SS или Обман Основателей

Какой творец не мечтает взглянуть на своё детище через века? А мне довелось. И это могло быть даже смешно, если бы не было так грустно. А ещё больно оттого, что мои соратники, с кем я начинал это дело, не просто меня предали, а до основания разрушили все то, что я создавал! Основать эту школу нас заставило понимание того, что магический мир должен развиваться. Тогда, в наше время, знания крутились внутри семей и родов. Никто не хотел раскрывать их другим. И лишь немногие брали личных учеников, что по большей части оставались бесплатными слугами при своих учителях до их смерти. Оттого магический мир застыл. Мы же открыли доступ к своим знаниям многим. И каждый из нас искал в этом ворохе зерен и плевел что-то своё. Меня же, как целителя, интересовал вопрос появления магии. Почему у простых людей рождаются маги, а у магов — сквибы. Этим вопросом я занимался долго. Благо материала хватало. Законы у нас попроще были. И достать для экспериментов какого-нибудь преступника не составляло труда. Свой факультет я ориентировал на исследование и целительство. Зельеварение, травология, родовые проклятия, чары и некромантия. Все это, собранное воедино, давало невероятный результат и обширное поле для развития науки. Именно исследование магии подвело меня к тезису, что можно жить вечно. Правда не всем. Для этого надо было иметь наследие магических существ. Сидов, фейри, вейл, нагов, да ещё много кого. А вот «чистые» люди пережить перестройку организма не могли. Даже несмотря на большой потенциал. В этом я убедился на многих примерах, потеряв всех подопытных. Сумей я доказать это, и мир магов поделился бы на «вечных» и «смертных». Как в своё время мир людей разделился на простецов и магов. Это и насторожило моих соратников. Много раз они просили меня забросить моё исследование. Даже пытались угрожать. Мне же не хватало только последнего шага. Чистого перерождения, доказывающего, что маги с наследием могут стать бессмертными. Вот только объект все никак не находился. И тогда, горя желанием доказать свою теорию, я и решился на безумство. Перестройка организма должна была занять примерно год. Настроив пробуждение на магию потомка, я провел ритуал над собой. Вот только мои бывшие соратники решили по-своему. Не сумев, во время моего сна, проникнуть в мою лабораторию и уничтожить меня и мои исследования, они запечатали её чарами ненаходимости и собственными печатями. Возможно и к смерти сына руку приложили, лишив меня единственной возможности проснуться. Совсем вычеркнуть моё имя из истории они так и не смогли. Зато сделали все, чтобы очернить его. Исказили мою биографию, стремления, мои исследования. Даже подменили мой портрет на портрет сына, жизнью которого я тогда так и не осмелился рискнуть, предпочтя провести эксперимент на себе. Исказили суть моего факультета и вот теперь, спустя тысячу лет, он стал синонимом зла и жажды власти, вместо исцеления и науки. Но все же кое-какие мои зерна проросли. Даже в мире магглов символом целительства так и осталась — змея и чаша! Полгода здесь мне хватило, чтобы понять, насколько все плохо. Забылись законы магии, подменённые законами светскими. Ушли из мира магические существа, а те, что остались, стали больше напоминать домашних животных. Сама Магия обеднела и обмелела, как ручей, что закидали мусором. Уже не встретишь мага не несущего на себе родовых проклятий и каждый третий ходит с печатью «предателя крови». Рассказанная Мастером Снейпом история повергла меня в уныние. Можно было просто махнуть рукой, пусть живут, как хотят. Но я привык доводить дело до конца. И первое, чем я займусь — мое имя и имя моего факультета. А путь для этого очень хорошо проложил директор Дамблдор. Директор, чтоб ему в посмертии спокойствия не было! В свое время такого «директора» я бы на опыты пустил! Сместить его несложно, только он и дальше гадить будет. Ну что ж, бывшие мои соратники, вы и история заставили меня вспомнить об одной истине: хорошее зелье всегда состоит из мерзких компонентов! Вот мы и посмотрим, из чего состоит наш «хороший» директор! И Поттер здесь как нельзя кстати. Поттер, еще одна загадка. Я с первой минуты ощутил в нем кровь Певереллов и дар некроманта. Думаю, он и в Серые Пределы сможет со мной пройти. Да и дементоры ощущают его хозяином, значит — прямое родство со мной. А по-другому и быть не может, иначе не проснулся бы я от его магии. Но вернемся к моему барану, Дамблдору. Любит он себя и свои подвиги. И бережно хранит воспоминания о них у себя в кабинете. Не в том, где посетителей принимает, в башне еще и личные апартаменты есть. Глупый, думает нет туда никому хода! Я уже давно с ними ознакомился, только в целую картину связать не мог. А после рассказа Мастера Снейпа все и уложилось. Этот Великий Светлый Волшебник совсем не брезгует тёмной магией, хоть и не до конца осознает ее суть. Как и саму суть разделения магии на «светлую» и «темную». Они как день и ночь — связаны воедино. Только он сам решил и убедил других, что день это хорошо, а ночь это плохо. Вот на этом и сыграем! Сегодня мои дементоры уложат Поттера в больничное крыло. Что ж, пора готовиться к встрече с коллегой. Посмотрим, что из себя представляет местное целительство. Школьная медиведьма меня разочаровала. Все что она могла, это поить готовыми зельями своих подопечных. А вот Сметвик оказался «рабочей лошадкой» — практикующим лекарем с небольшими знаниями, но большой практикой. — Мистер Сметвик! Как хорошо, что вы прибыли, — встретил я его у камина, куда по моему распоряжению его переместил Хогвартс. — Добрый день, с кем имею честь? — вопросительно улыбнулся живчик в желтой канареечной мантии. — Салазар Слизерин! Владелец замка Хогвартс и ваш коллега. — О, даже так! Я слышал о вашем появлении, никогда бы не подумал, что вы имеете отношение к целительству. — «Контент Сулима». Именно мной было в свое время обосновано наличие в его содержании закольцованных чар. — Постойте, разве это не разработка исследователей десятого века… О, ну конечно! Простите меня, нижайше! Вы и были тем самым! Браво! Это открытие полностью объяснило… Уже через десять минут мы нашли общий язык и приступили к обсуждению снятия родовой порчи, когда нас нашла мадам Помфри. Несколько раз, по дороге в больничное крыло, она пыталась влезть в наш разговор. Но к своему счастью быстро поняла, что даже термины понимает через один. Уж не говоря об их использовании. Так, в полном согласии мы дошли до места. — Всем покинуть больничное крыло! — велела она. А я с брезгливостью смотрел, как вся команда, оставляя за собой грязные следы, вышла из палаты. Мадам Помфри с недовольным видом закрыла за ними дверь. — Вот, — указала она рукой на койку. — Мистер Поттер! — Ну что ж, давайте глянем! Мы со Сметвиком приступили к осмотру с таким энтузиазмом, как будто перед нами был редкий вид ползучего маргала. Но если Сметвик осматривал, то я расставлял ловушку на директора. От такого он не отвертится! Еще одно мое незаметное заклинание лишило Поттера адекватного восприятия реальности. Он видел, слышал и даже на некоторые вопросы отвечать мог. А вот анализ ситуации я выключил ему полностью. А то еще влезет с глупыми мыслями. — Смотрите, Сметвик, вам не кажется что здесь присутствует остаточный контур управляющего заклятия? Похоже на Империо или его аналог. — Ну-ка, позвольте? М-да… Судя по насыщенности линий ему как минимум года два! И его время от времени обновляли! Вот видите, имеется привязка! Святой Мунго! Его надо срочно везти в госпиталь! — А не запустит ли это реакцию септума? — Вы думаете присутствует? Возможно…возможно… Мадам Помфри, срочно зовите директора! У нас критическая ситуация! — Да, и авроров! — Лучше в аврорат я сообщу сам! Мне больше поверят! Уже через полчаса в больничном крыле стало людно. Аврорат появился с шумом и помпой, а директор — с достоинством. Стоило ему войти и простое диагностирующее заклинание намертво прилипло на его ауру. Обнаружить его невозможно, потому что применение диагноста покажет наличие диагноста. Просто и со вкусом. Зря многие недооценивают целителей. Убивать они могут гораздо лучше боевиков. Ловушка готова. Еще через десять минут явились невыразимцы с подозрительными приборами и мне лишь оставалось любоваться происходящим цирком. Поттера меряли, щупали, подносили амулеты и глубокомысленно кивали головами. А когда занесли и включили аппарат, напомнивший мне по действию заклинание «выявления скрытого», вот тут я и замкнул цепь. Отчаянный писк и от Поттера к Дамблдору потянулась красная видимая нить «империо». Гробовая тишина в комнате оглушила, похлеще взрыва. Все без исключения повернулись в его сторону. Несколько секунд Дамблдор, неверяще, пытался осмыслить произошедшее. — Господа, это какая-то ошибка! Я уверен, необходимо во всем разобраться! — Разберемся! — пообещал невыразимец, доставая свою палочку. — Директор Дамблдор! Сдайте свою палочку и следуйте за нами! — Это ошибка, — повторил директор. — Этого не может быть! Ваш прибор неисправен! — Мы все проверим! Вашу палочку, директор Дамблдор! — настойчиво повторил слова невыразимца старший аврор. — Да, да, конечно… Я уверен, что надо проверить все еще раз… «Хм, а что, сбегать не будешь? Нет, так не пойдет. Хогвартс…» А в следующую секунду пол под директором засветился и А́льбус Персива́ль Ву́льфрик Бра́йан Да́мблдор, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, Верховный чародей Визенгамота, кавалер ордена Мерлина первой степени исчез в черном дымном пламени.