Здесь водятся драконы

Все-таки хорошо быть драконом. Есть, конечно, нюансы, так где их нет? И у кого? А еще лучше быть настоящим магическим созданием, а не просто тупой бронированной тварью, ящерицей с крыльями, какой была хвосторога до попадания в ее тушку сознания и души Маши. Бывшая студентка педагогического института даже не подозревала, насколько изменил реальность факт ее попадания в тело обычного магического животного. Ведь драконы и были животными, недоделками-заготовками, жалкими подобиями настоящей магической расы — это она поняла потом, видя наполненные тоской об ушедшем сны. Тогда, так нежданно-негаданно получив свободу, Маша активно махала крыльями, вполголоса бурча под нос «На волю! В пампасы!», позволив себе потеряться в эйфории на пару минут. Она спешила убраться подальше от этого дурдома, да вот беда — лететь-то, в принципе, некуда было. Поэтому Маша приняла простое и логичное решение: увидев посреди оказавшегося неожиданно огромным Запретного леса прогалину, тут же приземлилась и принялась спешно маскировать себя выдранными с корнями кустами. Как ни странно, но примитивный способ сработал: пронесшаяся над головой поисковая команда на метлах это убедительно доказала. А перед Машей встала еще одна проблема: ошейник. Тут ей повезло. Проклятущая штука была потрепанной — видимо, устроители шоу решили не тратиться особо на то, что должно было пойти в расход. После долгих и упорных царапаний он поддался, и Маша еле удержалась от желания сплясать победный танец, дав себе зарок выкинуть гадость в какое-нибудь подозрительное место как можно быстрее, а потом, успокоившись, приступила к планированию своей дальнейшей жизни. Маше хотелось стабильности и комфорта, и плевать, что она дракон и, скорее всего, такой и останется на всю свою дальнейшую жизнь, хотя и здесь возможны были нюансы — она отлично помнила некоторые весьма интересные теперь сказки. Да и в романах о Поттере вроде говорилось о магах, которые могли обращаться в животных, а значит, возможен и обратный вариант. Мифы на это жирно так намекали. Но в любом случае жить в Англии Маша не планировала: климат — ужасный, население — своеобразное, да и где на этой кочке развернуться? Резервации, опять же. Раз она — дракон — значит, надо пространство. И пещера со всеми удобствами и прислугой. Кроме того, был еще Волдеморт. Вот тут Маша решительно не желала напрягаться: раз взрослые, опытные маги довели эту ситуацию до абсурда, значит, им было это выгодно, а политику Маша ненавидела всей душой. Поэтому надо хватать Поттера и валить подальше — пацан с невероятного уровня удачей лишним совсем не будет. Но до этого знаменательного момента требовалось сначала дожить. *** Жить в лесу оказалось неплохо. Дичи навалом, есть ручьи и озерцо с чистейшей водой, никто ее не ищет — ошейник Маша бросила в неожиданно отысканный бочаг. Маша ела, спала, осваивала свое тело и следила за школой, а также пыталась колдовать, здраво рассудив, что раз может говорить и является разумной и даже местами магической, то что-то же должно у нее получиться? Поэтому она долго и нудно вспоминала услышанное и увиденное в фильме — наскреблось с пяток заклинаний — а потом не менее долго и нудно пыталась их воспроизвести. Махания выломанной веткой, оструганной когтями, ничего не дали, даже простейшие Нокс с Люмосом не действовали. Замучившись, Маша бросила это безнадежное дело, утешая себя мыслью, что палочка выбирает мага, и в ее случае надо содрать с кого-нибудь скальп для начинки деревяшки. Наступила весна, окончание Тремудрого дурдома неуклонно приближалось, Маша нервничала, заедая стресс всем, что не успело разбежаться. А затем наступил ее звездный час. Проследить за Петтигрю, перетаскивающим на кладбище инвентарь, оказалось просто — по запаху. Ни одна ищейка не сравнится! Маша засела в засаде, сохраняя полную неподвижность, а потом следовало лишь дождаться правильного момента — когда сработал портключ в кубке, но все еще живы. От Петтигрю остались только голова и рука — как доказательство — их пришлось отдать Гарри, с которым Маша успела наладить отношения, а ей самой достался трофей — палочка Волдеморта, в ее лапе смотревшаяся зубочисткой. Но этой зубочисткой оказалось возможно колдовать: коряво и с перебоями, но все же. И нет, за кровожадную шутку с косой ей стыдно не было. Совсем. Порадовавшись такой мелкой, но приятной неожиданности, Маша продолжила попытки овладеть магической премудростью. В принципе пока что ее интересовало только одно умение, весьма важное и жизненно необходимое: невидимость. В современном мире просто так не полетаешь, засекут, хотя, как смутно помнилось, системы ПВО вроде реагировали на металлы и электромагнитные излучения, а не на живую массу, иначе бы рехнулись от мигрирующих стай птиц. Но даже если и так, глазастых обывателей никто не отметал, и тут шанс спалиться гораздо выше. Но Маша не отчаивалась, вспоминая, что, по некоторым данным, драконы могли спрятаться чуть ли не на ровном месте, и их никто не видел, и летать тоже могли в режиме «стеллс», так что она пыхтела, концентрировалась, правильно настраивалась и даже медитировала, самовнушаясь. Жить захочешь, не так раскорячишься — у нее получилось. Дальнейшее было проще пареной репы: найти дом Поттера с самим Поттером — опять по запаху или еще чему, что вело ее лучше радара и компаса, задавить соглядатая Ордена — на труп Флетчера она плюнула кислотой перед тем, как бросить во двор мисс Фигг: эта жуть растворяла все, на что попадала, особенно радостно сжирая органику, так что от Флетчера ничего не останется, и фора у них с Поттером будет. А потом — отлететь подальше, погрузить пацана со шмотками на спину, и рвануть в нужную сторону. Драконы летали очень быстро. Особенно те, которые хотели жить на свободе. С кем-либо из магов Маша решила не связываться: опасно. Они все попытаются использовать ее в своих интересах, захомутав так, что не вырваться, поэтому надо было драпать подальше, туда, где есть шанс договориться, и тут на ум приходила Мексика. Там силен культ Смерти в ипостаси Санта Муэрте, и Маша отлично знала, чем задобрить божество и в первую очередь ее служителей. Сожженная хижина Мраксов открыла сокровище: шкатулка с весьма интересным колечком. Шкатулка воняла горелым, но держалась, и Маша, не рискнув исследовать содержимое, запихала все это добро в упертый на заброшенной автозаправке железный ящик, закрывающийся на здоровенный амбарный замок. От кольца, как и от Мантии, веяло тлением, наводя на мысли о том, что не все так радужно с этими Дарами, как лепетали восторженные поклонники Поттерианы. Достаточно было включить логику: созданное Смертью для людей не предназначено и является ловушкой для возомнивших о себе слишком много смертных. Первое подтверждение дал Поттер, рассказавший, что в Мантии всегда прохладно и после ее ношения долго не можешь согреться, а еще Маше не понравился пофигизм мальчика по отношению к самому себе. Проскальзывали в разговорах намеки, что его жизнь ничего не стоит, что там ему будет лучше, а значит, и обычные мирские блага тоже как-то незаметно отходили на второй план. Его уже не слишком волновало, что он ест и что носит, а ведь Поттеру не исполнилось и пятнадцати. Не поэтому ли Дамблдор отдал кошмарную вещь ребенку, что хотя бы приблизительно понимал, чем это грозит? Сам-то маг ее не спешил использовать, что очень показательно. Поэтому Мантию Маша от греха подальше спрятала в ящик, к кольцу; тщательно, сверяясь с картой, купленной, как и припасы и разные мелочи, Гарри, составила маршрут и рванула к месту назначения. Лететь было тяжело: Маша не рисковала подниматься высоко, опасаясь радаров, приходилось делать крюки, так как летели почти над землей и ночью, активируя невидимость, когда приходилось прятаться, пережидать, а то и пешком идти. Гарри не роптал и не возмущался, наоборот, он даже порозовел, у него появился аппетит, и здоровье начало выправляться, что радовало: ранения и травмы, полученные во время Турнира, в школьном лазарете залечили спустя рукава, что только укрепляло Машу в принятом решении свалить из этого дурдома. Тем более что, вспоминая краткую встречу с Волдемортом, Маша не могла не заметить, что гомункул был совершенно безмозглым. Мозгов в нем не было, только какие-то простейшие инстинкты и лозунги, выкрикиваемые время от времени. Да и Петтигрю обращался с ним без малейшего пиетета. Значит, после воскрешения должен был появиться кукловод или сработать заложенная в эту куклу программа. А кому выгодно? Да кому угодно, начиная с Дамблдора и заканчивая Пожирателями. *** Мексика понравилась им сразу: тепло, ярко, много магии. До Дня Мертвых было далеко, но церкви Катрины* с места на место не бегали, поэтому оставалось только найти подходящую. Тут решили положиться на удачу Поттера. И она сработала. Пожилой священник-сквиб выслушал просьбу о помощи, торопливо выпаленную нервничающим подростком, после чего пережил шок, встретившись с самым настоящим говорящим драконом. Падре Анхель даже решил, что съел что-то не то или его заколдовали, но дракон живо развеял его сомнения, а потом стало не до рефлексий — священник чуял эманации зла, исходящие от подозрительно воспаленного и незаживающего шрама на лбу мальчика. Было страшно, но долг каждого служителя церкви — помогать нуждающимся, тем более просили о помощи милосердную Катрину, и падре Анхель, проведя неожиданных посетителей в маленькую церквушку на отшибе, провел службу, умоляя Святую Смерть помочь несчастным. Мальчик и драконица щедро пожертвовали на нужды церкви, а еще принесли дары Санта Муэрте — совершенно жуткие кольцо и мантию, во время службы сгоревшие на алтаре в пепел. Сам мальчик тоже дико закричал, когда из шрама потекла кровь и выскользнуло черное облачко, рассеявшееся над алтарем, как и облачко из кольца. Падре Анхель вытер вспотевший лоб трясущейся рукой и продолжил службу, чувствуя невидимый взгляд и ласковое касание костлявых ладоней. Потом, когда все закончилось, они сидели, смотрели на усыпанное звездами небо и молчали, переживая случившееся. Гарри спал, Маша тихо беседовала с Анхелем, строя планы на будущее. Их ждали заброшенные города майя и ацтеков, жители которых все еще хранили секреты древних умений и ждали прилета Изумрудного Облачного Змея. В Англию ни Маша, ни Гарри, возвращаться не торопились. У них еще оставались галлеоны от выигрыша за Турнир, этого на первое время хватит, а потом можно и клады поискать, а то и честно заработать — мелкий маг-недоучка в компании с драконом не пропадут. Они найдут и учителей, и дом, и свое место в жизни. А английские маги, заигравшиеся в игры, пусть сами решают свои проблемы. Поттеру же помогать никто не рвался — только использовать, не спрашивая согласия. *** Дамблдор угрюмо смотрел на лежащий на столе золотой ключик. После такого дикого появления Гарри с Седриком на поле все полетело псу под хвост. Первым взрывом стали трофеи Поттера: голова Петтигрю и его рука с меткой Пожирателя. Пришлось оправдать Сириуса, хотя толку от бывшего узника Азкабана было маловато. Сириус, которого никто не спешил лечить, все больше сходил с ума, пока однажды совсем не особачился, потеряв связь с реальностью. Дом на Гриммо сначала закрылся, а потом и развалился, начав гнить, остатки сгорели; сбежавшего Сириуса, ставшего псом, отловили магглы и усыпили в приюте. Пришлось поработать обливиаторам, затирая память о превращении трупа. Исчез Гарри. И новость директор получил через месяц — Фигг заимела проблемы с неожиданно траванувшимися чем-то книзлами и на окружающее не реагировала, а когда среагировала, было поздно. Мальчишка исчез, вещи тоже, и найти его не смогли, а в банк или еще куда он не обращался. А Дурслям банально было плевать, куда делся нахлебник. Затем в прекрасный солнечный день, сгорела сама собой Старшая палочка, и Дамблдор не знал, что и думать. Обследование кладбища, где должен был пройти ритуал, ничего не дало, чадящие остатки дома Мраксов наводили на мрачные размышления, а тут еще и традиционалисты зашевелились, снова поднимая головы. И метка на руке Северуса стала светлеть… Весь план летел под откос, единственное, что утешало — золото в сейфе Поттера. Парень в Хогвартс первого сентября и не подумал явиться. Где он? Жив ли? Неизвестно. Альбус вздохнул, подхватывая ключ. С паршивой овцы хоть клок шерсти, а политическая борьба требует постоянных денежных вливаний. Он направился в банк, не заметив брошенного в спину взгляда Мастера Зелий, одергивающего рукав. Его ждали дела. И большая политика. *Катрина — имя Санта Муэрте, Святой Смерти.