5
6 июня 2018 г., 15:06
Юнги просыпается от звонка в дверь и, матерясь на пришедшего, бежит к двери, чтобы настучать нарушителю его спокойствия по голове, потому что могли ведь и Чимина разбудить.
— Я волновался за тебя, — слышит Юнги голос истинного, как только открывает дверь, и уже собирается наорать и избить, как Чонгук только шире открывает дверь. — Давай поговорим.
— Чимин спит, а ты, долбоёб, чуть не разбудил его, — насколько только возможно громко шепотом кричит Юнги на альфу.
— Выйди в коридор тогда, — хмыкает Чонгук, и Юнги сдается, запрыгивая в кеды и выходя в коридор, закрывая за собой дверь и облокачиваясь на нее спиной.
— Как ты? — оглядев тощего омегу в безразмерной футболке до колен и останавливая взгляд на пятках, не вошедших в кеды и топчащих задники обуви. Чонгук улыбается, замечая старую милую привычку омеги не париться насчет обуви и лениться расшнуровывать и завязывать ее обратно.
— Почему не спросишь, как Чимин, а потом не свернешь мне шею, как обещал? — выплевывая яд, спрашивает Юнги. — Знаешь, я был плохим папочкой.
Чонгук улыбается и притягивает омегу к себе.
— Ты лучший папочка, — шепчет он, не в силах сдерживать улыбку. — Как бы странно это не звучало, потому что альфа тут, вообще-то, я.
— Ты не альфа, а пидр, — поправляет его Юнги, внутренне борясь с тем, что нельзя поддаваться на провокации Чонгука, и стоило бы запереться в квартире, и вообще не показатель, что в объятиях альфы ему тепло и уютно.
— Ага, — соглашается Чонгук, сильнее прижимая к себе Юнги и кайфуя оттого, что держит омегу в своих объятиях. — Я знаю, что ты меня ненавидишь, но меня правда к тебе тянет, Мин Юнги, и я не знаю, что с этим делать.
— Я так хочу тебя ударить, Чонгук, — шепчет омега в шею истинного. — Хочу вырваться, запереться в квартире, вызвать полицию и обнять Чимина, — печально улыбается Юнги.
— Сделай это, — чуть отстраняясь и прожигая своими шоколадными глазами насквозь, пригвождая к месту и не давая возможности двинуться, говорит Чонгук.
— Не могу, — шепчет по слогам омега и сам тянется к губам альфы, утопая в его шоколадном взгляде и пропуская аромат кофе под кожу и в легкие.
— Если ты сейчас не остановишься, Мин Юнги, — силясь восстановить дыхание, шепчет Чонгук в миллиметре от губ Юнги, прижимая омегу к себе и держа его в своих объятиях, — то я уже точно потом не остановлюсь.
— Не останавливайся, — шепчет Юнги. — Я ведь тоже не железный.
— У тебя дома спит наш сын, — напоминает ему Чонгук. — Ты разбудишь.
— Обещаю быть тихим, — улыбается Юнги и снова тянется за поцелуем.
Чонгук, ответив на поцелуй, отстраняется и осматривает омегу с ног до головы.
— Ты-то и тихим? — скептически выгибает бровь альфа. — О нет, солнышко, я собираюсь брать тебя долго и мучительно, оставляя на твоем хрупком теле синяки и засосы, — Юнги в шоке открывает рот и уже собирается возразить, как Чонгук отпускает его и отходит в сторону лестницы. — Я рад, что и с тобой, и с Чимином все хорошо, до встречи, Юнги.
— Кстати, — вдруг останавливается альфа, почти спустившись на нижний этаж. — Ты ведь курил после врача? Не делай этого больше.
И Чонгук уходит, оставляя Юнги одного на лестничной клетке – злого и неудовлетворенного.
— Вот же мразь, — ругается себе под нос омега, открывая дверь в квартиру и встречаясь взглядом с сыном. — Ой, — пугается Юнги, замирая в дверях, а потом наконец все-таки проходит внутрь. — Не такой уж ты и тупой, Чон Чонгук, — выругивается Юнги совсем тихо, а потом берет Чимина на руки и идет включать сыну мультики.
У Сокджина день рождения, и Юнги, как лучший друг, естественно, приглашен, Чимин, как любимый ребенок и сын лучшего друга семейства Кимов, также получил свое приглашение. Юнги с Чимином с самого утра в приподнятом настроении испекли вкусные макаруны к праздничному столу. К дому Намджинов они подъезжают к пяти вечера, обсуждая, как будут дарить подарок и как обрадуется Джин. Юнги умалчивает о своем подарке, но говорит сыну, что Джину понравится.
— С днем рождения! — кричат они хором, когда Сокджин открывает дверь, а потом набрасываются на него с обнимашками и веселым смехом. Джин обнимает их и приглашает пройти в гостиную, получая в руки коробку с макарунами, в то время как Чимин рассказывает Джину, что их подарок самый лучший и хороший, а Юнги гаденько хихикает и ставит большую коробку с подарком на тумбочку у входа.
— Наш подарок самый-самый лучший, — уверяет омегу Чимин.
— А вот и нет, — подхватывает Намджун маленького альфочку на руки. — Мой подарок самый-самый лучший.
— Нашёл с кем достижениями мериться, — фыркает с дивана Чонгук. — Конечно же, лучший подарок у меня, — с серьезным видом говорит Чон, а потом заваливается в приступе смеха на спинку дивана.
— Ты не представляешь, как Чимини старался и рисовал дядю Джина, — слышит Чонгук над ухом голос Юнги и расплывается в улыбке. — Только попробуй ему не похлопать и не похвалить, — серьёзным тоном говорит Юнги. — Покусаю тебя.
— Я, вообще-то, не против, — улыбается Чонгук, получая подзатыльник от Юнги и шикарный вид на виляющий в сторону кухни красивый зад в обтягивающих брюках.
— Ну и кто первый? — в ожидании спрашивает Джин, смотря на всех трех альф по очереди, когда они все вместе все-таки уселись за стол. — Где мои замечательные подарки?
— Я-я-я первый! — радостно кричит Чимин и тянет руку. — Во-первых, я нарисовал дядю Намджуна и дядю Сокджина на острове, - встает Чимин на стульчик и начинает с умным видом брать у Юнги подарки и отдавать их Джину. — А во-вторых, дядя Джин много работает и устает, поэтому мы с папой дарим вот эту коробочку, — протягивает Чимин красиво упакованную коробку Джину, тот вертит ее в руке и находит приделанную к бантику открыточку. Сокджин читает и становится пунцовым, вскрикивая и с ужасом смотря на Юнги. Чонгук и Намджун, сидящие по обе стороны от Сокджина, пододвигаются поближе и тоже читают открыточку. Пока Намджун приходит в себя, а Чонгук сползает под стол, не в силах унять смех, Юнги лыбится во все тридцать два и наслаждается видом друзей.
— Самое смешное, — плачет от смеха Чонгук, — что в моем пакете, кажется, то же самое, — говорит он, протягивая пакет Джину, и когда до Юнги доходит, то он уже тоже лежит под столом с Чонгуком и пытается отдышаться от смеха.
— Сразу видно, тупые соулмейты, — ржет Намджун, когда Чимин убежал на кухню за коробкой с макарунами. — Додумались, блин, секс-игрушки при ребенке дарить.
И все четверо снова заливаются смехом.
— Так, ладно, теперь я, — встаёт Намджун со своего места. — Любимый мой, спасибо тебе за то, что ты у меня есть, ты и правда, как сказал Чимин, очень много работаешь, поэтому я трудился еще больше, чтобы освободить нас от лишней работы и выбить нам месяц в любой стране, где ты только пожелаешь. Я так люблю тебя и хочу провести время лишь с тобой.
— Тоооооонкий намёк, — улыбается Чонгук, в то время как Намджины целуются.
Сокджин с Юнги моют посуду, посмеиваясь и разговаривая, Намджун с Чонгуком сидят на диване, обсуждая какие-то мелочи по работе, а Чимин играет с игрушечным маленьким роботом, которого он принёс с собой. В доме идилия, и ничто ее не нарушает. Юнги даже не хочет ударить Чонгука, что, казалось бы, впервые.
— Папа, пап, почини, пожалуйста, — раздаётся громкий крик Чимина, который случайно оторвал роботу руку, и Юнги выходит в гостиную, чтобы помочь сыну, но так и останавливается в дверях, видя, как Чимин тянет робота в сторону Чонгука, а Чон, кажется, недееспособен.
— Иди сюда, Чимини, я починю, — зовет Юнги сына, поглядывая на истинного и удивляясь, видя слезы в уголках его глаз.
— Кстати, о папах, — заходит на кухню Сокджин. — Намджун, я хотел сказать чуть позже, но раз такое дело, то поздравляю тебя, я наконец забеременел, и мы станем родителями, поэтому я не уверен, сможем ли мы поехать, ведь столько дел и..
— Тихо, — перебивает его Юнги, выравниваясь в полный рост и обнимая друга. — Кажется, мы их теряем, — шепчет он на ухо Джина. — Поздравляю тебя, папочка, — и Юнги притягивает друга к себе, игнорируя дружное завывание альф с дивана. — Боже, они тебе квартиру затопят, — ворчит Юнги, не в силах сдерживать улыбку.
— Это правда? — наконец, сквозь слёзы говорит Намджун, отцепляя от себя ревущего Чонгука и подходя к Джину. — Солнышко, я так люблю тебя, — альфа прижимает к себе мужа, проводя рукой по еще не округлившемуся животику.
— Ну... не будем вам мешать, — улыбается Юнги, подхватывая сына на руки. — Оставляем вас наедине в этот замечательный день. Чон, пошли, хватит реветь уже.
— Чимини назвал меня папой, — слышатся всхлипы с дивана и кряхтение после того, как Чонгук все-таки начал вставать. — С днём рождения, Джин, ты всех переплюнул с подарком, поздравляю вас, — обнимает Чонгук Намджинов и выходит из квартиры.
