Шавуха или жизнь?

***

Солнце прокралось в комнату, с успехом преодолевая защиту в виде тонких занавесок, и бесцеремонно ударило Влада в лицо, заставляя нехотя разлепить веки. Юноша убрал волосы с лица и глянул на часы. 7:09. Какого хрена он проснулся так рано в воскресенье? Про себя Влад выругался и посмотрел на своего парня, лежащего рядом и абсолютно не потревоженного столь бесцеремонным приникновением природных сил. Славик лежал на спине, склонив голову на бок. Мышцы его лица немного подрагивали. Влад осторожно привстал на кровати и подпер голову локтем, чтобы иметь возможность созерцать прекрасное в более удобном положении. Слава, казалось, был неподвижен, но едва уловимое биение его сердца приятно ласкало уши Влада. Ему так захотелось лечь ближе и поцеловать своего парня, поиграть с его отросшими волосами, но он все же решил оставить того в покое и просто смотреть. Смотреть, в миллионный раз изучая такие знакомые черты лица, каждую неровность и морщинку. Вдыхать такой же знакомый аромат, ставший вторым воздухом за те несколько месяцев, что они вместе. Влад смотрит на Славика и не может до конца осознать, что это совершенство лежит в его квартире, в его постели. Слава прямо здесь, по своей воле, по уши влюбленный и счастливый, впервые за последние несколько лет. То же самое можно сказать и о Владе. В конце концов кареглазый не выдерживает и двигается чуть ближе, но стараясь не задеть спящего. Это ему удается, и взору вновь открывается знакомое тело, только с более близкого ракурса. Славик почти не дышит и наслаждается сном, а Влад просто любуется, довольствуясь редким моментом. — Чё зыришь? — неожиданно блондин распахивает глаза и растирает лицо рукой, от чего Влад немного подпрыгивает. Внезапно. — М... Нельзя? — он тянет руки к своему парню, наконец получив возможность трогать того, раз уж проснулся. — Влад... — гопник переводит взгляд на часы. — Бля, 7 утра. — Ты шо, тю-тю? — Да, я тю-тю от любви, — с лицом кота, объевшегося сметаны, заявляет Влад, не сводя глаз с возлюбленного. — Если бы я тебя не знал, подумал бы, что ты укуренный, — хмыкает Слава, зачем-то пытаясь скрыть улыбку от переполняющих приятных чувств, но тут же проваливаясь и позволяя мышцам изогнуться. Сделать то, что хочется. Влад хохочет и наваливается на горячее тело голубоглазого, чувствуя на спине прикосновения чужих рук и то, как эти руки собственнически тянут его к себе. Они позволяют себе расслабиться и просто дурачиться в постели, как дети, забывая об остальном мире. Сейчас есть только Славик — для Влада и Влад — для Славика. Они катаются по кровати и целуются, смеясь в губы, снова целуются, захлёбываясь от друг друга и из-за нехватки воздуха, но о каком воздухе может идти речь, когда рядом, в собственных объятьях лежит тот самый человек? — Слушай, — отцепляясь от своего любовника, томно шепчет Влад, — нам пора прикрывать эту гомосятину, а то скоро твой батя со смены придёт. — Бля, точняк, — Слава начинает ржать, прикрывая рот рукой, а Влад бесцеремонно ложится на него, содрогаясь в судорогах и будучи не в силах успокоиться.