Я буду называть тебя "папочка"

Питер проснулся рано утром от какого-то копошения у себя под боком. Уэйд уже проснулся и сейчас сидел на кровати и играл со скрученным в жгут концом одеяла. Он, то наклонял его влево, то вправо, то начинал трясти. Ему явно не хватало каких-нибудь игрушек. Паркер потянулся, разминая затёкшие мышцы. Ребёнок отложил скрученный конец одеяла и посмотрел на Питера. - Доброе утро, - улыбнулся подросток. - Доблое, - Уэйд тоже улыбнулся практически беззубым ртом и снова вернулся к одеялу. - Что делаешь? - спросил Паркер. Ребёнок приподнял руку с зажатой в ней тканью и пояснил: - Зьмия, - он потряс рукой. Подросток улыбнулся с умилением смотря на светловолосого малыша. Тот ещё пару минут помял одеяло, а потом сказал. - Кусать хочу. Питер откинул одеяло и, свесив ноги вниз, натянул кроссовки. После встал и, подхватив Уэйда на руки, пошёл в сторону ванны. Уже привычно поставив малыша на бортик и включив воду, он помог ему умыться. Уилсон пытался сделать всё сам, но только мочил руки и шлёпал ими по лицу. Из-за этого к концу водных процедур вся пижама Уэйда была мокрой с передней стороны, впрочем, Питеру тоже немного досталось. Обтерев лицо ребёнка полотенцем, Паркер понёс его переодеваться. Мокрую пижаму он повесил сушиться на батарее. Мэган всё ещё спала, и это было не удивительно, Питер взглянул на висящие в коридоре часы - полвосьмого утра. - Хочу кусать, - повторил Уэйд. Конечно хозяйничать на чужой кухне будучи всего лишь гостем было немного неприлично, но подросток не хотел, чтобы ребёнок начал капризничать и расплакался. Как можно тише они прошли в сторону кухни. Питер по-прежнему не разбирался в питании детей, но здраво рассудив, что если вчера Уэйд спокойно ел тоже что и они, то и сегодня сможет съесть то, что он приготовит. А готовить Паркер умел только яичницу и бутерброды. Поскольку громом сковороды он мог разбудить Мэган, Питер решил ограничиться только бутербродами. Сначала, он поставил греться чайник. Потом, открыв холодильник и достав с верхней полки сыр, положил его на доску, лежащую на столе. Хлеб у Мэган был уже нарезанный, так что Питер просто выложил на доску два куска хлеба. Подросток вытащил из ящика нож и отрезал несколько неровных кусков сыра. Положив их на хлеб, он протянул один бутерброд Уэйду. - Что ты делаешь? - раздался голос Мэган, и рука Питера остановилась на полпути. - Эм, завтрак, - неуверенно ответил Питер, а после добавил. - Доброе утро. - Доброе, - хмыкнула женщина. - Уэйд, не ешь это, - остановила она ребёнка, когда он потянулся руками к бутерброду. Меган перевела взгляд на подростка. - Он же вчера нормально ел "взрослую" еду! - попытался оправдаться Питер. - Он ел пюре! И мягкую... мягкую! - она сделала акцент на этом слове, - тушёнку. А бутерброд он просто физически не сможет пережевать - у него ещё зубов для этого не достаточно. Паркер внимательно посмотрел на Уэйда. Как нельзя кстати у того был немного приоткрыт рот, что позволяло рассмотреть два верхних и три нижних зуба. Да, наверное она права, этого явно маловато. Питер виновато отвёл взгляд от Уилсона, и перевёл его на Мэган. Потом посмотрел на бутерброд. - Я сварю кашу. А бутерброд потом съем сама, положи его на доску, - Мэган правильно поняла причину метаний Питера. Чайник на плите противно и громко засвистел, подросток поспешил выключить под ним газ. - Сделаешь мне кофе? - попросила женщина. - Да, конечно, - согласился Питер и начал озираться в поисках кофемолки и турки. Не найдя ничего, он перевёл растерянный взгляд на Мэган. - У меня только растворимый, - сказала она. - Он на верхней полке. Женщина тем временем уже успела отмерить нужное количество крупы и сейчас наливала к ней воду. Включив под кастрюлькой газ, она кинула туда щепотку соли и ложечку сахара, а после перемешала и накрыла всё крышкой. Питер быстро сделал ей кофе, а себе заварил чёрный чай. Через пятнадцать минут каша была готова. Подросток к тому времени уже доел бутерброд и почти допил чай. Точнее допил не он, а Уэйд, но Питер не возражал. Вопреки ожиданиям Паркера, ребёнок не стал капризничать и вполне спокойно съел кашу. - Сейчас ему надо почистить зубы? - предположил Питер. - Ага. По-хорошему, надо бы это сделать с помощью детской зубной пасты, но у меня её нет, а аптека открывается только в одиннадцать, - сказала Мэган. - А другие магазины? - спросил подросток. - Только продуктовые, да и те открываются в десять, - хмыкнула женщина. - А можно использовать пасту для взрослых? - поинтересовался Паркер. - В принципе, это не должно как-то навредить его здоровью, но я бы на твоём месте не стала это делать, если ты, конечно, не хочешь, чтобы он сплюнул всю пасту на тебя, - сказала Мэган, усмехаясь. - Детям не нравится её вкус. Лучше просто смочи щётку водой и потри ею его зубы. В ванной, под раковиной, стоит тумбочка и в ней несколько новых щёток, возьми себе и Уэйду. - Ладно, - Питер решил последовать совету женщины. Щётки были только средней жесткости, и подросток старался вообще не давить на неё, когда чистил ребёнку зубы. - Хочу гулять, - сказал Уэйд, когда они вышли из ванной. Питер замер посреди коридора. По-хорошему, им не следовало бы появляться на улице, их в конце концов ищут. Тех охранников, которых Паркер связал, наверняка уже освободили и теперь их враги знают, что искать надо мужчину с ребёнком, а не двух взрослых людей. Подросток прикрыл глаза. Зря он тогда пошёл в то здание, там видели его, видели Уэйда и видели, что они ушли с Мэган. Теперь она может пострадать из-за него. К его ноге прижался, напуганный внезапной сменой настроения, Уэйд. Питер наклонился и попытался успокаивающе улыбнуться, потрепав малыша по волосам. Нет, конечно же, он зашёл туда не зря. Остаться вчера на морозе с ребёнком на руках было бы ещё большей глупостью. Паркеру очень стыдно перед Мэган, однако, он ясно осознал, что поступил правильно. Питер должен был позаботиться о ребёнке, ведь тот совсем беззащитен. - Нет, Уэйд, мы не можем пойти гулять... У тебя совсем нет тёплой одежды, а на улице холодно - нашелся подросток. Мальчик выглядел расстроеным. Его губы надулись, а в голубых глазах заблестели слезы. Он отстранился от Питера и обхватил себя руками. - Ну что ты? - Паркер присел перед ним на корточки. - Нисего, - пробормотал Уэйд и потеряно побрёл в их комнату. Питер последовал за ним, пытаясь на ходу его успокоить. - На самом деле, всё не так плохо, - уверял он. - Здесь намного лучше чем на улице - здесь тепло и есть много книг. Хочешь я прочитаю тебе сказку, - конечно, среди всех этих книг и журналов, вряд ли найдутся детские, но подросток мог на вскидку припомнить минимум две сказки, которые знал почти наизусть. Уилсон, не обращая на Питера внимания, улёгся на кровать спиной к нему. Паркер подсел к нему. - Ну что ты куксишся? Тебе же было весело вчера здесь играть? - спрашивает Питер. - Я хосю на улицу, - сквозь всхлипы повторяет Уилсон. - Мы не можем пойти на улицу, - тоже повторяет Паркер. Он хотел бы поддаться на уговоры Уэйда, но не мог рисковать их безопасностью. - Может, ты хочешь что-нибудь ещё?- попробовал Питер. Он даже не надеялся на успех, но это подействовало. Ребёнок повернулся к нему и Паркер увидел его покрасневшие, заплаканные глаза. - Да. Сёколад, - сказал ребёнок. Питер задумался. С одной стороны, хотелось порадовать расстроенного ребёнка. С другой, подросток не знал, можно ли давать детям его возраста шоколад? Хотя, судя по тому, что Уэйд знает, что такое шоколад и хочет его съесть, он это лакомство уже пробовал. А может просто слышал от детей постарше, что это вкусно. Паркер решил посоветоваться с Мэган. - Малыш, я не могу тебе ничего обещать, - честно признался Питер. - Я... я должен кое-что спросить у Мэган. Я сейчас вернусь. Уэйд надул губы и снова отвернулся к стене. Паркер нашёл женщину в её комнате. Мэган полулежала на кровати и читала книгу. Он постучал по косяку и дождался, когда она поднимет на него взгляд. - Уэйду можно есть шоколад? - спросил Питер. - Только немного, - сказала Мэган. - Но у меня нет шоколада, - расстроено добавила она. - Я куплю. Продуктовый магазин ведь в десять открывается? - уточнил подросток. Мэган кивнула, и они вдвоем посмотрели на часы. Восемь двадцать. До открытия магазина полтора часа, и Питер совершенно не представлял, что делать всё это время с расстроеным Уэйдом. Несмотря на это, он уверил женщину, что всё под контролем и та вернулась к книге. Питер поспешил в комнату. Ребёнок по-прежнему лежал лицом к стене, но вроде бы не плакал, просто обижался. - Я куплю тебе шоколадку, - обрадовал его Паркер. Уилсон обернулся к нему, широко улыбаясь. Он вскочил и начал прыгать по кровать с радостными воплями. Питеру с большой неохотой пришлось остудить его пыл. - Но я смогу сделать это только после десяти, - сказал он. Уэйд отмахнулся от него, продолжая скакать по кровати, периодически падая. Видимо, для него время получения шоколадки было не существенно, главное, факт того, что она у него будет. Он даже согласился посидеть смирно и послушать сказку, рассказываемую Питером. Подросток знал не так много сказок, так что старался потянуть время, рассказывая их медленно и выразительно. Уэйд забавно подскакивал и носился по комнате на самых напряжённых, с его точки зрения, моментах. Время пролетело довольно быстро и опомнился Питер только в десять сорок. Он удивлёно охнул. - Сёколадка, сёколадка, - начал подпрыгивать Уилсон, догадавшись о причине оживления подростка. Питер улыбнулся и послушно пошёл одеваться. Передав Уэйда на попечение Мэган, он переобулся, накинул куртку и вышел из квартиры. Найти магазин было не очень сложно, городок был очень маленьким, что Питер отметил ещё вчера. Колокольчик на двери тихо звякнул, как только подросток вошёл внутрь. Он решил купить молочный шоколад, без каких-либо дополнительных ингредиентов. Паркер был уверен, что горький шоколад Уэйд не оценит, да и нарваться на аллергическую реакцию не хотелось. Из денег была только вчерашняя мелочь, но её, к счастью, хватило на одну маленькую шоколадку. Засунув её в карман куртки, Питер вышел на улицу. Холодный ветер заставил подростка ускорить шаг, но внезапно Паркер остановился. Он услышал звук, который было трудно с чем-либо спутать. Гул вертолетов.Не было никаких сомнений, что это летят по их душу, вопрос только в том, свои или чужие? Впрочем, паучье чутьё быстро подсказало ему, что летят они не с дружескими намерениями. Значит враги.