Бабочки в животе

      Наверное что-то пошло не так. Совсем не так, как планировал тот жёсткий и успешный Антон несколько месяцев назад.       Узор, замысловатым лабиринтом расползающийся по потолку, представлял собой звёздное небо, где-то даже мелькали созвездия. Маленький яркие точки заполонили собой всё пространство, каждый свободный уголок, кажется они даже пробрались в мою радужку.       Помню как я долго искал дизайнера, способного осуществить затею Тёмки. Обшаривал многочисленные сайты, обзванивал каждого, кто брал трубку, иногда это казалось сложно, иногда вызывало приступы агрессии, но в основном я был в бешенстве. Неужели никто не может достойно воспроизвести карту неба? Видимо легче просто обкидать потолок стразами, всё равно лучше никто ничего не предложит.       Тёмкины глаза светились так же как звёзды на этом псевдо-небе в его комнате, когда мы наконец нашли нужного человека, который сразу взялся за мечту ребёнка обоими руками. Звёзды зажигались по ночам, помогали справиться ребёнку с кошмарами, а на моём лице зажигалась улыбка, ведь теперь маленький засранец высыпался и гонял вдвое быстрее, хотя ленивому коту Пончику это кажется очень не нравилось.       Я растворялся в этих звёздах, я находил в них давно утерянный идеал, спокойствие, восторг, рассказывал Тёмке под их взглядами и робким светом настольной лампы близ его кровати истории о далёком космосе, инопланетных вторжениях и одиноких планетах, затерявшихся в туманности, правда, сейчас, лежа с изодранным горлом и захлёбываясь потоками своей же крови я мог вспомнить что-то более важное, но понимал, что это, итак, было самым важным.       Помню, как Тёмка вскакивал с кровати и в панике бежал включать свет во всём доме, после очередного страшного сна, но кошмары тонули в смелых детских глазах, погибали в их озорном веселье, когда сонный, злой из-за недосыпа, но понимающий ситуацию, я сидел и пил с племянником какао перед телевизором, по которому обыкновенно в такое время крутили откровенную муть, но Тёмка находил среди большого количества каналов, что-то интересное и хорошо сыгранное, а в иной раз даже нарисованное.       Психологи помогали несильно, я всё больше разочаровывался, а Тёмка за глаза называл их "мозгоплавами", сначала я думал, что он просто имеет некоторые проблемы с буквой "Р", но он делал это, как позже выяснилось, нарочно. Честно говоря мне было плевать, да и им за такие деньги тоже. Племянник жутко не любил врачей, а те жутко любили деньги, и пока у нас были деньги, они не менее искренней любовью укутывали моего Тёму, но когда видишь в человеке говорящий кошелёк, лечение по неизвестным причинам не клеится. Мне не везло с людьми, а с психологами, видимо, и подавно.       В моей памяти навсегда отпечатался миг улыбки на его лице, а озорной смех, казалось, до сих пор звучал в моих воспоминаниях. Я слепо погружался без какой-либо страховки в этот омут памяти и надеялся выплыть из него, искал маленький кусочек воздуха, отчаянно глотая воду ртом, но находил лишь заполнившую всё собой мутную болотную жижу. Пучина затягивала всё глубже.       Я снова посмотрел на моё любимое небо, но Тёмки уже не было рядом, чтобы рассказать ему сказку, были только бабочки, разрезающие мне живот своими крыльями, были только звёзды, которые падали с неба, но я не мог загадать желание, как в детстве боясь, что оно останется неуслышанным. Был только я.       Наверное, что-то пошло не так, наверное, где-то я всё же оступился. Говорят перед смертью ты видишь всю свою жизнь, но кажется я мог вспомнить только ленту событий, после которых всё окончательно и бесповоротно пошло в задницу.       Я поднял раскрытую ладонь вверх, отчаянно пытаясь загородиться от звёзд, наплывающих на меня сверху. Галактика в этой комнате сужается, и скоро произойдёт столкновение, а за ним взрыв, который сотрёт всё до единой звезды в порошок.