Парочки на отдыхе: как же подружить этих двоих

       Игра, дух соревнований, борьба, развитие тела и развлечение. Казалось, ничто в отеле не сочетает всё вместе, но Ром отыскал его, идеальный вариант, к которому даже Кроу не сумел придраться. Наоборот, он загорелся идеей поиграть в боулинг, да и Шузо остался доволен, ведь игра эта, по слухам, весёлая и с ней ему давно хотелось познакомиться. В основном Шузо склоняло к занятию спортом желание не развить мускулатуру, а похвастаться спортивной формой, сшитой специально для него за пиар одного спортивного клуба. Отличный подарок: стильный, практичный, существующий в единственном экземпляре, сделанный из особого материала, подходящий к цвету глаз и разноцветным волосам Шузо. Просто так спортивный костюм не наденешь, поэтому ему довольно долго пришлось ждать подходящий повод; спортивный костюм, а требования, как у вечернего платья.        С огромным удовольствием Шузо застегнул молнию с позолоченной звёздочкой на бегунке. Поставил руки на пояс и повернулся одним боком, затем вторым. Талия хорошо подчёркнута, это главное. Зачем играть, если роскошную фигуру спрячет одежда? Имелся вариант попроще — надеть футболку или майку, которые выставят всё напоказ, но тогда пропадёт весь азарт, да и Рома не хотелось смущать, тем более при его друзьях. Вот когда они останутся наедине, можно будет отбросить приличия и поддаться всевозможным откровениям. Шузо тихонько усмехнулся. Ох уж этот Ром, с ним невозможно остаться равнодушным, сразу хочется привлечь его внимание. Но пора заканчивать мечтать и рассматривать собственное отражение, всем не терпелось поиграть, и задерживать их Шузо не хотел, ещё и в первую совместную поездку.        Заигрывающий взгляд, чуть опущенные веки, виляющий хвост и вальяжная походка пытались выдать не самые приличные намерения. Пришлось Шузо немного сбавить темп, чтобы вот так откровенно не соблазнять. Выйдя из комнаты, он не успел произнести запланированное, чуть взволнованное: «Как тебе?», ведь Ром среагировал, едва Шузо появился в поле его зрения: распахнул глаза, поставил ушки и завилял хвостом. Одними жестами не ограничился: — Ты… выглядишь потрясающе. — Спасибо. Ты тоже, — улыбнулся Шузо и прильнул к нему, взяв под руку.        Ему шла тёмно-синяя майка со светлыми пятнами, подчёркивала рельефность его роскошного тела, в том числе мышцы груди и пресс. Ром же наоборот восхищался стройной фигурой Шузо и тому, как отлично сидит на нём спортивный костюм. На нём что угодно прекрасно смотрелось, возможно, одежда в принципе придумывалась для него. Прошло несколько секунд прежде, чем явился Кроу, и сразу предъявил претензию, ещё и с таким тоном, будто это он ждал остальных, и не меньше часа: — Может, тогда будем не играть, а комплиментами обмениваться? — фыркнул он и сложил руки на груди, а в ответ получил как раз комплимент от Рома: — Кроу, тебе идёт.        Тот дёрнул ухом. Смутился, но тщательно это скрыл. Приятно, конечно, но не Ром сегодняшняя цель. Краем глаза Кроу заметил непривычный взгляд Айона, внимательный, сконцентрированный, завороженный, почти пугающий. Покраснев, Кроу крикнул: — Что не так?! — Ты правда… очень… красивый, — сквозь ладонь признался Айон и поспешно отвернулся.        Банальный, но милый комплимент заставил Кроу прижать уши. Надел чёрную футболку, поверх бордовую олимпийку с белым узором пламени и спортивные брюки такой же расцветки, да напульсник с эмблемой Shingan — ничего особенного. На самом деле, подобное впечатление Кроу и рассчитывал произвести, но всё равно смутился. Недолго висевшую тишину нарушил Яиба напоминанием, что дорожка не ждёт, как и другие постояльцы отеля, и ещё многое нужно успеть за выходные. Под усмешки, шутки и негромкие разговоры вся компания спустилась вниз.        Грохот сбитых кеглей, звон бокалов, крики радости и поражения, попытки подогнать шар угрозами или лаской, одним словом — шумно, как и должно быть в боулинге. Многие дорожки и зоны отдыха к ним привязанные закрывались плотными занавесками, позволяя знаменитостям избавиться от любопытных фанатов, которых собралось не мало. Восторженные комментарии и шушуканье сопровождали компанию на коротком пути до арендованной дорожки; не существовало в мире места, где Trichronika не пользовалась бы популярностью. Ром гордился Шузо и его успехами, Кроу ему в упрёк негодовал, но почти против воли вспомнил прелестную реакцию Айона на его одежду и сменил настрой. Нужно удивить его, проявить талант, если он есть, выложиться на полную и… обыграть Шузо!        Ему, устроителю поездки, предоставили право первым бросать шар, точнее, Ром это право предоставил, когда бронировал дорожку и диктовал список участников. Вторым выбирал и катил шар Кроу, самый нетерпеливый, затем Айон, Яиба и Ром, с первого раза по чистой случайности выбивший страйк. Скоро в процессе игры все захотели пить. Заказали коктейль, газировку, чай и обыкновенную воду, сидели на мягком диване, вырисовывающим полукруг, и разговаривали. Бурно реагировали на каждый бросок, подбадривали и утешали, словно все они – давние друзья. Реальность же периодически убеждала в обратном, вместе с тем, как Кроу изо всех сил пытался превзойти Шузо и порой шипел что-то малоприятное в его адрес.        По тому, как Шузо поднял очередной шар, напрашивался неизбежный вывод о его нелёгком весе. Шузо это признавал, понимал, что таким едва ли что-нибудь собьёт, но не удержался, польстился на глубокий синий цвет, напоминающий глаза Рома. Шар мощно упал и покатился, медленно, лениво, под пристальным наблюдением играющих. Прошёл рядом с краем, но каким-то чудом не свалился, чтобы под конец сбить две кегли и упасть вместе с ними. Шузо опустил ушки и бегло вильнул хвостом. Не так он планировал, но с тяжёлыми шарами и справиться сложнее. — Шу, возьми, — предложил Ром, подавая шар насыщенного рыже-красного цвета, более лёгкий по весу и в управлении. — Thank you! — весело поблагодарил Шузо и изящно — иначе быть не могло — взял шар ухоженными тонкими пальцами. Замах, грациозное движение и шар покатился чётко по центру дорожки, сбив почти все кегли, лишь одна предательница отстояла позицию. — Отличный бросок. — Только благодаря тебе, — мурлыкнул Шузо и поцеловал Рома в щёку, затем весело отошёл, уступая Кроу дорогу и дорожку.        Он шёл с таким сосредоточенным и целеустремлённым лицом, что в дрожь бросало. Длинный чёрный хвост тревожно вилял, округлые ушки прижались к голове. Пригнувшись, Кроу ещё какое-то время целился, настраивался, морально готовился, просчитывал траекторию. Наконец максимально круто бросил шар. Он с грохотом приземлился на дорожку, прокатился полметра и упал в желоб. Воцарилось молчание, отдалённо напоминающее траурное. Все провожали предательски катящийся шар, пока тот не скрылся где-то внизу, а на экране не высветилась очередная надпись. — К… к… какого чёрта?! — взбесился Кроу. — Вы видели? Это же страйк был! — Несомненно, — поддержал Айон и стиснул Кроу в объятиях, успокаивая его и защищая местное имущество от возможного пинка. — Уверен, в следующий раз ты собьёшь все.        Услышанное не слишком обнадёжило Кроу, результат-то не изменился, но поддержка Айона всё равно оставалась для него желанной, помогла поверить в себя и собраться с силами для реванша. Кроу ответил на объятия и процедил что-то неразборчивое, вроде бы, ругался на несправедливость мира и подтасовку результатов. Вся вселенная с насмешкой мешала превзойти Шузо и поставить его на место. Не самая невыполнимая миссия и даже её не удавалось притворить в жизнь. Кроу сел на диван и обиженно стал пить газировку. Наблюдал, как Айон бросил шар и сбил все, кроме двух кеглей с одного края и ещё одной с другого. Толком не целился и не сосредотачивался, просто кидал, что не мешало ему отлично играть.        Кроу опять отпил. Остальные играют, промахиваются и не превращают это в трагедию, хмыкают, принимают похлопывание по плечу, и снова катят шар, веселятся и наслаждаются отдыхом, а он только и делает, что пытается превзойти Шузо и ноет из-за того, что ничего не получается. Разве так принято отдыхать? Кроу оправдывался, доказывал себе, что поступал не как дурак, но скоро признавал, что впустую потратил драгоценные часы отдыха из-за ревности и страха потерять Рома и остальных, вместо того, чтобы быть рядом с ними. Точно дурак, стопроцентный. Зато Кроу в определённом смысле понял Шузо — как Рома, такого роскошного парня, не полюбить? И, похоже, Шузо не пытается разбить багряный квартет, он просто играет, веселится со всеми, стремясь приблизиться к Рому, как и его друзья. Кроу трезво осознавал необходимость успокоиться по отношению к Шузо, просто перестать придавать ему такое большое значение и сосредоточиться на друзьях, но в теории жизнерадостный настрой и доброжелательность дались куда легче, чем на практике.        В общем и целом Кроу выбрался из шкуры вечного зануды и Шузоненавистника, но каждую его удачу воспринимал в штыки, тут же загорался идеей кинуть лучше, набрать больше очков. Зато дух соперничества он превратил в неплохой спор — кто победил, тот и выбирает фильм на вечер. Шузо со своим графиков редко находил время на житейский досуг, вроде кино, поэтому Ром решил посвятить вечера выходных именно фильмам, названной «классики». Кроу надеялся на победу. Какой-нибудь кровавый ужастик будет в самый раз, плюс, будет повод прижаться к Айону на страшной сцене и послушать визг этого хвостатого выскочки.        Жаль, но у всё той же коварной вселенной имелись свои планы и победу она с гордостью отдала Рому, чему Кроу даже обрадовался. Искренне восхищался им и разделял радость его побед почти, как свои собственные. Конечно, съязвил и пошутил, но в глубине души всем сердцем восхищался. Сильный, смелый, неподражаемый Ром, у него на роду написано выигрывать всегда и везде. И этот великолепный лидер выбрал вполне обычный, а не такой же великолепный, фильм о повседневности, отношениях, семье и, конечно, со счастливым концом. Чудовищно скучно.        Все уставшие и вдоволь поигравшие, возвратились в номер, сели на полу возле дивана. Не на него, мягкий, тёплый и комфортный, а, прислонившись к нему спиной, на пол. Не пошли переодеваться и не сходить в душ, сегодня забыли про правила, отдыхали, воплощая простые мечты, как у всех людей. Появился шанс сделать всё, чего приходилось стыдиться, с чистой совестью, без всяких душевных терзаний и опасений воплотить безумные и самые невинные фантазии. Кто от такого откажется? Шузо с лёгкостью целовал Рома в лоб, трогал его волосы, кусал за ушки и хвост, обнимал и гладил крепкую шею. Проникся атмосферой фильма и ярко это демонстрировал, призывая остальных к тому же.        Сцены нежности вызвали у Яибы умиротворённую улыбку и крохотную дольку завести, перерастающую в желание найти пару. Кроу же с трудом контролировал себя, чтобы никак не прокомментировать любовное зрелище, а тактично отказаться от неинтересного фильма. Уговаривать никто не стал. Все мысленно согласились, Кроу стоит побыть одному, восстановиться и понять, что всё не так плохо, как он напридумывал. У Кроу не имелось хотя бы примерного представления о том, чем заняться, но он предпочёл бездельничать и скучать вместо того, чтобы сидеть рядом с Шузо, как закадычные друзья, и глупо хихикать над попытками фильма пошутить.        Но маяться от тоски Кроу не пришлось — Айон благородно направился за ним, сказавшись слишком вымотанным для позднего развлечения. Намёки на сон, пытавшегося склонить Кроу на свою сторону, моментально истлели, уступив место энтузиазму. Воодушевлённый надеждами, Кроу закрыл дверь их с Айоном спальни, и поднял на него пылающие энергией глаза, которая сразу потухла. Айон действительно выглядит истощённым. Отвык от нагрузок, да и Ром в последнее время не гонял по всяким лагерям и поездкам, закаляющим дух и тело, вот Айона так быстро и покинули силы. Поникнув, немного растерявшись, считая себя чуть ли не эгоистом, Кроу уточнил: — И, чем займёмся? — Бог тёмного солнца тоже не ведает, — вполголоса признался Айон и сел на кровать. Потянул шею и поводил плечом, пытаясь его размять. Не привык он заниматься спортом и играть в игры, требующие какой-либо физической подготовки. Надо ему помочь, принести холодный коктейль или вроде того… Кроу внезапно осенило. Он слегка покраснел и сконфуженно попросил: — Ляг на живот. — Зачем? — Просто ляг!        Не догадываясь, к чему всё идёт, Айон не стал сопротивляться, лениво растянулся на широкой кровати, слыша, как Кроу подошёл и остановился совсем рядом. Он не нашёл сил начать сразу. Тут надо собраться, глубоко вдохнуть, перестать дрожать, настроиться и только после этого браться за дело. Кроу разглядывал Айона, что лежал в длинной белой рубашке; так и не сменил её на что-нибудь подходящее для боулинга. Кровать едва различимо скрипнула, когда Кроу забрался на неё и, ненадолго замерев, чтобы набрать в лёгкие воздух, сел на Айона. Он несколько удивился. Не успел спросить, что Кроу задумал, ведь он положил ладони на его плечи и не слишком уверенно, умело и смело взялся за массаж.        Тёр и растягивал мышцы на плечах и спине, аккуратнее надавливал в области лопаток и позвоночника, скользил пальцами, надеясь доставить удовольствие. Как раньше уже не будет, но он собирался приложить все силы, чтобы сохранить уцелевшие осколки прошлого и, не сразу, через силу, со временем, суметь смириться с новым будущем, где Шузо будет чертовски близко. Не самый худший вариант, но по возможности Кроу предпочёл бы его избежать. И пока он усердно вспоминал, как делали массаж в передачах, фоном бубнящих в телевизоре кафе, где они всей группой зависали, Айон в тишине блаженствовал. Медленно вилял хвостом, полностью расслабился, поражаясь Кроу.        Вдруг Айон коснулся его хвоста своим. Кроу вздрогнул и почему-то смутился, неоднозначно посмотрел в сторону. Очень осторожно лёг на спину Айона и, зажав его ушко зубами, потрепал, игриво и слабо. Отвлёкся от печальных размышлений о неизбежности перемен. Учащённо дышал, колыхая растрёпанные длинные волосы. Тёрся о макушку Айона, обнимал его, целовал в шею, затылок и плечи. Такой тёплый, высокий, крепкий. Рядом с ним мир становился интереснее, ярче и не так раздражал, в том числе его многочисленные обитатели.        Завиляв хвостом, Кроу прижался к Айону и взял за плечи. Поймал его взгляд и улыбнулся, открыто, непривычно легко, и, не заметив неприязни на лице Айона, чмокнул его в нос. Наверное, он немного отдохнул, слегка расслабился, быть может даже чуточку возбудился, и теперь готов развлечься более подходящим способом. Кроу неловко запрокинул голову, будто ни к чему не склонял, ни к каким интимным играм, замялся, формулируя вопрос в нейтральном виде, если такое было возможно. — Ты сильно устал? — поинтересовался Кроу, положив руку на затылок и зардев. Совершенно не умел врать. И пусть Айон утомился, ради него, своего прекрасного тёмного ангела, воспользовался резервной энергией, какую хранил для подобных случаев. — Для тебя бог тёмного солнца всегда найдёт силы, — прошептал Айон и, обняв Кроу, припал к его губам с поцелуем.        На миг оторопев, Кроу ответил на поцелуй. Отстранился, позволяя Айону перевернуться на спину и, схватив за воротник рубашки, притянул его к себе, требуя продолжения. Айон целовал без страсти, но глубоко, почти не двигался, дышал реже и медленнее; Кроу хотелось верить, что всё ради него, чтобы подчеркнуть важность и трепетность момента, хотя он и сам испытывал некоторый стресс, занимаясь подобными вещами в подобном месте, от чего вёл себя не менее сдержано.        Постепенно поцелуи переросли в ласки. Айон гладил Кроу по плечам, рукам и шее, прикасался к его пояснице, бокам и груди через чёрную ткань. Изящно дотрагивался, заставляя Кроу испытывать восторг даже от таких слабых прикосновений. Размахивая хвостом, он поднял ушки, ощущал, как горят щёки. Одному Айону поддавался, рядом с ним не боялся стать слабым, беззащитным и стеснительным, наоборот, видел, что таким его принимают точно так же, как наглым и безрассудным.        Ласки принимали более активный и откровенный характер. Пересилив себя, Айон задрал майку Кроу под его шумный выдох. Стало жарко. Стыдно делать это прямо здесь, в номере отеля, после игры в боулинг, потными и грязными, но было в этом что-то особенное, дикое, первобытное. Отталкивая эти мысли, переборов себя и робость, Айон начал покрывать поцелуями грудь Кроу под его сдавленный стон, как вдруг он замахал руками. Айон едва успел отодвинуться прежде, чем он резко вскочил. — Придумал! Подожди секунд! — выпалил Кроу и не совсем грациозно сполз с кровати.        Родился в его голове не коварный и хитрый план по освобождению Рома из плена любви, а несколько потрясающих строчек для песни, посвящённых как раз теме любви. Кроу не поправил майку и не причесал волосы, а растрёпанный подскочил к столу и принялся торопливо записывать идеальные рифмы. Да, это будет сногсшибательно! С такой песней ShinganCrimsonZ обеспечено первое место в рейтинге! Придётся доработать немного и придумать сюда более подходящий мотив, но это производственные мелочи, главное, основа уже есть. Айон же, лёжа на кровати, подпёр голову рукой и с умилением наблюдал за забавным зрелищем. Давно Кроу так не заводился, не выглядел таким счастливым. Улыбка сама собой расцветала на губах.        А в гостиной проходили менее приятные сцены, вызванные внезапной фразой Шузо. Ничто не предвещало столь щекотливой темы, Шузо наслаждался фильмом, прижимаясь к Рому, но скоро печально отвёл глаза. Виной должна была стать грустная сцена на экране, даже Яиба пустил скупую мужскую слезу, но вовсе не из-за неё Шузо крепче взял Рома за руку и сдавлено прошептал: — За что Кроу меня ненавидит?        Ром с Яибой потеряли дар речи. Такой жестокий прямой вопрос, что нельзя сразу найти подходящие слова, удавалось только безвольно мычать. И какую из зол предпочесть: соврать и попытаться как-то оправдать поведение Кроу, или же признаться в суровой правде, надеясь, что Шузо это не сильно заденет? Хотя если бы не задело, он не спрашивал бы с таким тоном. Ром и Яиба растерянно переглянулись, второй пожал плечами и замотал головой, выдавая не меньшую озадаченность и абсолютное отсутствие подходящего ответа. Молчание плавно растягивалось до минуты. Шузо ждал, внимательно и печально наблюдая, от чего в груди Рома что-то щемило. Ох уж эта мордашка. Он негромко, сочиняя воодушевляющую речь прямо на ходу, проронил: — Он не ненавидит. Просто… не знает, как найти к тебе подход, — попытка скрасить правду не увенчалась успехом, Шузо печально склонил голову. — Он всю поездку вёл себя… враждебно. Этого сложно не заметить. — Вовсе нет, — Шузо никак не среагировал, поэтому Рому повысил голос. — Слышишь? — вновь не последовало никакой реакции, так что пришлось Рому взять Шузо за подбородок и повернуть лицом к себе; тот затаил дыхание, захлопал ресницами и разомкнул губы. Не ожидал подобного от Рома, что проявлял нежность и уважительность. — Вы не понимаете друг друга, вот и всё... Так что не бери в голову. Вам просто нужно время.        Произнесённые слова помогли Шузо успокоиться, пусть он не до конца им верил. У Кроу всё на лице написано, он честный, слишком честный, не скрывает эмоции и мысли ни от друзей, ни от недругов. Лично Шузо до сих пор не научился открывать душу, держал всё в себе, иногда хотел, но попросту не мог найти силы поделиться переживаниями. Было бы здорово научиться у Кроу его раскрепощённости, но удастся ли найти к такому импульсивному парню подход, оставалось загадкой. Возможно, он в самом деле не испытывает ненависти, просто не доверяет, как любой нормальный человек, чет более парень.        Шузо немного расслабился. В основном не из-за веры в дружбу или хотя бы товарищеские отношения с Кроу, а из-за усталости. Прильнув к Рому, Шузо наклонил голову к его плечу, проигрывая дрёме. Опустил ушки и хвост, потёрся о Рома, устраиваясь удобнее, и постепенно заснул. Телевизор издавал неразборчивый шум, который скоро затих. Свет погас. В полудрёме Шузо уловил момент, как Ром отнёс его на кровать, бережно, боясь разбудить, переодел, укрыл и лёг рядом. Повинуясь инстинктам, Шузо прижался к нему, тёплому, заботливому. Если это сделает Рома хоть немного счастливее, стоит постараться найти с Кроу общий язык.        Утро, обещающее стать одним из самых прекрасных, прервал тихий, но настойчивый стук в дверь. Ещё находясь на территории сна, Ром дёрнул ухом. Не спешил открывать. Считал, что ему кажется, и кто-то во сне шумит, а не рвётся в комнату в реальном мире. Стук повторился, громче и настойчивее. Лениво Ром разомкнул веки. Лёгкое раздражение, мгновенно овладевшее им, испарилось от вида безмятежно спящего Шузо. Какой же он прелестный. И неудивительно, что он так крепко спит, учитывая его работу. Ему необходим крепкий здоровый сон, и пожалеет тот, кто его нарушит. Ром наспех надел рубашку, параллельно вспоминая, где он и почему проснулся не в своей постели. Точно, отель, выходные, отдых. Но кто тогда, чёрт возьми, пришёл в такую рань?        Нарушил идиллию не официант и не уборщица, ведомые возложенными на них обязанностями, а Яиба, не только бодрый, но и крайне воодушевлённый, в его обычно спокойных глазах сверкала жажда деятельности. Как необычно. Ещё раз Ром убедился, что Шузо, который как раз перевернулся на бок, спит, закрыл дверь и с лёгкой озадаченностью посмотрел на Яибу. — В чём дело? — Я придумал, что делать с Кроу и Шузо, Yueni. — Серьёзно? Что? — Девушки из Plasmagica рассказывали, как Ретори помирилась с Розией или как её: они оказались заперты, кажется, на складе, — засомневался Яиба и быстро оставил идею вспомнить случайно услышанную дамскую беседу во всех подробностях. — Если Кроу и Шузо закрыть вдвоём, они смогут поговорить по душам. Yueni… Или убьют друг друга. — Нужно попробовать, — не оценил шутку Ром, говорил серьёзно, с точно таким же выражением лица. — Может, сказать Шу? — Нет. Так он будет пытаться понравиться Кроу, Yueni, а это нам не нужно… Нужно, но искренне.        Идея назревала дикая и странная, однако она обещала принести те самые плоды крепкой мужской дружбы, пока что находящейся за гранью реальности. Проблема заключалась лишь в том, где найти подходящее помещение, куда никто не зайдёт и где не помешает персонал, да и Кроу с Шузо туда как-то надо заманить, чудом успев за сегодня, при этом проследив, чтобы они в самом деле не поубивали друг друга. Будет тяжело, но Ром, как и остальные, готов был постараться ради их совместного будущего.