Второй шанс

      — Простите, — шепчет Питер, смотря прямо в глаза Тони. В его взгляде читается смирение, осознание неотвратимой смерти, что нависла над ним, и в то же время он не хочет умирать.       Старк не успевает ответить, он не может поверить, что всё так закончилось, он не может осознать, что это последние мгновения, когда он видит эти прекрасные карие глаза.       Питер рассыпается, словно сгоревшая дотла ветвь дерева.       Он не успел. Не успел сказать ему слишком много того, что хотел. Сердце Тони Старка больно сжимается, чуть не разрываясь от этой боли. А на коже пальцев по-прежнему осталось тепло чужого тела.       Не успел...       Старк мгновенно просыпается, резко вскочив на кровати. Дыхание сбилось, сердце бешено колотится, а на лбу выступили холодные капли пота. Он изумлённо озирается вокруг, пытаясь осознать, где находится. Он дома, не там, на Войне с прахом Питера на руках, он дома, дома...       Он откидывается назад, на мягкую подушку. Дыхание по-прежнему тяжёлое, но сердце стало медленно успокаиваться. Это просто сон, кошмар из прошлого. Теперь этого прошлого нет, остались лишь воспоминания.       Старк делает последний глубокий вдох и переворачивается на бок, закрывая глаза.       — Ты уверен? — в который раз спрашивает Стрэндж, готовясь повернуть время вспять.       — Я же сказал: да, — с раздражением повторяет Старк. Он устал ждать, устал от этих глупых вопросов. Он ведь уже всё решил, решил, даже толком не думая. Он сделает всё, чтобы вернуть Питера.       — Тебе будет тяжело, — снова повторяется Волшебник.       — Думаешь, мне сейчас легко? — огрызается Тони, бросая на Стрэнджа взгляд полный ярости. — Думаешь, мне легко осознавать, что он умер у меня на руках, а я ничего не смог сделать?! Думаешь, я не смогу стерпеть какие-то там кошмары ради того, чтобы он жил?! Я готов отдать всё, чтобы он снова дышал, чтобы он жил, как все нормальные подростки, а не гонялся за такими ублюдками, как Танос!       Повисло молчание. Взгляды Стрэнджа и Мантис были обращены на перекошенное от злости и горя лицо Старка, в их глазах читалось сожаление и жалость. Раньше бы жалость в чужих глазах разозлила Старка ещё больше, но сейчас злость отошла. Действительно, как он жалок был сейчас и тогда, когда он позволил мальчику умереть на своих руках.       — Прошу, — произнёс он, умоляюще подняв глаза на доктора и Мантис, — помогите мне. Верните его.       Мантис и Стрэндж молча переглянулись, а потом девушка улыбнулась доброй, ласковой улыбкой подошла к нему.       — Каждый имеет право получить свой второй шанс, — проговорила она, мягко положив руку на плечо Старка. Он ничего не ответил, только молча опустил глаза, чтобы его друзья не заметили слёз, а в душе уже расплывалось спокойствие.       «Сейчас бы мне её способности не помешали», — с горькой усмешкой заметил Старк. У него нет права жаловаться, он сам выбрал этот путь. Он отдал покой, только бы Питер был жив.

***

      Школьный автобус сделал резкий поворот, и Питер, больно ударившись головой об стекло, проснулся. Он тихо застонал, схватившись за ушибленное место. На удивление, он не мог понять, где он, вернее, он не мог вспомнить, как здесь очутился. Он совсем не помнил, как садился в этот автобус; не помнил, что было до того, как он уснул и что ему снилось.       В автобусе стоял шум и гам, который их учителя безнадёжно пытались унять. Кто-то был рад поездке и от этого шумел, а кто-то был недоволен и потому шумел ещё больше, чтобы досадить взрослым. Всё было как обычно, таким привычным и нормальным, но Питер точно осознавал, что здесь его быть не должно.       — Нед, куда мы едем? — спросил он у сидящего рядом друга, который с изумлением посмотрел на него.       — Ты что, так сильно головой ударился? — с подозрением спросил он.       — Нет, просто... Мне что-то приснилось, и... — Питер всеми силами пытался напрячь разум. Чего-то не хватало, он что-то должен был помнить, но воспоминания никак не хотели проясняться.       Нед продолжал выжидающе смотреть на него, отчего Питеру становилось неловко.       — Ничего, — бросил он, отмахнувшись. — Просто, мой сон был такой реалистичный, вот у меня в голове всё и смешалось.       — А что за сон был? — с интересом спросил его друг.       — Не помню, — задумчиво ответил Паркер, оборачиваясь к окну. — Не помню...       И всё же чего-то не хватало.