Одна ночь

Ужин прошел на удивление неплохо. Анжела Павловна только раз пятнадцать пыталась вытянуть информацию из будущей ячейки общества, куда же они собираются поехать на медовый месяц. Что характерно, задавая этот вопрос, она сама тут же отвечала что-то вроде: «Советую вам поехать во Францию» или «Настоятельно рекомендую подумать о Париже». И все в таком духе. Но я уже знала, что Наташа и Миша оба были за Испанию. Но решили пока не говорить об этом никому, дабы не усугублять и так напряженную обстановку. Что интересно, наша мама общалась с Каролиной куда больше, чем сама Анжела Павловна. Это было для меня непонятно. Я видела, какие взгляды бросала женщина на свою дочь, и меня жутко интересовало, что же они не поделили в прошлом. Может, это из-за того, что Каролина отказалась жить у них в доме? Или произошло что-то другое? Но ясно было то, что отношения между матерью и дочерью были, мягко говоря, натянутыми. Мы же с Каро не обменялись и парой фраз за тот вечер, демонстративно отворачиваясь друг от друга. Наташа с самого начала поняла, что что-то не так, и попыталась выяснить, что же именно, сразу, как только представился случай. А он представился после того, как мы высадили сначала Каролину, потом нашу маму, и направились к моему дому. Ничуть не стесняясь своего жениха, Наташа тут же задала вопрос: — Ну, и что у вас с Каролиной? Миша, как настоящий интеллигент, сделал музыку громче и сосредоточился на дороге. — О чем ты? – спросила я, как ни в чем не бывало. — Не пудри мне мозги, Кира, — строго заметила Наташа, глядя на меня своим фирменным учительским взглядом. — Да что? Мы с ней даже не разговаривали! Что не так-то? — Вот именно! Ты все время до ужина сидела одна, хотя я несколько раз приглашала тебя присоединиться к нам. — У меня была мигрень, — я решила использовать отговорку Анжелы Павловны. А вдруг, сработает. — Ой, не надо мне вешать лапшу на уши! Я тебя знаю! – воскликнула Наташа. – Что вы опять не поделили? — Да ничего мы не делили, Наташ. Просто… нам сложно общаться друг с другом. Слишком разные взгляды. Я милая и добрая, а она злая сучка. Вот и все. Тут Миша еле слышно кашлянул. — Прости, Михаэль, ничего личного. Просто мы абсолютно не ладим с твоей сестрой, — отрезала я, уставившись в окно. Миша промолчал. — А почему вы не ладите? – продолжала допытываться Наташа. — Говорю же – разные взгляды. Она попросила с ней не разговаривать без надобности. Я и не разговаривала, — фыркнула я. — Это как-то связано с той ночью? — С какой ночью? – чуть ли не фальцетом пропищал Миша, резко оборачиваясь назад и глядя то на меня, то на Наташу. — Мишлен, не забивай голову, — махнула я рукой. – Это не то, о чем ты подумал. — Да, Миш, не в том смысле, — тут же подтвердила Наташа, и ее жених, кажется, снова нашел свое самообладание. — И нет, это никак не связано с тем случаем, — ответила я чуть тише, практически на ухо Наташе. – Кстати, ты заметила, как Анжела Павловна держалась с ней холодно? – решила я перевести тему. – В смысле, это было холодно даже для нее. — Да, я тоже об этом подумала, — кивнула Наташа. — Может, Каролина что-то натворила? Например, потратила все семейные сбережения? Или влезла в долги? — Нет, не думаю. Насколько я знаю, пока она жила в Лондоне, ее дела шли довольно неплохо. — Странно. Она врач, почему же тогда королева-мать так к ней относится? – продолжала я размышлять вслух. – Миш, — я чуть придвинулась к водительскому креслу и слегка постучала по плечу жениха своей сестры, – а Каролина врач в какой сфере? — Гинекология. Но сейчас она больше занимается исследованиями, насколько я знаю. Она писала какую-то научную работу, получила даже какой-то грант на исследование или что-то такое. И сейчас она, в основном, работает в лаборатории. — М-м-м, — протянула я, — понятно. Вновь усевшись на сиденье, я посмотрела на Наташу: — Может, ее мать хотела, чтобы она была практикующим врачом, а не исследователем? — Все может быть, но это же глупо. Она явно хороша в своей области, раз ей выделили деньги на исследование. — Наверное. Но кто знает, что там в голове у Анжелы Павловны, — пожала я плечами. — Тоже верно, — вздохнула Наташа. Остаток пути прошел в тишине. Не знаю, о чем думала Наташа, но я размышляла о Каролине. Определенно, какая-то загадка в этой девушке была. И, не буду кривить душой, мне было жутко интересно выяснить, что же она скрывает. И мама, и Наташа были от нее в полном восторге. Либо она действительно вполне себе приятная, либо это тот случай, когда в человеке уживаются две личности. Меня передернуло, когда я почему-то представила доктора Джекила и мистера Хайда. Нужно все же разобраться в этом. Определенно. *** С самого утра день обещал быть сумасшедшим. Я была у Наташи в пять утра. Уже подтянулись визажист и парикмахер. Я сидела в пижамных штанах и с кофе в руке, пытаясь не закрывать глаза дольше, чем на пару секунд. Мама должна была подъехать с минуты на минуту вместе с Каролиной. О, кстати, об этом. Я узнала, что на неделе они дважды встречались, чтобы пообедать. Представляете? Каролина и моя мать. Отличная компания. И с кем мне теперь дружить против нее? Наташе вообще плевать на наши военные действия, а мама, похоже, скоро вступит в партию Каро. Меня это не устраивало, но я не могла понять, почему. То ли потому что я ревновала маму, то ли потому что сама не могла нормально общаться с этой красивой девушкой. В любом случае, в начале шестого, я не могла думать даже об этом. Я задавалась вопросом, какого черта я тут делаю, если все равно все заняты приготовлением невесты. — Милая, почему ты в пижаме? – мама ворвалась в комнату, держа в руках огромный букет цветов. — И тебе доброе утро, мам, — кивнула я, игнорируя вопрос. Ну не объяснять же ей, что я проспала все время на сборы и встала, когда нужно было уже выходить из дома. Благо, успела хоть умыться и почистить зубы. — Привет, родная, — мама чмокнула меня в щеку и потрепала по волосам. — Я вижу, почти все в сборе. А что, младшая змея опять опаздывает? Надеюсь, Миша не унаследовал этот ген непунктуальности, и появится на свадьбе вовремя, — проворчала я, видя, что на часах уже пятнадцать минут шестого, а Каролины все еще нет. — Я полагаю, младшая змея уже здесь, — услышала я голос из-за маминой спины. — Упс, — пробормотала я, закрывая лицо большой чашкой с кофе и наблюдая, как в комнату входит Каро с букетом поменьше. — Кира, что за выражения? – строго заметила мама, нахмурившись. — Извините, я не выспалась, — я подняла чашку в знак приветствия и изобразила на лице улыбку, глядя на сестру Михаила, — поэтому весьма сварлива. — Как и в любой другой день, — ответила девушка так, чтобы это услышала только я. Мелкая сучка. Они с мамой тут же направились в спальню, где визажист колдовал над Наташиным лицом, а я вновь спросила себя, зачем нужно было приезжать так рано. Уже через полчаса стало ясно, зачем. Словно из ниоткуда, появилась целая куча разных дел и обязанностей, которые постоянно делегировались. Платья, цветы, обзвон обслуживающего персонала, прибытие организатора, фотографа, видеографа и еще куча разных деталей, не говоря уже о том, что нас всех нужно было накрасить, одеть, собрать, и «выпнуть» из дома в положенное время. Я была категорически против своего наряда, который выбрала для меня Наташа, но нужно ли говорить, что меня никто не слушал? Максимум, чего я добилась – она разрешила мне переодеться на вечеринке в коттедже. Я с нетерпением ждала того момента, когда суета в ЗАГСе подойдет к концу, и мы отправимся на настоящее веселье, где я смогу нацепить штаны. Ну, не могу я долго ходить в платье. Зато Наташа, мама и Каролина выглядели просто потрясающе. На Наташе было молочного цвета свадебное платье, украшенное какими-то то ли розочками, то ли чем-то в этом роде. Оно было неброским, но элегантным. Прическа, собранная на макушке, украшалась фатой с серебряной заколкой. Моя сестра еще никогда не выглядела такой красивой и… такой нервной. Мама была в светло-розовом платье, длина которого была более чем целомудренной – почти до пола. Ее темные волосы были слегка завиты и спадали на плечи. Я знала, что наш генофонд очень хороший – моя сестра и мать были настоящими красавицами, и я чувствовала себя, словно в цветнике. Но Каро была в этом цветнике настоящей дикой розой. Бордовое платье, что огибало все ее плавные линии, смотрелось на ней, как вторая кожа. По бокам были черные вставки, а ее длинные ноги были украшены черными туфлями на каблуке. Густые волосы красиво спадали каскадом, но все равно открывали вид на сильную спину. Спереди платье было скромным, но сзади… Когда она обернулась, и я увидела ее разрез почти до самой задницы, комок невольно подкатил к самому горлу. Ее кожа была идеальной. Она была идеальной. Мне с трудом удалось уговорить себя не пускать слюни на свое скромное платьице цвета металлик. Это был довольно консервативный наряд, но и на поиск его у нас ушло немало времени. Я совру, если скажу, что во время церемонии в ЗАГСе смотрела на свою сестру. Нет, я нагло пялилась на сестру жениха, и ничего не могла с этим поделать. Еще как назло, мне она досталась в «пару». Мама была со своим Валерой, родители Миши и Каро стояли рядом с ними, а я стояла с ней. И я знала, что в огромном загородном доме, который сняли Наташа с Мишей, мое место за столом тоже рядом с ней. Это и радовало, и огорчало. И я не могла понять, какие эмоции пересиливают. На официальной части бракосочетания присутствовало не так много народу – только самые близкие; Наташа с Мишей, к нашей всеобщей радости, отказались от этих обрядов типа выкупа невесты, пошлых конкурсов, кусания каравая и других хлебобулочных изделий. Они просто расписались под торжественную музыку и слезы родителей, а потом все разъехались по своим домам, чтобы уже к четырем прибыть на основное веселье. Лично я радостно поскакала переодеваться, чтобы иметь возможность хотя бы на торжественной части чувствовать себя комфортно. Я бы, конечно, с удовольствием нацепила джинсы и какую-нибудь футболку, но Наташа попросила хотя бы немного сохранить официоз. Поэтому, напялив на себя предварительно выстиранные и выглаженные брюки и светлую рубашку мужского кроя, а также повесив на руку пиджак в тон к брюкам, я поехала к маме с Валерой, чтобы с ними отправиться в коттедж, так как путь предстоял, мягко говоря, не самый близкий. Для остальных гостей молодая семья сняла «Икарус» с кондиционером, а также несколько домиков, чтобы люди имели возможность остаться с ночевкой, а не тащиться в ночи обратно в город. Когда я уже подъезжала к дому, где моя мать сожительствовала со своим женихом, она уже начала мне названивать: — Кирюша, ты скоро? Мы уже в машине, ждем только тебя. — Мам, мы договорились в половину третьего. Сейчас 14:10. Я не только не опаздываю, но даже приеду раньше, и ты все равно будешь мне говорить, что я копуша? – проворчала я в трубку, заезжая во двор на такси. — Милая, я просто не хочу опаздывать, — мама не заметила моего язвительного тона. — Я уже вот, вот уже. Иду, — я отдала деньги лысому водителю и направилась к машине Валеры. Старый большой Мерседес грязно-серого цвета с тонированными окнами приветливо бибикнул, когда я уже протянула руку к двери. Излюбленная шутка Валеры. Всегда, когда я собираюсь сесть к нему в машину, он жмет на клаксон, чтобы напугать меня. От неожиданного громкого звука я подпрыгиваю на месте, и это очень веселит Валеру. Этот раз не стал исключением, и я, подскочив, чертыхнулась. — Валера, — начала я, открывая дверь, — какого чер… та… — я не смогла договорить, так как во все глаза пялилась на сидящую на заднем сидении Каролину. — Милая, хватит стоять, как истукан, садись в машину, на дорогах сплошные пробки, — мама вывела меня из оцепенения, помахав для убедительности рукой. Я снова не смогла вымолвить ни слова, поэтому молча уселась рядом с Каро, думая лишь о том, какого лешего она здесь забыла. Мы ехали уже минут пятнадцать, мама болтала о чем-то с Валерой, а я краем глаза следила за своей соседкой по сиденью. Казалось, ее моя компания нисколько не смущает. Она выглядела спокойной и даже какой-то… умиротворенной, что ли. Когда мне это надоело, я чуть наклонилась к ней и пробурчала: — Почему ты едешь с нами? Твои родители не могли взять тебя с собой? Она вздрогнула, будто я ее выдернула из каких-то размышлений, и недоуменно посмотрела на меня: — Что? — Я спросила, почему ты едешь с моей мамой? Вы что теперь, подружки или вроде того? — Тебя что-то не устраивает или это твой обычный способ завязать непринужденную беседу? – ответила она, подняв бровь. — Я просто не понимаю. Вы ходите вместе обедать, постоянно о чем-то мило болтаете… Тебе что, дружить не с кем, кроме как с моей мамой? – продолжала шипеть я. — Ты в своем уме?! – тихо, но все же воскликнула она. — Я в своем уме. Ты буквально поселилась в моей семье, но я-то знаю, что они зря считают тебя такой милой и распрекрасной. Мне-то ты показала уже свое истинное лицо, — бурчала я, буравя ее взглядом. — Господи, Кира, повзрослей уже, а? Тебе что, пять лет? Я общаюсь с твоей мамой, потому что у нас есть общие интересы, даже в плане работы. И она прекрасная, умная, веселая женщина. В чем проблема? — Ты общаешься с моей матерью, потому что вы обе – специалистки по вагинам? – съязвила я. – Не думаю, что ее сфера деятельности имеет много общего с твоей. — О, если так смотреть на ситуацию, тебя тоже можно причислить к этому рангу, не так ли? – сверкнула взглядом Каро. — О чем ты? – нахмурилась я. — Ну, ты же тоже в своем роде «специалист по вагинам». Самый обаятельный, классный и обворожительный специалист, от которого должна быть без ума каждая девушка. Разве нет? – она невинно хлопала черными ресницами, глядя прямо мне в глаза. — О, ты снова вернулась к этой теме? – устало вздохнула я. — Мы от нее никогда не отходили. Разве не поэтому тебе не дает покоя моя персона? — Мне плевать на твою персону совершенно, — отрезала я. – И хватит мне надоедать со своей болтовней. Мы разговариваем десять минут, а я уже хочу тебя придушить, — прошипела я, отодвигаясь от нее к самой двери. — Поверь, это желание у нас взаимное! – кинула мне в ответ Каролина и тоже отодвинулась. Я сидела, сложив руки на груди, и смотрела в окно. Боковым зрением я видела, что поза Каро мало чем отличалась от моей. И когда я перевела взгляд вперед, то увидела, как мама вопросительно смотрит на меня в зеркало. Я лишь покачала головой и отвернулась. И какого черта ей приспичило вернуться из своего гребаного Лондона?!