чонгук. Вампир протяжно шипит, в его горящих глазах молнии, они синим блеском вспыхивают и потухают. Хосок хмыкает и прислоняется к косяку здания.       – Злитесь? Не нравится, что ваше взяли? Почувствуйте то, что чувствовал я, – Хосок бросает взгляд на напрягшегося Чимина, – вижу, что кое-кто вернул себе то, что без спроса забрали, – и переводит глаза на Тэхёна, – а кто-то нет… Может, помочь?       – Не смей, Хосок! – Чонгук порывается вперёд, – я прошу, не надо. Я не могу помочь тебе, пойми, но не делай этого! Ты же знаешь, чем это может закончиться…       – Знаю, но меня это не волнует. Тэхён мой. Теперь мой.       Тэ чувствует острую боль внизу живота. Пиздец. Альфы ведут носом по воздуху. Течка скручивает спазмом, забирает способности мыслить и Тэ падает на землю. Никогда он ещё не испытывал такой боли ранее, видимо, эта отрава в еде всё усугубила. Чонгук стонет в голос и, схватившись за прутья решетки, опускается на корточки рядом с Тэхёном, опять руку пытается протянуть, но опять не может. Юнги задерживает дыхание, закрывая нос руками. Через мгновение рядом с Тэхёном падает Чимин. Тэ чувствует сильный от течки запах друга и берёт того за руку.       – Может, мне просто выпустить их из клетки и вывести на главную площадь? Там-то им явно скучно не будет. Хм… Или всё же сделать всё самому? Представляю, как Тэ будет рад, что я у него первый.       На этих словах Чонгук кидается в сторону рыжего. Его лицо искажается болью и гневом. Рядом с ним стоит Юнги. Тэхён открывает глаза и видит животный страх в глазах альф. Они чувствовали их запах, всё знали и понимали, а Тэ был готов сгореть со стыда. Он смотрит на Чимина и ему кажется, что мысли у них превращаются в одну на двоих. Они кивают друг другу и ползут в сторону Хосока.       – Пожалуйста… Хосок помоги нам, помоги своим ручным… Я хочу тебя, Хосок.       – Я хочу тебя, – Чимин повторяет фразу Тэхёна пересохшими от сильной боли губами и облизывает их.       Хосок улыбается. Он наслаждается, он выиграл. Омеги признали его и сами ползут в его объятья, а альфе это и нужно. Он слишком самоуверен, слишком опьянён своей победой. Альфа подходит к клетке, поворачивает ключ в замке и выволакивает омег.       – Может сделаем это прямо здесь? Чтоб ваши защитники это видели? – Хосок поднимает за подбородок Чимина и смазано целует в губы.       Тихое шипение от Юнги превращается в рык. Тэхён через пелену боли слышит раскат грома и чувствует первые капли на своём лице. Медлить больше нельзя, нужно что-то сделать, хотя бы что-то. Он берёт за руку Чимина и злится. Он злится на себя, на Чимина, на Хосока, альф, на весь этот грёбаный мир. Он разгоняет гнев по своим жилам, как лаву, и опять чувствует, как горит. Жар этот сметает всю боль. Остаётся только огонь. Гореть изнутри очень больно и страшно, и Чимин не помогает. Он стоит с закрытыми глазами и загнанно дышит. Капли притягиваются к нему, как магнит, собираясь вокруг. Хосок смотрит на омег, хочет Тэхёна к себе подтянуть, но обжигается о его кожу. Капли воды не успевают дотронуться до него, превращаясь в пар.       – Какого… – Хосок отходит на шаг назад.       Внутренний огонь Тэхёна вырывается наружу, открыв глаза, он видит, как кожа его горит, но пламя это его не ранит, оно окутывает, как одеяло, и рвётся дальше.       Тэ больше не может это контролировать. Огонь расползается на дом, с него на другой дом и вот уже зарево охватывает всё небольшое поселение. Иные выбегают из домов, и их сносит потоками воды, которыми управлял извне Чимин. Всё было так быстро, так больно, но отпускать руки друг друга омеги просто не могли, сила вышла из-под контроля, и только клетка с альфами оставалась за гранью безумных стихий, охвативших деревню. Хосок скрылся в лесу, спасая свою шкуру, Тэхён это поздно осознал. Уничтожить рыжего было важно для него. Он отпускает руку и делает шаг в сторону леса. Его пламя обугливает кромки деревьев и в этот момент он слышит знакомый голос:       – Не губи мой дом, придурок!       «Ри…», – проносится в голове Тэхёна, и в этот момент его накрывает ледяной волной воды, которая тушит пламя. Тэ оседает на землю, и мир в его глазах, покачнувшись, гаснет.