Под сенью лиловых крон

      Она открыла глаза. Мир вокруг был очень странен, но невыразимо пленителен. Почему-то ей на ум пришло сравнение его с тягучей печально-прекрасной эльфийской песней. Наверное, из-за того, что раньше ей очень нравилось фэнтези. Тишина здесь была полноправной хозяйкой, пока легкие шорохи от осторожных шагов девушки не прогнали ее. И это будто бы положило начало пробуждению этого места. Вслед за шорохом другие тихие звуки стали постепенно наполнять пространство: девушка расслышала журчание воды, кажется, где-то совсем близко бил ключ; легкий едва уловимый ветерок прошелся по поляне и начинавшемуся неподалеку лесу, отчего листья и травы стали переговариваться меж собой неразборчивым шелестом; откуда-то из чащи донеслось одинокое пение какой-то птицы, похожее на флейтовые трели нашей обитательницы лесов — иволги. А она двигалась вперед, и с немым восхищением разглядывала все, что открывалось взору.       Темно-аквамариновое высокое безлунное небо, изукрашенное мириадами крохотных разноцветных песчинок-звезд, как высокий свод кафедрального собора, всем своим величием и захватывающей дух красотой нависал надо всем и вся находящимся под ним и от этого почему-то становилось очень уютно и приходило чувство безопасности. Небольшая полянка, где и оказалась девушка, была со всех сторон окружена довольно густо растущими деревьями. Деревья были вполне узнаваемы и похожи на своих земных собратьев, так же как и травы, и кустарники. Вот только цвета их листьев были несколько отличными от тех, что привыкли видеть на Земле. Или это просто в ночи шла игра теней и воображения? Так или иначе, травы казались темно-бирюзовыми, разнообразные кустарники были окрашены во все оттенки приглушенных коричневых и пурпурных цветов, а кроны деревьев имели богатую палитру от нежных бледно-лиловых до интенсивных фиолетовых тонов, впрочем, кое-где виднелись и тонкие серебрянолистные деревца. Среди их стволов то здесь, то там промелькивали таинственно мерцающие салатовые огоньки. Быть может, светлячки? И, как ни странно, необычная обстановка и чужое незнакомое место совсем не вызывали страха, и девушка, оказавшаяся здесь впервые, откуда-то четко знала, куда ей следует идти. Она чувствовала, что от ее солнечного сплетения как будто бы протянута невидимая нить, за другой конец которой кто-то плавно и аккуратно тянул. И, влекомая этой тягой, она, как зачарованная, шла в сторону кромки леса, едва касаясь земли отчего-то голыми ступнями. Роса на траве не обжигала холодом и не давала хоть сколько-нибудь неприятных ощущений. Наоборот, идти по невероятно мягким, покрытым теплыми каплями воды, травам было очень удобно и легко и, кроме того, привычной слабости в теле совсем не ощущалось. И когда травяной покров сменился лесной тропинкой, устланной ковром осыпавшейся хвои, путь по-прежнему был только в радость. Мягкие иголочки ничуть не кололи кожу, сгущавшийся по обочинам дорожки сумрак не таил никаких опасностей и не был полным — ежеминутно где-либо между деревьями мелькали те большие светлячки или пролетали некие чудные создания — полупрозрачные, светящиеся изнутри нежным розоватым, голубым или бледно-желтым светом, очень тоненькие и изящные, чем-то издали похожие на стрекоз, но с более близкого расстояния принимавшие очертания маленьких крылатых людей (?).       Девушка была заворожена всем увиденным, однако сильного удивления она не испытывала, ведь ей казалось, что все происходящее лишь очень необычный и увлекательный сон. А во сне возможно все.       Сколько времени она шла так — неизвестно, но вот тропинка вывернула к неожиданно возникавшему из-за стены деревьев круглому лесному озерцу. Вода в нем была густого чернильного цвета, но при этом прозрачной настолько, что деловито сновавших в ней светящихся неоном рыбок всех мастей было прекрасно видно. По берегам озера росли могучие многовековые деревья, кронами напоминавшие ивы, только более высокие и с лиловыми листьями.       Засмотревшаяся на чарующие воды озера, в котором к тому же еще и отражения звезд были прекрасно видны, девушка даже не заметила, как из тени одного из ивоподобных деревьев вышел человек (человек ли?) и уверенным, но довольно медленным шагом начал приближаться к ней. Когда же, полюбовавшись вдоволь, она смогла оторваться от озера, то ее взгляд сразу же натолкнулся на стоявшего в нескольких шагах молодого мужчину. Уже некоторое время он пристально и с какой-то пытливостью во взгляде рассматривал ее. Но когда ее серые глаза в упор посмотрели в его, девушка слегка пошатнулась от нахлынувшей волны чувств и эмоций и пронесшегося в ее сознании вихря неясных обрывочных воспоминаний. Она не могла вспомнить всего, но с полной ясностью осознала главное. И она узнала его, этого стоящего напротив незнакомца. Как он выглядел? — Неважно. Для нее он был самым красивым на свете. Каким он был? — Как и все, не безгрешным и не всегда правым, но самым лучшим для нее. Их обмен взглядами занял меньше минуты, но эта минута вместила в себя всю вечность. Однако через сколько-то ударов сердца закончилась и она, и девушка услышала глубокий и мелодичный голос: — Ты нашла меня. И ты пришла… Но как это возможно? Как тебе это удалось? Я годами искал способ, но все было тщетно. У меня ничего не вышло, — в его голосе засквозили досада и горечь, но он тут же прогнал их прочь от себя, осознав, что каким-то образом она все же появилась здесь и это главное.       Собравшись с мыслями, девушка медленно произнесла, как бы припоминая: — Это было мое последнее желание…