Быть рядом

Ночь была ужасной. Я ворочались с одного бока на другой. Как можно уснуть, зная, что в соседней комнате работает над презентации она. Не знаю как заснула, но ощущение было, что поспала всего лишь минут двадцать. Спустилась на кухню и мой нос учуял что-то вкусно-пахнущее. В животе приятно заурчало. — А я уже думала, что не встанете, — ехидно сказала Арина, поставив небольшую кастрюльку рядом со мной. Странно. Почему она так на меня смотрит. Всё поняла. Она решила меня отравить, вот и приготовила завтрак. Внутри кастрюли оказалась каша с фруктами. Откуда она узнала, что это мое любимое раннее блюдо. Всё ещё подозрительно смотрев на кашу я спросила: — Ты закончила свою работу? — Да. — А во сколько ты встала? — Я встала в пол шестого. Совершила утреннюю пробежку и пошла делать завтрак. Что-то еще интересует? — с вызовом спросила она. — А когда ты закончила презентацию? — моему удивлению не было предела. — В два часа. Или Вы думали, что я всю ночь буду с ней возиться? Решив, что такси в такое время не поедет, а пешком добираться до дома, как-то не захотелось, я решила переночевать здесь. — Разумное решение, — с иронией ответила я. Стоя у двери и дожидавшись, пока она соберется, я осознала для себя, что не хочу, чтобы она уходила. Надо заставить прекратить так думать, иначе у меня будут проблемы. Хотя они уже есть. Перегородив дорогу Арине, я сказала: — Надеюсь мы забудем вчерашний разговор и наши действия. Они были спонтанными и не обдуманными. — Вы про тот поцелуй? — усмехнулась она, — про него я уже давно забыла, его для меня и не было. Тем более целоваться вы совсем не умеете, ну да ладно, научиться никогда не поздно. А тот разговор, насчет детских домов, меня зацепил. Думаю, что все будут приятно удивленны, узнав об этом. У меня затряслись руки. — Что ты хочешь в обмен на молчание? Деньги? Сколько? Она засмеялась мне прямо в лицо. — Когда же вы поймете, что за деньги нельзя всё купить. Деньги мне не нужны. Я ещё подумаю, что попрошу взамен. Презентацию увидите на своем ноутбуке. До встречи, Ольга Сергеевна, — слегка поклонилась и захлопнула дверь. А я так и осталась стоять с широко раздутыми ноздрями около двери. Выйдя из «замка Чудовища», я направилась домой. Конечно же, я соврала, что целоваться она не умеет. Этот поцелуй был одним из лучших, нет не так… лучшим из всех. А когда, я услышала от нее, что она всего лишь забавляется, то в лишний раз убедилась в её мерзком характере. Ну ничего, решила поиграть на чувствах, пусть будет так. Надо только научиться контролировать себя и не допускать слабостей, как в том поцелуе: тело желало, разум покинул, сердце…, а сердце-то что? Задумавшись над этим вопросом, я подъехала к дому. Выйдя из такси и увидев знакомую фигуру рядом с подъездом, я с улыбкой поспешила к Диане. — Привет, дорогая, — чмокнув подругу в щеку, сказала я, — что-то ты рано сегодня и без звонка. — Ну привет-привет, — странно проговорила Диана, — без звонка — это может быть потому что у кого-то отключен телефон, а рано- возможно, потому что, я караулю тебя уже со вчерашнего вечера, так как мы договорились выпить вино и посплетничать. Боже мой! Нащупав в куртке телефон и достав его, я убедилась в словах Дианы. Этот телефон, я купила после, того как сломала старый об машину и он ужасно тупил, а купить новый не позволяло время. — Прости меня, что не предупредила, искренне сожалела я уже зайдя в квартиру, — заработалась и совсем забыла о нашей встрече. Диана хитро посмотрела на меня.  — Заработалась и забыла? Теперь — это так называется? — я с недоумением посмотрела на неё, а она продолжала, — а имя у этой забывчивости есть? И вообще, Вы плодотворно поработали? Надеюсь, что получили максимум удовольствия от совместной работы? Поняв куда клонит подруга, я вспомнила наш поцелуй и покраснела, но не хотела пока ничего рассказывать о том инциденте.  — Извращенка! Не говори глупостей. Конечно, я понимаю, что для тебя секс всегда на первом месте, но это уже паранойя.  — Да ты что? — возмутилась она, — может тебе напомнить, что кто-то не ночевал и вернулся домой только утром. И не говори, что ты была у Тани. Я ей звонила и как странно, тебя там не оказалось. А ещё, кто-то покраснел… Покраснев ещё сильнее, я поняла, что меня подловили. — Я работала! А покраснела я, потому что, потому что, — так и не найдя нужного слова, я выпалила, — потому что в этом виноват этот чёртов поцелуй Диана хищно улыбнулась.  — Так с этого места давай поподробней.  — Да что тут рассказывать, — пожала я плечами, — поцеловалась с боссом, ну с кем не бывает. Глаза у Дианы расширились и я стала бояться, что они выпадут и покатятся по полу. — Что? Ты целовалась с той грымзой, которую ненавидишь? Так-так-так… Понимая, что от расспросов подруги никуда не уйти, а время до начала рабочего дня уже поджимало, я сказала: — Диан, давай поговорим об этом после работы. Я ужасно спешу. Если опоздаю, то не миновать рабства до конца моих дней. — И видно ты, от этой идеи, не против, — задумчиво проговорила Диана. — С ума сошла? Да я её ненавижу, каждой клеточкой своего тела. — А я вот думаю, что твоё тело в этом не согласно и хочет чего-то другого, — сказала Диана, — Арина, посмотри на себя, ты покраснела как помидор. Сколько я тебя помню, но ты редко когда краснеешь. Признайся, что влюбилась в неё. — Нет! Нет! И ещё раз нет! — уже теряя терпение, прошипела я. — Ну ладно, нет, так нет, — согласилась она, видя моё состояние, — я ухожу, а ты собирайся на свою драгоценную работу и не забывай про сегодняшнюю встречу.  — Не забуду, — буркнула я, — и прости ещё раз, за несостоявшийся вечер. — Всё хорошо, — мило проговорила Диана и пошла к двери, но внезапно развернулась, — ах да, чуть не забыла. Я вопросительно посмотрела на неё.  — Не надевай нижнее бельё, возможно оно тебе и не понадобится, — быстро сказала она смеясь и молниеносно вылетела из квартиры. Хорошо, что она так сделала, так как в след полетела ваза. Она не исправима. Собравшись и взяв пятьсот долларов, я побежала на работу. Почему мысль вернуть должок посетила мой разум прямо сейчас, я не знаю. Мы часто совершаем необдуманные поступки, руководствуясь лишь своими порывами. Через некоторое время понимаем, что это было бессмысленно. Но лишь судьба знает — это небольшие шажки к тому, чему стремимся и так хотим. Я зашла в офис. Моё настроение зашкаливало до небес. Может быть — это из-за того, что я придумала «сладкую месть» своей начальнице, а может быть просто, из-за яркого солнышка и теплой погоды. Улыбнувшись и подмигнув своему отражению, я прошла в свой кабинет. Как и следовало ожидать, Ольга Сергеевна была там и заполняла какие-то документы. Почему её так нравится моё место, мёдом что-ли намазано? — А я уже хотела объявлять тебя во всемирный розыск, — сказала она, не отрываясь от документов.  — Что Вы, в этом не было бы необходимости. Я опоздала всего лишь на три минуты или может быть Вы, уже соскучились по мне? — с наглой интонацией в голосе, сказала я. Она оторвалась от своих бумажек, сняла очки и прожигающим взглядом окинула меня.  — Возможно и соскучилась, — протянула она, — ведь без тебя, моя жизнь была скучной и однообразной. Тут я не поняла, говорит ли она это в серьез или как обычно, издевается.  — Я не клоун, что бы Вас развлекать. Цирк находится в другом месте. Если хотите, то могу достать билеты для Вас, — я несла какую-то чушь, но не могла остановить себя. Ольга Сергеевна долго молчала. Затем собрала свои документы и встала из-за стола. — Пожалуй я откажусь, от столь заманчивого предложения. У нас много дел, но, чтобы ты знала, я люблю цирк, — не отрывая взгляда от моих глаз, проговорила шепотом она, — а презентация неплохая, но надо её немного оживить. Я не ослышалась? Любит цирк и моя презентация ей понравилась? Что вообще происходит?  — Эм…хорошо, я её оживлю. Ольга прошла мимо меня и слегка задела плечом. От этого прикосновения у меня забегали мурашки по всему телу и я почувствовала, что затвердели соски. Такой подставы от своего тела, я не ожидала. Разозлившись то-ли на себя, то-ли на нее, я хрипло, но твердо сказала:  — Постойте! Она повернулась в мою сторону и я заметила, что её взгляд был затуманен. — Что? — произнесла она, сжимая сильно ручку двери. — Я знаю, что Вы для меня сделаете, чтобы я ничего не сказала про вашу маленькую тайну. Её взгляд сразу же похолодел и в голосе были стальные нотки. — Интересно узнать что же. — Вы играете в спектаклях в детских домах и я подумала, что для Вас не составит труда сыграть ещё в одном спектакле, но только на моей родине. А если быть точнее, в деревне, где я родилась. Детей там балуют меньше, чем в городе. Думаю, что они тоже заслуживают Вашего внимания. Пока я это говорила, у нее сменилось выражение лица с каменного до очень-очень удивленного. — Это всё, что ты хочешь за своё молчание? — Да. А чтобы Вам было не страшно вливаться в новую атмосферу, я буду играть вместе с Вами. Ольга Сергеевна задумалась на секунду, посмотрела в окно и произнесла: — Это необычная сделка, но… но, я согласна. Кого я буду играть? Вот тут я не смогла сдержать свою ухмылку. — Вы будете играть очень доброго, милого, веселого персонажа. Кстати, ещё одно условие нашей сделки, что Я буду сама лично Вас гримировать. Почувствовав что-то неладное, она слегка воскликнула: — Так кого же я буду играть? — Шрека. — Кого? — Ну Шрека. Такого зеленого, большеухого милого зверька. А я буду играть Фиону, — с издевкой в голосе и улыбаясь во все тридцать два зуба, сообщила я ей и стала наблюдать за её реакцией. Она, видимо не веря своим ушам, пыталась осмыслить мою новость. Конечно, её никто не унижал подобным образом. Ольга замотала головой и хотела что-то сказать, но я ей не дала. — Дети давно мечтали увидеть Шрека в своих спектаклях, но всё не было подходящей кандидатуры. Вы же не станете огорчать детишек, тем более, Вы уже согласились. Её рука, сжимавшая всё еще дверную ручку, побелела. Я достала пятьсот долларов из кармана и вложила их в её свободную ладонь. Кожа была такой прохладной и мягкой на ощупь, что мне не хотелось разрывать прикосновение. Я не удержалась и стала подниматься пальчиками по руке всё выше и выше, но быстро опомнившись, отдернула руку. — Теперь я Вам ничего не должна. Сейчас остаётся только дело за Вами, Ольга Сергеевна. Её глаза сузились и мне даже показалось, что она задрожала. Ничего не сказав, она выбежала из кабинета, а я осталась там, с воспоминаниями о её нежной коже. В голову лезли разные мысли и причем не хорошие. Лучше бы она попросила чего-то другого. Вот так я плачу за свои добрые дела, нет, конечно, я не против участвовать в сценках. Мне это приносит определенную радость и удовольствие, но чтобы быть болотным чудищем, да притом перед ней. На что я согласилась?