Быть рядом

«Так значит. Гримм и краски тут, костюмы взяла, сувениры для детей, приготовила. Вроде ничего не забыла», — слегка устав и присев на диван, вздохнула я. «Надо было взять с собой Ольгу, помогла бы» — но вспомнив, как она сладко спала и как я провела подушечками пальцев по её красивому лицу, убрав при этом прядь непослушных волос, у меня прошла приятная дрожь по телу. «Она совершена». *** — Да хватит уже столько зеленой краски, на моё лицо, — возмущалась я, смотря в лицо Арины, находящееся в пятнадцати сантиметрах от моего, — ты истратила уже столько гуаши, что моё лицо сейчас покроется толстой коркой. — Нет, нет, подожди. Ещё вот здесь, — проведя кисточкой по носу, сказала она, — и вот здесь. Теперь она стала водить кистью по моим губам. Я замерла. — Ой, здесь переборщила, — и вместо кисточки, я почувствовала прикосновение ее пальцев на моих губах. Они пытались растереть краску. Это прикосновение — сводило меня с ума. Если сейчас она не остановится, то я возьму её прям здесь. — Сейчас всё, — убрав пальцы с моих губ, довольная результатом сказала она, — ну, а теперь, иди надевай тот костюм и те, шикарные уши. Р-р-р… Умеет она испортить картину. — А ты иди переодевайся, уже нам скоро на выход, — сказала я, чувствуя покалывание на губах. — И сыграли Шрек и Фиона такую пышную свадьбу, что подарки и Вам достались, — уже заканчивала сценку Арина. Я держала её за руку и улыбалась детям. Какие же они всё-таки милые. Я готова была, расцеловать каждого, что они дали мне такую возможность держать Арину сейчас крепко-крепко. И тут я отчетливо услышала голос из толпы малышей: — А поцелуй? Ведь на свадьбе всегда целуются. Я посмотрела с паникой в глазах на Арину, а она на меня и видимо, тоже не ожидала такого поворота событий. Она смотрела на меня, а я на неё. Я уже открыла рот, чтобы сказать какие-то возражения, но почувствовала, что меня нагло заткнули… поцелуем. Её язык настойчиво меня исследовал, не давая власти. Но придя в себя, я яростно просунула свой глубоко ей в рот. Проведя сначала по зубам, а потом по нёбу. Затем наши языки сплелись в диком танце. Мне уже было наплевать где мы находимся и кто на нас смотрит, я не хотела останавливаться, желая ещё большего. До моего сознания стали доходить аплодисменты и волшебный поцелуй внезапно прервался. Она слегка оттолкнула меня. — Жили они долго и счастливо, — запыхавшись объявила она. Мы стали уходить за кулисы, не забывая при этом, махать и улыбаться детям. Придя в комнату, где мы переодевалась, я схватила Арину и сказала: — То что сейчас произошло, мы должны обсудить, но у тебя дома. Она посмотрела на меня, её взгляд остановился на моих зеленых губах. — Да. Обязательно обсудим, — хрипло ответила она. Мы приехали с Ольгой домой очень поздно. Пока собрали вещи, пока поговорили с детьми и смыли грим, прошло много времени. Мы были настолько уставшими, что нам хватило сил только на то, чтобы пожелать друг-другу спокойной ночи. Перед тем, пока я не уснула, в голове прокручивала моменты этого восхитительного дня: её зеленые губы, её дыхание, её горящий взгляд… — Сейчас только восемь утра, а тебе вдруг понадобилось срочно ехать домой в воскресенье, — возмутилась я, — и почему ты врываешься ко мне в комнату без стука? — Есть с кого брать пример, — ехидно проговорила она, несмотря на меня, — я своё обещание выполнили и хочу уехать отсюда! Чёрт подери. Какая муха её укусила? Я попыталась приподняться с постели. — Ах да! Всего лишь обещание, — закипала я, — так почему ты не уехала вчера, сразу же после выступления? — Я что, похожа на идиотку, чтобы разъезжать ночью, по незнакомой мне дороге, — сказала она. Ну почему-же она такая упрямая дура? — Ты сейчас выглядишь хуже, чем идиотка, собравшись ранним утром в воскресение уезжать. А знаешь почему? Да потому что — это единственный день, когда можно отдохнуть перед очень напряженной неделей, — с меня соскользнуло одеяло, но на это я не обратила внимание, — ну если ты так хочешь ехать, то пожалуйста, но только без меня. Я этот день буду отдыхать и останусь здесь! Наступила тишина. Она молчала, видимо её поразили мои слова, раз она широко раскрыла свои глаза и смотрела на меня. Нет, вернее не так, она впилась своими карими глазами в меня. Я решила проследить проследить за её взглядами, моё расследование привело к моей груди. Взглянув на себя и поняв, что одеяла нет, а лежу я в ночной рубашке, через которую просвечивается моя грудь, я перевела взгляд на Ольгу. В её глазах зажегся огонь и сквозь тишину, отчетливо слышалось её прерывистое дыхание. Она меня хочет. От этой мысли мне стало еще жарче. Комната превратилась в горящий вулкан. — Оставайся. Я уезжаю без тебя, — грубо сказала она и выбежала из комнаты. Зачем она так играет со мной? Через час, я спустилась на кухню. Мама сказала, что Ольга уже уехала. Я подошла к окну и провела пальцем по стеклу. — Почему ты не скажешь, что чувствуешь к ней? — спросила мама, приобняв за плечи. — Чувства не для нее, вздохнув, ответила я, — даже не удивлюсь, что слово «любить», она вообще не знает. Мама грустно мне улыбнулась. — Значит ты уже знаешь значение этого слова? — Да мам, да, — проговорила я, обняв её сильно-сильно. В понедельник, моя начальница на работе не появлялась. Такая-же ситуация постигла вторник и среду. На мои вопросы, «где же босс и когда он появится» — все игнорировали, им было, видимо, в радость, что эта «грозная» женщина, не восседает на своём троне. Эти два дня тянулись для меня мучительно долго. Я одновременно злилась на неё и хотелось прибить за то, что она так наплевательски относилась ко мне, так-как в субботу должен быть уже состояться конкурс, а с другой… очень скучала. Мне не хватало её полностью. В четверг, придя на работу, я побежала сразу же в кабинет Тани для того, чтобы распечатать документы, так-как мой принтер — сломался. Пропав на минут сорок и узнав все последние сплетни о своих коллег, я направилась к себе. Пройдя к своему месту, одновременно просматривая только что выведенные документы, я не заметила «маленькую деталь». Эта «деталь» сидела на моем рабочем месте. От неожиданности, у меня рассыпались все документы на пол. Я смотрела на неё, не веря, что она здесь. — Ну что? Так и будете смотреть на меня, Арина Александровна. У Вас валяются на полу документы, или, быть может, Вы хотите, чтобы я их собрала? — нагло спросила она, смотря на меня не отрываясь. — Ну что Вы, Ольга Сергеевна. Вы же начальница. По чину не позволено помогать собирать какие-то бумажки у своей сотрудницы, — приняла игру я. — Так что Вы стоите? Поднимайте. Я сначала одарила её своим взглядом, и только затем, опустилась на корячки, прямо перед ней. Всё это время, пока я собирала бумаги, она наблюдала за мной. Я этого не видела, но чувствовала её взгляд на себе. Осталось собрать только один листок, который лежал прямо под креслом, где сидела Ольга. — Вы не могли бы отодвинуться? — спросила я, смотря на неё снизу вверх. — Нет. Сука. Ей что, трудно отодвинуть кресло? — Я не могу достать до листка рукой, — я попыталась объяснить этой дуре ситуацию. — И что? Это же Ваш листок, а значит доставайте как хотите, — невозмутимо проговорила она, щуря глаза, — я могу Вам подсказать как это сделать. Залезьте под стул и достаньте. Блять. Ненавижу её. Подумав и решив, что придется всё-таки так сделать, я залезла под стул. Моя пятая точка торчала из-под Ольги Сергеевны, а голова находилась возле её ног. Наверно, шикарно это выглядело. Только под стулом я заметила, что она в юбке. Мой взгляд заскользил по стройным ногам всё выше и выше. Я уже забыла про листок и наслаждалась этим зрелищем. Вдруг я почувствоваться, что на мою задницу положили ладонь. — Вы там скоро или заблудились? — всё также невозмутимо проговорила она. — Хотите помочь? — хрипло спросила я. — Я уже предлагала помощь вначале, а Вы отказались, — с сожалением сказала она и, Бог мой, она сжала мою филейную часть и убрала руку, — так что Вам придется самой справятся с этой катастрофой. Я не хотела вылезать из-под стула, чтобы она не увидела, как подействовало её прикосновением. Я вся пылала. — Разве Вы предлагали помощь? — донесся мой вопрос из-под кресла. — Я всегда Вам предлагаю, а Вы упорно этого не замечаете, — сказала она, уже вставая, — Через час, жду Вас с полным отчетом о проекте у себя. Она вышла, а я задумалась над её ответом. Что она имела ввиду? Обсудив проект и уйдя с указаниями на своё место, я больше не пересекалась с Ольгой Сергеевной. Закончился рабочий день. Я подошла к кабинету Ольги, хотелось снова её увидеть и спросить, что она имела ввиду в своём высказывании. Но дверь была заперта, а она, соответственно, уже ушла. Я устала от неопределенности. Её игра зашла слишком далеко, вернее слишком глубоко — в сердце. Каждая новая встреча с ней, рождала всё больше эмоций. Устала. Не хочу. Надоело.