Проект "Пробуждение"

Промозглый ветер, казалось, задувал в самую душу. Хэнк шёл к входу в дом, переступая через рассыпанный на дорожке мусор, цепким взглядом отмечая общую неухоженность двора – если здесь и был андроид, то он неисправен гораздо дольше, чем нужно для того, чтобы убить хозяина и сбежать. Входная дверь повисла на одной петле, под ногами скрипели битые стёкла, как покрытые слоем пыли, так и свежие. Дом выглядел нежилым, но всё же до недавнего времени в нём жили. Об этом говорила грязная посуда на кухне, остатки продуктов в стареньком холодильнике, засранный, не подобрать другого слова, туалет и жуткий беспорядок, буквально всё, что могло быть сломано – было сломано. Да, здесь определённо чувствовалось присутствие человека. При взгляде на труп, по спине пробежали противные мурашки – тело покрывали россыпи синяков, футболка была изорвана, на груди виднелись четыре неглубоких пореза, черневших запёкшейся кровью, раздробленные пальцы рук – перед смертью его определённо пытали. Затем хладнокровно перерезали горло. Виски неприятно заломило и это не имело никакого отношения к абстинентному синдрому, голова всё ещё была на удивление ясной и лёгкой, но мысль о том, что где-то в городе бродит неисправный андроид, пытавший человека и убивший его… Девиация действительно делала андроидов похожими на людей, а люди те ещё сволочи, откровенно говоря. Творение уподобилось творцу, иронично хмыкнул Хэнк и отошёл от трупа.       - Сэмюэль Вайт. 1990 год рождения. Привлекался за хранение и распространение наркотиков. Где-то там сзади Коннор сканировал лицо убитого, искал улики и делал прочие свои андроидно-детективные штуки. Кстати о них.       - Коннор, не смей! О господи! Обернувшись, Хэнк только и успел, что страдальчески скривить лицо – Коннор снова тянул в рот пальцы, перемазанные кровью.       - Умер четыре с половиной часа назад, в крови высокое содержание алкоголя, есть следы красного льда, адреналин зашкаливает. Простите, лейтенант, но мне действительно проще сделать анализ на месте. Хэнк перевёл взгляд на застывшую неподалёку от него Екатерину. Женщина стояла, наклонив голову к правому плечу, и смотрела на Коннора так, будто тот был чёртовым пончиком, а не облизывал пальцы, испачканные в чужой кровище.       - В язык встроен анализатор? Очень удобно придумано. Чёртовы русские, помешанные на том, как сделать человека лучше. Хэнк почитал некоторые статьи на своём планшете прошлой ночью и пришёл к выводу, что даже если половина всего написанного - обычная антироссийская пропаганда, которой всегда было полно в интернете и телевизоре, то оставшейся половины вполне хватит для того, чтобы понять, что эти русские - больные ублюдки, которые будут пытаться пришить к телу пулемёт, а после того, как их стремление увенчается успехом – начнут пришивать второй. Интересно, как скоро в России начнут встраивать анализаторы в рот? Хэнк представил себе Екатерину, облизывающую окровавленные пальцы, и вздрогнул. Почему-то в его воображении эта картина приобрела пугающую окраску. Впрочем, хватит рефлексии, его ждёт осмотр кухни, возможно орудие убийства валяется где-то там.       - А можно потрогать? Хэнк вздрогнул ещё раз и снова повернулся к Коннору.       - Мой язык? Да, конечно. Что ты творишь вообще, чёртов андроид?! Картина того, как Коннор облизывает пальцы Екатерине, казалось, теперь выжжена на сетчатке глаз.       - Ну, что ты чувствуешь?       - Следы сахарной пудры, кукурузный крахмал, мятный экстракт.       - Хм. Сахарная пудра осталась от пончиков, это понятно. Но мятную конфетку я доставала из пачки сегодня в семь утра , – Екатерина засунула облизанные пальцы в свой рот, - Я вообще не чувствую мятного вкуса. Твой анализатор потрясающий! Хэнк смотрел на этих двоих и никак не мог понять, что он, чёрт побери, должен сейчас чувствовать, особенно глядя на довольного похвалой Коннора… могут ли вообще андроиды выглядеть довольными?.. Пожалуй, единственное, в чём он был уверен – он ещё сильнее начал ненавидеть Перкинса, так как с него это всё и началось. Ему повезло, что остался в участке, сейчас Хэнк с удовольствием вломил бы ему пару раз. Чёртовы русские со своими чёртовыми пальцами, которые они суют в рот его, на минуточку, андроида. А тот и рад. Чёртов пластиковый ублюдок.       - Отпечатков пальцев не обнаружено, следов тириума тоже. Андроид не был ранен.       - Хм, вы уже закончили облизывать пальцы друг другу? А то я подумал – не стоит ли вам уединиться, поискать улики в спальне, например.       - Я уже осмотрел спальню и ничего не нашёл.       - Господи, Коннор! – Хэнк махнул на него рукой и подошёл к трупу, - Неплохо его твои родственнички отделали, а?       - А почему, собственно, вы так уверены, что это был андроид, а не человек в перчатках? – в разговор вмешалась Екатерина. Хэнк перевёл взгляд на неё и поджал губы – господи, как вынести все те дни, что она будет отираться рядом, если сейчас у него внутри просто клокочет глухое бешенство. И какого чёрта, спрашивается, оно там клокочет, хотелось бы ему знать.       - Ну, например, потому, что, судя по всей той крови вытекшей из трупа, этот человек должен быть перемазан в ней с ног до головы. Соседи наверняка бы что-то заметили, когда он покинул здание. Коннор, опрос соседей дал какие-то результаты? Коннор отрицательно помотал головой.       - Ну вот. А девиант мог уйти чёрным ходом, по крышам, на чердаке сныкаться, например. Чердак проверили? Чердак был проверен, весь дом был прочёсан, следов было удручающе мало, Андерсон снова чувствовал накатывающее на него раздражение. Коннор потерянно бродил по гостиной, осматривая каждый угол, словно потерявшийся щенок, тычущийся носом в стенки коробки. Какого вообще чёрта он думает о щенках, когда смотрит на Коннора? Пытаясь отвлечься от деструктивных щенячьих мыслей, Хэнк поднялся на второй этаж, где и обнаружил Екатерину, застывшую напротив уборной.       - Что, прихватило живот? И почему я не удивлён.       - Лейтенант, вы позволите? – Екатерина обернулась к нему, выражение её лица отражало напряжённую работу мысли, она тщательно подбирала слова и это было заметно, - Лейтенант, я видела, что Ричард сказал вам о русских. Поверьте, мой интерес к Коннору лежит исключительно в профессиональной плоскости. Она придвинулась к нему на шаг ближе, и Хэнк невольно отступил к стене.       - Если бы меня заинтересовал андроид в том смысле, который вы подозреваете, то это была бы андроид-девушка, так как искусственные части и женский пол для меня неразделимы. Коннор действительно очень продвинутая модель и любопытный человек, - она взмахнула руками и умоляюще сложила их на груди, - поверьте, он интересует меня именно в этих двух качествах. Хэнк отступил ещё на полшага, прижавшись вплотную к стене.       - И вы можете не беспокоиться, вы меня тоже в этом смысле не интересуете. Я предпочитаю мужчин помоложе. На лице Екатерины заиграла лукавая улыбка, и Хэнк вопреки своей воле тоже заулыбался.       - Таких как Гэвин например? Ну, если его как следует пообломать, конечно.       - О, укрощение и подавление! Моя любимая часть в отношениях! – Екатерина рассмеялась, и Хэнк тоже хмыкнул, почувствовав как с его плеч свалилась непонятная, но очень тяжёлая гора.       - Так вот, лейтенант…       - Знаете, что, зовите меня Хэнк, всё же нам работать вместе.       - Хорошо, Хэнк. Полагаю, что вам тяжело каждый раз выговаривать моё имя, так что предлагаю сократить его до привычного вашему уху «Кейт».       - Договорились, Кейт. Что же привело вас к этому сортиру, хотелось бы мне узнать. Женщина снова повернулась к предмету обсуждения. Глубоко вдохнула, зашла внутрь и обвела рукой засранный пейзаж.       - Вот это, Хэнк. Боже, я сейчас так жалею, что не согласилась на мод, отключающий обоняние, это просто кошмар какой-то. Хэнк считал, что это не особо бы помогло, так как запах резал глаза, а к горлу начинала подкатывать тошнота. Кейт держалась ненамного лучше.       - Не кажется ли вам, Хэнк, что здесь всё как-то нарочито испачкано?       - Поверьте, Кейт, в жизни бывают такие засранцы, что вам и не снилось.       - Я не об этом. Внизу всё выглядит разбросанным и сломанным, но мне кажется, что в доме что-то искали. Искали и не нашли. Хозяина дома пытали и убили, возможно то, ради чего он умер, всё ещё находится в доме.       - Без вариантов, мы прочесали весь дом снизу доверху, - Хенк проследил глазами за взглядом Кейт, - нет. Нет, мы не полезем в это дерьмо. Даже не думайте. Женщина стянула с плеч куртку, оставшись в футболке с принтом космонавта в окружении чужих и надписью на русском. Не то чтобы это было важно, но глаз искал за что бы ещё зацепиться.       - Подержите, пожалуйста. И не смотрите на меня как на камикадзе, Хэнк. Мы просто демонтируем унитаз. Не думали же вы, что я полезу туда руками? На какую-то секунду Хэнк действительно подумал, что именно так она и сделает. Он вышел из туалета, открыл окно в конце коридора и, высунувшись туда почти по пояс, жадно дышал. В покинутом им тесном и вонючем помещении суетились копы, кто-то принёс кувалду и отбивал куски от унитаза под дружные вопли «осторожнее», «маленькими кусочками отбивай», «тяните, тяните!». На этом вопле Хэнк понял, что пора возвращаться. В дверном проёме его встретил перемазанный в чём-то, Хэнк не хотел даже задумываться в чём, Коннор с небольшим пакетом в руках. Пакет тоже был весь в дерьме, что, впрочем, многое объясняло.       - Всё-таки Коннор настоящий энтузиаст своего дела, - сияя как лампочка, сообщила Кейт, - помог доломать унитаз и первый обнаружил место зацепления лески. И, через два метра канализационных вод, мы обнаружили вот это. Краем глаза Хэнк заметил, как Коннор потянул испачканную руку ко рту и успел перехватить его за запястье.       - Коннор, нет. Нет! Мы отвезём пакет в лабораторию и пусть они сами разбираются что там да как. Андроид выглядел удручённым. Насколько вообще для андроидов нормально демонстрировать такое разнообразие эмоций? Хэнк тоже выглядел удручённым, так как обнаружил, что его ладонь теперь была в том же дерьме, что и всё остальное.       - Чёрт. Сраное дерьмо! Держа её максимально далеко от себя, он отправился на поиски воды, а лучше виски, чтобы заодно продезинфицировать себя внутри и снаружи. За его спиной давилась смехом абсолютно чистая Кейт.