В моем конце - ты мое начало

      — Она такая красивая, — улыбалась я, разглядывая малышку Дженни. Нашу маленькую дочку, укутанную в милое розовое одеяльце.       Я осторожно держала её, не переставая улыбаться и восхищаться ей.       — Очень красивая, — тихо подтвердил Михаил, сидевший рядом со мной на кровати.       Мы оба не могли оторваться от созерцания малышки.       Роды прошли очень хорошо. Малышка родилась полностью здоровой, с ростом — 50 см, и весом — 3200.       — Такая хорошенькая, — улыбался Михаил, — можно подержать? — тихо попросил Михаил.       — Конечно.       Я аккуратно передала ему свою малышку.       Честно сказать, я хотела, чтобы Джокер первый подержал малышку (после меня и врачей, принимавших роды). Но Михаил всегда был рядом со мной, всегда заботился обо мне, всегда помогал мне. Я никогда не забуду этого.       Взяв малышку, Михаил мило улыбался, осторожно ее придерживая.       — Так похожа на тебя, — тихо шепчет он, улыбаясь, — такая красивая.       Я тоже заулыбалась, разглядывая Михаила.       — Я всегда буду заботиться о ней. И о тебе, Анна, — пообещал он.       Эти слова заставляют моё сердце сжаться. Сильно сжаться. Ведь я никогда не смогу ответить ему тем же. Никогда.       От этих мыслей, у меня мелькают слезы, но Михаил думает, что это слезы счастья. Но я то понимаю, почему я плачу.       — Малышка должна плакать, а не ты, — шутит Михаил, аккуратно возвращая мне спящую Дженни.       Я улыбаюсь Михаилу через слезы. И кажется теперь он понимает в чем дело.       — Я тебя расстроил? — тихо спросил он.       Я отрицательно помотала головой, опустив глаза на малышку.       Мою прекрасную малышку.       Один из охранников тихо зашёл в палату и позвал Михаила.       — Я отойду? — спросил он меня.       — Конечно.       Михаил тихо вышел из палаты, пока я боялась поднять глаза и посмотреть на него. Каждый раз когда он заводил такие разговоры, мне было плохо. Я не знала, что делать.       «Мой Мих-Мих. Ну почему ты влюбился именно в меня? Ведь я разбиваю ему сердце каждый раз. Каждый день. Я так хочу, чтобы ты встретил ту самую девушку. Ради которой, ты будешь готов на все на свете»       Но в тот момент я ещё не знала, что той самой девушкой в жизни Михаила была я. Той девушкой, которую он будет любить всю свою жизнь. Ведь Михаил не представлял своей жизни без Анны; он бы уничтожил любого, кто бы ей навредил. И стоило ей только дать ему шанс, он бы горы свернул ради неё и малышки. Малышки, которую он уже любил как родную.       И даже понимая, что Анна не ответит ему взаимностью, а будет только его лучшей подругой, он знал, что несмотря ни на что, она всегда будет любовью всей его жизни.

***

      «Так хочу, чтобы Джокер увидел ее. Как он отреагирует?» — все размышляя об этом, я не смогла сомкнуть глаза всю ночь. Мысли о Михаиле уже покинули мою голову, и только малышка занимала все мои мысли.       Ожидая прихода Джокера, я постоянно проверяла малышку, лежавшую в кроватке возле моей постели.       «Он, наверное, и детей то близко никогда не видел. Да и у моих знакомых, ни у кого пока нет детей. Только у Аннет, да и то я пару раз видела Давида.       Аннет тоже звонила мне в эти дни, пока я была в больнице, желая мне быстрее выздоравливать.       С тех пор наша связь, образовавшаяся во времена, когда мы жили вместе, стала слабее. Я уже не чувствовала той самой привязанности, что была у нас. Все таки два потерянных года для нас сказались.       Но в любом случае, если ей будет нужна помощь или поддержка, она всегда ее получит от меня. Также как и я от неё.       Мои мысли прервались:       Дверь тихо скрипнула, и я перевела взгляд на Джокера, аккуратно заходившего в палату.       — Привет, — тихо сказала я, чтобы не разбудить Дженни.       Джокер посмотрел на меня, затем переводя взгляд на кроватку Дженни. Прикрыв дверь, он медленно подошёл ко мне, присаживаясь на мою кровать и обнимая меня.       — Ты как, моя девочка? — на ухо спросил он, крепко сжимая меня в объятьях.       — Все хорошо, — я тоже крепко обняла его.       Джокер чуть отодвинулся, взглянув в глаза.       — А…       — С Дженни все хорошо.       Джокер улыбнулся, нежно погладив меня по голове.       Я спустила ноги с кровати, присев рядом с ним.       Посмотрев на него, я увидела сосредоточенный взгляд Джокера. Он непрерывно разглядывал нашу спящую малышку.       Я ждала, ждала. Но Джокер ничего не говорил, ничего не делал. Только неотрывно смотрел, будто загипнотизированный, похоже полностью выпав из реальности, что было совсем неудивительно.       Встав с кровати, я осторожно достала из кроватки Дженни, чтобы ее не разбудить, и обратно присела к Джокеру.       — Подожди, подожди, — тихо сказал Джокер, когда я уже передала ему малышку, а он осторожно ее взял, удерживая нашу Дженни, и похоже переставая дышать, боясь сделать что-то не так. Даже его руки чуть затряслись от напряжения.        Дженни так и продолжала крепко спать уже на ручках своего папы.       — Наша дочь, — тихо подтвердил Джокер, улыбнувшись и посмотрев на меня, — наша дочь, — снова повторил он, продолжая осознавать это. Даже зная, что скоро мне уже рожать, похоже Джокер только сейчас осмыслил все случившееся.       У нас родился ребёнок!       Сильнее улыбнувшись, Джокер осторожно обратно передал ее мне, чтобы я уложила малышку обратно.       Уложив малышку, я обратно присела к Джокеру, снова его обнимая.       В моей жизни все перевернулось после родов. Все те переживания стали огромной глупостью. Все ссоры — ненужными. Важными только остались мои близкие люди. Малышка, Джокер, родители и друзья. А все остальные проблемы — решаемы.       — Наша Дженнифер, — Джокер тихо прошептал мне на ухо, снова крепко обнимая меня.       — Дженнифер Милс, — тихо ответила я.       — Хорошо звучит.       И Джокер кивнул головой, не переставая меня обнимать. Ведь мы не были официально женаты, и я так и оставалась под своей девичьей фамилией. Да и небезопасно давать ей настоящую фамилию Джокера.       Оторвавшись от меня, Джокер начал укладывать меня на постель, укрывая одеялом.       — Отдохни.       — Плохо выгляжу? — в шутку спросила я.       — Нисколько, — тихо сказал он, — очень красивая, — Джокер мягко улыбнулся, убирая мои волосы за ухо, — спасибо, — тихо сказал он, поблагодарив за рождение Дженни.       А я заулыбалась, чувствуя, что снова могу заплакать. Но теперь это вправду будет от счастья.       — Спасибо, — повторил он, поднеся мою руку к своему лицо, целуя меня в левое запястье, — спасибо, моя маленькая.       Он снова взглянул на Дженни, которая продолжала видеть прекрасные сны. И замер. Непрерывно вглядывался в неё. В свою частичку.       А я вглядывалась в Джокера, понимая, что он рад. Очень рад рождению Дженни. Ведь как только он узнал, он был растерян. Но сейчас… может он ещё больше растерян, чем тогда. Но он рад, это видно.       А ещё видно, что его синяки под глазами только увеличились. Он совсем не спит.       Переведя взгляд на меня, Джокер задумчиво провёл рукой по моим волосам.       — Ложись ко мне, — попросила я, сдвигаясь на вторую половину кровати.       «Может хоть так он чуть-чуть поспит»       Джокер тихо раздевается и ложится рядом, прижав мою голову к своей груди.       Наконец-то я могла полностью прижаться к нему, спрятавшись в его объятьях. Ведь пока я была беременна, по ночам Джокер всегда обнимал меня со спины, чтобы мне было удобно. А теперь я могла залесть полностью на него, приподнимаясь с его грудкой клеткой (как я обожала делать), или прижаться к его спине, если он спит на боку.       Я все вспоминала все наши проведённые ночи, погружаясь в воспоминания.       Наша первая встреча в торговом центре. Моя работа в Аркхэме. Бомба в банке, и его неожиданный приход в мою квартиру. Наш первый раз. Совместная жизнь. Расставание на пол года, а затем и на два года. Воссоединение и знакомство с родителями. Раскрытие всех секретов. Моя беременность. Рождение малышки.       Мы пережили столько много, и сколько ещё переживем.       Счастливо улыбаясь ему в грудь, я даже не заметила, как быстро уснула в его тёплых объятьях.       Как и Джокер, который впервые за прошедшие дни, смог хоть на мгновение расслабиться и провалиться в сон.