Плоть

Суйгетсу нервно кусал губу, дергал ногой, постукивая по полу, и то и дело смотрел на часы у себя на запястье. В тусклом освещении промышленного ангара тянуло холодом и сыростью. Следователь тоскливо посмотрел вверх на подпирающие высокий полукруглый потолок проржавевшие балки и поежился то ли от холода, то ли от нервозности. Рядом с ним, закованный в наручники из металла, сдерживающего гулей, обмотанный цепями, в черной маске лиса сидел прикованный к стулу Девятихвостый. Его голова была низко опущена, и признаков сознания он не подавал. Суйгетсу бросил на него быстрый взгляд, чертыхнулся, выругался и нервным жестом взъерошил волосы, провел ладонью по лицу, а затем, похлопав себя по карманам, закурил. Черт побери, ведь хотел же бросить! «Хватит дергаться, дерьмо», — недовольный голос в микронаушнике Хозуки заставил его вздрогнуть и закашляться проглоченной порцией дыма. — Заткнись, Карин! — откашлявшись, раздраженно прошипел Суйгетсу, выбрасывая сигарету и втаптывая ее в бетонный пол. — Это не ты тут готовишься к встрече с поехавшим вооруженным старпером! Карин косо усмехнулась, глядя в оптический прицел крупнокалиберной винтовки Barrett82 с дальностью стрельбы до полутора тысяч метров в условиях хорошей видимости и, как показывала практика, до шестиста-восьмиста при видимости, как сегодня. Девушка лежала животом на расстеленном на земле непромокаемом покрывале, винтовка крепко стояла на сошках так, чтобы в прицел был виден вход в ангар и частично помещение внутри (в том числе головы Суйгетсу и гуля). Карин находилась в восьмистах метрах от них, и шансы, в свете постепенно заходящего за ее спиной красного солнца, были не так уж и плохи. — Страховка, — сверкнув глазами, сказал в свое время Саске, когда выстраивал планы их первых операций по устранению банд гулей. — Противник может быть хоть самым сильным и быстрым существом на планете, но против снайперов, местоположения которых он не знает, будет бессилен. Суйгетсу искренне надеялся, что в конце встречи Карин прострелит Данзо башку. Ну или ему ее оторвут гули Воли Огня, притаившиеся вокруг ангара. Стрелка часов перевалила за шесть вечера, и снаружи послышался тихий скрип шин. Свет фар на секунду отразился в стене ангара и тут же потух. Судя по звукам, машины было две. Суйгетсу сглотнул, ударил себя по щекам, подобрался и выпрямился в плечах, впившись взглядом в двери и засунув дрожащие липкие руки в карманы серых брюк. Он справится. Чертов Саске ведь все предусмотрел, верно? И знает, что делает. Надо просто исполнять свою роль до конца. Суйгетсу хотел бы в это верить — другого выбора у него все равно не было, но, черт побери, ведь Учиха тоже всего лишь человек, а людям свойственно ошибаться. И если Саске сейчас хоть в чем-то ошибся, это будет стоить им всем жизней. Суйгетсу перевел взгляд на дверь ангара, куда зашли сначала три вооруженных боевика Данзо, и едва сдержал тихую победную улыбку. Как и говорил Саске, оппозиционная организация, которую создал Данзо и которую гордо именовал «Корень», в целях вполне объяснимой конспирации, носит маски. Это были белые маски животных с синими и фиолетовыми росчерками на щеках и непроницаемыми черными вырезами под глаза. Кролик, медведь и тигр — трое мужчин в разных масках встали у входа в ангар и замерли, глядя на Хозуки. Следом за ними через какое-то время неспешно, опираясь на трость, зашел Данзо. Он был облачен в белый костюм в серую полоску, на его плечи был накинут сюртук, и весь его вид говорил об уверенности, властности и контроле ситуации. Суйгетсу не сомневался, что там, снаружи ангара, еще около пяти-семи боевиков, а может, и больше, но теперь это больше не имело значения. — Итак, — Данзо постучал тростью по полу, поднял пронзительный взгляд на Суйгетсу и сжал сильнее набалдашник. — Это Девятихвостый? — он перевел взгляд на гуля. Хозуки подумал, что после всего этого купит себе бутылку или две сакэ и напьется, как следует. Он кивнул, достал из кармана сигарету и закурил, щурясь и радуясь тому, что Данзо стоит недостаточно близко, чтобы видеть, как дрожат его руки. — Смотри сам, — равнодушно отозвался Хозуки и сдернул с гуля маску, после чего небрежно приподнял Наруто за подбородок, демонстрируя его лицо. — Узнаешь? — Хозуки перевел взгляд на старика. Данзо помрачнел и медленно кивнул, после чего чуть склонил голову набок и ухмыльнулся: — И что же помешает мне забрать его сейчас у тебя силой? Суйгетсу деланно спокойно улыбнулся в ответ, но его кадык едва уловимо дернулся, и липкая капля пота скатилась по виску. — Карин, наши гости, кажется, хотят спецобслуживания, — нисколько не убавив громкость голоса проговорил он, глядя в упор на Данзо и на вооруженных боевиков. Сердце ускорило ритм, пропуская удары и разгоняя по венам жгучие волны адреналина. Хотелось начать постукивать по бетонному полу ногой, поправить галстук, сглотнуть и прокашляться, взъерошить дрожащими пальцами волосы — что угодно, лишь бы не стоять, изображая спокойствие, которого не было от слова совсем, однако Суйгетсу знал, что, сделай он хоть что-нибудь из вышеперечисленного, это даст Данзо повод еще больше сомневаться в их и без того шаткой позиции. Пуля свистящей пчелой пронеслась со стороны входа и с красноречивым звуком впилась в стену в пяти сантиметрах от виска Девятихвостого. Суйгетсу победно оскалился и развел руками, глядя на Данзо. — Достаточный аргумент, господин Данзо? — вежливо поинтересовался он и, отвернувшись, положил руку на голову Наруто, начал поглаживать его по волосам. — Видите ли, быть человеком так неудобно, верно? — Хозуки ухмыльнулся. — Достаточно одной лишь пули, чтобы навсегда оборвать жизнь даже самой влиятельной личности. Вроде вас, — он посмотрел на Данзо и прекратил улыбаться. — Что ты хочешь в обмен на него? — спокойно уронил старик, не выдавая реакции на угрозу. — Я уже говорил ранее, — Суйгетсу с деланной скукой пожал плечами. — Меня интересуют только деньги, господин Данзо. И я очень надеюсь, что вы привезли их, ведь в противном случае снайперы снаружи не выпустят вас отсюда, — он вздохнул и, помолчав, добавил будто бы непринужденно и словно само собой разумеющееся: — Живым. Данзо прищурился и, не сводя взгляда с Хозуки, чуть повернул голову и кивнул боевику в медвежьей маске. Мужчина тут же достал из-за спины серебряный чемодан, похожий на те, в которых следователи обычно носили куинке, и раскрыл его, демонстрируя ровные ряды купюр. После чего так же медленно закрыл и на вытянутой руке начал медленно шагать к центру ангара, подняв при этом вторую, согнутую в локте, вверх. Он присел, поставил чемодан на пол, и так же медленно, подняв теперь обе руки, отошел обратно, не поворачиваясь к Хозуки спиной. Суйгетсу дружелюбно улыбнулся, подошел в свою очередь к чемодану, открыл и начал пересчитывать деньги. Точнее делать вид, что пересчитывает — детали решали все и нельзя было даже допустить повода к тому, чтобы Данзо засомневался, что он тут исключительно ради денег. На деле же в голове Суйгетсу все смешалось настолько, что он, трогая влажными от пота руками свежие купюры, даже не различал их номинал, думая лишь о том, что ему нужно около десяти минут заниматься этим, чтобы дать время гулям снаружи. Адреналин заставлял кровь пульсировать. Мышцы затекали, руки и пальцы не слушались, а мозг не хотел ничего считать, сосредоточенный лишь на том, что чем чище все пройдет, тем быстрее закончится. — Приятно иметь с вами дело, господин Данзо, — наконец сказал Суйгетсу и вытер пот со лба рукавом, после чего закрыл чемодан и, взяв его за ручку, выпрямился. — Девятихвостый ваш, — он открыто посмотрел в глаза старика. Тот усмехнулся и кивнул. — Знал бы, что все будет так просто, давно бы уже нанял кого-то вроде тебя, — хмыкнул Данзо. Суйгетсу пробрала дрожь. Это было сказано не просто так и нельзя было подобный выпад оставлять без внимания. Он знал, Саске предупреждал, что Данзо будет подозревать, было бы странно, если он этого не делал. Но такие подозрения необходимо было искоренять. Хозуки вальяжно повел плечом и нагло ухмыльнулся. — «Кого-то» бы не сработало, — растягивая слова, заявил он. — О чем ты? — изобразил удивление Данзо, изогнув бровь. — Вы не знаете? — Суйгетсу вскинул брови, изображая ответное удивление и чувствуя, что после того, как выйдет из ангара там, снаружи, взорвется аплодисментами десятитысячный зал зрителей, а помпезный ведущий с мелкими усиками вручит ему Оскар за лучшую роль второго плана. — Саске и это… Чудовище, — он бросил презрительный взгляд в сторону гуля, продолжая отыгрывать и отрабатывать престижную награду. — Трахались. И оно знало меня, как друга Саске, и доверяло мне. Поэтому, когда тот пропал, надеюсь, кстати, что его сожрали и он больше не вернется, потому что, блять, клянусь всеми богами, это худший босс в моей жизни! Сраный самовлюбленный говнюк, который думает, что все должно идти так, как того захочет он! Играет людьми, как пешками, и ни с кем, вообще ни с кем, кроме себя не считается! — аплодисменты в зале угасли, ведущий забрал Оскар, поморщился, из-за чего его усики смешно заходили над верхней губой, и, покачав головой, удалился в темноту кулис. — Ненавижу этого урода, — хмуро заявил Суйгетсу, отрешенно уставившись в пол и наплевав на Оскар. — Кхм, — прокашлялась в наушнике Карин. Данзо, кажется, был всерьез поражен не меньше, но внезапная речь Суйгетсу, наконец, убедила его своей искренностью. Он усмехнулся мотнув головой и кивнул своим подчиненным. Они тут же направились к Девятихвостому, минуя Суйгетсу. — Учихи все такие, мальчик мой, — проскрипел старик и вновь постучал тростью. — К счастью, мне не придется больше иметь с ними дела, — похлопал по чемодану Хозуки, не выдавая смущения от своей речи, которую он не ожидал от себя услышать точно так же, как Данзо или Карин, но, видимо, нервы сказывались сильнее, чем можно было себе представить, да и актером он не был даже с натяжкой, так что какой там Оскар. Он двинулся к выходу из ангара. — И все же, — когда Суйгетсу уже прошел мимо него, Данзо обернулся, заставив следователя остановиться в дверях. — Как тебе удалось? Суйгетсу усмехнулся и обернулся через плечо, посмотрел холодно и спокойно, справляясь с бешеным сердцебиением. — Я всего лишь сказал, что знаю, где Саске и где его держат. А дальше Q-пули сделали свое дело, — ровно отозвался он. — Это оказалось даже проще, чем я предполагал изначально, — Хозуки усмехнулся и мотнул головой, вновь отвернувшись. — Но, как оказалось, даже у чудовищ есть слабости… — следователь замолчал ненадолго, поджав губы, а затем продолжил: — Вам лучше быстрее забрать его и доставить куда нужно, долго он в бессознанке не пробудет, — небрежно бросил он и, наконец, вышел. Как Хозуки и подозревал, снаружи помимо двух машин находились несколько, а именно пятеро боевиков Корня в масках и амуниции, вооруженные, как обычным оружием, так и куинке. Суйгетсу, нервно сглотнув, улыбнулся им и кивнул. Один из них, в белой маске совы, кивнул ему в ответ, и Хозуки перевел взгляд на выход из ангара, где двое других мужчин вытаскивали закованного бессознательного Девятихвостого и погружали его в специальную машину-перевозчик, внутри кузова которой была клетка для гулей. Один из мужчин достал из портативной черной аптечки у себя на поясе шприц с какой-то прозрачной жидкостью и потянулся к лицу Наруто, и Суйгетсу подумал, что, черт побери, усыплять Девятихвостого RC-депрессантом изначально, а не имитировать это, было отличной идеей. Потому что вряд ли сейчас Девятихвостый смог бы имитировать бессознательное состояние, когда ему в глаз ткнули иглой*. Данзо вышел из ангара и встал рядом с Хозуки, так же наблюдая всю эту картину. — Можно поинтересоваться? — Суйгетсу достал пачку сигарет и прикурил. — М? — старик был явно доволен разворачивающимся перед ним действом, его глаза блестели, а на губах застыла кривая ухмылка. — Зачем вы делаете все это? Я не про Девятихвостого, а про… Про все это, — Суйгетсу нахмурился и выдохнул дым в сторону, сам себя ругая за этот вопрос и не понимая, зачем он вообще его задал. Судя по тяжелому вздоху Карин в микронаушнике, она тоже не совсем поняла. Данзо бросил на него прохладный взгляд. — Потому что в Управлении появились такие, как ты, — с сухой сталью отозвался он. — Ничтожества, что идут туда из-за личной выгоды. Продажные следователи во главе с бесхребетным призраком того, чем раньше были Учихи. Управление прогнило изнутри, изжило себя. Больше некому защищать обычных людей. И мы, Корень, были созданы, как оппозиция. Как следствие правления ублюдка без яиц, не способного принимать по-настоящему сложные решения, — процедил он и повернулся к Суйгетсу. — Если бы не эти снайперы на позициях, я бы пристрелил тебя прямо здесь и сейчас, сопляк, — презрительно выплюнул он. — Такие, как ты, ни на что не способные уроды, не достойны того, чтобы носить звание следователя. И мне стыдно, что Итачи допустил подобное в наших рядах, — старик смерил Хозуки уничижающим взглядом, после чего прошел к машине и сел на заднее сиденье. Суйгетсу, докуривая, задумчиво проследил взглядом за тем, как отъезжают две машины. — Он что, назвал Главу Управления бесхребетным? — с сомнением отозвалась в наушнике Карин. — Что тогда в его понимании «хребетный»? Суйгетсу не ответил, вместо этого присел на корточки шумно выдохнув и, наконец, позволяя себе расслабиться. Он повел подрагивающими пальцами от макушки к затылку и сжал зубы. — Надеюсь, Саске уверен в том, что делает, — отрешенно проговорил он, а затем и вовсе прислонился спиной к стене ангара и сел прямо на пыльную землю, стирая капли пота со лба. На этот раз уже промолчала Карин. Суйгетсу посидел так еще некоторое время, глядя перед собой на красное солнце, что постепенно двигалось к горизонту, после чего поднялся на ноги, небрежно отряхнулся и зашел за угол ангара, прислонился плечом к стене и улыбнулся, засунув руки в карманы. — Вы быстро управились. — Было не то чтобы сложно, — отозвался Канкуро, сидя напротив связанных и раздетых до нижнего белья пятерых боевиков Корня и засовывая одному из них кляп в рот. Позади Канкуро, немного отдаленно, стояло еще около десяти гулей банды Красного Песка. — Все гениальное просто, да? — Суйгетсу посмотрел на гулей. — Ага, — Канкуро улыбнулся и встал. — Мы были готовы к тому, что их будет больше, но это хорошо, что хватило всего пятерых, — он посмотрел на Суйгетсу и засунул руки в карманы черных штанов. — На базе Корня их будет больше, — Хозуки усмехнулся и вновь задумчиво уставился на горизонт. — Надо верить, что все будет хорошо, — отозвался гуль. — Там ведь Шикамару. Ты и сам отлично справился, кстати говоря. И она тоже, — он улыбнулся, разглядев вдалеке Карин, собирающую винтовку. Суйгетсу ничего не ответил, задумчиво покусал губу и посмотрел на наручные часы, показывающие семь вечера. Все только начиналось. — Пока еще не до конца, — произнес он, после чего развернулся и зашагал в направлении Карин, махнув гулю на прощание. Канкуро недолго посмотрел ему в спину, после чего обернулся к банде. — Ребят, берите их, — он кивнул на боевиков Корня, вспоминая, в какой стороне примерно они припарковали свои машины и сколько до них идти. *** Шикамару поправил маску совы, сидя во второй машине напротив Гаары в маске то ли хорька, то ли мыши. Восемь боевиков, пять из которых — гули, плюс Данзо и Наруто. Две машины: в одной Данзо, двое настоящих боевиков Корня, один из которых за рулем, а в другой — пять гулей, один настоящий боевик и Девятихвостый. Один из самых удачных раскладов. За рулем был Сай и он просто спокойно ехал за машиной Данзо, ни о чем, в общем-то, не беспокоясь. Несомненным плюсом было то, что Наруто был под присмотром, и то, что они не были разделены, так как по одиночке шансы быть разоблаченными были у них гораздо выше. Вколовший Наруто RC-депрессант боевик в маске кролика сидел, откинувшись головой на сиденье, и молчал. Видимо, в Корне вообще в целом было не принято болтать, и они, как и гули, не снимали масок до победного, что определенно было на руку Воле Огня, и Шикамару даже уже позволил себе подумать, что все складывается вполне себе удачно, как мужчина заговорил. — Ну и вечерочек… — мотнул он головой и размял шею. — Никогда бы не подумал, что увижу эту тварь так близко, — он усмехнулся, его голос был приглушенным из-за маски, но тяжелым и хрипловатым. — И останусь в живых при этом, — он засмеялся с напускной бравадой, но нервозность отчетливо дернулась в его голосе, что не укрылось от гулей. Киба улыбнулся и, приглушив голос, произнес: — Интересно, а есть шанс, что он очнется? Прямо сейчас. Шикамару выматерился про себя, хмуро глядя на Инудзуку и коротко мотнул головой, с короткой молчаливой просьбой заткнуться. Еще диалогов с боевиками Корня им не хватало. Человек в маске кролика повернул голову, чтобы посмотреть на Кибу. — Представляешь, что будет, если он очнется? — Киба откровенно издевался, глядя на клетку с Наруто и наклонившись вперед так, чтобы опираться предплечьями на колени. — Сколько секунд ему потребуется, чтобы вывернуть наши кишки наизнанку и сожрать? Сай, прекрасно все слышавший за рулем, коротко усмехнулся. Гаара улыбнулся под маской, что он делал крайне редко. Ли шутка не совсем понравилась, он нахмурился и с осуждением посмотрел на Кибу. Вопреки ожиданиям, из-под маски человека вырвался такой же короткий смешок, после чего он откинулся затылком назад. — Да и по херам, — отозвался он расслабленно. — Все равно терять уже нечего, — глухо уронил он и замолк. Киба кивнул, ухмыльнувшись: — Сегодня или завтра, но рано или поздно, да, брат? — он несильно ударил кулаком в плечо человека в маске и хрипло рассмеялся, тоже откинувшись назад. Боевик усмехнулся в ответ, дернул плечом. Шикамару понял, что сам прикончит Кибу, когда все закончится. Сай вновь издал тихий смешок, сворачивая вслед за машиной Данзо. — Черт, ненавижу эти маски, — спустя несколько секунд недовольно произнес человек. — Дышится через раз, — пожаловался он и слегка приподнял нижний край маски, пропуская воздух. — Херовы протоколы… — буркнул он. Киба согласно кивнул, глядя на бессознательного Наруто в клетке. Ему было сильно не по себе от происходящего и это еще мягко сказано. Инудзука не чувствовал уверенности в том, что они делают, несмотря на то, что Суйгетсу рассказал все максимально детально и подробно. План казался проработанным и идеальным, но Киба знал, что так попросту не бывает, а потому чувство тревоги, словно червь, жрало изнутри, сея сомнения и страх оказаться запертыми в ловушку. Киба отчетливо понимал, чем и как они рискуют на самом деле и что на кон сейчас ставится намного больше, чем просто их жизни или жизнь какого-то следователя. И он был уверен, что цена за этот риск может оказаться в итоге куда выше, чем они могли предположить. Тревога Кибы усилилась, когда они въехали на базу Корня. Она находилась за городом, это была огороженная территория бывшей военно-исследовательской лаборатории, землю которой давно продали, и теперь владел ею никто иной, как Данзо. Конечно, базе Корня было далеко до, скажем, Кокурии с ее непрошибаемыми стенами и системой безопасности, но, как и любая военного типа база, она была оснащена контролем периметра, камерами и контрольно-пропускным пунктом. Выглядела она куда менее технологичной, чем знаменитая тюрьма, а оттого казалась чем-то чужеродным, варварским, не вписывающимся в общий дух современного Токио. Кибе становилось не по себе от одного только взгляда на это обшарпанное бетонное здание без окон. Оно напоминало спаянные между собой шесть серых прямоугольников без опознавательных знаков, обнесенные камерами, охраной и наверняка кое-где и минами по периметру. На входе и на вышках наблюдения, вытягивающихся из-за трехметрового бетонного забора с колючей проволокой, находились боевики в белых масках с автоматами и винтовками, которые, даже сомневаться не приходилось, были заряжены Q-пулями. Вокруг было тихо и пустынно, если не считать боевиков. Их пропустили в главные ворота, которые закрылись, как только машины въехали внутрь, после чего все пассажиры и водители вышли наружу. На входе в базу был контроль и проверка личности. Гули инстинктивно напряглись, понимая, что им придется снимать маски. — Это — в третью, — скомандовал Данзо, кивнув на клетку двум другим подошедшим боевикам. — В третьей… — начал приглушенно один из них. — Я знаю, — сухо бросил старик, прежде чем все же пойти ко входу в главное здание. — Вы, — он обернулся на пятерых гулей и троих боевиков, приехавших с ним. — На досмотр и к врачу, если нужно, затем на позиции, — он окинул людей в масках ледяным взглядом, развернулся и зашагал ко входу. Киба смотрел на свои крепко зашнурованные черные берцы, грязные от жесткого грунта, и затылком чувствовал направленные в них стволы. Сердце билось невыносимо громко, по виску скатывался пот. Инудзука прекрасно понимал, что боевикам хватит пяти пуль, чтобы уложить их всех. И сейчас у них нет ни единого шанса, если вдруг все пойдет не по плану. А… какой там был план? — Чего встал? Иди, — Кибу в спину толкнул человек в маске кролика, при этом это был больше ободряющий толчок, чем издевка. — Угу, — кивнул Инудзука и направился ко входу в здание. Внутри, за тяжелой дверью, по бокам которой снаружи стояли вооруженные боевики в масках, их ждал серый коридор с низким потолком и мигающими лампами. В коридоре была стойка для сдачи оружия и детекторы. Один боевик проводил досмотр. — О, а где второй? — мужчина в маске кролика заозирался. — Ты почему один сегодня? — удивление скользнуло в его голосе. — Я отчитаться должен? — грубо ответил ему досматривающий в маске белого волка с рыжими росчерками на лбу и щеках. — Маску снял, пропуск приложил и пошел, вопросы все задашь своему командиру, — прорычал он. Человек в маске кролика цыкнул, и другие два боевика усмехнулись у него за спиной. — Слышал, командир? Все вопросы к тебе! — обернулся он и посмотрел непонятно на кого, после чего, не получив ответа ни от кого из присутствующих, прошел вперед, снял маску, показал пропуск и закатал рукав на левой руке, демонстрируя запястье. Досматривающий провел небольшим черным продолговатым устройством, напоминающим портативный металлоискатель, по его руке и, кивнув, пропустил. — Не задерживай других, — приглушенно бросил он, взглянув на его пропуск. — Пошел на хуй, — буркнул человек в маске кролика и прошел дальше по коридору, больше не оборачиваясь. Шикамару шагнул следующим. Он понятия не имел, что у него должно быть на запястье, но точно знал, что фотография в пропуске отличается от его лица. Он медленно снял маску, вдохнул и протянул боевику пропуск, напряженно хмурясь. Досматривающий посмотрел на пропуск, затем на его лицо чуть дольше положенного, кивнул, приложил устройство к запястью и пропустил хмурящегося Шикамару, вернув ему пропуск обратно. В итоге, таким образом, пропустили всех. Они действительно все сняли маски, но, как и говорил Суйгетсу, проблем с этим не возникло — судя по всему, для Корня, как и для любой организации с высоким уровнем конспирации и «расхода кадров», не было чем-то необычным видеть незнакомые лица. А еще, очевидно, досматривающий был кем-то от Саске, потому что, даже когда Ли, широко улыбаясь, выронил пропуск, начал извиняться и глупо шутить, тот лишь тяжело вздохнул, хлопнул его по плечу и, бросив: «Иди уже», пропустил вслед за всеми. — Эй! — Шикамару замер, когда досматривающий окликнул их, когда они уже прошли пункт контроля. — Да? — гуль обернулся через плечо, а вместе с ним и остальные. — Прямо по коридору, потом направо, снова прямо и снова направо, — досматривающий указал рукой и кивнул. — Пятнадцать минут. Шикамару кивнул в ответ, и гули двинулись в указанном направлении. В конце маршрута их ждала дверь, ведущая в небольшое помещение с длинными рядами черных железных ящиков для переодевания и лавочек рядом с ними. Гули зашли внутрь, и Шикамару запер дверь, воспользовавшись внутренним замком-щеколдой. Киба выдохнул и сел на одну из лавочек, запустил пятерню в волосы и посмотрел на Шикамару. — И что теперь? — тихо спросил он. Нара, стоя напротив, оглядев потолок на предмет датчиков дыма и не обнаружив оных, достал сигареты, зажигалку и прикурил. — Пятнадцать минут, ты же слышал, — выдохнул он это вместе с горьким густым дымом. — Ждем. Сай последовал примеру Инудзуки и устало опустился рядом с ним, сжимая в руках белую маску и пустым взглядом глядя на нее. Гаара предпочел стоять у двери, он был напряжен, хоть и старался не показывать этого, постоянно хмурился и сжимал зубы. Ли начал бродить по раздевалке, изредка пытаясь открыть тот или иной ящичек. — Кто вообще этот парень? — Киба хмуро разглядывал свои берцы. — Тот, про кого говорил Суйгетсу? — Да, — кивнул Шикамару. — Судя по всему. — О! — воскликнул Ли у дальней стены, заставляя гулей посмотреть в свою сторону. — Тут одежда, — он смотрел в открытый ящичек. — И маски, — гуль достал маску черного волка. — Похоже, это для нас, — улыбнулся он. — Снова переодеваться? — заунывно протянул Киба. — Черт, ненавижу это, — поморщился он. — Пока ничего не трогай, Ли, — Шикамару выдохнул дым в сторону. В дверь тихо постучали. Нара напрягся, бросил взгляд на тут же нахмурившегося Инудзуку, и медленно открыл замок, а затем и саму дверь. — Еще раз привет, — кивнул им досмотрщик в маске белого волка, а затем шагнул внутрь и так же закрыл дверь на замок. — Переодевайтесь и начнем, — он снял маску и тряхнул рыжей шевелюрой. — Ты? — удивился Киба, вскинув брови. — Ты тот полугуль-полуследователь, что тогда… — он ошарашенно уставился на парня. — Джуго, — без улыбки кивнул парень, держа маску в руках. — Я на вашей стороне, — сказал он предельно серьезно, глядя в глаза Шикамару. — На стороне Саске. Нара кивнул и затушил сигарету о стену, после чего выбросил окурок в ведро рядом с дверью. — Я все принес! — Ли притащил охапку одежды вместе с масками и бросил все это на лавочку. Что-то, разумеется, частично упало на пол. — Дальше план помните? — Джуго обвел гулей взглядом. Те кивнули, начиная переодеваться. — Пожалуйста, старайтесь минимизировать жертвы, — он опустил взгляд и болезненно поморщился. — Они все люди, у них есть семьи и дети, им есть куда и к кому возвращаться, как и нам всем. Да, они сейчас неправы, но это не значит, что они заслуживают быть убитыми, — он поднял взгляд на гулей, и в его глубоких карих глазах застыла твердая решимость. — Будьте милосерднее, — закончил он. — Как скажете, святой отец, — закатил глаза Сай. — Какие-то еще пожелания перед тем, как мы начнем, типа, захват? Или исчерпано? — говоря это, он стоял в одних трусах и надевал штаны. Киба хохотнул и толкнул его, заставив потерять равновесие и врезаться в шкаф. — Будь повежливее, ты сам из Корня, вообще-то, — усмехнулся Инудзука. — Ага, как и он, — недовольно отозвался Сай, кивнув на Джуго. — Как тебя угораздило переметнуться? — изогнул он бровь. Джуго опустил взгляд и вновь болезненно поморщился, поджав губы. — Это… Долгая история, — тихо отозвался он. — Кстати, насчет историй, — Шикамару надел черную водолазку и затянул хвост волос потуже, наконец, вновь дав себе волю и демонстрируя свой истинный черно-красный цвет глаз. — Что за датчики в запястьях боевиков Корня? — он впился своим острым взглядом гуля в Джуго. — А, это, — Джуго задрал свой рукав и продемонстрировал чуть выпирающий круглый чип, вшитый под кожу. — Это контроль периметра. Тот, у кого нет этого чипа, даже в ворота базы пройти не сможет, не то что пройти в здания. — Тогда как прошли мы? — Шикамару изогнул бровь. — Я отключил контроль периметра на те несколько минут, пока вы въезжали. Позже это, конечно, заметят, но будет уже поздно, — произнес он, по-прежнему глядя своим глубоким решительным взглядом в лицо Инудзуки. — Мы ведь… — он прикрыл глаза, будто бы собираясь с мыслями и пытаясь набраться отваги, чтобы произнести это вслух: — Собираемся уничтожить Корень. Как хочет того Саске. — Ага, — хохотнул Инудзука, разминая плечи и надевая маску пса. — Уничтожить Корень под корень, — он ткнул Ли локтем, чтобы тот оценил шутку, но Ли лишь мотнул головой и надел свою зеленую маску. — Готовы? — Джуго осмотрел гулей, стоящих перед ним в масках. — У нас есть около получаса. Нужно продержаться до того, как прибудет Суйгетсу и за это время найти Наруто и Саске. Я предлагаю разделиться. Мне нужен один из вас, чтобы… Контролировать меня, — приглушенно сказал он, вновь опустив взгляд. — Можно я? — Киба поднял руку. — Я видел, что было тогда, когда ты чуть не вздернул Гаару за кишки, и это было чертовски охеренно! — он широко улыбнулся под маской. — Не отказался бы увидеть это снова. — Я думаю, он не это имел в виду, Киба, — вздохнул Шикамару. — Я не против, — слабо улыбнулся Джуго. — Спасибо, — кивнул он, с благодарностью глядя на Кибу. — Мы вдвоем пойдем за Саске, остальные тоже могут разбиться по двое и искать Девятихвостого, так будет куда действеннее, — с этими словами Джуго опустился на одно колено, достал и разложил прямо на полу карту базы Корня. — Вау, да мы, оказывается, чертовски подготовлены! — воскликнул Киба, засунув руки в карманы черной толстовки и так и оставшись стоять. — Угу, благодаря плану Саске, — отозвался полугуль, глядя в карту. Сай закатил глаза, мысленно начиная считать, сколько еще раз этот парень скажет про Учиху и его великолепие. Шикамару и Ли присели вместе с Джуго, чтобы лучше разглядеть карту. Гаара и Сай, как и Инудзука, остались стоять и рассматривать с высоты своего роста, так как и так прекрасно все видели. — У Корня, как и всегда, есть определенные проблемы с кадрами, — начал Джуго, глядя в карту. — Всего боевиков у Данзо около восьмидесяти, включая следователей-перебежчиков и наемников. Вы, кстати, ехали с наемниками, что сильно упростило нам задачу. Наемники, в большинстве своем, работают недавно и пока не знают лиц других боевиков. — Что было бы, будь это не наемники? — Гаара, наконец, подавший голос, смотрел холодно и цепко, сложив руки на груди. Джуго поднял на него взгляд, спокойно посмотрел в ответ. — Нам бы пришлось либо обезвредить их еще на входе, либо убить, — ответил он тихо и тут же добавил: — Согласно плану Саске, это были бы необходимые жертвы, — и вновь опустил взгляд в карту. — Саске святой, судя по всему, в его глазах, — изогнув бровь, заметил Сай, чуть наклонившись вбок к Кибе. Инудзука согласно кивнул. — Так вот, — кашлянув, продолжил Джуго. — Сейчас все следователи Корня находятся на базе, так как здесь Девятихвостый. Здесь же сосредоточены все боевики. В общем, сегодня, к приезду Наруто, весь Корень, в целях повышения безопасности, собрался в одном месте и времени удачнее просто нельзя найти. Как и планировал Саске, мы сможем уничтожить их всех разом, — задумчиво проговорил он, но тут же осекся, поднял напряженный взгляд на гулей: — Под «уничтожить» я имею в виду «обезвредить и арестовать». Сай закатил глаза и не сдержал едкое высказывание: — Это ты сейчас манифест из плана Саске процитировал? — он улыбнулся под маской своей той самой безлико-фальшивой и ничего хорошего не выражающей улыбочкой. Джуго непонимающе уставился в ответ. — Нет, это я просто… Конкретизирую, — слегка смутился он и почесал лоб, вновь уткнувшись взглядом в карту. — Ага, мало ли, мы с первого раза не поняли, — с напускным пониманием кивнул Сай. — Мы же не Саске. Да, Гаара? — он продолжал улыбаться, даже когда получил испепеляющий взгляд от Гаары. Киба кашлянул в кулак, чтобы скрыть смешок. — Сай, заткнись, будь добр, — Шикамару устало потер висок. Сай в ответ развел невинно руками, но Нара этого не увидел. — Так вот, — в очередной раз продолжил Джуго, мудро дождавшись, когда гули закончат. — Мы сейчас находимся здесь, — он ткнул в карту. — Саске — здесь. А Девятихвостый, скорее всего, в этой области. Данзо необходимо довести его до состояния максимальной выработки кагуне, чтобы забрать себе оружие в наиболее эффективной стадии. Так что он будет проводить эксперименты. А это именно экспериментальная область. Она достаточно большая, поэтому я и предлагаю вам разделиться по двое, — он вновь поднял взгляд и посмотрел на задумчивого Шикамару. — Могу отдать вам эту карту, сам я и так помню, где и что. Но карта одна, к сожалению… Нара кивнул: — Я запомнил, — он встал. — Разделимся, Джуго прав. Сай со мной, Гаара с Ли. Обойдем эту зону по периметру, мы с одного бока, вы с другого. Встретимся примерно посередине. Так будет максимально эффективно. Гули кивнули, не желая спорить с Шикамару. Ли тоже встал, почесывая затылок. Он карту не запомнил вообще, поэтому был рад, что карта достанется им, раз Шикамару и так все запомнил. — И самое важное, — Джуго тоже встал, сложил карту и протянул ее Шикамару, который в свою очередь отдал карту Гааре. — Боевики внутри будут безоружны ровно до того момента, как включится сирена. Внутри никто не носит оружие, это запрещено, так что у нас с вами есть фора. Поэтому еще раз призываю… — Да-да, мы поняли, меньше убийств, больше сострадания, — хлопнул его по плечу улыбающийся Киба. — Пойдем уже, философ. Верните там Наруто, — гуль поднял маску и подмигнул Шикамару, махнув рукой. — И не умрите. — Вы тоже, — серьезно кивнул Шикамару. Они, одна пара гулей за другой, покинули раздевалку. Последняя стадия реализации плана Саске начиналась. *** Данзо улыбался. Едва уловимо, но улыбался. Его незакрытый повязкой глаз сверкал блеском предвкушения. Он чувствовал, что впервые за долгое время смог выдохнуть и почувствовать мало-мальское удовлетворение жизнью. Он был счастлив от самого осознания, что сейчас все идет именно так, как того хотелось бы ему. Этого и стоило ожидать, говорил он сам себе. Он был старше, опытнее и, не побоясь этого слова, умнее всех своих врагов. Он видел наперед, просчитывал на несколько шагов и знал все слабости своего противника. Мадаре стоило назначить его главой Управления. Данзо открыл камеру номер Три. Это было безликое просторное помещение с серыми стенами и низким потолком, у дальней стены которого прикованный к стулу сидел Учиха Саске. Саске смотрел холодно и спокойно, его плечи были выпрямлены и, несмотря на свое положение, он так и излучал превосходство. Данзо ненавидел его всей душой. Ненавидел за то, что Саске, этот малолетний выскочка без должного опыта, в глазах всех, в глазах Итачи, был прямым наследником воли Мадары, а значит — будущим главой Управления. Данзо ненавидел всех Учих, но этого мальчишку в особенности. За надменность, за нахальное превосходство, за гордость в ясном взгляде, за его молодость и амбициозность. Данзо не хотел отдавать ему ни кусочка из того, что принадлежало ему по праву. Хотел показать наглому паршивцу, что чтобы он ни делал, он, Данзо, на несколько шагов впереди. Хотел погасить этот жесткий свет в черноте доставшихся по наследству глаз. Саске вопросительно изогнул бровь, глядя на довольное лицо старика, который, облаченный в белый костюм в серую полоску, постукивал сейчас тростью по полу, сокращая расстояние между ними. — Привет, Учиха, — хрипло поприветствовал Данзо, и тот тон, тот взгляд, которым он одарил Учиху, последнему совсем не понравился. Саске невольно напрягся, сузил глаза, сжал зубы, но не сдержал короткой дрожи и резкого удивления на лице, когда в комнату ввезли такой же стул, только из специального материала, к которому был прикован бессознательный Девятихвостый. Стул оставили у двери, поэтому между следователем и гулем сейчас было около тридцати метров. Саске медленно перевел взгляд на Данзо, пронзая его остротой злости. Следом за гулем, скрипя колесиками, вкатился небольшой столик с разного рода инструментами. Столик подвезли к Данзо, который показательно медленно взял с него резиновые белые перчатки и с противным звуком натянул их на руки, не скрывая усмешки. — Скажи мне, Учиха, ты когда-нибудь задумывался, как должны называться люди, которые бок о бок смиренно живут с тварями-людоедами? С теми, кто может сожрать их детей и их самих, м? — хрипловатым голосом, выражающим показательный интерес спросил Данзо. Учиха проигнорировал его, впившись взглядом в бессознательного Наруто и наблюдая, как медленно вздымается его грудная клетка, сигнализируя о том, что гуль все еще жив. У Саске внутри дернулась резкая злоба от одной мысли, что Данзо хотел сделать с ним, и эту эмоцию подавлять оказалось труднее, чем можно было бы предположить. — Зачем ты решил показать его мне? — ледяным тоном спросил Учиха, не сводя взгляда с Наруто. То, что Данзо захочет поиздеваться, все же не входило в план Саске, и сейчас он чувствовал определенный просчет из-за этого, мысленно ругая себя за это упущение. — Хочу должным образом поприветствовать лидера Воли Огня, — Данзо ухмылялся, его голос был скрипучим и вкрадчивым. — Он ведь наверняка скучал по тебе, правда? — старик сощурился. — Ответь на вопрос, мальчишка. Как называются такие люди? Саске мрачно уставился в ответ, не собираясь играть по правилам Данзо. — Трусы, — подсказал Данзо, начиная копошиться на столике среди инструментов, перекладывая их при этом с резким металлическим звоном. — Я всегда думал, разве человечество должно было костьми лечь в попытке искоренения этих тварей? Разве оно настолько трусливо? Или, может, ослаблено? — он задумчиво возвел глаза к потолку. — Но потом до меня дошло, — и улыбнулся, обнажая желтоватые зубы, взял в руки щипцы, начиная их рассматривать. — Знаешь, почему человечество до сих пор не сделало ничего по-настоящему действенного? — Данзо говорил совершенно будничным тоном, при этом в его голосе изредка звякала ненависть, которая то и дело прорывалась в интонациях, делая его речь резкой, неровной и прыгающей, похожей на речь душевнобольного. — Потому что мир уже давно не принадлежит людям, — закончил он и посмотрел на Саске в упор бездной из смеси абсолютного страха, тьмы, ненависти, злобы и боли. Учиха прекрасно понимал, о чем он говорит, смотрел в ответ, выдерживая взгляд, и только в этот момент в полной мере понимая, что Данзо был далеко не продуманным сильным лидером, который не смог должным образом реализовать свои амбиции в рамках Управления, как думал о нем изначально Учиха. Он был сумасшедшим испуганным стариком, одним из тех, что предпочитают спрятаться под землю раньше, чем наступит реальная угроза, совершенно уверенные, что она обязательно наступит сегодня или завтра, и нужно перестраховаться заранее. — Ты ведь думал об этом не так ли, Учиха? — Данзо взял со столика зазубренный военный нож с толстым лезвием и посмотрел на себя в его металлической поверхности. Конечно же, Саске думал. Более того, он был не единственным, кто думал об этом, как об одном из возможных вариантов: гули способны начать управлять человечеством из тени, однако для осуществления этой возможности есть слишком много препятствий со стороны людей и, может, гули действительно сейчас почти на пути к этому, но заявлять, что мир уже принадлежит им, было, по меньшей мере, не совсем адекватно. Саске подумал, что действительно ошибся, когда не учел возможного помешательства Данзо, и сейчас, глядя на нож в его руках, к горлу следователя подступало противное и тревожное чувство, какое возникает, когда понимаешь, что, возможно, допустил фатальную ошибку. Саске сжал зубы и кулаки. — Нет смысла пытать его, — прошипел он, не скрывая угрозы в голосе, глядя зло, исподлобья. Он по-прежнему не собирался отвечать старику и как-то взаимодействовать с его безумием, вступая в заранее проигрышные дебаты. Психиатром Саске не был, чтобы разводить дискуссии с психически больными. — О, — Данзо изобразил удивление, положил нож и взял в руки другие щипцы, чуть больше. — Конечно, нет, он ведь гуль, — и шагнул к Саске. Учиха удивился и тут же нахмурился. Он, в принципе, рассматривал возможность пыток, но, опять же, не учитывал психического состояния Данзо и не думал, что он станет это делать только чтобы поиздеваться. Однако, вопреки здравому смыслу, Саске испытал облегчение. Он усмехнулся нагло и холодно: — Удиви меня, — ядовито уронил следователь, сверкая сталью ледяных глаз. — Дай мне шанс, — процедил Данзо, скрывая тут же всколыхнувшееся бешенство. Вот опять. Даже в такой ситуации этот мальчишка ведет себя вот так. «Сукин выродок», — подумал старик и обхватил щипцами костяшку среднего пальца на сжатом кулаке Саске, затем надавил и потянул на себя, буквально вырывая кость из руки. Учиха тут же выдохнул, инстинктивно сжал кулак сильнее и опустил голову, сжимая зубы от резкой боли. Данзо хмыкнул, взял молоток и, прицелившись, ударил по зажатой щипцами костяшке, разбивая ее на куски. Звонкий звук удара молотка о щипцы отскочил от стен. Рука Саске разжалась и задрожала от резкой боли, пронзившей кости всей руки. Он зашипел, выдохнул и почувствовал, как кровь начала капать на пол. — Саске? — голос Наруто за спиной заставил Учиху вздрогнуть, поднять голову и ошарашенно уставиться на потемневшее, ухмыляющееся звериным оскалом лицо Данзо. Знакомый запах крови заставил Наруто очнуться. — Ублюдок, ты… — голос Саске дрогнул, и Данзо ударил еще раз, но на этот раз уже чуть выше, в кость запястья, почти забив ее внутрь и чуть не заставив кость треснуть. Учиха дернулся, зашипел от боли, а глаза Наруто расширились, он дернулся вперед, но сдерживающие его оковы и слабость после RC-депрессанта не позволили вырваться. — Добро пожаловать, Девятихвостый, — Данзо улыбнулся, обернувшись к гулю и чувствуя наслаждение от его побелевшего от бешенства лица с черными глазами обрамляющими алую радужку. — Наруто, — Саске посмотрел прямо в лицо гуля, поймал его взгляд, сжал зубы. — Чтобы он ни сделал, не дергайся, ясно? — прошипел он. — Держи. Себя. В руках. Понял? — процедил следователь, глядя в упор и заранее понимая, что это, скорее всего, бесполезно. Здесь Данзо выигрывал, потому что знал, на что давить. Черт побери. Саске мысленно пожелал Суйгетсу и всем остальным поторапливаться, потому что, если раньше Учиха и так подозревал, что времени у них будет мало, то сейчас осознал, что его просто нет. — Саске… — Наруто почти не соображал. Все, что он сейчас видел — боль, которую причиняют Саске, и это злило его сильнее, чем что бы то ни было. — Я всегда думал… — Данзо ухмыльнулся, задумчиво перебирая и гремя инструментами на столике, но был прерван Саске: — Ему нужно, чтобы ты дошел до стадии самого максимального развития кагуне, понимаешь? — Саске повысил голос, глядя жестко и хмуро. — Тогда он сможет забрать себе наиболее действенно… — Данзо ударил следователя наотмашь по лицу низом железной рукояти молотка. Учиха сплюнул кровь вбок, облизал разбитые губы и посмотрел все так же холодно, но на этот раз еще и с яркой ненавистью. Наруто зарычал, дернулся, но слабость от RC-депрессантов вновь не позволяла ему сейчас даже выпустить кагуне. Саске бросил на него быстрый взгляд и вновь пронзительно посмотрел на Данзо. — Я убью тебя, если хоть волос с его головы упадет, — он сказал это настолько просто, словно это было уже чем-то решенным, словно мог сделать это прямо сейчас. Данзо почувствовал еще большее раздражение, но, ввиду ситуации, оно быстро сменилось насмешкой, которую он тут же выплеснул хриплым смехом. — Я всегда думал, — продолжил, тем временем, отсмеявшись он. — Что гомосексуализм — это противоестественно и мерзко, но вы, ребятки, разрушили все мои представления об отвращении, — посмеялся старик, заходя за спину Саске и открывая ему полный обзор на тяжело дышащего Наруто. — Даже при одной мысли, чем вы вдвоем могли заниматься, меня воротит, — он схватил Саске за подбородок, прижал его голову к спинке стула, запрокидывая вверх и заставляя смотреть на себя. — Вы оба недостойны жить, — совершенно холодным, лишенным эмоций голосом протянул он. — Не знаю, как твоя человеческая гордость позволила тебе трахаться с этой тварью, но я рад, что буду тем, кто избавит мир от гнили, что заполнила тебя до краев, учиховский выродок, — губы Данзо разрезала резкая ухмылка, и щипцы, которые были у него в руках все это время, он направил в левую глазницу Саске. Учиха сначала не понял, что происходит. Не понял, почему по щеке потекла густая и горячая жижа. Не понял всего мгновение, пока не пришла боль. Это была страшная, совершенно ни на что не похожая боль. Она накрыла волной, разорвала на куски и тянущим тугим чувством осела в нервах, оголив их. Саске, наконец, закричал, но тут же замолк, стиснул зубы и попытался отвернуться, но чужие пальцы держали крепко, не позволяя высвободиться. Саске было больно, но почему-то все, о чем он думал сейчас, это о том, что Наруто все это видит. О том, что Наруто сейчас отреагирует, о том, что Наруто умрет здесь, защищая его. Кресло Девятихвостого с диким скрежетом отлетело в стену. Данзо успел блокировать удар своим куинке лишь потому, что ожидал его. — Наруто, нет, подожди! — Саске сжимал зубы, глядя, как Девятихвостый, потеряв контроль, нападает на Данзо, как хвосты оставляют на стенах глубокие разрезы. В следующее мгновение в помещение ввалились боевики Корня. Они начали стрелять почти сразу, видимо, Данзо приказал им это делать, несмотря на то, что сам находится в зоне поражения и рискует своей жизнью. В помещении от стены до стены было больше тридцати метров, а потому радиус, описываемый кагуне Наруто не доставал до всех разом. Саске задыхался. Он больше не чувствовал своей боли, он лишь видел, как пули, одна за одной, вонзаются в Наруто, заставляя его слабеть. Все шло не по плану. Данзо прямо сейчас обыгрывал их, и Саске, видя, как Наруто, цепляясь за стену, припадает на одно колено, как выдыхает кровью, терял самообладание, вдруг прекратив понимать, чего он на самом деле хотел добиться. Данзо поднял руку вверх, знаменуя прекращение огня. Бетонная стена позади Наруто была усеяна дырами от пуль. Кровь стекала на пол с лица, с тела, с кагуне гуля. Девятихвостый смотрел зверем, почти бессознательно, загнанно и из-за Q-пуль у него не было возможности подняться. Сознание медленно, но верно покидало его, оставляя вместо себя доведенное до крайней степени боли и отчаяния чудовище. Данзо ухмыльнулся, закинув куинке на плечо. — И это все? — спросил он, презрительно глядя на Девятихвостого. — Так мы не добьемся результата, — покачал он головой. — С первого раза, — губы старика растянулись в ухмылке, и вновь — только сейчас Саске понял, чего на самом деле добивался Данзо. — Ублюдок… — выдохнул он пораженно. — Ты не собирался забирать его кагуне сейчас, — Саске ошарашенно посмотрел на Данзо. — Ты хочешь… Ставить эксперименты и пытать его до тех пор, пока он не достигнет предела и только тогда ты остановишься, заберешь его кагуне и… — Поправочка, — Данзо обернулся к нему. — Я собираюсь пытать вас обоих, — он улыбнулся с жуткой искренностью, обнажая неровный ряд пожелтевших зубов. Саске одарил его ледяным взглядом, после чего вновь посмотрел на Наруто. Девять хвостов кагуне замерли в воздухе, постепенно покрываясь жесткой броней. А затем зазвучала сирена тревоги, и Учиха понял, что всё, наконец-то, снова встало на нужные рельсы. Тревога вопила противным завывающим сигналом, не оповещая, что конкретно произошло. Данзо помрачнел, нахмурился и перевел взгляд на Саске. Учиха вдруг улыбнулся. Пришла его очередь. Боевики, переглядываясь, частично высыпали в коридор, оцепили его, как и полагает в критических ситуациях. Надо было отдать должное бойцам Корня — они были подготовлены на славу. Четверо из них остались в помещении с Данзо, направив автоматы на Девятихвостого гуля. Наруто, очевидно, потерял контроль. Он стоял, замерев, дыша шумно, редко, глубоко и со странным хрипло-гортанным звуком, словно его грудь была огромной машиной. Его кагуне расползалось по всему телу, костные наросты облепили хвосты, спину и грудь, глаза гуля чуть сузились. В какой-то момент он дернулся вперед к боевикам и те вновь открыли огонь. — Не стрелять! — дернулся было вперед Данзо, хватаясь за куинке. — Он не должен умереть! — проорал он. Несколько пуль коснулись брони и отскочили от нее, не достав гуля. Наруто разрубил пополам податливые человеческие тела, окропив алым серые бетонные стены и пол. Саске вздрогнул. Он не планировал этого. Не планировал, что Наруто вновь потеряет контроль. Не планировал массовых убийств. Данзо приставил к его горлу куинке, зайдя за спину. — Останови его, — процедил он, сжимая челюсть Учихи. — Сейчас же. — Как? — Саске смотрел, как Наруто, постепенно теряя человеческий облик и превращаясь черно-алое, покрытое костями и мышцами чудовище, с корнем вырывает железную бронированную дверь, отшвыривает ее в сторону и юркает в коридор, где, под залпы огненного сопротивления боевиков, под их крики ужаса и боли, кровью и плотью прокладывает себе путь, разрывая на куски людей. Крики стихли через несколько секунд вместе с оглушительными выстрелами. Осталась лишь вопящая сирена. — Что происходит, Учиха? — голос Данзо скрипел от нервозного напряжения. Саске слышал, как Наруто возвращается обратно. Его тяжелые шаги, стегание хвостов о бетонные стены, гулкое рычание, видел мигающую под разбитыми шипящими лампами тень, приближающуюся к дверному проему. Следователь почувствовал, как страх короткой волной замыкает нервы, заставляет сердце ускоряться. Когда Наруто показался в проеме, он, как и следовало ожидать, больше не был похож на человека или на самого себя. Это было чудовище с несколькими клыкастыми окровавленными пастями по всему телу, что жевали сейчас тела боевиков Корня, с удлинившимися когтистыми руками и нетерпеливо стегающими хвостами. Оно смотрело зверем, хищно и дико, без намека на осознанность, своими черными глазами с невероятно узкой алой радужкой, дышало громко, с рычанием и скалилось. — Стой, где стоишь, Девятихвостый, — проговорил Данзо ледяным, жестким тоном, в котором не было и намека на страх. — Или я убью его, — он заставил Саске чуть приподнять голову, прижав куинке ближе к его горлу. Чудовище, что было Наруто, медленно склонило голову набок, принюхалось и, облизав острые иглы одной из пастей, повело плечами и рвануло вперед. Данзо блокировал удар, въехал спиной в стену и почувствовал, как гулкая дрожь разошлась по телу, когда зубы монстра клацнули прямо у него перед носом, а из пасти дыхнуло запахом мертвечины. Он мог бы убить Саске вместо того, чтобы блокировать удар, но тогда погиб бы сам, поэтому угроза изначально была бессмысленной. Наруто вонзил один из хвостов в бок Данзо, заставив того зашипеть от боли и оттолкнуть гуля от себя. — Черт побери… — старик не терял самообладания, несмотря на ситуацию. Он быстро нащупал в кармане пиджака пузырек таблеток, большим пальцем снял крышку и высыпал горсть красных пилюль себе в рот, а затем его губы растянулись в усмешке, он дрожащими пальцами снял повязку с глаза, обнажая гулий черный цвет белка и ярко-алый зрачок. Саске не поверил своим глазам. — Безумный кретин… — он нахмурился и начал пытаться высвободиться из железных оков кресла. Очевидно было то, что Данзо вживил себе клетки гуля и теперь наполовину отчасти им и являлся, и, судя по двум мощным белым бронированным щупальцам, взвившимся у него из-под лопаток, вживил он себе гены ни кого иного, как одного из гулей Сенджу. Наруто вновь напал. Завязалась жуткая, бесцельная бойня двух чудовищ, стремящихся сожрать друг друга. — Саске! — Учиха вздрогнул от знакомого голоса Джуго, который рванул к нему и начал открывать замки на кресле. — Что за чертовщина… — Киба застыл в дверях, не веря своим глазам. Темно-коричневый вьющийся хвост кагуне у него за спиной напряженно застыл. — Это Наруто? — он ошарашенно уставился на тварь, что сейчас впивалась зубами в плоть полугуля. Учиха кивнул, глядя в ответ серьезно и холодно. — Уходите отсюда, — Саске стер с щеки кровь, не решаясь думать сейчас, что там с его глазом, потому что предполагал худшее. Он забрал у Джуго свой куинке, который тот ему предусмотрительно (согласно плану, разумеется) принес. — Нам надо остановить это… — Киба пригнулся, когда в его сторону прилетел увесистый кусок стены. Наруто проломил потолок телом Данзо и вышвырнул его на крышу, тут же сам дернулся вверх следом. Несмотря на старость и то, что Данзо был гулем лишь отчасти, он все равно был силен. Хоть и недостаточно, чтобы победить. — Вас не должно быть здесь, когда прибудут следователи Управления, — Саске обнажил куинке и тоже посмотрел вверх, в дыру. Чернота звездного неба над головой глушила своим спокойствием, но Учиха знал, что происходит наверху. — Я не уйду без Наруто, — нахмурился Киба. — И ты мне не босс, — бросил он, мазнув по Саске оценивающим взглядом, после чего рванул вверх, оттолкнувшись от земли. Учиха сжал зубы и, оттолкнувшись от пола с помощью куинке, так же запрыгнул на крышу, где, к его ужасу, все было почти уже закончено. Наруто оторвал Данзо обе руки и рыча удерживал сейчас на весу, за шею, смотрел прямо в лицо. Джуго скользнул вслед за Саске на крышу, намереваясь в случае чего защищать его. — Ребят, — Киба, напряженный до предела, сейчас испытывал вполне себе контрастный страх. — Наруто не в порядке, — сглотнул он и сделал шаг назад. — Нам нужно… — он не договорил, потому как его прервал звук, а точнее треск сломанных костей и рвущихся тканей. Наруто, медленно, взявшись обеими руками, отрывал голову Данзо. Кровь брызнула на плоскую бетонную крышу ровным полукругом, какой бывает при взмахе меча. Голова Данзо с закатившимися глазами тяжело откатилась в сторону, оставляя за собой влажный след. Зубы Наруто впились в хвосты куинке на теле Данзо. Он начал медленно пожирать чужую плоть, восстанавливая и увеличивая собственный набор RC-клеток и рост какуджи по всему телу. Этого Саске тоже, разумеется, не планировал. Киба сделал еще шаг назад. — Назад, — уронил он. — Это не… Не Наруто, — он нахмурился, глядя с резким напряжением и плохо скрытым страхом. Все его звериное нутро вопило о том, что сейчас нужно бежать от этой твари как можно дальше. Джуго чувствовал сейчас то же самое той своей гульей частью, что сейчас начала скалиться в ответ, вбрасывая в кровь следователя адреналин. Джуго встал перед Саске, закрывая его собой. Учиха помрачнел и отодвинул его обратно за плечо. — Продолжайте следовать плану, я разберусь с Наруто, — бросил он, делая несколько шагов вперед. Киба сжал зубы, мотнул головой и шумно вдохнул, пытаясь восстановить самообладание. — Ты серьезно? — прорычал он, дырявя следователя взглядом. — Не видишь, что перед тобой? Или забыл, что всего лишь человек, Учиха? — ядовито выплюнул он. Саске усмехнулся в ответ, посмотрел насмешливо и слегка снисходительно. Словно это Киба тут чего-то не понимал и в чем-то был не прав. Инудзука вызверился и дернул Джуго за плечо. — Пойдем, — горечь дрогнула в его голосе, процеженном сквозь зубы. — Хотя бы ты блесни здравым смыслом. — Нет, мы не можем… — Джуго ошарашенно наблюдал, как Саске подходит ближе к чудовищу. — Да блять! — вспылил Киба. — Я не предлагаю бросать все как есть! — его глаза сверкнули отчаянием. — Нужно найти RC-депрессант или Q-пули, чтобы хотя бы немного ослабить его… — гуль вновь посмотрел на чудовище, которое когда-то было Наруто, и почувствовал боль и страх, что они больше не смогут вернуть привычного им Девятихвостого. Но Инудзука быстро подавил в себе это ощущение, сжав зубы, вспомнил про вечно собранного Шикамару и подумал, что хоть раз в жизни должен сам уметь разрешать проблемы, а потому нужно было сосредоточиться на поиске RC-депрессанта. Благо, наверняка тут его предостаточно. Джуго мотнул головой. — Я останусь… — решительно заявил он. Киба бросил на него угрюмый, но в то же время сочувствующий взгляд, но не ответил и скрылся, прыгнув в дыру, решив не терять зря времени. Джуго напоминал Инудзуке Гаару. Саске обернулся через плечо, встретился взглядом с преданными глазами полугуля и слегка улыбнулся: — Все хорошо, Джуго, — кивнул он. — Уходи. Я закончу здесь сам, — он вновь повернулся к замершему у края крыши, спиной к нему, Наруто, хвосты которого вились вверх. — Саске… — Джуго поджал губы, посмотрел с тихим отчаянием. — Ты не умрешь? — болью в его взгляде можно было заполнить любой из мировых океанов, но его голос по-прежнему был спокойным и тихим. — Не умру, — отвернулся Саске. — Иди. Джуго опустил голову, но кивнул и прыгнул в дыру вслед за Кибой. Перечить Саске он не собирался. Раз тот сказал, что не умрет, значит, так и будет. Потому что, в конечном счете, все всегда происходит так, как того хочет Саске.