Черепки

17 и 1 Последующий месяц после дня рождения Рено Черепу приходится бороться с все возрастающим желанием или даже вожделением. Мальчишка уверенно приближается к первой течке, на что неуклонно указывает его изменяющийся запах. И здесь мужчину подстерегает очередная засада. Всем известно, как реагируют свободные альфы (а таких большинство в его среде общения) на аромат течного омеги, с ними всеми бандит провел предупредительные беседы, пообещав в случае чего оторвать не только орган обоняния, но и все мужское достоинство разом. Для связанного альфы такой проблемы не существует – на него действуют только феромоны его пары… Но однажды Череп замечает недвусмысленный интерес к мальчишке со стороны Багета (о, только не спрашивайте откуда взялась эта кличка) – единственного женатика из черепков. Припертый к стенке Багет признается, что запах Рено заводит его, несмотря на прочную брачную связь, и понятливо обещает забыть о возможности супружеской измены. Вот так черепкам становится известна еще одна особенность организма Рено – его феромоны универсальны… И мужчину это очень расстраивает… но не настолько, чтоб впадать в депрессию и отказываться от подвернувшегося прибыльного дела. И черепки бодро идут громить и грабить недавно открывшийся в соседнем квартале магазин мотоциклов. Они не собираются превращаться в байкерскую банду, но наличие лишних средств передвижения еще никому навредить не могло. Каким образом владелец магазина узнает, чьих рук это дело, едва ли станет когда-нибудь известно. Тем не менее, он выслеживает бандитов до их логова, и заявляется в тот момент, когда на базе находятся только Череп с мальчишкой. Они сидят на старых матрасах, сваленных в углу в первые дни, как бандиты оккупировали помещение, и играют в покер. Где-то в глубине подсознания проносятся шальные (и похотливые) мысли: предложить Рено сыграть на минет или хотя бы взаимную дрочку. Черепу уже давно хочется перейти от поцелуев к чему-нибудь более серьезному, но он все еще сдерживает себя. Здесь, в трущобах, омеги рано теряют свою девственность, и далеко не всегда это происходит после начала течек, когда организм уже созрел и физиологически готов принять член альфы. Мужчина вспоминает прочитанные на эту тему брошюрки, валявшиеся с остальным мусором в покинутой амбулатории, когда в ней поселились его ребята. Потом-то, конечно, их тоже выкинули, но в памяти у него задержалась информация, что ранее начало половой жизни может нанести значительный вред. Вот он и сдерживается, утешая себя тем, что ждать уже недолго. Оружие Черепа лежит на столе в дальнем углу, а потому ему нечего противопоставить двум альфам, ворвавшимся в помещение с автоматами. Слишком уж он расслабился на базе, ведь никто не смел посягать на нее уже шесть лет, да и вообще по неписанному кодексу разборки между бандами было принято устраивать на улицах, а места проживания оставлять неприкосновенными. В одном из альф он узнает хозяина ограбленного магазина, второй ему незнаком, но это ничего не меняет. На Рено альфы не обращают внимания, вернее, обращают, но не правильно. Принюхавшись, они понимают, что перед ними юный омега, и делают ошибочные выводы про его пребывания среди черепков, проще говоря, принимают за обычную шлюшку, трущуюся возле бандитов. С похотливыми ухмылками, они обещают выебать мальчишку, когда закончат с Черепом. В ответ Рено выхватывает пистолет, который с дня рождения носит заткнутым за пояс джинсов, и стреляет почти не глядя. Что самое удивительное, не промахивается. Наверное, не прошли даром все те часы, которые на него тратили черепки, обучая владению оружием. Пуля попадает в низ живота хозяину автомагазина (скорее, бывшему хозяину – калибр был что надо, болевой шок и огромная кровопотеря ему обеспечены), а его подельник, шокированный выстрелом омеги, теряется на доли секунды, которых хватает Черепу, чтоб набросится на него, отшвырнув автомат в сторону. Завязывается короткая драка, заканчивающаяся сломанной шеей незнакомца и безоговорочной победой бандита. - Я в сердце целился… - тихо говорит Рено, и мужчина видит, как дрожат его руки все еще сжимающие пистолет. Глаза его, зеленые омуты на бледном лице, не отрываются от агонизирующего на полу почти-трупа. Череп пытается вспомнить себя после совершения первого убийства, но это было так давно… - Ты спас мне жизнь, - он подходит к мальчишке и обнимает его за плечи, крепко прижимая к себе. Сейчас главное помочь ему пережить произошедшее, убивать первый раз всегда тяжело, даже для таких вот пацанов из трущоб, которым и черт не брат. Нельзя, чтобы он замкнулся в себе. – Спасибо. Рено постепенно расслабляется в объятьях, уходит нервная дрожь сменяясь лихорадочным возбуждением, и он поднимает голову, заглядывая в лицо Черепа: - А круто я его, да? - Конечно, - хочет согласиться мужчина, но слова застряют в пересохшей глотке. Запах мальчишки накрывает его не волной, цунами… Он же читал когда-то, что стресс может, как задержать течку, так и спровоцировать ее более раннее начало. Остатков разума хватает на то, чтоб вытащить Рено из комнаты: последняя связная мысль настаивает, что недопустимо взять его впервые в одном помещении с мертвецами. Дальнейшие действия Череп осознает смутно. Каким-то чудом он добирается до дивана, стягивая с них обоих одежду, рвущуюся под его торопливыми ладонями, прикосновения к коже обжигают, а мальчишка скулит и ластится, так вызывающе, как мужчина и представить себе не мог. И альфа всецело отдается нахлынувшей страсти…