Лунная Семья. Возрождение.

      Невысокая шатенка уже минут пять мерила шагами комнату, возмущённо бурча под нос что-то о собственной мнимой никчёмности. Как выяснилось, в «той» жизни всё было ещё ничего так, а здесь… Скажем так: чудо, что за тесты не ноль баллов дают. Может, она и не любит точные науки, но уж на пятьдесят баллов вытянуть-то можно?!       А скорее всего, учителям просто лень возиться с отстающими: не учатся — их проблемы. Бельфегор ведь понятно объяснял (потом бесился, что она ничего не поняла, и снова объяснял. И так раз пять могло происходить), Ёши после занятий с ним спокойно могла математику баллов на семьдесят написать, с физикой и химией дела обстояли ещё лучше (желание проводить эксперименты — хороший стимул). Ну, под конец занятий, по крайней мере, успехи в математике, физике и химии у неё были именно такие. Да и Даниэль не отставал от него, разве что подруги в изучении точных наук показывали более хорошие, если не сказать — отличные, результаты. Впрочем, и у них находились такие предметы, над изучением которых пришлось просидеть немало отведённого, вообще-то, на отдых, времени. А нынешние оценки что? Кошмар, самый настоящий! Проще застрелиться, чем признать, что оказалась в реальности бездарностью! Впрочем, с чего это бездарностью? На учёбе жизнь не заканчивается, а вот о кланах нужно позаботиться.       — Хи-и-и, — уныло протянула девушка, бессильно опускаясь на стул и хватаясь за голову. — Я не понимаю, что здесь происходит, но мне определённо нужно исправлять репутацию. Или не нужно?.. — девушка на несколько секунд задумалась, устремив взгляд в окно, и раздражённо вздохнула. — Спрос меньше будет, а резкие изменения могут привлечь внимание Ноно, ну и зачем мне этот геморрой? Ксо! Почему я не могу как обычно пообщаться с подругами, когда мне это так нужно? Распланировать дальнейшую жизнь было бы не лишним, с кланами разобраться, а я даже номер телефона Изаи-нии не выучила. Будем выкручиваться. Куро-ку-у-ун? — просительно протянула девушка, снизив тон голоса почти до шёпота.       Сначала было тихо, но через полчаса упорных взываний в голове появился еле слышный отклик. Слабый, далёкий, практически неразличимый за мыслями, но всё же узнаваемый.       — Ёши-чан, ты как? — встревоженно отозвался синеволосый.       — Куро?! Слава Ками, ты живой! Куро, я в Намимори, где ты сейчас? Кто ещё из наших оказался с тобой? — не удержавшись, Ёши забросала парня вопросами.       Тем более, её очень напрягали ощущения злости и бессилия, приходящие по связи «Небо — Хранитель». Полноценная такая связь действовала в обе стороны, но образовывалась лишь между Небом и его истинными хранителями. И сейчас всё говорило о том, что с Мукуро не всё в порядке. Более того, связь с хранителями была кем-то заблокирована, и предыдущие полчаса пошли именно на то, чтобы разблокировать связь. Хах, если кто и рассчитывал оборвать нить полностью, то сильно просчитался: между истинными хранителями и их боссом порвать связь очень сложно, если те провели достаточно времени вместе, часто используя пламя. Тренировки проходили довольно часто в последний месяц, так что связь не разорвалась. При попытке связующая нить просто становится неощущаемой, «мимикрируя под окружающую среду» и временно блокируясь вместо уничтожения.       Туман привычно рассмеялся, скрывая, что ему приятно, что о нём волновались.       — Ку-фу-фу, неужели первым о ком ты забеспокоилась, стал я? Фран может начинать ревновать? — лукаво поинтересовался Мукуро.       Ёши смущённо пискнула, неосознанно потерев узор на руке. Тот, к слову, постепенно бледнел, будто выцветал. Оно и понятно, ведь тот мир был не в полной мере реальным, и в этом мире данные узоры вообще не должны были появиться на руках у кого бы то ни было. Впрочем, здесь никогда не угадаешь, всё же тот мир тоже не планировался как таковой.       — Нам меньше десяти лет было, откуда ты это взял?!       — Проблема возраста поправима, сейчас вы уже подростки, а на занятиях ты татуировку не скрывала. О моём ученике ты вообще многого не знаешь, поверь уж. К тому же, вы слишком мило общались в особняке Варии… — хитро улыбаясь, протянул Рокудо, но девушка выражение его лица увидеть не могла, так как связь была без образов.       И хорошо, что не видела, так как в целом выглядел заключённый не лучшим образом, несмотря на относительно нормальные условия жизни. Да и с образованием было бы сложно, если бы не тот параллельный мир. Похоже, что в него в детстве затянуло какую-то часть их сознания или души, а другая часть осталась в этом мире, теперь же знания из обоих миров сложились в единую картину, меняя образ восприятия действительности.       — Хи-и-и! Неправда, не было такого! И ты этого, кстати, знать не можешь — в клане был! — нашла отговорку Тсунаёши, не желая признавать, что была бы совсем не против, если бы кое-кто ревновал. Тринадцать лет — как раз возраст согласия, да и ей чисто по-женски хочется внимания к себе как к красивой, ну хотя бы симпатичной девушке. — В каком смысле ученик?       — Со мной успел брат воспоминаниями поделиться, так что я всё видел, — парировал он, пока девушка пыталась вернуть нормальный цвет лица. — А про ученика пусть сам объясняет, когда к тебе заявится. Заявится ведь, точно говорю.       Вновь ярко переданные по связи ощущения после упоминания Рикено заставили её насторожиться и приготовиться к плохим новостям.       — Настроение подняли, теперь переходим к вопросам. Так что рассказывай, что случилось. — Она подумала и решила, что не стоит давить, но и узнать. в чём дело нужно. Рикено ей так же дорог, как и Мукуро, а проблемы определённо связаны с обоими парнями. — У меня из минусов пока только ужасная успеваемость, точнее — НЕуспеваемость в школе, и мама с заблокированными воспоминаниями, а доверить разбираться с её памятью я только тебе смогу. Я как узнала всё это — не выдержала и временно закрылась в своей комнате, чтобы не пугать других своим поведением. Теперь колись, что стряслось?       — Сами справимся, — попытался отмахнуться парень, дождался пришедшей по связи смеси возмущения, беспокойства и обиды, и решил не нагнетать обстановку, но и не рассказывать, что случилось.       Только некоторые были с ним не согласны, а скрывать подслушивание чужих разговоров научились мастерски. Причём каждый выбрал в качестве объекта прослушки Тсунаёши, как одну из боссов.       — А врать нехорошо-о-о, ананас-сенсей… — вмешался в мысленный разговор третий голос. Пожалуй, для Мукуро это было даже ожидаемо — его сестра честно сказала, что старший брат не упустит возможности пообщаться с Тсунаёши. — Или мне ва-а-ас самому сда-а-ать, чтобы Ёши не нерви-и-ировали?       — Замолчи, лягушка, тебя сюда не звали! Бери пример с сестры, в конце концов! — раздосадовано отозвался Мукуро (умеет же тот не вовремя появляться), пока Ёши вертела головой, подозревая, что Фран находится где-то поблизости.       Собственно, Фран обнаружился на подоконнике, где удобно расположился с резной шкатулкой в руках и чашкой чая, а рядом лежал небольшой пакет с конфетами. Вроде, всего ничего с её подругами пообщался, а пристрастие к чаю уже заработал. Воздушно-капельным путём это передаётся, что ли…       — Вы мне сестрёнку в пример не ставьте, ей тоже интересно, — растягивая гласные, прокомментировал Фран, намекая на отсутствие у себя чувства вины из-за вмешательства.       Следующие попытки Куро перевести тему тоже пресекались, Фран флегматично отбивал все выпады в свою сторону и отказывался не вмешиваться, а Ёши начала обиженно дуться на обоих, вследствие чего Мукуро пришлось признать: без объяснений от него не отстанут. К тому же, рано или поздно девушка узнала бы об этом, и лучше бы от него. Хотелось бы вначале поискать способы возвращения людей к жизни, в крайнем случае — переговорить с Риной (найти бы её сначала, но это дело времени: уж с кем, а с ней вряд ли что случилось — Ёши бы сразу поняла, у них же почти вся Семья в той или иной мере связана между собой, а Ёши с Риной и Киоко много времени вместе проводили.       — Да в тюрьме мы, итальянской! Какая разница, всё равно скоро выберемся! — уверенности в своих силах хоть отбавляй, а практики действий в одиночку нет пока.       Ну, в той жизни — не было, в этой — только сам Мукуро знает, пока ничего не упоминал. Вряд ли здесь, конечно, история пошла так же, если первые отличия уже найдены, но в то же время — Рокудо же сейчас не в Эстранео, значит — выбрался как-то. Впрочем, с его-то талантами грех не выбраться, он бы и тогда сам мог, просто Хикэри раньше успела.       — Выбираться как будешь, самостоятельный? Вот только не ври, что про твои способности там не знают, Куро-кун, наверняка ведь приняли меры, — заволновалась Тсунаёши.       — Защищена хорошо, но мои навыки из этой жизни в целом позволяют быстро вернуть навыки из той, а ты сама помнишь наши развлечения. Не сложнее, чем сбежать от Джотто-сана. — Успокоил девушку Мукуро, и дети не сдержали смеха, вспоминая предшествующую тому случаю историю. — Мы скоро побег готовить будем — я, Кен, Чикуса и Даниэль, вот уж кому здесь находиться противопоказанно. Может, ещё кого прихватим по дороге, так что жди гостей примерно через… Неделю-две. А брата нет больше, во время опытов Эстранео умер. — последняя фраза упала камнем в разговоре, и Ёши надолго замолчала.       Что тут говорить, если никто такого не ожидал. Рикено, он же был сильным, и умел достаточно. Изая, помнится, даже спарринг с ним устраивал, хотя ему-то знания напрямую перешли, а Рокудо-старшему пришлось самому учиться.       — Знаешь, думаю, выход есть. Приедешь — обсудим, Лили-сан и Нами-сан тоже были мертвы, — криво улыбнулась в итоге Ёши и, тепло попрощавшись и пообещав постараться подготовить место проживания, так как рассчитывает на его дальнейшее проживание в том же городе, что и она, собралась закрыть канал связи.       Скорее всего, отец оставил наблюдателей, не стоит им давать повод для подозрений. Возиться потом с устранением ведь никто не будет, а отец точно идиот, и может не подумать поговорить сначала с дочерью. Ага, которую лично видит раз в шесть лет, а остальное время даже не звонит! Фран, наверное, позаботился о том, чтобы на глаза посторонним не попасться, но пламя могут и засечь.       — Эй, а про перерасход сил здесь кто-нибудь, кроме меня, помнит или как?! — вмешался в разговор ещё один голос, девичий, не дав Ёши прервать связь. — Вот нужный объём пламени накопишь — и вперёд, с песнями, а пока сиди и не дёргайся, не уйдёт Рикено-сан на перерождение без своего Неба. — Продолжили отчитывать подростков.       Нозоми-тян в своём репертуаре, и почему она с пламенем Тумана в медики подалась? Хорошо, что ведёт себя обычно более спокойно, а то среди «Сапфиров» людей со странностями хватает, и большинство умеет хорошо выносить мозг при необходимости и обладает в той или иной мере пламенем Тумана, которое обнаружилось и у Накано Нозоми. Может, с первого взгляда и не скажешь, но загнать на обследование эта слабая девушка, тогда ещё девочка, вполне могла, и загоняла.       — Ой, не начинай, мисс «Я всех вылечу», — хмыкнули в два голоса добавившиеся к разговору парни из Обсидианового клана. — У нас тут, кстати, глава клана новый… Точнее, новая, так как это девушка, а не Виктор, который всё забыл, похоже. А Обсидиановая леди нас обругала, устроила утром тренировки на выживание и укатила в другую страну, пообещав приехать обратно и оторвать нам головы, если не восстановим клан как должно, ибо в таком случае выяснится, что мы этими головами не пользуемся, и зачем они тогда нужны — непонятно.       — Ничего, вам полезно побегать, а из Тора глава клана не лучший получился, он сам такой же раздолбай.       Это в разговор включилась подошедшая Киоко, которая тоже решила проверить, всё ли в порядке с друзьями, и решила поболтать с Ёши, а в итоге нашла не только её, но и ещё несколько знакомых. Заодно выяснила, что память пропала не у всех, но удивлением для неё было то, что у старшего брата — Рёхея — память сохранилась тоже. Теперь к экстремальным тренировкам добавятся, наконец, занятия по учёбе, потому что иначе позже всё равно заставят, а ударить в грязь лицом не хочется. Правда, если бы Киоко случайно не увидела у брата тетрадь с подробным решением задач, она бы так и не узнала о том, что Рёхей решил исправить ситуацию с оценками, так как внешне ничего не изменилось — как кричал про свой Экстрим, так и кричит. Хотя, прошло ведь только пять часов с момента «возвращения в реальность», так что он мог бы и получше скрывать проснувшуюся тягу к знаниям.       — Да у меня не разум, а проходной двор! Вы вообще здесь каким боком, не хранители ведь! — вслух застонала Тсунаёши и пошла отбирать у Франа чашку с чаем, для успокоения нервов.       Парень чашку отдавать отказался, быстро отведя руку с ней в сторону и не пролив ни капли чая при этом. Дотянуться шатенка могла до чашки разве что перегнувшись через парня, что она и сделала, не пытаясь обойти с другой стороны. Минуту разговора они пропустили, развлекаясь таким образом, но потом Фран уступил. Как в начале показалось, уступил.       — Ёши, ты помнишь, что из этой чашки только что я пил? — невинно осведомился парень, болтая ногами в воздухе. В отличие от шатенки, он как раз не испытывал ни малейшего неудобства от резкого взросления и чувствовал себя на свой возраст. — Я ни на что не намекаю, но…       Шатенка, не успев поднести чашку к губам, чуть всё не расплескала, отдала её обратно и, выдохнув смущённое «Хи-и-и!», отошла на несколько шагов и села на кровать, хотя и понимала, что это был просто подкол, и ничего бы это не значило.       — Сам же говорил, что это всё глупости, — пробурчала девушка, скрестив руки на груди.       Сейчас ей здорово мешало двойственное восприятие действительности: с одной стороны, она — шести-семилетняя девочка, в одночасье ставшая тринадцатилетней, а меньше, чем через месяц или около того ей исполнится четырнадцать; с другой стороны — там была лишь часть её сознания, а вот вторая как осознавала себя четырнадцатилетней девушкой, так и продолжает. В знаниях тоже есть различия, проявляющиеся даже не в оценках в том и этом мире — в интересах. Тсуна тринадцатилетняя не интересовалась ни химией, ни программированием (хотя в последнем и Ёши шестилетняя не очень преуспела). У Тсунаёши, взрослевшей как положено, опыта в общении с парнями мало и, тем более, у неё нет друзей среди парней, у Ёши — есть. Сейчас сознания медленно сливаются окончательно, но слияние пока не закончилось, так как, по задумке, та жизнь должна была пойти как второстепенная, но она встала у всех вернувшихся на первое место, из-за чего процесс замедлился.       Многовато событий для одного дня, а ведь в школу ей мама разрешила не идти сегодня. Что было бы, увидься она с одноклассниками, представлять не нужно — разрыв шаблона им обеспечен хотя бы потому, что общего между воспитанием Ёши-чан из того мира и Тсу-тян из этого — только привычка одеваться на улицу как парень, но и только. Кажется, репетитора ждёт большой сюрприз, о котором ему никто не скажет раньше времени. Да и не планировала шатенка тратить время на занятия с репетитором вместо отдыха, хотя если он предложит практику по иностранным языкам, то можно и подумать…       Чего уж врать, раз теперь дозваться наставниц не представляется возможным, то она будет рада хоть такому шансу. Тем более, что итальянский нужно довести до свободного владения языком, ведь в планах ещё не раз съездить в Италию, да хоть родного брата Рины найти, да и Ария-сан будет рада визиту, если не забыла ничего. Интуиция Ёши подсказывала, что Ария всё вспомнит сразу при встрече, но пока звонить не стоит. Кто вообще сказал, что номера телефонов не поменялись за столько времени?..

***

      — … Молчать, неверные, я вернулась с того света, чтобы нести к людям волю Первого поколения… — Пафосно вещала Нозоми, тщательно игнорируя сдавленный кашель со стороны парней, призванный замаскировать смех. Слишком уж она увлеклась своей придуманной речью, но импровизация определённо удалась. — Достали уже, трезвая я! Ладно, ладно, меня Деймон-сан вспомнил и вытащил с того света в роли призрака, как — не спрашивайте, сама не в курсе. Мы с Джотто-саном теперь вместе его достаём на тему «Как?!». Пока молчит, но этим заинтересовался Алауди-сан…       — Руки прочь от Спейда-сана, изверг в юбке! — возмутился Катсу, вызвав громкий смех всех собеседников, кроме подавившейся конфетой Ёши и невольно прыснувшего всё же Рокудо-младшего.— Предвосхищая ваши вопросы: это меня Кано-сан, Изая и Тор испортили!       — А мы прям верим, — скептически хмыкнул Мукуро. — Но Изая-сан и правда мог тебя испортить… Если бы ты с ним активно общался.       — Молчать, у меня скоро голова заболит! — мысленно шикнула шатенка, и, не дождавшись эффекта, нашла-таки нити связи с остальными и отправила по ним весь спектр собственных ощущений, добившись относительно правильной реакции.       С больной головой много не пошумишь, это верно. Сама девочка пошла заедать горе сладким, то есть Франу пришлось снова делиться конфетами. Ну, он и не против был, даже подвинулся и помог девушке удобно сесть рядом. И чай ей налил в отдельную чашку (материальные иллюзии — удобная штука), за что ему достался полный смущения взгляд из-под ресниц. Не скоро она забудет комментарий, не скоро…       — Нозоми-тян, что ты там о перерождении говорила, м-м-м? — поинтересовалась Тсунаёши. Шуточная перепалка сразу сошла на нет, все резко проявили заинтересованность. Что же сами не спросили, раз интересно?       Нозоми ненадолго замолчала, повисла напряжённая пауза. Как-то раньше никто из них не задумывался, что не всегда можно воскрешать людей, что не всех можно воскресить. После примера Лилиан и Нами все уверились окончательно, что можно не бояться смерти, но не было допущено мыслей, что Рина и Ёши не всегда смогут так делать. Тем более, теперь вспомнилось и то, что для этого, вроде как, нужны обе девушки.       — Души не остаются в загробном мире, как в некоторых любимых вами мифах, а уходят на перерождение. Древнеиндийскую философию все помнят из курса средней школы? Вот примерно так. Разве что перерождение может оказаться и в другом мире, ну, а при уничтожении души понятно, что никакого перерождения ей не видать. Так что, если вы не хотите выдернуть душу из чьего-то тела… — девушка выразительно замолчала.       Прониклись, осознали и больше необдуманных планов не будет. Придётся сначала проверять, ушла ли душа на перерождение, если не ушла, но нет тела — создавать его, потом ещё душу возвращать туда, а это не каждый сможет сделать. Детям и блондинкам точно доверять это не стоит, зацепят ещё кого-нибудь в довесок, а создать лишнее тело с объёмом уже плохо запечатанной силы Рины, да вместе с не менее сильной Ёши — легко!       — Так, всё, мы уже два часа болтаем, марш из моей головы!       — Но мы волновались! — хор виноватых голосов.       — Если волновались, то нужно было пойти и лично проверить, адреса вы наверняка знаете, — растягивая гласные, протянул Фран.       — Пошли вон, иначе я вас найду и головную боль обеспечу! — прошипела ещё одна, теперь уже незнакомая девушка. Она-то как доступ к разговору получила?! — Извините, просто я на Арианну-сан настраивалась, а попала на вас, — бесстрастно произнесла девушка и «выпала» из разговора, оборвав свою связь.       — И что это было? — похлопала ресницами Ёши.       Фран снова обозначил улыбку и убрал пустой пакетик из-под конфет, пожав плечами. Пока личность этой девушки была не слишком важна, да и в отличие от остальных, Фран вполне мог различить характерную ауру, ранее виденную им только у Наны, Ёши, Рины и Киоко с Рикено. Как он позже узнал, — они все главы своих кланов, так что здесь вывод сделать было не сложно.       — А это была наша Обсидиановая леди… — дуэтом протянули парни из Обсидианового клана и отключились от связи, пока та девушка не сообразила, что они вместо тренировки дурью маялись. Может ведь вернуться случайно.       Завершив общение, шатенка повернулась к другу с намерением поговорить (внезапно повзрослевшая Ёши победила и перестала смущаться окончательно — повода ведь нет как такового), но почувствовала сильное головокружение. Фран придержал девушку за плечи, заглянул ей в лицо и неопределённо хмыкнул. Девушка отключилась, напоследок почему-то подумав, что про неприятности теперь можно забыть.

***

      — Как самочувствие, Ёши-чан? — первые слова, которые услышала девушка при пробуждении.       В горле пересохло, мысли смешались в кашу, да и вообще состояние сильно напоминало то, как она представляла себе похмелье. Один в один. Осмотревшись, Ёши поняла, что лежит на кровати, а на стуле рядом сидит Фран, который и задал вопрос.       — Бывало и лучше, — прошептала девушка, прикрывая глаза.       Смутные образы, оставшиеся в голове Ёши после пробуждения, начинали складываться в единую картинку, довольно странную. И ограничителей пламени как не бывало, только что пропускная способность тела пока та же: нужно самостоятельно будет тренироваться, чтобы увеличилась.       — Ой, Тсу-чан, ты в порядке? Я так волновалась, когда узнала, что тебе стало плохо… Тебе не стоит так переутомляться только из-за моих замечаний по поводу плохих оценок! — зашла в комнату Савада Нана. — Как хорошо, что этот молодой человек присмотрел за тобой. Почему ты не сказала мне. что у тебя есть такой замечательный друг в школе?       На выразительный взгляд от Тсунаёши Фран флегматично пожал плечами. Ну, подал документы в ту же школу, куда и она ходит, ничего такого. Хотел ведь в Японию переехать — вот и организовал всё быстро. Сестру с бабушкой, правда, решил с собой не брать, но связь с ними поддерживать будет, что Ёши может не устраивать? С умением переноситься с помощью пламени из одного места в другое переезд не становится чем-то сложным.       После Франа девушка перевела взгляд на продолжавшую безостановочно говорить маму и нараспев произнесла несколько слов, коснувшись пальцами её лба. Нана на мгновение застыла и замолчала, а потом взгляд немного изменился, и она уже по-новому посмотрела на подростков.       — Вот это надо было — не справиться с блоком на памяти, совсем практику забросила! — сокрушённо покачала головой Нана. — А-но… Фран-кун, ты на мою дочь с какими планами? Просто узор теперь ясно указывает на вашу связь.       Все перевели взгляд на пока не выцветший узор на руке Ёши, который было хорошо видно. Девушка прокомментировать беспочвенность подозрений не успела, зависнув после ответа Франа, который на полном серьёзе попросил у Наны согласия на брак с Тсунаёши.       — Хи-и-и? А меня просить?! — дальнейшие возражения прекратились, потому что не стоило вскакивать с постели — слабость дала о себе знать, и Тсунаёши сползла обратно в обморок.