Бунтарка и Революционер

      Машина резко остановилась. Расс вздрогнул зажмурившись. Его всё ещё колотило. Он не почувствовал, как его выволокли на улицу.       Ишил осмотрелась, быстро выскочила из автомобиля. Они приехали на аэродром, где стоял один самолёт. Девушка строго посмотрела на одного из мужчин, тот быстро кивнул. Она быстро что-то достала из машины и подошла к брату.       Казалось, Расс вообще не соображает, что происходит. Измотанный, он еле держался на ногах и пытался сфокусировать взгляд. Ишил перекинула его руку себе на плечи и повела к самолету. — Слушай, Расс, — быстро начала она, — этот самолёт доставит тебя в Японию. За нас с Насухом не переживай, все уладим. — Из-за меня вы в заднице.       Девушка остановилась, посмотрев в глаза брата. — Я ради тебя готова спуститься на самое дно. — Я этого не позволю, — он с трудом улыбнулся, поцеловав её в лоб.       Ишил искренне улыбнулась, стараясь не показывать свою печаль из-за неминуемого расставания.       Она положила ему в руку пару дневников и небольшой чехол, напоминающий портсигар. — В этом чехле шприцы с лекарством. Каждый вечер будешь вкалывать себе. Тебя слишком потрепали, а это поможет восстановиться.       Она торопливо объясняла, пока Расс старался максимально точно запомнить её взволнованное лицо. Какая же красавица выросла… — Мне пора, — тихо сказал он.       Ишил замолчала. Ора и сама это знала, но отпускать брата в неизвестность… Каков шанс, что он вернётся домой живым? Или что он вообще вернётся? — Здесь твой дом, — тихо сказала она.       Расс крепко поцеловал её в лоб, Ишил вцепилась в брата, будто это была их последняя встреча. Она не хотела разжимать пальцы на его кофте. — До встречи, девочка.       Они нехотя отпустили друг друга.       Ишил ещё долго смотрела, как улетал самолёт, в котором недавно скрылась фигура её брата.       Драгнил устало закрыл глаза. Он бы сейчас с таким удовольствием посидел дома с бутылкой пива, может даже посмотрел фильм или же поспал, хотя это и казалось чем-то нереальным.       Однако он отложил очередную папку с досье и устало развалился в кресле. Нацу только-только приехал из Хвоста феи и его тут же засыпали работой, будто его не было около года.       Раздался телефонный звонок. Он нехотя посмотрел на экран, скривился. Вызов сбросили. Драгнил знал, что звонок повторится. Так оно и произошло. И ещё раз… На третий раз мужчина рыкнул и рывком поднял трубку. — Да? — Нацу устало выдохнул. — Мы с тобой это уже обсуждали, пап. Не ори! Справляюсь, знаешь ли.       Нацу резко встал со своего места, посмотрел в окно, нахмурившись. — Ты себя слышишь? Да плевать мне на твой бизнес, меня уже это не касается. Мы в каком веке живём? Я эту девчонку даже не знаю, какой нахер брак? — Нацу неохотно слушал крики отца на той стороне, — Я сказал нет. Всего хорошего.       Драгнил, не дождавшись ответа, бросил трубку. Он слишком устал от всех в этом мире!       Самые преданные предают. Близкие бьют в самые уязвимые места. Друзья становятся врагами, а любовь ненавистью. Мужчина чертыхнулся.       Он вновь вспомнил её глаза… Драгнил вздрогнул. Жизнь в результате вернула ему всё бумерангом. Эрза, которой он мог доверить свою жизнь, оказалась предательницей, которая хотела найти «Ящик Пандоры». Нацу и сам понял, что она бы объединилась с Джеком и встала во главу Небожителей. Почему она так хотела поступить… Он не знал.       Гажил просто исчез и никто, включая самого Нацу, не могли его найти. Что сказать… Этот засранец умел прятаться.       Люси…       Он тряхнул головой, отгоняя её образ из своих мыслей. Драгнил посмотрел на стол, где стояли три большие стопки с папками и прочими документами. Он грустно усмехнулся и принял решение утопить себя в работе. Уж лучше посвятить всё время компании, нежели в очередной раз капать себе на мозг.       Он знал, что жёлтые хризантемы — её самые любимые цветы. Расс поправил причёску, стоя у двери в больничную палату. Парень быстро достал из кармана белый конверт, вынул из него несколько купюр и вернул его обратно. Он глубоко вздохнул.       Расс неуверенно осмотрелся. Он приходил сюда уже не первый год, но его всё ещё трясло от запаха медикаментов.       Наконец он постучал. Через несколько мгновений вышел доктор — мужчина шестидесяти лет с седыми усами и лысиной. Он поправил большие очки. — Здравствуйте, Рассел — Добрый день. Ну?.. — Без изменений. Что ж входите, но сегодня у вас будет меньше времени. Она уже приняла лекарства. — Да-да, конечно. Спасибо большое, — грустно улыбнулся Расс.       Доктор положил руку ему на плечо, тихо вздохнул и ушёл.       Расс вошёл в её палату. Большая светлая комната с телевизором и кондиционером. На подоконнике стояло несколько цветочных горшков. Рядом с её койкой было множество аппаратов жизнеобеспечения, на постели старый оранжевый плед, испачканный каракулями в нескольких местах.       Расс поднял глаза, увидев её. Редкие седые волосы заплетены в косичку, на плечах кружевная шаль, подаренная им на её шестидесятый день рождения. Бабушка с трепетом смотрела на фиалку, которую поливала.       Он вдохнул поглубже, улыбнулся. — Здравствуй, — мило улыбнулся он, сделав пару шагов вперёд.       Женщина отреагировала не сразу. Лишь мелькание его силуэта заставило ее отвлечься от обожаемого цветка.       Она с удивлением посмотрела на парня, после нахмурилась прищурившись. — Вы кто? — строго спросила она.       Расс нисколько не удивился вопросу. Он протянул ей цветы. — Я твой внук, Эмилия, — она недоверчиво смотрела на него. — Я только вернулся из командировки и… принёс тебе их. Ты просила в прошлый раз, помни?       Естественно она ничего не помнила. Эмилия давно уже ничего не помнила, но Расс каждый раз упорно рассказывал своей бабушке обо всем, надеясь, что однажды она сама узнает единственного внука, которого с трудом спасла от своего чокнутого сына. — Как тебя зовут? — недоверчиво спросила она. — Рассел Рейзер. Ты моя бабушка.       Она недовольно на него посмотрела. Парень прекрасно знал, что сейчас Эмилия сомневается, но если он немного расскажет ее память, пусть и на несколько минут, прояснится. — Ты сбежала от своего мужа в Турцию с маленьким ребёнком. Там он влюбился и женился на прекрасной девушке, которую ты называла дочерью. Я его сын.       Эмилия подошла к своей кровати. Расс поставил цветы в вазу с водой, которую любезно подготовили санитары. Они уже давно запомнили, что внук их милой Эмилии всегда приходит с цветами. Бабушка взглядом дала понять, что готова его слушать. — Я сейчас ездил по работе на родину… Знаешь Ишил так выросла и замуж вышла! Помнишь ее?       Он сел рядом с ней, аккуратно протянув ей свою руку. Эмилия поджала губы, ее взгляд бегал. Она не замечала слезящихся глаз внука. Конечно ее нельзя было винить в этом, но, черт возьми, как же Расс хотел, чтобы бабушка, как прежде, прижала его к себе, погладив по кудрявым волосам, приговаривая, что они такие же мягкие, как и у мамы. — Ты уже приходил, — она не решилась дать ему руку, однако внимательно на него посмотрела, — что ты от меня хочешь? — Знать, что ты в порядке, — честно ответил он, убрав руку. — Я в порядке. — Славно. Кстати, — он засунул руку в карман. Эмилия насторожилась. Он достал толстый пакет и протянул ей, — немного, но на месяц должно хватить.       Она неуверенно взяла конверт, посмотрела в него и тут же подняла удивленный взгляд на Расса, которому эта реакция стала лучшей наградой. — Ты уже задавала вопросы, поэтому отвечу на возникшие: нет, это не последние деньги; да, на жизнь у меня есть; разумеется это тебе и ты можешь их тратить.       Эмили положила конверт на колени, с грустью посмотрела на Расса. — Сколько я уже здесь? — Давно. — Насколько? — Если хочешь в следующий раз принесу тебе твой любимый пирог.       Эмилия растерялась. Рейзер увидел по ее лицу, что ей совершенно неловко от происходящего и она бы с радостью поддержала диалог, но не знала как… — Знаешь, я тебе ещё не рассказал про одну девушку, — Расс улыбнулся, отведя глаза, — она странная. Своенравная, но… слишком честная что ли? Очень красиво поёт. Я вас познакомлю, обязательно.       Эмили внимательно смотрела на внука и неожиданно сказала: — Если ты так отводишь взгляд, значит ты серьезно влюбился, малыш.       Расс резко поднял на неё глаза. Она мило улыбнулась, протянув руку к его лицу. Рассел тут же подставил его под ее тёплую морщинистую ладонь. Она глубоко вздохнула, погладив его по щеке. — Я так скучаю, — прошептал он. — Прости меня. Сколько у нас времени?       Он судорожно посмотрел на часы. — Около десяти минут. — Тогда расскажи мне все о ней, пока я рядом.       И Рассел принялся рассказывать бабушке о Хартфилии все, что его так в ней привлекало. Все плюсы и минусы… он ничего не утаивал от самого родного человека, который был рядом жалкие десять минут.       Именно Эмилия научила этого мальчика ценить время, которого у них, к сожалению, не было. Она его расспрашивала и жадно слушала, ловя буквально каждое его слово, ибо когда пройдут эти десять минут… Память вновь сотрёт его образ, а когда за ним закроется дверь, она не вспомнит, что кто-то заходил. Даже голос его исчезнет.       А Расс снова выйдет из палаты, когда бабушка испугается его. Он снова откажет доктору в предложении перевести ее в специальный пансионат и быстро пойдёт вниз к машине, где, закрыв двери на замок, уткнётся носов в сложённые руки, стараясь отогнать воспоминания.       Он прекрасно знал, что бабушка его не вспомнит рано или поздно. Но когда это произошло… Расс был не готов. Парень не хотел отпускать ее, но у жизни были другие планы.       Если бы Полюшка увидела, как Люси самовольно отключает от себя все приборы и датчики, что занудно пищали, действуя блондинке на нервы, устроила бы скандал, каких давно не видел Хвосте Феи.       Хартфилия была одна в палате. Она шипела от боли, когда поднималась с кровати, медленно опуская ноги на пол. Она встала аккуратно и медленно, будто заново училась ходить. Блондинка осмотрела свои перебинтованные руки, цокнула языком, ухмыльнувшись. Она тут же схватилась за правую щеку, на которой расцвел фиолетово-красный синяк.       Она встала со своего места, подошла к зеркалу, висящему напротив кровати. Люси поморщилась, увидев разбитое лицо. На носу была большая рана, любезно заклеенная пластырем. — Могло быть и хуже, — усмехнулась она своему отражению.       Люси обернулась. Около её кровати стояли большие букеты в вазах, корзинки с вкусностями. Она едва заметно улыбнулась. Её взгляд привлекли четыре шоколадки на тумбочке, сложенные в стопочку рядом с телефоном. Ровно столько раз он к ней приходил.       Дурацкое сердце встрепенулось от чего она смутилась, строго кашлянула, одёргивая себя.       Хартфилия немного размялась, кривясь каждый раз от неприятных ощущений. Она взяла телефон. Множество пропущенных и сообщений от согильдийцев. Блондинка быстро заметила сообщение Лексуса. Естественно, оно было открыто первым.       «С победой всех нас и тебя в частности, дорогуша. Ты провалялась в отрубе со вторника, так что как придёшь в себя — позвони. Все тебе очень благодарны. Ты такую пьянку пропустила! С Джераром и Греем всё более-менее гуд, не переживай. Джувия добралась, она отзвонилась и просила тебя расцеловать) Короче, готовься к празднику, победительница. (Толстовка, штанцы и обувь за ширмой на стуле) Обожаю, Лексус.»       Люси усмехнулась. Значит, Расс приходил к ней каждый день…       Она снова нахмурилась рыкнув. Девушка быстро переоделась и вышла в коридор. Такой реакции от людей она явно не ожидала. Каждый, кто её видел… Благодарил, хвалил и говорил, «насколько она была крута». Люси коротко благодарила и шла дальше. Ей даже не верилось, что совсем недавно её ненавидели и были готовы сжить со свету.       Она знала, что рано или поздно это всё равно произойдёт, но встретить Расса в коридоре ровно через десять минут после пробуждения… Девушка остановилась, увидев его потрёпанную физиономию. Рейзер тоже остановился. Их разделяло всего несколько метров.       Люси строго на него посмотрела и уже сжала кулак, чтобы ударить парня. Он стоял абсолютно спокойно, даже не изучал её взглядом, как это было обычно. Внутри всё закипело и теперь она выбирала, что ей сделать: игнорировать или ударить. — Ты совершенно не в порядке, — спокойно сказал он, глядя ей в глаза. Люси молчала, сверля его взглядом. — Я не знаю, что произошло, но я помогу тебе.       Рейзер не протянул ей руку. Он лишь повернул к ней ладонь внутренней стороной. Хартфилия резко пошла к нему, до боли сжав кулак, чтобы хорошенько ударить. Мгновение, он сделал шаг и крепко обнял девушку.       Люси тяжело дышала, не разжимая кулак. Расс спокойно провёл рукой ей по волосам и принялся ждать её реакции. Они стояли так долго, что Люси успела прийти в себя, и робко обняла его. Расс улыбнулся в то время, как у Люси на глазах появились слёзы. Она сильно зажмурилась, чтобы не заплакать. — Где ты был? — Задание. — Ещё пойдешь? — Как захочешь.       Больше они не проронили ни слова.       Внезапно вся борьба в ней угомонилась. Она не думала и не чувствовала. В один момент Хартфилия осознала, что все идёт ровно так, как и должно.       Мимо них пробежал один человек, потом другой и вот уже несколько человек бегут в сторону большого зала откуда можно выйти из гильдии.       Люси нахмурилась, проводив их взглядом, после чего перевела взгляд на Расса. Он тут же взял ее за руку и повёл в сторону зала. Они сами не заметили, как ускорили шаг, который вскоре перерос в бег.       Люси заметила, что многие бегут в направлении выхода. Она пыталась услышать, о чем говорили люди, но они слишком быстро бежали.       Расс выбежал на улицу и сразу заметил причину суеты. Около гильдии была крупная авария: несколько машин были перевёрнуты, выбежавшие помогали пострадавшим. — Что произошло? — быстро спросила Люси у первого попавшегося человека. — У одной тачки что-то в багажнике взорвалась, — он кивнул в сторону чёрного BMW, лежащего на крыше. Задняя часть горела.       Люси замерла, приоткрыв рот. Это была машина Фернандеса.       Расс почувствовал, как задрожали ее руки. Он быстро посмотрел на неё и уже дернулся в сторону машины, но девушка ухватила его за руку. — Кто-то должен помочь, — бросил он, быстро выдернув руку. Рейзер кивнул девушке и побежал к машине.       Хартфилия пыталась унять дрожь во всем теле. Блондинка не понимала, почему не может сдвинуться с места.       Расс подбежал к машине, попытался открыть заклинившую дверь со стороны водителя. Он нервно посмотрел на горящую часть автомобиля, схватился за ручку, уперевшись одной ногой в машину. — Сейчас рванет! — крикнул кто-то из толпы. — Расс! — неожиданно громко крикнула Люси.       Парень не обратил на неё внимания, дверь поддалась. Он открыл ее, увидев парня без сознания. Лицо было в крови, сам он находился в подвешенном состоянии, удерживаемый ремнём безопасности. Расс старался максимально быстро аккуратно снять парня. Рейзер влез в машину, резко зашипел, поранившись рукой о стекло. Он дергал за ремень, который совершенно ему не поддавался.       Люси осмотрелась. Она сразу смоделировала произошедшую аварию: машина Джерара подлетела на воздух, в неё начали врезаться машины, не успевшие затормозить. Блондинка осмотрела машину, закрыла глаза. Первая врезалась в правый бок, протаранив. Вторая в лобовое, откинув машину на несколько метров. Третья…       Из некого транса ее вывел звонок на телефон. Девушка вздрогнула, быстро подняв трубку.       Расс с трудом отцепил Джерара, схватил его так, чтобы парень не сломал себе шею. Признаков жизни Фернандес не подавал. — Давай, братец, — пыхтел Расс, схватив парня под руки, — Ты здесь не можешь откинуться.       Блондинка осматривала людей. Ноги ее совершенно не слушались. — Как ты меня нашёл? — тихо спросила она. Девушка подняла взгляд. На крыше четырехэтажного торгового центра она заметила мужчину. В руках у него было что-то продолговатое. Блондинка узнала очертания винтовки. — Чё надо? — она слушала голос в трубке, пока губы сами по себе искривились в ироничной усмешке. — Ты знаешь мой ответ. — И тут она осмотрела всех. У неё непроизвольно открылся рот, а глаза заслезились.       Девушка осмотрела раненых людей, которым помогали идти, кто-то кашлял от дыма. Хартфилия проводила взглядом женщину лет сорока. Она была ранена и сильно хромала. По щекам Люси покатились слезы. Женщина истерично плакала, спрашивая у всех о своей дочери, которую она нигде не могла найти.       Неожиданно машина Джерара взорвалась. Вокруг забегали люди, началась настоящая паника. Люси бессильно опустила руку с телефоном. Она никогда не чувствовала себя настолько беспомощной. Раздались звуки сирены, блондинка заметила в дыму мигалки. Она несколько раз моргнула и снова приложила трубку к уху. — Это слишком даже для тебя! — она скривилась, вытерев слезы. — Ты чудовище! С какого перепугу? — растерянный вид сменился истинным гневом. — Только тронь их… — Люси прикусила губу, ещё раз осмотревшись. — Ладно. Я поняла тебя. — она быстро вытерла слезы. — Хорошо, я все сделаю!       Хартфилия резко развернулась и пошла в противоположном направлении от аварии. Девушка не видела, как Расс, сидя на асфальте с Джерара на руках, пытался отдышаться, в очередной раз благодарю все высшие силы за то, что он успел отползти и его зацепило совсем немного. Люди тут же ринулись к нему, когда увидели, как он закрыл собой Фернандеса, лежащего без чувств. Он услышал звуки сирен. Люди расступались перед скорой и пожарными.       Медики повыскакивали из машин, бросились к нему. Он тут же кивнул на Фернандеса. Врачи быстро переложили бунтаря на специальную тележку и понесли к машине скорой помощи, Расса подняли и помогли ему зайти в том же направлении. Рейзер оглядывался, но Хартфилию он так и не увидел.       В этот момент девушка быстро завернула за угол. У неё был потерянный вид, глаза покраснели от слез.       Она заметила чёрный лексус. Из неё вышел водитель, подошёл к противоположной стороне и открыл ей дверь. Девушка поджала губы, открыла телефон на контакте, подписанным «Рейзер», но тут же выключила телефон, сильно сжав его в руке.       Хартфилия подошла к машине, бросив телефон под колёса и села в машину. Водитель закрыл за ней дверь.       Вскоре машина тронулась. Раздался хруст. На асфальте остался раздавленный телефон, не подлежащий восстановлению.       Люси старалась сдержать нервный смех и слезы. Водитель это заметил, но не придал этому ровно никакого значения.       Рейзеру натянули на лицо кислородную маску, несмотря на его отказ. Он спешно осматривался, но так и не смог найти в толпе блондинку.       Машина ехала достаточно быстро, но Хартфилию это совершенно не волновало. Она пустым взглядом смотрела в одну точку. За окном мелькали многоэтажки. Вскоре их сменили небольшие домики. Люси и не заметила, как за окном появился лес.       Вскоре машина мягко остановилась. Ей открыли дверь. Она несколько раз моргнула, обратив наконец внимание на мужчину, протягивающего ей руку. Люси вышла из машины, осмотрелась.       Автомобиль остановился на взлетной площадке, где Хартфилию ждал личный самолёт. Мужчина в дорогом костюме жестом предложил девушке пройти внутрь. Блондинка без какого-либо удивления или восторга поднялась на борт, так и не обернувшись.       Расс вбежал в гильдию, быстро осмотрел зал. Ее не было. Парень тут же побежал в комнату Хартфилии, но и там ее не нашёл. Он скривился выругавшись. Рейзер уже хотел побежать к мастеру, но действие препарата, которое он, как и велела Ишил, вводил себе каждый вечер, ослабело. Парень почувствовал, как тело потяжелело, и раны заныли.       Расс через силу плёлся к мастеру. С каждой секундой ему становилось всё хуже, он схватился за бок, тяжело дышал, но, несмотря на боль, продолжал идти.       С ней точно что-то случилось! Он должен дойти до мастера и обо всем доложить… Расс пытался дошагать до мастера, но колени подкосились, дыхание сбилось и его изнеможённое тело рухнуло на пол.       Машина остановилась у шикарных кованых ворот высотой три метра. Хартфилия вздрогнула, когда ей открыли дверь. Девушка вышла, увидела роскошный особняк, до которого вела широкая дорожка. По её краям росли невысокие декоративные деревья.       Ей открыли ворота, и она медленно пошла к особняку. С каждым шагом идти было всё тяжелее. В голове звенело от воспоминаний. Дом нисколько не изменился — всё такой же бледно-желтый с белой лепниной.       Хартфилия торопливо вытерла набежавшие слезы, глубоко вздохнула. Она выправила волосы. Девушка твёрдо решила, что не позволит себя сломать. Знала, что будет себя держать в руках, не давая кому-либо её ранить.       У порога ждал постаревший дворецкий. Он нисколько не удивился, увидев её. Лишь робкая улыбка коснулась его губ. — Добро пожаловать, Госпожа Люси.       Она коротко ему улыбнулась. Дворецкий открыл дверь, и блондинка вошла. Здесь уже не пахло деревом и цветами. Люси осмотрелась: вместо красивого стола, на котором всегда стояла ваза с цветами, теперь было пустое место, лестница из красного дерева, которая разветвлялась вверху в разные стороны теперь была сделана из мрамора, а перила выполнены из железа в виде виноградной лозы. Лишь шикарная люстра осталась нетронутой.       Он стоял на разветвлении лестницы, заложив руки за спину, смотря на блондинку сверху вниз. Девушка встретилась с ним взглядом. Цепкий, холодный. — Твоя комната свободна, — бросил Джуд. — Я тоже рада тебя видеть, — она замялась, но под его стальным взглядом всё-таки выдавила: — Джуд. — Надеюсь понимаешь, что ты будешь вести себя тихо и покладисто. — Люси не ответила, изучив его взглядом. — Ужин в семь. Не вздумай опаздывать.       Не сказав ей больше ни слова, Джуд ушёл вверх по правой лестнице.       Девушка собралась с духом и поднялась вверх. Она осмотрелась. — Ну привет, дом.       Хартфилия пошла в противоположную от Джуда сторону.