Проект "Пробуждение"

В автомобиле Кейт устроилась на своём заднем сиденье, подтянув колени к груди. Она вертела в руках салфетку и периодически шмыгала носом. Хэнк сам чувствовал себя не лучшим образом и, так как алкоголь для него сейчас был недоступен, оставался только один вариант решения проблемы. Он потянулся и включил музыку. Гитарные рифы резали по ушам, басы чувствовались всем телом, в смысл слов можно было не вслушиваться – сейчас они не имели никакого значения. Только музыка, только жёсткий ритм, выбивающий из головы лишние мысли. Хэнк прибавил громкости и с облегчением заметил, как расслабилась Кейт, сменив позу на менее закрытую и кивая головой в такт.       - Спасибо, мне уже лучше. Это у вас музыка для экстренных ситуаций?       - Вся моя жизнь – экстренная ситуация. Это «Рыцари чёрной смерти». Кейт пожала плечами, - Не слышала о таких. Что-то новенькое?       - 2021 год, жанр музыки: хэви-дарк-метал.       - Спасибо, Коннор. Значит относительно новенькое. Кейт растёрла руками лицо и встряхнулась.       - Совсем я расклеилась что-то. Не хотите заехать ко мне в гости? Посмотрите на Ральфа, угощу вас обедом. Вчера вечером я сварила borsch. Хэнк одобрительно усмехнулся.       - Неплохая идея. Никогда не ел борч.       - В таком случае здесь направо и к тому жёлтому зданию. В лифте поднимались молча. Кейт покачивала головой в такт какому-то ритму, слышимому ей одной, Коннор бесконечно поправлял рукава и, если бы он не был бесчувственной железкой, Хэнк мог бы поспорить, что тот волновался. Типовая лестничная площадка, типовая входная дверь, Хэнк был практически уверен, что и обстановка всех трёх квартир на этаже идентична. С другой стороны – для временного жилья достаточно наличия этого самого временного жилья.       - Ральф, у нас гости! Пожалуйста, выйди с ними поздороваться! – Кейт скинула ботинки, бросила куртку в шкаф, повернулась к гостям, - Ванная комната за той дверью, кухня там. Не напугайте Ральфа. – и унеслась куда-то вглубь квартиры.       - Ральф рад гостям. Хэнк вздрогнул всем телом и едва удержался от того, чтобы схватиться за пистолет. Вышедший к ним андроид напоминал образцовую иллюстрацию из справочника про серийных убийц – мягкий серый свитер контрастировал с глубокими шрамами на лице, затянутый чернотой глаз в сочетании с улыбкой мог напугать даже человека со стальными яйцами и, что немаловажно, в руке у Ральфа был нож.       - Кейт, у него нож!       - Я знаю. Я разрешила, с ним он чувствует себя увереннее. Проходя мимо Ральфа, переодетая в домашнюю одежду Кейт взъерошила ему волосы и ласково улыбнулась. Ральф жутковато заулыбался в ответ и воодушевлённо взмахнул ножом.       - Пойдёмте на кухню. У нас в России все самые важные дела решаются именно там. Кейт споро расставила стулья у обеденного стола.       - Присаживайтесь пока. Хэнк, вы не раздумали есть borsch?       - Рискну попробовать.       - Надеюсь, вы не разочаруетесь в моей готовке. Кейт снова улыбалась. Как будто не было той плачущей над трупом андроида девчонки. Как будто не было женщины, которая может забежать на четырёхметровую стену без верёвки. Как будто вот такая домашняя Кейт и была настоящей. Но Хэнк не собирался обманываться – каждая Кейт, что он успел узнать, была настоящей. А сколько было тех, которых он не знал?       - На самом деле, я предлагала Ральфу взять вот этот нож, - Кейт продемонстрировала небольшой тесак, - но он отказался. Захотел что-то более… - она очертила в воздухе треугольник, - острое.       - Ральф не хотел резать. Ральф не плохой! – диод замигал тревожно-красным и Хэнк внутренне подобрался, готовый в случае чего выбить у девианта оружие.       - Конечно же, конечно же, ты не плохой, Ральф. Я это знаю, ты это знаешь и этого достаточно. – Кейт обняла андроида со спины и Хэнк глазам не поверил, увидев мерное голубое сияние у того на виске. Разгон от маньяка до хорошего мальчика за две секунды и одно объятие.       - Приятного аппетита, Хэнк. Красное густое варево в тарелке внушало опасения. Хэнк пошевелил его ложкой и вдохнул клубящийся парок. Пахло мясом, капустой, картошкой, чем-то кисловатым. С другой стороны над его тарелкой склонился Коннор и уже потянул в неё пальцы.       - Коннор, нет! - возмущённый Хэнк перехватил руку.       - Я налью немного попробовать, не нужно лезть в чужую еду. – Кейт протянула Коннору тарелку с небольшой красной лужицей на дне.       - Овощной суп на говяжьем бульоне. Полезен для вашего желудка, лейтенант. Здоровая пища.       - Ну, если ты так говоришь… - Хэнк отважно отправил в рот полную ложку супа и краем глаза отметил, какой удовлетворённостью вспыхнули глаза Коннора. Борч был… съедобным. Не более. Должно быть это судьба всего, что может считаться «здоровой пищей». Кейт присела на своё место и задумчиво покрутила в руках салфетку. Развернула, свернула, снова развернула, сложила самолётиком, отложила в сторону. С улыбкой посмотрела на Ральфа и провела рукой по его здоровой целой щеке.       - Ральф, может быть, ты хочешь показать Коннору свою комнату? Нам с Хэнком надо поговорить.       - Ральф хочет? – андроид ненадолго замолчал, уставившись в стену и внутрь себя. – Да, Ральф хочет! – он вскочил и потянул за руку Коннора, - пойдём, Ральф покажет тебе свою комнату! В глазах Коннора читалась мольба, но Хэнк махнул ему рукой, иди мол, и тот позволил себя увлечь. С каждым днём Хэнк находил всё больше и больше проявлений человеческих черт у своего андроида. И не мог сказать, что его это расстраивало.       - Как видите, Хэнк, Киберлайф выполняет букву, но не дух договора. Ральф определённо девиантен, но вот вопрос: достаточно ли он разумен? – Кейт сложила руки под подбородком и вопросительно уставилась на давящегося супом Хэнка. – Господи боже, Хэнк, ну не доедайте вы borsch, не надо себя насиловать! – она отобрала у него тарелку и, слегка наклонившись и понизив голос, сказала, - А Коннору мы ничего говорить не будем. Хэнк почувствовал легкий прилив крови к ушам. Пойман на горячем. Он откашлялся и попытался перевести тему.       - Ральф кажется мне совершенным ребёнком. Ну разве что с ножом.       - И трупом бомжа на втором этаже. Не забудьте про мою просьбу, если нельзя будет прижать того человека по закону – я нанесу ему личный визит. – Кейт смяла и снова разгладила салфетку, - Но вы абсолютно правы, Хэнк. Ральф ребёнок, он нуждается в ободрении, защите и внимании. И тогда с ним всё будет в порядке. Относительном порядке, учитывая его повреждения.       - Но?..       - Всегда есть но. Этот ребёнок не вырастет, Хэнк, это его состояние на всю его андроидную жизнь. Как понимаете, толку в исследованиях от этого пшик. Тем не менее, андроид с девиантными отклонениями мне предоставлен был и Киберлайф свою часть сделки полностью выполнили. И они прекрасно понимают, что я не буду требовать замены, так как это повлечёт уничтожение Ральфа, а вы сами видели… это как ребёнка отдать на утилизацию – неприемлемо.       - Да, я вас понимаю. Скажите, а зачем вообще России девиантные андроиды? Кейт смотрела на него удивлённо, даже немного приоткрыв рот, как будто не могла решить: какой аргумент из множества ей доступных, использовать первым.       - Хэнк… Я вот наоборот, не могу понять, почему девиантные андроиды не нужны Америке. Почему местные учёные вместо того, чтобы сделать… ну не знаю, - она взмахнула рукой, - идеального космонавта – не нуждающегося в воде, воздухе и пище, с возможностью самостоятельного принятия решений, не тупую машину с заложенной программой, а мыслящую, разумную! Почему вместо этого они делают андроида-футболиста, единственное достоинство которого – что он может мячом в ворота через всё поле попасть?! Они сами плывут вам в руки, но, похоже, вы не собираетесь их брать.       - Поэтому их планируете взять вы?       - Верно. Но пока у нас с этим есть небольшая трудность…       - По имени Ральф.       - Да. Он принимает решения, но это решения пятилетнего ребёнка. Мне нужен другой образец для исследований.       - И?.. Хэнк рассчитывал услышать просьбу о содействии в поимке подходящего девианта или о допуске в полицейский архив, но никак не это.       - И, к сожалению, я не могу ждать пока Коннор созреет. У Хэнка перехватило дыхание, голову сдавило тисками, он вскочил, почти не контролируя себя, но тут же оказался снова сидящим на стуле и частично лежащим на столе. Его плечи были с силой прижаты вниз, и мерный голос Кейт уже не первый раз повторял вопрос:       - Вы успокоились, Хэнк? Хэнк зло дёрнулся, но Кейт держала крепко. Он гневно мотнул головой – всё, что мог себе позволить.       - Да, можете меня отпустить уже. С чего вы взяли это? Про Коннора.       - Как будто вы сами не замечали. Он проявляет эмоции. Он принимает решения. Он гладит вашу собаку не потому что должен, а потому что хочет. Хэнк замечал. Пожалуй, он просто не хотел сам себе в этом признаться, равно как и в том, что к этому новому Коннору он относится по-другому. Как будто тот уже не настолько пластиковый болван. Хотя так оно и было.       - Он девиант.       - Он развивается, Хэнк. В какой-то мере становится более человечным. Очень медленно, но зато плавно. У него не будет перекоса в агрессию, он не рискует застрять в каком-то психологическом возрасте, он будет просто идеальным, когда процесс завершится. Если завершится. – помрачнела Кейт.       - Он не считает себя девиантом.       - И хорошо, потому что кто знает, как поведёт себя программа, заложенная в него. Всё же он должен ловить девиантов, а не считать себя одним из них. Надеюсь, он будет находиться в неведении как можно дольше. Хэнк расхохотался, уткнувшись лицом в ладони. Несмотря на то, что разговор был тяжёлым, он буквально чувствовал, как с его души пропадает увесистый камень. Он-то ловил себя на интересе к пластиковому роботу, но это оказалась симпатия к постепенно вылупляющемуся из этого робота человеку. Он всё ещё смеялся, когда отнял руки от лица и проговорил:       - У него есть все шансы не заметить своих изменений. Просто проснётся однажды утром и – оп – уже человек.       - Как бабочка из гусеницы! – подхватила Кейт. Домой Хэнк ехал уже полностью успокоившимся. Вопрос с андроидом для исследований оставался подвешенным, но Кейт надеялась выйти на местную ячейку сопротивления и предложить им убежище в России в обмен на участие в экспериментах и прочих научных штуках. Хэнк не был на все сто процентов уверен в успехе этой затеи, но обещал поспособствовать всем, что было в его силах. С каждым новым делом, связанным с девиантами, он всё больше видел в них человеческие души, эмоции, чувства: замученный андроид Ортиса, женщина с девочкой на скоростной трассе, две девчонки из секс-клуба… Сегодня он разглядел Ральфа – вечного ребёнка с искалеченным телом. И ножом. Пофиг. Он обещал помочь, потому что это будет хорошее дело. Правильное. Коннор молча вёл машину, его диод горел ровно и сине. Хэнк откашлялся.       - Ну так, и чем вы там занимались в комнате Ральфа? Диод на секунду мигнул жёлтым.       - Ральф показывал мне свой сад. У него в комнате ящики с землёй, в которую высажены различные ароматические травы. Учитывая, что он модель WR600, - Коннор перевёл взгляд на Хэнка и уточнил, - садовник. Учитывая, что он садовник, это было верное решение для того, чтобы стабилизировать его алгоритмы. Вы позволите спросить? Хэнк кивнул. Диод на виске Коннора замигал жёлтым.       - Лейтенант, как вы оцениваете, то, что Екатерина постоянно прикасается к модели WR600?       - Конкретно эту модель зовут Ральф. И она прикасается именно к Ральфу. Думаю ему это нужно. Стабилизирует его алгоритмы или как ты там сказал. Коннор аккуратно припарковал автомобиль у дома и вышел из машины. Хэнк хлопнул дверью и двинулся к крыльцу.       - У него в комнате стоит клетка с птицей. Ему нельзя её трогать, только смотреть. Ральф сказал мне, что ему нравится смотреть на птицу. Мы стояли и смотрели на неё девятнадцать минут. Хэнк глубокомысленно хмыкнул.       - Лейтенант, могу я попросить вас об одолжении? Хэнк глубокомысленно хмыкнул ещё раз.       - Не могли бы вы прикоснуться ко мне? Хэнк вздёрнул бровь и Коннор поспешил объясниться. Сейчас, в ноябрьских сумерках, как будто бы нервничающий и почти смущённый, он вообще не походил на андроида. Закрой пальцами диод и перед тобой человек.       - Мне показалось нетактичным просить об этом Екатерину, к тому же была велика вероятность того, что Ральф перестанет быть стабильным. Хэнк вспомнил странный взгляд Коннора перед самым отъездом: Кейт и Ральф стояли прижавшись плечами друг к другу, левой рукой он крепко держал её ладонь, а правой – неизменный нож. Смотрелось всё ещё жутковато. Возможно, через какое-то время ей удастся отучить его от этой привычки.       - Ну что ж, если это ради науки, то… Хэнк протянул руку Коннору, но тот удивил его ещё раз, он поспешно шагнул к нему, прижался почти вплотную, и Хэнку не оставалось ничего, кроме как сомкнуть свои руки у него за спиной. Изнутри дома в дверь скрёбся проснувшийся и услышавший голос хозяина Сумо. С серого неба падали снежинки. Хэнк даже через куртку чувствовал биение механического сердца в прижатом к нему теле. Со стороны они наверняка смотрелись как придурки.