Мой сын - волшебник

      Я очень сильно гордился тем, кем стал и чего добился в жизни. А именно, я работал в любимой фирме, дома меня встречала прекрасная жена и малютка сын, а дом хоть и не являлся особняком, был моим собственным небольшим раем. Я любил во всём прядок и, как наверное сейчас скажу, нормальность. Меня не смущали одинаковые домики в городке Литтл Уинкинг на Тисовой улице, где мы жили. Или сильно любопытные соседи. Сказать на чистоту, моя жена была такой же. Моя жизнь изменилась утром тридцатого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года.       Собираясь на работу, я вышел из дома и натолкнулся на странный свёрток, который зашевелился и заплакал. Испугавшись за жизнь мальца, я быстро поднял его на руки и отвернул кусок одеяла. На меня взглянул черноволосый малыш с зелёными глазами и свежим странным порезом на лбу в виде молнии. Я смутно припомнил, что муж сестры Петуньи обладал точно таким же цветом волос. — Дорогой? — раздался позади меня голос встревоженной супруги.       Я развернулся, показал ей малыша, зашёл обратно в дом и закрыл дверь. Петунья, заметив, как из одеяльца торчал некий конверт, которого я до этого не заметил, достала его, распечатала и начала читать письмо: — «Мистер и миссис Дурсль. В связи со смертью Лили и Джеймса Поттеров, я прошу взять на попечение их сына Гарри Поттера. Надеюсь, что вы отнесётесь к нему со всей любовью и вырастите как родного. Также спешу сообщить, несмотря на смерть его родителей, защита матери будет с Гарри всегда, а в вашем доме она будет ещё сильнее. О причинах смерти мистера и миссис Поттеров могу сказать только одно: их убил самый тёмный маг, с которым у нас шла война уже на протяжении нескольких десятков лет. Несмотря на то, что он тоже сгинул, мальчика всё равно стоит оберегать. С уважением и почтением Альбус Дамблдор».* От текста письма мне стало не по себе. я покрепче обнял малютку и спросил: — Как такое могла произойти? — Не знаю, — моя супруга села на стул, который стоял у стены. — Всё зависит от тебя, Вернон. — Конечно, забираем его! Уверен, что твоя сестра, несмотря на ваши разногласия, взяла бы Дадли, если бы мы погибли.       Петунья слегка кивнула. В это сложно было поверить, но сестра моей супруги была самой настоящей волшебницей. И я сейчас говорил не о фокусниках, что достают кроликов из шляп, а о самой настоящей магии с мётлами, заклинаниями и зельями. К сожалению, наша первая встреча с мужем Лили Джеймсом прошла, мягко говоря, не очень. Я тогда посчитал его невоспитанным странным молодым человеком, который понятия не имел о простых вещах мира не волшебников. А моя жена и вовсе не считала дар к магии великим делом. Здесь уже вступала в права детская обида, ведь когда-то она сама хотела колдовать и даже отправила тамошнему директору письмо с просьбой о поступлении. Но что-то я отвлёкся. — Вот только куда мы его положим спать? — жена задумалась. — Давай, я позвоню на работу и попрошу отгул, — я аккуратно передал ей Гарри. — Дай мне час-полтора, и у нашего младшего сына будет собственная кровать. — Вернон? — голос супруги дрогнул. — Прости, что… — Всё нормально, — улыбнулся я. — Уверен, Дадли будет счастлив, зная кто его кузен. Каждый ребёнок любит магию. С этими словами я направился в гостиную звонить начальнику.

***

      Так и получилось, что наша семья стала больше на одного человека. Надо сказать, что Гарри рос весьма любопытным ребёнком. Он то и дело интересовался миром природы, постоянно наблюдая за насекомыми и растениями. Надо сказать, что последнее увлечение племянника помогло жене выиграть в ежегодном конкурсе лучший сад.       Тогда Гарри было шесть лет, когда он предоставил супруге странную тетрадь в рисунках и схемах. Конечно, нарисованное рукой ребёнка было непросто понять, но посидев с ним и с Дадли, мы поняли, что Гарри рассчитал, сколько воды или удобрений нужно тому или иному растению. Естественно, были и ошибки, но тут уже сердце моей супруги растаяло, а давняя обида на Лили забылась. Так мы и жили. Пока Гарри не исполнилось семь.       В тот год учебный период у Дадли с Гарри не заладился. Начать с того, что в их класс пришёл новый ученик. Он по какой-то причине невзлюбил Гарри и постоянно его пытался провоцировать на драки. А когда за кузена вступался Дадли, тот переключался и на него. Конечно, я поставил преподавателей в известность об инцидентах, о которых мне рассказывали мальчики, но они, к сожалению, были не вездесущи. До беды, как оказалось, было недолго.       Я сидел в кабинете на работе и перебирал документы, сортируя их по важности, когда мне поступил звонок от встревоженной супруги. — Да? — ответил я, предчувствуя бурю. — Дорогой, Гарри он… Непонятно как, но тот мальчик оказался на крыше, — прозвучал встревоженный голос супруги. — Учителя не знают, как это произошло, а мальчики молчат. — Что говорит тот паренёк? — вздохнув, спросил я. — Он утверждает, что это Гарри его со школьного двора туда отправил, — шмыгнула носом Петунья: видимо, она была расстроена. — Я так надеялась, что он будет сквибом. А он… — Тогда нам стоит его оберегать. После я сам напишу директору, как только Гарри получит то самое письмо. — Хорошо. — И Петунья повесила трубку.       Мы действительно надеялись, что наш племянник не будет одарён силой магии, но, к нашему сожалению, подтвердилось обратное: мой племянник — волшебник. Кстати, сквиб, о чём упомянула моя супруга, — это тот человек, что был рождён от волшебников, но не обладал какими-либо магическими способностями.       Вечером того же дня, когда я приехал домой после работы, в доме было непривычно тихо. Дадли и жена сидели за столом не притронувшись к еде, а Гарри нигде не было. Недолго думая, я, оставив портфель у входа в гостиную, открыл чулан: там сидел мой племянник и тихо всхлипывал. Надо сказать, что, когда мой племянник сильно расстраивался, он, по какой-то неведомой мне причине, обязательно прятался в чулан. Видимо, он не любил лить слёзы у всех на виду, а в его комнате, Петунья с Дадли всегда находили. Лишь я осмеливался проникнуть в чулан и успокоить его. — Гарри? — на мой голос мальчик повернулся ко мне лицом: он сидел на маленьком стуле. — Я знаю, что случилось. Давай, ты выйдешь, и мы поговорим. — О чём? Разговорами это не прекратить, я думаю, — племянник вытер слезы рукавом свитера. — Верно. Но можно обсудить всё и постараться научиться это контролировать, — я улыбнулся и протянул руку. — Идём. Твоя тётя и брат ждут тебя.       Мальчик неуверенно взял мою кисть, вышел из чулана и следом за мной последовал на кухню. Жена, окинув серьёзным взглядом Гарри, произнесла: — Садись за стол. Время ужина.       Племянник слегка улыбнулся и сел на стул рядом с Дадли.       Жизнь определённо теперь будет совершенно иной.