Желание жить

      — Семён, ну, чего ты в проходе-то застыл? — спросила вожатая, выталкивая меня из домика.       — Любуюсь природой. Теперь уже вернее любовался.       — Иди, пройдись. Что же ты отсюда-то любуешься? — рассмеялась одна.       Я ответил: «Хорошо», — и пошёл гулять. Однако, не успел я сделать и пары шагов, как сзади снова раздался голос Ольги.       — Так, а ну погоди! Один не ходи: заблудишься. Сейчас мы…       И с этими словами, она быстро огляделась, заметила мимо пробегавшую пионерку и схватила ещё за плечо. Та, не понимая, чего от неё хотят, остановилась и рассеянно поглядела на Ольгу Дмитреевну.       — Мику, у нас тут новенький, — она кивнула в мою сторону, — можешь показать ему лагерь?       Та сразу заулыбалась и с энтузиазмом закивала.       — Конечно, Ольга Дмитриевна. Мне как раз нечем было заняться. Я с радостью покажу ему лагерь. Кстати, а почему он так поздно приехал? А как его зовут? А как…       — Сама у него спросишь, — отмахнулась от неё вожатая. — У меня дела, Мику, так что до встречи.       И вожатая была такова.       Девочка же, которую звали Мику, подбежала ко мне. У неё были азиатские черты лица, огромные голубые глаза, а так же красивейшие аквамариновые волосы, которые были убраны в два длинных хвоста. У девушки также был звонкий голосок и, судя по всему, манера говорить со скоростью автоматной очереди.       — Ну, привет! Меня Мику зовут, а тебя как? А... — она осеклась. Видимо знает об особенности своей речи.       — Привет, Мику. Я Семён. Приятно познакомиться, — я искренне улыбнулся ей, — У тебя такое странное имя. Ты японка?       — Наполовину, — радостно кивнула она. — Мама из Японии, а папа русский. Я родилась и выросла в Японии, но меня с детства учили сразу двум языкам. Так что я могу свободно говорить и на русском, и на японском.       — Ну у тебя и способности!       — Ладно, чего это мы всё обо мне? Идём лагерь смотреть! — сказала Мику и повела меня в сторону площади.       По правде говоря, я оттягивал экскурсию, как мог. Я не знаю, почему и откуда, но у меня вдруг появились знания об этом лагере. Я точно знал, что сейчас мы идём к памятнику товарищу Генде, который стоит на площади. Что тот домик с обшарканными стенами, что был на входе — это здание клубов. В принципе, я сейчас мог самостоятельно найти любое здание в лагере. Однако, отказываться от компании Мику, тем более после того, как пробыл столько времени в одиночестве, не хотелось. Да, может это продолжалось не так уж и долго, но я считал, что вообще потерян для внешнего мира, а тут такая удача, всего лишь лёгкая амнезия по пути в пионерский лагерь. Хотя разве у пионеров были смартфоны? А, да какая к чёрту разница? Сейчас главное — не забивать этим голову. Подожду пока, может что-нибудь и выясню.       Пока я был в таких размышлениях, Мику уже довела меня до площади и показывала бронзового гиганта.       — Это наша достопримечательность: памятник товарищу Генде. Правда, кто это — никто не знает. Даже вожатые. Я спрашивала у некоторых, но они лишь плечами пожимают. Кто-то думает, что это основатель лагеря, кто-то, что это какой-то выдающийся партийный деятель. А ты как думаешь?       Я не знал, что мне ответить. Всмотрелся в спокойные бронзовые глаза, скрытые под таким же бронзовым стеклом, и поискал в них мудрость. Каменный гигант смотрел на меня с насмешкой. И тут случилось, что-то непонятное. От статуи послышался какой-то шёпот. Я был достаточно близко, чтобы услышать его, но чтобы понять всё до единого слова подошёл ближе, игнорируя недоумённый взгляд Мику.       — Что, малыш? Боишься неизвестности? Не знаешь, как быть? Оно и понятно. Но ты не бойся. Живи спокойно. Придёт время, и ты всё узнаешь. Он придёт. Он тебе объяснит. А пока не трать время на вопросы. Просто радуйся жизни. Иди.       И шёпот стих. Я стоял, как громом поражённый. Со мной только что говорил памятник. Дожили! Но то, что он мне сказал, было совсем уж за гранью моего понимания. Ясно, конечно, что он хотел меня успокоить и что-то объяснить, но я только больше запутался. Да ещё и напугался. Кто-то знает обо мне? О моей амнезии? Это не к добру!       — Семён! — меня сильно потрепали за плечо. — Семён!       Я потряс головой, скинул морок и посмотрел на испуганную Мику. Ну, может и не испуганную, но она явно выглядела обеспокоенной.       — Да, Мику? Что-то не так?       Она облегчённо вздохнула.       — Фух! Ты представляешь? Ты вдруг сделал серьёзное лицо, упёрся взглядом в этот памятник. Ты перестал на меня реагировать и подошёл сюда, а после тупо стоял и смотрел перед собой, а я никак не могла тебя расшевелить!       — Ох! И долго это продолжалось?       — Где-то минуту? Что с тобой было-то? — из её голоса не уходили обеспокоенные нотки.       — Ты не поверишь! Мне показалось, что Генда заговорил со мной! — я сделал максимально серьёзное лицо, чтобы показать, что я не шучу.       — Памятник?       — Да!       Мику странно посмотрела на меня. Потом вдруг улыбнулась.       — И что он сказал?       — Что я должен наслаждаться жизнью.       Мику улыбнулась ещё шире.       — Так давай последуем его совету! — сказала она, упираясь руками мне в спину и толкая куда-то от памятника. — Кстати говоря, ты ведь знаешь, что в моей стране многие верят, что у каждого предмета есть душа? Может быть, ты счастливец, что сумел поговорить с душой этого памятника? Пообщался с его Ками?       Я неуверенно кивнул.       — Может, ты и права. Ладно, пойдём. Покажешь мне ещё что-нибудь.       Мику уже было повела меня в сторону библиотеки, как остановилась и ухмыльнулась.       — Знаешь, тебе же нужно заводить знакомства? Быстрее так освоишься.       Хорошенько взвесив эту мысль, я пришёл к выводу, что она права. Надо бы в ближайшие пару дней обзавестись связями. Как подсказывают инстинкты: выжить проще в группе.       — Да, Мику. А что, ты хочешь мне как-то с этим помочь?       — Ну, вон давай с неё начнём, — она кивнула в сторону девушки, в одиночестве сидящей на лавочке, и двинулась в её сторону. — Я её хорошо знаю. Это Лена, моя соседка. Мы с ней в одном домике живём. Ей как раз не помешает познакомиться с кем-нибудь.       Мы подошли. Девушка, казалось, даже не заметила нас. Она увлечённо вглядывалась в толстый том книги. Глаза потихоньку двигались по страницам. Она была полностью поглощена процессом.       Девушка была красива. Милое, даже немного наивное детское лицо с искренними глазами. Фиолетовые волосы, убранные в два коротких хвостика, очень странно сочетались с пионерской формой, но ей это шло. Девушка также была обладательницей выдающихся форм, которые безуспешно пыталась скрыть за рубашкой большего размера.       — Лена, — окликнула её Мику, — вернись в наш мир ненадолго. Хочу тебя кое с кем познакомить. Девушка вздрогнула от неожиданности. Она робко приподняла голову и взглянула на Мику непонимающим взглядом. Потом, когда до неё, видимо, дошёл смысл слов подруги, она перевела взгляд на меня. Её лицо вдруг стало пунцовым. Она долго не отрывала взор от моего лица. Потом, вдруг, издала еле слышный звук, похожий на ойканье и вновь спрятала глаза в книжку. Чуть-чуть помявшись, она подняла умоляющий взгляд на Мику.       Сразу видно — знакомства ей трудно даются. Особенно с лицами мужского пола.       Мику же сделала вид, что не заметила заминки.       — Знакомься, Лена. Это Семён. Он только сегодня приехал. Я ему лагерь показываю.       Я решил не отставать от японки и поздоровался.       —Привет, Лена.       Она опять вздрогнула. Чуть приподняла глаза. Лицо её стало ещё краснее, и уже было не пунцовым, а алым. Девочка явно меня стеснялась. Странно, я, вроде, не настолько страшный, да и не сильно урод.       — П-привет, — всё-таки собравшись с силами, произнесла Лена. Правда, это было очень тихо, но я всё же расслышал её дрожащий голосок. Он был тих, но мелодичен, мягок и нежен. С таким голосом надо бы на сцене выступать, или петь. Или хотя бы аудиокниги озвучивать. Судя по характеру Лены, её подходит именно последнее.       — Ну так вот! — внезапно раздался звонкий голос Мику. Между прочим, в нём тоже было что-то музыкальное. Что-то неуловимое, похожее одновременно на щебетание птиц, шелест волн и шуршание листьев. Интересно, а она поёт?       —Нам тут компания не помешает. Может, с нами пойдёшь? — продолжила меж тем моя неугомонная проводница.       Я не поверил своим глазам, но лицо Лены продолжило краснеть. Её глаза немного расширились.       — «Так, девочку надо спасать. Она же тут сейчас расплачется от смущения!»       Я бесцеремонно сгрёб Мику в охапку и потащил в сторону от лавочки.       — Ладно-ладно, нам уже пора. До встречи Лена. Наслаждайся творчеством… — я взглянул на обложку, — …Шекспира.       Немного подняв глаза, я увидел, что Лена благодарно мне улыбнулась и кивнула, после чего вновь перевела взгляд на пожелтевшие страницы.       Когда мы с Мику отошли достаточно, я её отпустил.       — Ну, и зачем ты так? Бедная девочка чуть в обморок от испуга не свалилась. Она у вас всех мальчишек боится? Или вообще людей.       Мику горько улыбнулась.       — Всех людей, а мальчишек в особенности. Со мной ей, конечно, удаётся ладить, но только потому, что я её постоянно расшевеливаю. Она очень необщительная. Первые два дня, мы почти не общались: говорила одна я, а она просто сидела рядом.       Я внимательно выслушал её.       — Слушай, но ведь это уже какая-то антисоциальность.       Она кивнула.       — Есть такое. Вот я и пытаюсь её знакомить с людьми, заставляю общаться, находить друзей.       — И получается?       — Как видишь: не очень, — вздохнула Мику.       — А может тогда лучше оставить её в её зоне комфорта?       Мику перевела на меня взгляд и внимательно посмотрела.       — Может ты и прав.       Вдруг откуда-то из-за спины послышался бархатный, грудной женский голос.       — О, привет, Мику. А это кто? Я его раньше не видела.       Я обернулся и увидел перед собой ещё одну девушку. Что-то слишком уж их много сегодня. И все как на подбор первые красавицы. У этой же во внешности преобладали славянские черты. Приятное женственное лицо, весёлые голубые глаза, а так же длинные волосы цвета высохшего сена, которые сплетались в две восхитительные косы.       — Привет, я Семён. Только приехал. Мику мне лагерь показывает.       Девушка улыбнулась. Они вообще тут все часто улыбаются!       — А меня Славей все зовут. Правда полное имя Славяна, но Славя — как-то проще. Как Слава звучит.       Ох, и молодцы родители! Такое имя точное подобрали! Лучше, чем этим именем, Славю не описать. Она именно Славяна!       — А чего ты так поздно приехал-то? — она вопросительно приподняла брови.       — Кстати да! — присоединилась к ней Мику. У неё был слегка обиженный голос. Может от того, что я уделяю ей слишком мало внимания, постоянно отвлекаясь на других. Кто же её знает? — Мне ты так и не сказал!       — Да чего там говорить-то? — я нервно хихикнул. Да, волновался я сейчас не меньше Лены. Ещё немного, и лоб начнёт потеть, — Срочно надо было в городе задержаться, а сюда всё же хотелось. Вот и приехал на неполную смену.       — Бедный, — посочувствовала Славя, — Ты, наверное, так хотел на полную смену. А сейчас приехал, никого не знаешь. Ты выглядишь немного растерянным.       — «И немного напуганным,» — читалось в её глазах.       Да уж. Что не девочка, то сюрприз! Одна Японка, вторая няша-стесняша, третья обладает просто невероятными способностями к эмпатии.       — Есть такое… — я в растерянности почесал голову. Ну, вот и как после такого продолжать беседу?       Положение спасла Мику.       — Знаешь, Славя, я тут его с лагерем знакомлю, но даже не знаю, куда мне дальше его вести. Может, посоветуешь что-нибудь.       Славя немного задумалась. Чуть приоткрыла рот и приподняла глаза. Видимо, перебирает в памяти, куда лучше всего пойти.       — Так отведи его к кибернетикам, — наконец, ответила она, — а потом к себе заведи.       — «Минутку! К себе? Это к себе в домик что ли? И что мы там делать будем? Мы пока слишком мало друг друга знаем, да и слишком молоды для подобных вещей!»       Мику обдумала предложение и, очевидно, сочтя это идеальным вариантом, энергично кивнула.       — Славя, умница! Как я сразу не догадалась его к себе отвести?       — «Всё. Полный провал. Она ещё и в восторге от этой идеи. Нет, мне приятно конечно, но… в общем, я надеюсь, что она будет благоразумной. Всё. Я за себя не отвечаю».       Мику тем временем, уже усердно тащила меня за собой.       — Ладно, Славя, мы пойдём, — заявила она.       — Пока, — только и успел вымолвить я, увлекаемый энергичной японкой.       В спину нам донеслось доброжелательное: «Ещё увидимся!».       Миновав площадь, мы подошли к уже знакомому мне зданию кружков. Если верить Славе, то тут обитали какие-то кибернетики.       Мику громко постучалась, после чего втянула меня внутрь. На нас оглянулись двое ребят. Наконец-то! Здесь есть мужчины! Да! Я не один такой! А то ещё немного, и меня точно кто-нибудь уволок бы в кусты.       Первый имел серьёзное лицо, очки и коричневые волосы. В правой руке он держал паяльник. Второй был более расслаблен. Блондин.       — Здрасьте, ребят. Я Семён. Я только приехал, вот, осматриваюсь тут.       Тот, что с паяльником, отложил его в сторону, подошёл и протянул мне руку.       — Шурик, — мы обменялись рукопожатиями.       Потом так же со вторым. Его имя Сергей, но все зовут его Электроник. Вот такое вот знакомство.       — Значит, Семён, ты только приехал? — начал Шурик, сняв очки, достав из кармана тряпочку и начав их протирать, — Значит, ты пока ещё ничем не занят, нигде не состоишь. Скажи-ка мне, Семён, — он сделал эффектную паузу, и одел очки. Те ярко блеснули на солнце, — не хочешь ли ты вступить в клуб кибернетиков?       — Нет, — ответил я, почти не задумываясь, — не обижайтесь ребят, но нет. Какой из меня кибернетик? Я из физики ничего сложнее законов Ньютона не знаю, да могу выпендриваться сложными словами, вроде корпускулярно-волнового дуализма. Но на этом всё. Так что я не гожусь к вам в кружок, — закончил я слегка виноватым голосом.       — Более того, — решила вставить свои пять копеек Мику, — я бы вам всё равно его не отдала, мальчики. У меня на него планы.       Я непонимающе посмотрел на неё. А вот кибернетики уже переглянулись, кивнули друг другу и пожали плечами.       — Ну, что же. Попытаться стоило. А чего тогда пришли? — это уже Электроник.       — Ольга Дмитриевна велела ему лагерь показать. Вот я и показываю, чтобы потом не заставила бегать, подписи собирать. А к вам все забегали, отмечались.       — Ну, хорошо, — Шурик всё же звучал немного обиженным, — тогда можете идти.       — Ладно, пока ребята,— сказал я.       Мику повторила мои слова и вышла вслед за мной. Она, не говоря ни слова, махнула рукой, показывая двигаться за ней, и пошла к какому-то зданию неподалёку. Оно было не шибко большим, имело жёлтые стены и очень просторную веранду. На одной из стен было громадное окно. Оно занимало почти её площадь.       — «Мда… в прятки тут не поиграешь. Снаружи видно всё».       Мику открыла дверь и завела меня внутрь, положив ключ на полку. Вот тут-то я, наконец, и узнал, что это за здание. Как оказалось, это что-то вроде музыкального кружка. Потому что инструментов тут хватает на целый оркестр: несколько гитар, как акустические, так и электронные, бас-гитара, рояль, куча медно-духовых, в углу стоит барабанная установка. Рай музыканта.       — Ну, как? Впечатлён? — Мику уже поглаживала крышку рояля, и я не видел её лица, но я чувствовал, что она сейчас улыбается.       — Сильнее я смогу впечатлиться, только если ты сыграешь, — насколько я понял, она что-то вроде заведующей этого кружка, раз у неё есть ключи. Значит, она должна уметь играть. Наверное…       — Именно этих слов я и ждала, — ухмыльнулась Мику и, усевшись, подняла крышку рояля.       И она заиграла. Я не знаю, что это было: не силён в классике, но точно могу сказать, что это было божественно. Нет, действительно! Мику отдавалась музыке вся, я прямо чувствовал, как её эмоции, которые она хотела передать через музыку, доходили до меня в виде звуковых волн. Это было подобно бушующему урагану, подобно морскому шторму. Я стоял зачарованный и боялся пошевелиться, чтобы случайно не отвлечь Мику.       И вот, отзвучали последние аккорды, и Мику закончила мелодию как-то резко, но красиво. Она открыла глаза и обернулась на меня.       — Ну как?       — Знаешь, — я говорил очень медленно, — если бы я зааплодировал, то было бы неправильно. Потому что после такого, аплодисментами должен взорваться зал, но никак не один человек! Не хватит громкости передать всё восхищение.       Мне удалось невозможное. Даже Мику умеет краснеть. Ну, хотя как краснеть. Так, лёгкий румянец на щеках. Но как же мило это смотрится!       — Так вот! Зачем я тебя сюда притащила. В общем… значит… — заволновавшись, Мику начала тараторить ещё сильнее и путать слова.       — Мику, — перебил я её.       — Да?       — Помедленнее. Не бойся, я не кусаюсь.       — Ну, ладно. В общем… не хочешь ли записаться в музыкальный клуб? А то я здесь единственный участник, сижу тут одна — делать нечего. Хоть кто-нибудь бы приходил, — у неё был такой расстроенный вид!       — Я бы с радостью, но ведь я же играть ни на чём не умею, — решил я честно признаться.       Мику как-то странно ухмыльнулась.       — Так ничего страшного. Оценишь мои преподавательские способности. Научу, на чём хочешь!       Я, как следует, призадумался. С одной стороны, мне придётся сюда заходить каждый день, с другой, как будто я против! Да и более того, если я вступлю, то, скорее всего, меня не будут запрягать разной организаторской работой. Да и я же смогу научиться играть. На чём угодно! Совершенно бесплатно! Да! Это стоит того!       — Ладно, я согласен.       Мику просияла. Аквамариновым вихрем она промчалась куда-то за дверь (тут есть ещё одно помещение?) и вскоре вернулась оттуда, вооружённая каким-то листком бумаги. На нём красовалось: «Члены музыкального кружка». — Далее была таблица из двух столбцов, в верхней строке которой было написано: «Хатсуне М.,» — рядом её подпись, слева был нарисован флажок, (видимо, значок главы клуба), а далее множество пустых незаполненных строк. Она вручила этот листочек мне и протянула ручку. Я положил его на полку и попытался максимально не кривым почерком вывести: «Персунов С.,» — вышло вполне неплохо.       Мику была счастлива. И чуть ли не сейчас же потащила меня к инструментам, но я был вынужден одёрнуть её. Прямо сейчас я играть не собирался. Может, чуточку попозже.       — Мику, а ты не забыла, чем мы вообще занимаемся?       Та аж подскочила.       — Ой, точно! Я же тебе лагерь показываю! Прости, пожалуйста!       И мы пошли из клуба.       Однако выйти без происшествий не удалось. Я открыл дверь, сделал шаг, а после мой нос чуть не поздоровался с деревянным полом веранды. Благо, руки успел подставить. Я быстро кинул взгляд в ноги: там была натянута верёвка. Причём человек, сделавший это, хорошенько извратился, передвинув одну из лавочек поближе к двери и привязав верёвку к ней. Второй конец он привязал к другой лавочке. И как я только не заметил шума? Наверное, когда Мику играла…       Японка прервала мои мысли, начав орать на ближайший куст.       — Ульянка! Ну как так можно-то? Он только приехал! А если бы он, что-нибудь себе повредил.       У существа, которое звали Ульянкой, видимо, начисто отсутствовала как совесть, так и чувство самосохранения, поскольку ветки куста раздвинулись, и оттуда вывалилась хохочущая мелкая девчонка.       — Что ему будет-то? Ты посмотри, какой он дылда!       Она на вид была младше всех, кого я сегодня встречал. Вместо пионерской формы на ней почему-то были шорты и красная майка с надписью СССР. Кстати, о красном, её волосы были медно-рыжего цвета. Он были убраны в два хвоста, но торчали в стороны, как ракеты.       — Хэй, Ульяна, — крикнул я ей, поднимаясь.       — Что?       — Берегись, — в моём голосе не было ни капли злобы. Только откровенное веселье, — я это так не оставлю! Пока что, счёт 1:0, но это ненадолго!       — Ахах, ну посмотрим, — она, было, побежала от нас, но остановилась на полпути. — Тебя, кстати, как зовут-то? Мне же надо знать цель по имени.       — Семён.       — До встречи, Семён, — она махнула мне рукой и скрылась в каких-то других кустах.       Я оглянулся на Мику. Та с ужасом смотрела на меня.       — Ты чего?       — Всё очень плохо, Семён. Ты ей, видимо, понравился. А это может значить только одно: до конца смены ты не доживёшь.       Мы пошли куда-то, но разговор продолжили.       — Да, нет, не может всё быть так ужасно! Я уверен, она милая девчуля.       — Ага, то есть верёвка под дверью тебя не убедила? Ничего, после ведра воды с утра, очнёшься.       — Я запираться буду. Плюс я сам пока не знаю, где живу, не то, что она, так что всё нормально.       — Ну, смотри, я предупреждала!       Обсуждая Ульянку, мы и не заметили, как ноги завели нас на пляж. Он был шикарен. Огромный, просторный. Песок был на удивление чистым. В воде отражались солнечные лучи, заставляя поверхность сверкать.       Засмотревшись на воду, я понял, что мы здесь не одни. Около воды стояла потрясающей красоты девушка в оранжевом купальнике. У неё были два прекрасных янтарно-рыжих хвоста, а также очень стройная фигура.       — Алиса? Ты всё ещё тут? Чего стоишь одна?       Девушка обернулась. Наши взгляды встретились. Я будто увидел какую-то озорную искру, пробежавшую в её глазах. Она подошла к нам.       — Вон, взгляните.       Мы взглянули. Она показала рукой куда-то за буйки. Там виднелся большой продолговатый предмет, который немного покачивался на поверхности.       — Лодку унесло, привязать забыли, — она посмотрела на нас с насмешливой ухмылкой. — Может, вернём? А то ведь окончательно унесёт.       Мику сразу же замотала головой. Но вот на меня, не знаю, что нашло.       — Ты плавать-то хоть умеешь, — спросил я у девушки.       — А то! — она гордо задрала нос, — лучше всех в лагере! Хочешь проверить?       Мику посмотрела на нас с неподдельным ужасом.       — Р-ребята! Вы чего?       — Ну, что? Тогда давай ещё и наперегонки.       — Ребята, вы же утонуть можете! Там глубина какая!       — По рукам.       Мику задрожала. Я положил ей руку на плечо.       — Не боись. Я хорошо умею плавать. Очень, — на самом деле не знаю, но чувствую, что да, — а она говорит, что тоже. Всё будет хорошо. Мы только до лодки, а назад уже на ней.       Я убрал руку с Мику и повернулся к Алисе.       — Ну что? Идём?