То, от чего без ума

— Как вообще ты мог подумать, что я с Сеней? — вот и долгожданный вопрос, который ставит Пашу в тупик. А ведь и вправду… Как? Неужели ревность настолько сильно может затуманить разум? Он же говорил, что его это совсем не волнует. Разве главное не то, что сейчас рядом с ним она? Его Даша. Его Госпожа Горничная. Здесь. С ним. Да, для него это безумно важно. Но нельзя так просто взять и убрать всю ревность из человека, который состоит из неё на восемьдесят процентов. А тем более, если это чувство шло в комплекте с внутренним собственником. — А с кем тогда? — так и не ответив, спросил серб. Точно собственник. — Ты вообще сказал, что тебе всё равно, — ох, да это кинжал в самое сердце. Дорогая, дело как раз в том, что ему далеко не всё равно. Пора бы понять эту страшную правду. — Я тоже так думал, а потом внутри… Я не знаю, как это объяснить, — набирает он побольше воздуха в легкие для дальнейших слов. Да, такое объяснить не просто. — Как представлю, что ты и кто-то другой… Меня разрывает, — прошипел серб, допустив всего одну мысль об этом. — Понимаешь? Паша пытается вглядеться в карие глаза брюнетки и найти то самое понимание, какое ему сейчас необходимо. Это нормально? Может, он болен? Что это за странное чувство, которое не дает покоя молодому человеку уже несколько дней? — У меня ни с кем ещё такого не было, — на выдохе произнес он, опуская взгляд вниз, будто бы сказал что-то постыдное. Но это не так. Девушка улыбается. Она-то понимает. Всё понимает. — Как школьник распинаюсь, — с мимолетной улыбкой подытожил Паша, дав точное обозначение своим действиям. Но, видимо, не дано сербскому бутону долго размышлять о высоких чувствах. — Короче… Паша решительно делает шаг к брюнетке и буквально впивается в любимые губы. Его ладони обхватывают щеки Даши, притягивая девушку ближе к себе для пылкого поцелуя, который ему сейчас необходим, будто спасательный круг утопающему. И она отвечает. Значит прощен? Она не злится на него за тот концерт, который он устроил в ресторане пару минут назад? Молодой человек медленно отстраняется, разорвав поцелуй. Его взгляд направлен в карие глаза той, которая сводит его с ума и заставляет ощущать себя живым. Прощен? — Давай навсегда закроем эту тему, — нежно улыбается Даша. Хотя после таких слов, сказанных парнем, она не может ответить иначе. — Давай, — так же улыбается Паша. Как камень с плеч. Пара соприкоснулась лбами, а теплые руки серба легли на плечи брюнетки, согревая душу девушки. Такой идиллией можно наслаждаться вечно. Но, увы, не сейчас. — Помирились? — вдруг прозвучал голос Тамары Васильевны, которая стремительно приближалась к внучке вместе с Юлей. Ладони парня медленно спустились вдоль всей руки Даши и отпустили её из объятий. Паре пришлось отойти друг от друга и вернуться в реальный мир. А тем временем родственница продолжила, когда увидела «голубков» вместе: — Ну, вот и хорошо. — Бабуль, я тебе сейчас всё объясню, — ох, точно! Во всей этой суматохе Канаева совсем забыла рассказать обо всём бабушке, которая уже точно успела накрутить себя. Помнится, Тамара Васильевна даже допустила мысль о связях внучки с проституцией! — У меня с тем поваром ничего не было… — Даша, — начала женщина, перебив Дашу, — тебя этот подлец, Майкл, бросил одну в чужом городе, без денег; но ты не сломалась, ты выдержала. А я приехала тебя учить. Дашенька, ты уже взрослая, — горькое, но необходимое осознание сорвалось с уст бабушки, вызвав легкую улыбку. Да, это уже точно не та маленькая девочка, которая не могла постоять за себя. — Всё у тебя будет хорошо. Ну, только звони мне почаще, — девушка только мило улыбнулась парню, который с радостью наблюдал за этой трогательной сценой, и взяла за руку свою бабушку. — Обязательно, — ответила Канаева, поцеловав родственницу в щеку. За такой милой беседой можно было бы наблюдать вечно, но вдруг взгляд женщины упал на наручные часы, которые показывали уже достаточно поздний час, что противоречило принципам Тамары Васильевны. Безобразие. — Задержались мы что-то… Ладно, Дашенька, мы с Юлей поедем домой, а ты тут с Павлом побудь, — взглянув на «серба- болгарина», сказала бабушка. — Но я не… — У вас с Юлей в халуп… Квартире кровати маленькие, а мне перед дорогой выспаться надо. Думаю, в таких хоромах тебе найдется место. Поэтому не спорь, — серьёзно и строго произнесла Тамара Васильевна. — До встречи, Павел, — внезапно изменилась в лице родственница, подарив владельцу отеля очаровательную улыбку. Ну, а Даше ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и незаметно закатить глаза. Против такого заговора мирового масштаба никто не устоит. — Удачи, Дашка. Потом расскажешь, как у Павлика Аркадьевича с «этим», — хитро улыбнулась Юлька, буквально пробегая мимо подруги, которая обязательно припомнит ей эту историю. — Ещё спасибо скажешь.

Поживем — увидим