Мой сын - волшебник

      После того, как Гарри отправился в школу, Дадли стал мрачнее тучи. Было видно, как он скучает по кузену. Петунья всякий раз вздрагивала, когда за окном раздавалось хлопанье крыльев. Она то и дело ждала вестей от племянника, который писал нам крайне редко. Меня самого тревожила вся эта ситуация.       Наконец долгие месяцы ожидания были позади. Наступали рождественские каникулы, накануне которых мы получили письмо, о том, что Гарри приезжает домой. Дадли от этой новости повеселел и с нетерпением ждал встречи с братом, а жена постоянно переживала, всё ли она подготовила ко встрече племянника.       Вскоре наступил сам день «икс». Я отправился в Лондон, чтобы встретить Гарри, а Петунья с сыном заканчивали последние приготовления. Когда я встретил племянника между платформами «девять» и «десять», тот был мрачнее тучи и молчаливым. Я даже не сразу признал в бледном поникшем мальчике своего Гарри. — Привет, дядя, — пробурчал он, шмыгнув носом. — Здравствуй, Гарри. — Я обнял племянника, заметив, что за нами наблюдала девочка с русыми длинными волосами, к которой тоже подошли взрослые. — Идём.       Я забрал тележку у Гарри и вместе с ним направился к выходу из вокзала, в сторону парковочных мест. — Родной, — обратился я к нему, когда мы сели в автомобиль. — Что-то случилось? — Я дома расскажу, дядя. Можно? Тон племянника заставил меня занервничать: — Конечно.       Путь от Лондона до дома мы провели в тишине, которая неимоверно давила на меня. Я не помнил ни единого случая, когда бы Гарри молчал всю дорогу. Может стоило бы взять Дадли? Я мотнул головой, ожидая зеленый свет на светофоре. Нет, иначе бы я сошёл бы с ума.       Когда автомобиль мягко притормозил у дома, племянник произнёс: — Дядя, мне надо поговорить со всеми вами. Я долго думал, и скрывать хоть что-то от любого из вас — неправильно. Но для этого придётся выбрать другой день или пожертвовать праздником, который устроила тётушка.       На последней фразе Гарри вопросительно посмотрел на меня. — Ты прав, нас ждёт отменный ужин, — ответил я. — Но если что-то важное, мы готовы выслушать тебя, родной. — Нет. Я не хочу портить праздник.       После этих слов мальчик выбрался из машины. Я не стал задерживаться и последовал за ним, прихватив из багажника вещи.       Весь вечер Гарри улыбался и смеялся, слушая истории Дадли про школу и новых друзей. Петунья то и дело, улыбалась и хлопотала над детьми. — А как у тебя дела в школе? — спросил сын.       Гарри помрачнел. Он сразу замолчал, сжав салфетку и переведя взгляд на рождественскую ель, спросил: — А кто устанавливал ёлку и наряжал её? Она очень красивая.       За столом повисла тишина. Все сразу поняли, что Гарри всеми силами старался избегать вопросов о себе. Дадли сразу насупился и, ни слова не говоря, встал со стола и вышел. Гарри тяжело вздохнул: — Мне всё равно всё рассказать? Мы с женой кивнули.

***

      Неудачи племянника начали преследовать ещё со станции Кингс-Кросс, когда он садился в поезд. К сожалению, по причине того, что мы с женой не являлись магами, нам путь был заказан на платформу девять и три четверти. Поэтому Гарри пришлось самому тащить тяжёлый багаж до перрона. Еле-еле, запихнув вещи в вагон, племянник направился в сторону купе. К счастью, за всю дорогу Гарри никто не тревожил, и он спокойно доехал до школы, не забыв по пути переодеться в форму. Дальше, по словам мальчика, было хуже.       Добравшись до школы на лодках, Гарри стал свидетелем перепалок между рыжим и светловолосыми пареньками. С их слов стало понятно, кто к какому факультету относится. Конечно, сопровождавшая будущих студентов женщина, которая отлучалась на пару минут, вернулась и пояснила сколько всего Домов в школе. Но, Гарри мало что о них знал, так как супруга сама не вдалась в подробности школьной жизни Лили.       Затем будущих студентов проводили в зал, где с помощью некоторой Волшебной Шляпы их распределяли на факультеты. Племянник не придал особого значения на шепотки, когда его назвали по имени. Только после того, как он, повинуясь выбору Шляпы, отправился на Слизерин, по залу прокатился гул недовольных со стороны остальных факультетов. Вот тогда Гарри почувствовал, что будет ему крайне сложно в школе.

***

— После меня называли предателем, — тихо продолжил племянник. — Намекая на то, как я сын великих Поттеров поступил на тот же факультет, что и Тот-Которого-Не-Называют-По-Имени. Вот только не знал я этих подробностей. — Почему ты молчал? — спросила Петунья. — Вас не хотел тревожить. Брат и вовсе любит эту магию, а научить меня могут только там, — снова вздохнул Гарри. — Я-то люблю, но это тоже не дело, — подошёл к столу Дадли. Оказывается он тихо подслушивал рассказ Гарри. — Спасибо, братишка, но мной принято решение продолжать обучение, — улыбнулся племянник. — Ты уверен? — спросил я. — Угу, — кивнул племянник. — Если что, особо зазнавшимся дам в глаз. Мы с женой переглянулись: всё-таки получилось у нас из Гарри сделать нормального человека. — Но для начала, давайте доедим. — И племянник принялся уплетать пирог за обе щёки.       Каникулы пролетали быстро и неумолимо приближался день отъезда Гарри в школу. С каждым днём Дадли становился всё грустнее и тише. Сам же племянник всё чаще брался за учебники и проводил время за домашними заданиями. Мы с женой могли только наблюдать за нашими мальчиками и верить, что всё образуется.       И вот настал тот самый день. Я даже почувствовал какое-то ощущение дежавю, когда снова привёз Гарри на вокзал и проводил его до платформ «девять» и «десять». — Ничего не забыл? — уже в который раз я спросил племянника, когда тот доставал клетку с совой — подарок на Рождество, который сделал сам себе Гарри, когда ездил за дополнительными покупками в Косой переулок. — Нет, дядя Вернон, — грустно откликнулся он. — Берегите себя.       И Гарри медленно направился к стене разделявшую платформы.