Sincerely, me

Можно убежать от чего угодно, но только не от своих страхов.

Когда я встаю из-за стола, то слегка покачиваюсь из стороны в сторону. Голова кружится от обилия новой информации. Мне кажется, у меня поднялось давление, что совсем не на руку, ведь мне ещё до дома доезжать. Снова терять сознание на людях я не намерена. В момент, когда я прихожу в себя, я ощущаю жуткий наплыв стыда. В голове до сих пор крутятся слова ребят. Как я могла не понять, что все они взаимосвязаны? Как же я могла не заметить, что это немного странно — завести орду друзей в первый же день. Это всё было так очевидно, но я просто не замечала этих маленьких деталей. Вот будь я умней, всё бы сопоставила и выстроила правильный логический ряд. Когда я прохожу в глубь бара, то оборачиваюсь, чтобы посмотреть на ребят, сидящих на диванах. Мои глаза бегают по лицам людей, что сидят за дубовым столом и кажутся такими отдалёнными в этом заполненном помещении. Паб Найла хорош, но не для таких, как я. Мне в подобного рода заведениях всегда не по себе. Обилие не трезвых меня отпугивает, как кошку вода. Кажется, словно вот-вот из-за угла выскочит Джексон, прижмёт меня к стене и начнёт угрожать лишением жизни или принудительным насилием. Всё время я думала, что вещи, которые со мной делал Джексон, не сказались на моем психическом здоровье, ведь чувствовала я себя вполне живой и способной спокойно жить, но оказалось — нет. Меня тревожит любой стук, любая падающая веточка и каждый летящий комар. Я вздрагиваю, внутри всё летит кубарем. От Гарри скрывать свой нервоз очень сложно, ведь двадцать четыре часа в сутки он мониторит меня. Мне хочется рассказать ему, но я боюсь, что в целях заботы и «безопасности» он упечёт меня в психушку. Я ценю его заботу, но когда дело касается моей безопасности, он буквально слетает с катушек, ограничивает меня, запрещает выходить из дома, когда его нет рядом. Это, по-моему, слишком. Но я также понимаю, что он чувствует вину, что упёк меня в эту клетку с Маликом и продажей женщин. Это до сих пор приводит меня в ужас, я не могу поверить, что это действительно происходит со мной. Я спешу к выходу из заведения, но спотыкаюсь о провод, что подсоединён к телевизору, на котором транслируется футбольный матч. — Белла, всё нормально? — Гарри вовремя подхватывает меня под локоть, помогая устоять на ногах. Парень заглядывает в мои глаза, пытаясь разглядеть страх или испуг, что обычно ярко читается в них. Я всегда трушу и начинаю истерить настолько часто, что это стало подбешивать даже меня! Что тут говорить о Гарри, который вечно терпит это. Ему стоит вручить медаль за возню с девушкой-истеричкой. — Под ноги смотри. Гарри снимает куртку с вешалки и, крепко схватив меня за руку, ведёт к выходу. — Ты напряжена, — констатирует он. — Я не злюсь, ладно? — шепчу я. — Просто немного устала и хочу домой. Гарри учтиво кивает и, накинув куртку поверх моих плеч, идёт по направлению к двери. Я чувствую себя паршиво, ведь оборвала дружескую встречу, но что-то мне подсказывает, что он сам не в восторге. Я вся продрогла, поэтому для меня холод и жара особой роли не сыграют, но все же сжимаю верхнюю одежду и, склонив голову, плетусь к двери. — Точно всё в порядке? — Гарри хмурится, прикладывая большой палец к подбородку. Он заинтересованно смотрит на меня. — Да, всё нормально, — отвечаю я, выдавливая улыбку. — Пойдём? — парень кивает, открывая дверь. Только я шагнула за пределы бара, как неожиданно раздался острый вопль, который привлек внимание людей, что стоят в радиусе пяти метров от нас: — Гарри! — мы оборачиваемся и замечаем, как близнецы следуют за нами. Они останавливаются и недовольно смотрят на моего парня. Я не понимаю, что происходит на этот раз, поэтому тоже кидаю взгляд на Гарри. Неужели опять что-то натворил? — А как же твоё обещание? Мы всё приготовили, бегунам заплатили. Не обламывай кайф из-за неё, — продолжают они, когда лица их багровеют. Они оба кидают многозначительные взгляды на меня. Неприязнь между нами растёт в геометрической прогрессии. Ребята больше не ассоциируются для меня со школой. — Я с девушкой, — ребята начинают говорить о странных и непонятых вещах, поэтому я незамедлительно заинтересовываюсь. Мне хочется разузнать побольше о делах, куда замешан Стайлс. Что за игра? — Чувак, ты ведь обещал! Мы давно готовились, — забурчал Ноа. — Мы не знали, что ты припрешься с этой «Изабеллой». Какого хуя мы вообще из-за неё здесь торчим, ты мне объясни!? — голос Ника кажется предельно недовольным, поэтому я слегка тушуюсь. Желание спрятаться за Гарри вырастает. — Девушка лишняя здесь. Отношения и дружба, блять! Мы согласны помогать тебе, но давай не будем границы нарушать! Она всего лишь в образе шлюхи здесь, ничего особенного. — Слушай сюда, кретин, — начал Гарри, отрываясь от меня, чтобы подойти ближе к парню, — это не просто «Изабелла», это моя девушка. Девушка, которую я, блять, люблю. И если тебе это так противно, амеба несчастная, то съебывай отсюда! Никто не держит. Клянусь богом, я буквально вижу, как из носа Ника выходит пар. Мне хочется оттолкнуть его от Гарри, потому что визуальный индикатор безопасности кудрявого падает на моих глазах. Ник – человек высокий, подкаченный, фигура парня чертовски похожа на фигуру Гарри, поэтому если эти двое сцепятся... я не представляю, кто победит. Но, основываясь на известной мне информации, могу с уверенностью заявить, что Гарри не прав. Несмотря на грубые высказывания Ника и Ноа, они всё же готовы помочь, а кудрявый ведёт себя, как мудак. Влюблённый мудак. — А если я сдам вас Малику, а? — продолжил Ник, ехидно улыбаясь. — Если поймаю твою девчонку и отдам её в лапы Зейна. Ох, а он вроде и сам не прочь с ней поразвлекаться. — я удивленно смотрю на парня, сдерживая страстное желание наброситься и растерзать. — А разве нет? Я не прав? — Я убью тебя, кретин, — Гарри сокращает расстояние между ними за долю секунды. Он хватает парня за ворот хлопковой рубашки и пристально отпечатывает свою ненависть в ярко-зелёных глазах, в них бегают демоны, которых Ник уж точно не хочет увидеть. — Я разорву тебя на кусочки, только тронь её. — Воу! Воу! Ребята, успокойтесь, — зашипела Мэдисон, расталкивая парней по разные стороны. Ник, словно зверь, рыпался с места, пытаясь напасть на Гарри. Я схватила Стайлса за рукав куртки и оттащила назад. Он был довольно спокоен, в отличие от оппонента, но учащённо вздымающаяся грудь свидетельствовала о дикой ненависти к парню. Мэдисон по мановению палочки в нужный момент всплыла между этими двумя и умело их успокоила. Кажется... — Стайлс, ты вообще знаешь, кто ты такой? — возмутился парень. Мэдисон попыталась его заткнуть, но у неё не вышло. Он на голову выше ее, поэтому вытолкнуть девушку из разговора труда не составило. — Если не мы, то что бы стало с твоей милой девушкой? Она бы, блять, уже трахалась с каким-нибудь мудилой! Так что вместо того, чтобы рыпаться, милый мой, тебе стоит быть снисходительней. Ты ничто без нас. — НИК! — вскричала Мэдисон, снова встрявшая в разговор. Глаза у неё напуганы, она растеряна. — Эта нелепая игра на может стать причиной раздора, я права? — Это я тебя принял в эту чёртову контору! — заорал Стайлс, вырываясь из моей хватки и снова приближаясь к Ник. — Всё, что у тебя сейчас есть, благодаря мне. Кто ты без меня? Кем бы ты был без меня? Ебучим охранником или дворником? — Да знаешь, лучше быть дворником, чем иметь такую дерьмовую душу, как у тебя, — выплюнул Ник, сталкиваясь с Гарри. Я подскакиваю и подрываюсь к парням, чтобы разнять их. Не хватало ещё драки в баре. Гарри всегда вытаскивает меня из полнейшего говна, когда я думаю, что помощи уже не будет. Он всегда рядом, принимает всех моих демонов, не позволяя усомниться в себе. А что до меня? Помогала ли я Гарри настолько хорошо, чтобы это было достойно этого? Нет. Хоть раз в жизни я должна помочь ему. Я снова хватаю его за рукав куртки и тяну на себя, стараясь успокоить. Его разъяренный взгляд заставляет меня потерять дар речи. Пытаюсь что-то сказать ему, но у меня не выходит, поэтому я просто отрицательно качаю головой. — Не лезь, — неожиданно прошипел Стайлс, слегка отталкивая меня от себя. — Что за игра? — говорю я, стараясь вложить всю уверенность, что есть во мне. — Зачем ты лезешь? — возмутился Гарри, злобно смотря на меня. — Ты не хочешь играть, но это не значит, что другие не хотят, — я не верю своим словам, ведь играть в неизвестную игру мне совсем не хочется. Стайлс удивленно смотрит на меня, затем хватает за руку, больно сдавливая кисть. Я не издаю ни писка, ведь знаю, что он делает это не намеренно. — Зачем? — шепчет он, а я лишь набираю полную грудь воздуха, кивая ему. — Другое дело! — обрадовался Ник, похлопав меня по плечу. Ноги слегка подкосилось от тяжести удара. Гарри заметил мое лицо и моментально вернул к себе в объятья, умудрившись при этом толкнуть Ника. Тот решил оставить этот момент незамеченным и промолчал. Гарри враждебно смотрел на Ника, стараясь скрыть меня от него. Я чувствовала себя маленькой девочкой, очень уязвимой. — Играем! — воскликнул Ноа. — По машинам! Я старалась соблюдать спокойствие, но выходило паршиво. Сама того не понимая, я ввязалась в какую-то игру, понятия о которой не имею совершенно! И так всегда... Через минуту мы находились на улице, с бешеным ритмом несясь куда-то. Гарри злобно держал меня за руку, пока мы не подошли к машине, он не объяснил причину гнева. — Зачем ты это сделала? Зачем сказала? — зашипел он, прижав меня к машине. Сердце забилось с бешеной скоростью, я пыталась собраться, но у меня не выходило. Я толком не понимала, куда ввязалась. — Я-я-я хотела тебе помочь. Он мог побить тебя, — оправдалась я, но он лишь склонил голову и недовольно покачал в разные стороны. Затем его глаза снова приковались ко мне, холодок от пленяющего ярко-зеленого цвета пробежался по моему телу. — Я с легкостью избил бы его, Белла. Но дело даже не в драке, — хмыкнул он, успокаиваясь. — Это глупая игра, она не несёт смысла, лишь разрушения. Я внимательно смотрю на парня, стараясь понять все слова, что он говорит. Он спокойно и четко объясняет мне правила, но мои глаза прикованы к людям, облаченным в ярко-желтые костюмы, что толпой выходят к скверу, который расположен напротив стоянки машин. — Гарри, — я трясу парня, но он говорит мне слушать его. — ГАРРИ! — я снова зову парня, привлекая внимание к людям позади. Он все же разворачивается и спокойно смотрит на эту огромную толпу людей. — Если бы ты внимательно слушала меня, то поняла бы, кто это. Эти люди — бегуны, они убегают от нас. Мы в свою очередь что-то вроде полиции, — разъясняет он, пока я стою в легком шоке от масштаба игры. Как эти люди согласились быть мишенью? Неужели это игра для садистов и мазохистов высшего уровня? — Зачем они делают это? — спрашиваю я, озвучивая свои мысли вслух. Мои глаза всё ещё сосредоточены на людях в ярких жилетах. — Это вы их заставляете? — я в ужасе смотрю на парня, отодвигаясь чуть поодаль от него. Не может быть, я не верю, что он способен на такое. — Нет! Нет! Нет! — замешкался Гарри, хватая меня за плечи и придвигая ближе к себе. — Мы платим им хорошие деньги... это их решение. Никто не заставляет и не принуждает, слышишь? — Мне страшно, Гарри. В этот момент к нам подходит Ник и протягивает мне огнестрельное оружие. Что-то внутри меня гулко ударяется, падает и разбивается. Я трясущимися руками беру пистолет и в ужасе смотрю на Гарри. Мы должны убить этих несчастных людей? — Успокой её, а то глазёнки повыпадают, — отрезал он, отходя от нас. Парень быстрым шагом направился к своей машине, похлопав Гарри по плечу. Тяжёлый, холодный предмет в моей руке не давал мне покоя. В кого я превращаюсь, общаясь с Гарри? Как такое возможно? Неужели я займу его место? Стану убивать, как он в том видео, что я скопировала с флешки. Неожиданно во мне проснулось это странное чувство, граничащее с ненавистью, которое я испытывала пару месяцев назад при виде Гарри. — Мы не будем их убивать, это краска, — Гарри выстрелил в сторону, от чего на земле растеклось ярко-розовое пятно. — У всех разные цвета, то есть, если в бегуна попадём мы, то будет понятно, что это наша команда, ведь его жилет будет окрашен в розовую краску. Смысл в том, чтобы застрелить как можно больше бегунов. Я учтиво киваю и стараюсь унять дрожь в руках. Ребята садятся в машины, предварительно поделившись по двое. Хотя нет. Мэдисон и Майк стоят довольно отчужденно, парень говорит ей что-то, но она активно отрицает, озираясь по сторонам. Майкл сдаётся и садится в чёрный джип, пристёгиваясь. Рыжая плетётся к нашей машине, неуверенно сжимая пистолет в руках. Затем она поднимает голову, и зеленые глаза изумлённо раскрываются, завидев человека, что стоит впереди. Я оборачиваюсь и ощущаю, как земля уходит из-под ног. Сжимаю руку Гарри, но он ловко выворачивается, отходя почти на метр от меня. Удивленно смотрю на него, стараясь понять, какого черта происходит! Но он смотрит сквозь меня, будто не замечает. И тут я понимаю, почему он неожиданно стал холоден. Зейн Малик стоял позади меня.

***

— Тоже играешь, Беллс? — Зейн облокачивается о капот джипа Гарри и игриво смотрит то на меня, то на кудрявого. Меня слегка клинит, когда он произносит мое имя. Я лишь учтиво киваю и медленно отвожу взгляд на Гарри. Он не смотрит на меня, он заострил внимание на Малике. — Привет, — поздоровался он, сглатывая. — Я играю, — прошептала я. Мне очень хочется звучать увереннее, но что-то пока не выходит. — Твои одноклассники, — Зейн кивает в сторону машин, в которых сидят ребята, — хорошие парни. Атмосфера жутко накаляется, когда Зейн подходит к Мэдисон и хватает её за задницу, а затем жадно впивается в губы, словно она не человек, а животное. Я с жалостью смотрю на бедную девушку, горя желанием оттолкнуть Зейна и защитить Мэдисон. Но всё, что я могу сделать, это стоять в стороне, страстно желая укрыться за широкой спиной Гарри. Мне хочется быть сильной и смелой, но когда приходит нужный момент, меня накрывает ледяным ужасом. Я смотрю на Гарри. Парень отвёл взгляд в сторону, грудь его медленно вздымается, а руки сжаты в кулаки. Он пытается дышать ровно и не злиться лишний раз, и выходит у него просто замечательно. — Играем по командам? — Зейн отталкивает Мэдисон от себя, она чуть ли не падает на землю, еле устояв на ногах. Малик даже глазом не ведёт. Желание наброситься на него возрастает с каждой секундой. Меня удивляет спокойствие Гарри. Неужели ему совсем все равно, что его подругу домогаются прямо на его глазах? Неужели это не колышет его совершенно? Зейн и Гарри смотрят друг на друга, и я буквально ощущаю яростное пламя ненависти, что пылает между ними. Мне хочется сделать что угодно, лишь бы избежать конфликта. У меня у самой сжимается сердце от страха, ноги подкашиваются, но я стою на месте. Зейн уничтожает расстояние между нами, цепко хватая мою кисть. Я не издала ни писка, лишь тихо стояла на месте. Гарри тоже не дернулся, на этот раз его заинтересовала обувь Мэдисон. — И тебе всё равно? — спрашивает Зейн, поднимая в воздух наши сплетенные руки. Гарри медленно переводит взгляд на нас, затем, зевая, отвечает: — А должно волновать? — безмятежность выражения лица Гарри кажется мне просто невероятной. Актёр без Оскара, ей богу! Не знай я его искренних чувств, никогда бы не догадалась, что ему не плевать на меня. — Интересно, — пробубнил Зейн, явно ощущая себя хозяином бала. — Тогда я с удовольствием поиграю с Беллой. Гарри рассказывал, что ему запрещено вступать в романтические отношения с объектом, то бишь со мной. Его задачей было стать близким для меня другом, но в игру неожиданно вступил и Зейн, которому я, по словам Гарри, очень понравилась. Я не просвещена во всю историю, видимо, потому что кудрявый боится моей реакции. Но догадаться не так уж и сложно: Гарри решил уйти из конторы из-за меня, поэтому это дико взбесило Зейна. Теперь пакостник пытается понять причину, по которой Стайлс уходит. И что-то мне подсказывает, он докопался до истины. Зейн притянул меня ближе, ожидая реакции Гарри. Зеленые глаза в миг метнулись в сторону, сосредотачиваясь на мне. Я тяжело выдохнула, все ещё ощущая хватку Зейна на своей руке. Мне не больно, но сжимает он довольно крепко. Попытки дёрнуться с места не увенчиваются успехом, поэтому я, просто затаившись, жду вердикта. — Ник, подай-ка жилет, — крикнул Зейн, слишком неожиданно для всех, от чего я вздрогнула. — Размер... — Зейн намеренно, на показ осмотрел мою грудную клетку, картинно сведя брови и приложив большой палец к подбородку. — Наверное, S сойдёт. Да, Гарри? — улыбается он, пытливо смотря на Стайлса, на лице которого снова не различить ни эмоции. — Зачем? — выдавливаю я, стараясь понять, какого черта мне понадобился жилет. Для защиты? Но зачем, если я буду «полицейским», сидеть в машине не представляет особой опасности. Но когда Ник с довольной рожей подходит ко мне и просит просунуть руки в специальные отверстия, в голове медленно обретается смысл. Бегун. Я — бегун. Мои глаза моментально наполняются слезами, я испуганно смотрю на Гарри, но он все ещё до ужаса безразличен. Затем я бросаю взгляд на Зейна и, пытаясь разглядеть в нем хоть каплю былого сострадания, прошу лишить меня этой возможности — быть под прицелом. Он знает, что я до чёртиков боюсь огнестрельного оружия, а быть застреленной в мои планы не входит. — Зейн, пожалуйста, — шепчу я, теребя парня за руку. Он вальяжно опускает голову, заглядывая в мои глаза. В его леденящем взоре я различаю лишь желание мстить, злобу и садизм. Где тот Зейн, что приносил коробку коллекционных дисков по воскресеньям и забирал меня из школы только звякни? — Ты игнорировала меня. Я думал, что со мной что-то не так. Ты отказывала мне. Я страдал, — на одном дыхании прошептал он так, чтобы расслышала только я. — Теперь пострадай и ты. Начинаем! Мэдисон, в машину. — он указал девушке на сиденье, та мгновенно нырнула внутрь. Я теряюсь, не могу понять, куда идти, куда бежать. Люди вокруг начинают суетиться, словно ошпаренные. Я замираю на месте, стараясь сориентироваться. Мои глаза замечают, как Гарри садится в машину и пристёгивается. В кромешной тьме я не могу ничего разглядеть. Начинаю метаться, стараясь унять дрожь и успокоить бешеное сердцебиение, но это кажется невозможным. — Да иди же! — Зейн толкает меня в сторону, от чего острая боль проноситься по телу, заряжая меня адреналином. Я направляюсь к скверу, где в кругу стоят незнакомые мне люди, сцепившись за руки. Мне на глаза, при тусклом свете фонарей, попадается красивый мраморный фонтан, воды в котором нет из-за снега, что медленно падает на землю. Я сильнее закутываюсь в куртку, жалея, что не взяла шарф. Не могу понять, почему мои руки так сильно трясутся, то ли от холода, то ли от дикого страха, что охватывает меня с головой. Парень невысокого роста, одетый в такой же жилет, что и я, зовёт меня к себе, и я с огромным желанием подбегаю к нему, беря за руку. Меня охватывает ужас, когда загорается десять огней, что светят словно из фонаря. Я зажмуриваюсь, пытаясь привыкнуть к яркому свету, и когда взгляд мой фокусируется, понимаю, что это фары пяти машин. Мне становится дурно от вида разъярённых лиц водителей. Напротив меня, буквально в пяти метрах, стоит машина близнецов. Ник и Ноа ехидно смотря на меня в упор, они сигналят, заставляя меня вздрогнуть. Через секунду Зейн через открытые окна говорит что-то парням. Они перестраиваются, и теперь на меня смотрит именно он и его пассия Мэдисон, что жалобно отводит взгляд в сторону, будто стыдясь чего-то. Девчушка в клечатой куртке начинает отчёт. Я ощущаю себя животным, загнанным в клетку. Мне страшно, я хочу спрятаться, укрыться под одеяло и больше не вылезать оттуда. Парень, что стоит рядом, осторожно, но настойчиво толкнул меня в плечо. Я обернулась на него и спросила, в чем дело. Он жестами показал на машину, соседствующую с Маликом. Гарри нервно смотрел на меня, но лица его я чётко рассмотреть не в силах, ведь включённые фары слишком ярко отражаются в лобовом стекле, искажая вид. Я замечаю лишь, как он активно машет в левую сторону. Три. Два. Один. Старт! Девушка кричит финальные слова, позволяя бегунам сорваться с места. Машины газуют так громко, что оглушают. Это напоминает рёв диких животных перед тем, как наброситься на добычу. Суматоха вокруг вводит меня в состояние ужаса и паники, но я подрываюсь с места и со всех ног несусь в левую сторону. Пока я бегу в чаще небольшого леса, через парк, то слышу, как издали исходят недовольные возгласы и крики. Я молюсь, чтобы с Гарри все было в порядке. Правила игры все ещё кажутся мне крайне непонятными. Они не очертили границы, значит ли это, что я имею право бежать куда глаза глядят? Мои ноги несутся с бешеной скоростью. Мне кажется, словно никто никогда не смог бы догнать меня. Дикая эйфория и адреналин — вот, что движет мной, вот, что заставляет меня бежать и бежать. Крики уже не слышны, ведь я бегу все глубже. Мне кажется, я спасена, но тут... Снова яркая вспышка фар привлекает мое внимание. Я бегу по краю парка сквозь деревья, машина же несётся по дороге. Мои попытки разглядеть водителя не увенчаются успехом, поэтому я лишь продолжаю бежать. Сворачиваю в глубь парка, удаляясь от машины как можно дальше. Мне страшно, я бегу от своего самого ужасного кошмара — пистолета. Я помню, как в видео Гарри нацелился на девушку и ловко выстрелил ей в голову. Ужас наяву для меня — это оказаться этой девушкой, занять её место. Значит ли тот факт, что Стайлс с лёгкостью её застрелил, то, что он может сделать это же со мной? Спустить курок и позволить железной пуле пронзить жизненно-важные органы, заставляя ещё тёплое тело упасть замертво. Меня передергивает от подобных дум, поэтому я активно отгоняю их. Но мысль о том, что внутри пистолетов не краска, а реальные пули не даёт мне покоя. — СТОЙ! Я оборачиваюсь, окликаясь на громкий возглас и торможу. Мои ноги принесли меня на дорогу. Мои глаза пытаются сфокусироваться на человеке, что сказал мне это, и я замечаю молодого паренька, что просто шёл мимо. Он ошарашенно смотрит на меня, затем недовольно качает головой и удаляется, волоча велосипед за собой. По всей видимости, я пробежала весь парк и чуть не врезалась в него. Только я позволяю себе расслабиться, как замечаю два размытых огня и машину, движущуюся на бешеной скорости прямо на меня. Сердце уходит в пятки, я снова подрываюсь и бегу. Я бегу, не оборачиваясь, хотя прекрасно понимаю, что машина обгонит меня в два счета. — Белла, остановись! — до боли родной голос заставляет меня остановиться в миг. Я медленно оборачиваюсь и замечаю, как Гарри выскакивает из машины, подбегая ко мне. Когда его тёплые руки обхватывают меня, я позволяю потоку слез хлынуть из моих глаз, не в силах больше держаться. Ноги становятся ватными, от чего я оказываюсь на земле, но все ещё в крепких объятьях Гарри. Он стирает слезы с моих щёк. — Я-я-я не знала, что это ты ехал, — начинаю объяснятся я, стараясь успокоить нарастающую истерику. — Я так бежала, я бежала... я так испугалась! Эти пистолеты и ещё Зейн! Я думала, он... он убьёт меня! — Ну что ты такое говоришь? — шепчет Гарри, прижимая мою голову к своей груди. Он медленно покачивается из стороны в сторону, утешая меня, как маленького ребёнка. Я всхлипываю, ощущая, как медленно успокаиваюсь в его руках... — Вставай. Мы уезжаем. Когда мы встаём на ноги, Гарри срывает с меня жилет, выбрасывая его в мусорный бак. Он берет меня за руку и стремительно направляется к машине. — Куда мы уезжаем? А как же игра? Что скажет Зейн?! — начинаю нервничать я, представляя, что будет с нами, когда Зейн убедится в том, что мы влюблены друг в друга, и его план рушится. Меня снова бросает в холод от одной только мысли. — Мне плевать на все, — Гарри завёл машину. — Ты у меня одна, я не позволю тебя сломать.