Гарри Поттер и Черный тюльпан

Каждый ребенок в семье Эванс-Стоун начинал ждать свой следующий День Рождения уже назавтра после предыдущего. И дело было даже не в подарках. А в том, что этот день всегда начинался с квеста. Когда-то этот квест делали взрослые, и назывался он «Двенадцать записок». В первой записке, вручаемой с утра имениннику, было зашифровано местонахождение второй, в ней – следующей, и так далее. А двенадцатая уже намекала на то, где спрятан подарок. Но потом, когда подросла «команда» (а с точки зрения соседей – «банда»), дети взяли власть в свои руки. Теперь отец только прятал коробку и передавал кому-то последнюю записку. А сколько они придумают промежуточных – это уже зависит только от них. В среду 31 июля 1991 года, то есть в день своего одиннадцатилетия, Гарри Поттер, как полноправный член семьи Грегори Стоуна и Синтии Эванс, протянув с утра руку с верхней койки за очками, лежащим на тумбочке, вместе со стёклышками закономерно нащупал и кусок писчей бумаги. Не надевая очков, мальчик поднёс записку поближе к глазам и, близоруко сощурившись, без труда разобрал каллиграфический почерк сестрицы Энни: «Ищи вход в Нарнию». Ну, ОК. Если никакого подвоха нет, то для начала надо обследовать два платяных шкафа и картину с кораблем в кабинете. Много времени это не займёт… Ни малейшего предчувствия, что в текущий День Рождения может пойти что-то не так, у юного Поттера не наблюдалось. Но пошло не так всё, что только могло. Едва он вышел в зал, кто-то начал ломиться в незапертую дверь, периодически нанося в широкие дубовые створки гулкие удары, подобно стенобитному орудию из музея. Казалось, еще чуть-чуть и деревяшки слетят с петель, но из-за спины Гарри быстро и бесшумно выдвинулся хозяин дома, распахнул двери настежь и тут же отпрыгнул назад. В открытый проём ввалился великан, больше всего напоминающий хрестоматийного людоеда, словно сбежавшего из сказок братьев Гримм и Шарля Перро. Не меньше трёх ярдов ростом, а то и все три с половиной. От лица наружу торчали только румяные щеки и нос картошкой, всё остальное покрывал густой чёрный волос – нечёсанная спутанная грива плавно переходила в такую же растрёпанную бородищу. Хитрые глазки посверкивали из этих зарослей большими чёрными жуками. - Гарри, малыш! Как ты вырос! – густым басом прогудел исполин, протягивая к мальчику свои гигантские ручищи, на мизинце одной из которых болтался несерьезный розовый зонтик. – А я тебя во-о-о-от таким помню… - Разве мы когда-то встречались? – удивился Гарри, впервые видящий это чудовище. - Он тебя привёз десять лет назад, – подойдя к племяннику, дядя Грег успокаивающе положил ему на плечо тяжелую и крепкую ладонь. – Только, сволочь, нихрена не постарел. Рыжик, кстати, даже помолодел немного. Последняя фраза была вызвана тем, что вслед за колоссальным бородачом в зал просочился длинноволосый рыжий хиппи, словно зашедший сюда прямиком с рок-фестиваля «Save the World». Зато нормальных человеческих размеров. - Увы, мой немагичный друг, мы все не молодеем. – Незваные гости сегодня плодились почкованием, будто гномы, собиравшиеся к чаю в норе у Бильбо. За двадцатилетним юнцом появился сорокалетний худой и высокий мужчина с явно обозначенными залысинами в рыжих с проседью прядях и в больших роговых очках. – Это мой старший сын Уильям. Ликвидатор заклятий в банке «Гринготс». - А ты-то сам что за хрен с горы? – Легко обходясь без пресловутой британской чопорности, недружелюбно буркнул мистер Стоун. - Великодушно извините. Позвольте представиться – Артур Уизли, сотрудник Министерства. Я также имел честь доставить вам мистера Поттера той злополучной ночью. Не узнаёте? Тогда я еще не носил очков и не так коротко стригся… - Артур Уэлсли? Вы случайно не родственник первого герцога Веллингтона, который выиграл битву при Ватерлоо и был премьер-министром в эпоху Георга Четвертого? - Простите, что выиграл??? - Что?.. – Оба мужчины смотрели друг на друга, как на тихо помешанного. - Кароч, Гарри, – разрядил неловкую паузу великан, – Поздравляю с день рожденьем! Вот, притащил тут тебе кой-чего… Из-под чёрной кожи долгополого плаща показалась небольшая слегка помятая картонная коробка, внутри которой лежал самодельный шоколадный торт с поздравительной надписью, выполненной какой-то зеленой глазурью: «Happy Birthday Harry!». - Спасибо, – промолвил изумлённый мальчик. – А как вы узнали? - Ух-ух-ух-ух-ха, – гигантопитек мелко затряс необъятным чревом, – Ну ты шутник. Да кто же в нашем мире не знает Гарри Поттера? Ты ж у нас знаменитость, можно сказать – легенда. Любая малявка всё-всё-всё про тебя на память знает. Шквал вопросов пронесся в мгновенно взорвавшейся изнутри голове ошарашенного мальчишки. Есть другой мир, где я – легенда? Это как вообще? Кто они такие? Память услужливо перелистала перед его внутренним взором страницы прочитанных книг и кадры просмотренных фильмов: a) Инопланетяне; b) Путешественники во времени; c) Пришельцы из параллельной Вселенной; d) Жители недр Земли, как у Жюль Верна e) Атланты, либо другие представители подводного царства. - Какой мир? – Гарри слишком поздно сообразил, что сказал это вслух. - Твой мир. Мой мир, – пожал холмообразными плечами великанище. – Мир твоих родителей. Они тоже вобщет знаменитые. Но не так как ты, каэшна… - Разве мои мама с папой знамениты? – При всей неугомонной болтливости тети Синти единственный наследник рода Поттеров слышал только то, что они окончили какую-то частную школу-интернат, где, собственно, и познакомились, появляясь дома только на каникулах с полными карманами лягушачьей икры и прочих не совсем обычных вещей. Поженились, родили его, попали под машину. Не самые великие свершения. Увы. - Он не знает. – Огорчённый колосс запустил свои мозолистые грабли в чёрную шевелюру и фигура речи «рвать на себе волосы» сразу перешла из разряда театральных условностей во вполне осязаемую реальность. – Ничегошеньки ты не знаешь, Гарриии… - Извините, сэр, – расхрабрился именинник, – Но это неправда. Я уже четыре года проучился в физмат школе и оценки, честно говоря, всегда были неплохие. Еще до школы я увлекался динозаврами, потом пиратами, потом рыцарями, потом Древним Римом, потом танками. И у меня на каждую тему есть иллюстрированные детские энциклопедии. А про самураев мы с дядей читали уже взрослую книгу. И еще у нас дома есть семнадцать томов «Британники» 1985 года выпуска, но они как бы общие, для всех… - Какие пираты? Какие британики? И ты еще извиняешься??? Это ихнее дело извиняться! – рассерженным слоном взревел гигант, распрямляясь (чтоб разговаривать с Гарри, ему пришлось согнуться в три погибели) и впиваясь горящими глазами в бесстрастное лицо Грегори Стоуна. – Да как же вы допустили, что вот этот вот мальчонка ничего не знает НИ ПРО ЧТО??? Я сам видел, как Дамблдор писал письмо для Дурслей! - А Дурсли-то здесь при чём? – Если б вернуть пшеничные усы щёточкой, которые дядя Грег сбрил несколько лет назад, то с него вполне можно было бы сейчас писать картину маслом «Невозмутимость английского офицера под огнём русских батарей в Крыму». Гарри знал, что у него есть двоюродный брат Дадли Дурсль, примерно одного с ним возраста, но никогда его не видел. Ему и троюродных хватало выше крыши. - Рубеус, – осторожно потянул верзилу за рукав всё это время простоявший в задумчивом молчании точно-не-родственник сэра Артура Уэлсли, – Кажется, мы оставили наше письмо на Тисовой улице. Великан размашисто треснул себя по лбу с такой силой, которой бы хватило, чтобы перевернуть ломовую телегу, и уселся на пол. Лидерство в группе вторжения временно захватил патлатый хиппи. Рыжий красавчик сделал шаг вперед и грациозно опустился на одно колено, доверительно заглядывая мальчику в глаза. - Видишь ли, Гарри, – мягко начал он, – ваш образ жизни весьма интересен. Например, отец от него без ума. Но он не единственно возможный. Особенно для тех, кто обладает врождёнными магическими способностями. В вашем мире динозавры вроде как вымерли, а мой брат Чарли занимается живыми драконами. Я лично работаю с настоящими гоблинами, которые у вас лишь персонажи сказок. Как и призраки, русалки, домовые, кентавры, оборотни… - А они у меня есть? Эти самые способности? - Конечно. Ты – волшебник, Гарри. Самый настоящий. С такими-то предками, кем тебе и быть? Не сквибом же, в самом деле. Только тебе еще предстоит всему научиться. Резко встав, парень подошел к великану и начал его тормошить. Из-за разницы в габаритах со стороны это выглядело так, будто рыжая белка пытается добудиться до впавшего в спячку чёрного медведя. - Письмо, Хагрид! Где письмо? У тебя? - Мы забыыли, его, Билли. Забыли у дома Дууурслей… – проревел тот. - Да нет же! Письмо из Хогвартса! - Ах, ЭТО письмо. Ну, ясн-дело, у меня. Где ж еще ему быть? Поднявшись на ноги, Хагрид принялся суетливо копаться в многочисленных карманах своего плаща и камзола, последовательно извлекая на свет медный чайник, упаковку сосисок, кочергу, заварочный чайник, бутылку янтарной жидкости, настоящую живую встрёпанную сову, длинное перо и пергаментный свиток, пригоршню металлических монет необычного вида, выводок ежей, связки ключей, разнокалиберные дробинки, мотки всякоразных веревок, мятные леденцы, пару мышей, чайные пакетики и, наконец, знакомый желтый конверт. - На, держи. Пожалуй, самое тебе время прочитать вот это вот. Письмо содержало в себе всё тот же выученный практически наизусть текст на вполне обыденном английском языке, где некая Важная Персона, обладающая дофигища всяких званий и регалий, приглашала его на учёбу в школу Хогвартс и ждала ответную сову не позднее 31 июля. То есть, сегодняшнего дня. - Так это ваши совы засрали половину Бирмингема? – Подозрительно прищурился Гарри. - Ну, не совсем наши. Школьные. И министерские. Отдел образования перед учебным годом обычно подключается… – витиевато заюлил Билли. - Тогда идите в пень. Я им еще три дня назад сказал, что никуда не поеду. - Да как так то?!? – возопил великан с неподдельным недоумением, словно услышал дичайшую в своей невозможности чушь (вроде того, чтоб невредимым пройти сквозь огонь или, исчезнув в одном месте, мгновенно появиться в другом). – Чтобы сын Лили и Джеймса Поттеров не поехал в Хогвартс? Совсем сдурел??? Да ты ж туда записан с рожденья! Не пойдёшь – отведут поневоле!.. Но не успел Гарри толком испугаться протянутой к нему лапищи с точно бы не человеческими, а какими-то огровскими длинными ногтями, как дядя Грег рубанул сверху вниз по тянущимся к нему пальцам ребром ладони, а другой рукой передвинул мальчика спиной к стене, освобождая себе место для драки. - Только. Через. Мой. Труп. - Даже такое храброе маглиссимо, как ты, мне не помеха, – рыкнул Хагрид, наставив на Грегори Стоуна наконечник своего уже не смешного зонтика, словно острие шпаги. Гарри успел увидеть, как дядя почти незаметно перенёс вес на переднюю ногу и чуть развернул бёдра, и уже предвидел, как вылетит из громадной ладони зонт, выбитый мастерским маваши гери. И опять не угадал ни одной буквы. Нет, зонт действительно выскочил. Но дядя Грег был здесь не при чем. Обе его ноги не отрывались от пола, когда молчаливый рыжий очкарик, не слышавший про Ватерлоо, внезапно вскинул руку с чем-то вроде небольшого деревянного стилета, выкрикнув: - Экспеллиармус! И одного этого оказалось достаточно, чтобы довольно массивный зонт выскользнул из крепкой руки гиганта, улетев под потолок. Такого сильного кунфу Гарри еще не видел. Однако разгневанного исполина это не остановило, он продолжал неумолимо надвигаться на «храброе маглиссимо», словно бульдозер на выставку художников-авангардистов. Но тренер Стоун уже был в своей стихии. Левая нога скользнула вперёд, левая рука подбила под локоть всё еще вытянутую лапу великана, а правая взяла ее кисть на болевой контроль. Затем, слившись со своим противником в единое целое, дядя развернулся на 180 градусов и шумно впечатал в пол серьезно превосходящего его в росте и весе Хагрида. Айкидо айкикай – это, во-первых, красиво… - Руки. Прочь. От. Моего. Племянника. Тем не менее, распластанный носом вниз гигант, похоже, решил, что игры гладиаторов на сегодня еще не закончены. Вопреки всем законам человеческой физиологии он сумел сгруппироваться и встать на ноги, подняв на вывернутой в плечевом суставе руке двухсотшестидесятифунтового Грегори Стоуна, словно малюсенького котёночка. Дядя не растерялся и переключился в режим дзюдо. Он забрал спину великана и могучие мышцы на его руках вздулись, охватывая бычью шею соперника в удушающие клещи хадака-дзимэ. Классический захват сзади также позволял сжимать коленями рёбра соперника, но добавить к удушению до-дзимэ мистер Стоун уже не успевал. Да и не факт, что длины его ног хватило бы на необъятную грудную клетку исполинского бородача. Хагрид встряхнулся всем телом, как неимоверных размеров собака после купания, и дядя Грег отправился в короткий и быстрый полёт до ближайшей стены…