То be or not to be

Я действительно слишком устал. Вы спросите из-за чего? Из-за своей беспомощности. Я не могу разобраться ни в чем. Я не могу даже гребаный велосипед починить, чтобы иногда кататься на нем, просто не могу. Иногда я думаю о том, что Ханна решилась на самоубийство, потому что это проще всего, просто уйти от проблем, наплевав на все, однако потом я вспоминаю, как сильно я ненавижу ее за то, что она сделала со мной и со своими родителями. Блять. Я устал, но я уже говорил, видимо, это просто нужно принять. Школа. Место, где я провожу время в пустую. До смерти Ханны я старался быть чуть ли не ботаником, всегда сдавал свои эссе вовремя, много читал, но сейчас я понимаю, что от этого я тоже устал. У меня нет мыслей о колледже сейчас, я больше не подрабатываю, у меня нет глобальной цели в жизни. Я просто хочу, чтобы каждый получил по заслугам. Возможно, я сейчас тоже именно там, где я заслуживаю быть, ощущая себя бесполезным. Мало мне этого дерьма, так теперь еще Джастин, который снова начал принимать после дачи показаний в суде. Он не ходил в школу, потому что в прошлый раз мне пришлось уводить его оттуда чуть ли не пинками, ибо он был под кайфом и нес всякую чушь. Мне снова пришлось прибегнуть к помощи других людей, которые знали, как разгребать это все дерьмо. Еще присяжные, которые слишком долго выносят вердикт. Почему нельзя просто посадить Брайса? Почему все, что мы делаем оказывается недостаточным? Я уже собирался уходить, отсидев три бессмысленных урока. На выходе я чуть было не столкнулся с Шери, которая неслась в школу. — Привет, — буркнул я, почти не поднимая глаза. Девушка кивнула мне в ответ и побежала дальше. Блять. Джастин. — Шери! — я развернулся, — Шери, стой. Девушка остановилась, и не оборачиваясь ответила: — Джастин в порядке. Он сидит и смотрит фильм. Клэй, у меня экзамен сейчас будет, я не могу все время с ним сидеть, — Шери повернулась ко мне и развела руками. Я просто махнул рукой и пошел дальше. Я хотел еще зайти к Алексу, чтобы узнать, о чем он хотел поговорить со мной, но видимо все планы отменяются. Я в быстром темпе дошел до дома, злость была у меня уже на подсознании, ибо я понимал, что Джастин вероятнее всего уже слинял. Я резко открыл дверь, в нос ударил какой-то вкусный запах, доносящийся с кухни. Скинув рюкзак на пол, я прошел дальше и увидел Джастина, который достает из микроволновки попкорн. Почему-то я снова застыл, наверное, это было от удивления. Я часто так делаю: смотрю в одну точку, еле дыша. Я не знаю, откуда это пошло, не знаю, какой в этом смысл, но я просто не хотел шевелиться. В это время Фоули развернулся, и увидев меня, уронил тарелку с попкорном на пол. Я словно очухался от транса. — Блять, Клэй, какого черта? — возмущался Джастин. — Какого черта ты не слышал, что я пришел? — Еще одна порция злости, ибо какого хрена. — У меня все звуки будто приглушены. Я словно в ебучем туннеле, Дженсен. — Тебя снова ломает? — Я резко выдохнул, подошел ближе, подкрепляя свои вопросы активной жестикуляцией. Не знаю, почему я так делаю, но здесь речь не об этом, а том, что я снова злой, только теперь на эту разбитую тарелку и на Фоули, который пытается все это собрать. Он все еще корчится от боли, ведь недавно его кто-то хорошо отделал, {об этом вы можете прочитать в восьмом дне моего дневника}. — Ломает, но как ты видишь я не сбежал в поисках новой дозы или еще что-то. — Это пока, — сухо ответил я. — Да иди ты нахер, Дженсен. Может быть, это было лишнее. В конце концов, он реально остался дома, делая этот дебильный попкорн. И снова, мне стало не по себе, от того, что я просто стою, наблюдаю за тем, как Джастин собирает эти осколки вместе с попкорном и выкидывает все это в мусорку. — Хочешь приготовим вместе еще одну пачку? — Я сделал достаточно снисходительный тон, Фоули не ответил мне, но я могу поспорить, что видел его улыбку. Идея была не такая уж и плохая. Мы вместе приготовили сырный попкорн, остаток вечера я провел за компьютером, а Джастин смотрел какую-то мелодраму или что-то в этом роде. Все было спокойно. Не люблю вот это. Ощущается словно затишье перед бурей, а это последняя вещь, которая сейчас нам нужна. Day 16 Снова очередной день, снова одно и тоже. Родители что-то кричат про завтрак, телефон разрывается из-за бесконечных уведомлений об очередной глупости в школе. Снова школа. Я открыл глаза, но долго не мог встать, все мое тело кричало о том, что оно не хочет никуда вставать, мой разум был вообще где-то в другом месте. — Хей, Клэй, — Это был Джастин. Он сидел на моем столе, свешивая одну ногу, немного горбясь, как он это любит делать. — Ты читал смс? Там будет что-то типо вечеринки сегодня, и я э-э хотел пойти туда, я думаю. — Ты думаешь? Мне кажется, ты нифига не думаешь, Джастин, — я усмехнулся и повернулся на другой бок. — Дженсен, мне нужно туда. Я не попаду в неприятности, я не буду путаться с Брайсом. Я просто хочу поговорить с Джесс, — Джастин замялся и почесал затылок, я практически уже изучил все его телодвижения. — Если пойдешь ты, то придется идти и мне, но я не хочу видеть снова лицемеров и в особенности Брайса, которому вот-вот все снова сойдет с рук. — Ты мне не нянька, Клэй. И это не моя тюрьма. Я просто ставлю тебя в известность, а не спрашиваю разрешения, — Джастин напрягся и повысил тон. — Джесс не хочет тебя видеть, ясно? Она не отвечает на твои звонки и смс не потому, что она наказана или что-то такое, она просто не хочет, и чем скорее ты это поймешь, тем лучше. Я не хотел этого говорить, но он достал с этой Джессикой. Когда я приходил к нему, прося рассказать всю правду Джессике, то он просто называл Ханну пиздаболкой, а меня идиотом. Когда он просто так пропал, ширяясь наркотой, он тоже не думал о ней. Сейчас же он пытается изобразить из себя кого? Героя? Что ж получается хреново, Джастин. В этот момент я поймал себя на мысли, что я слишком категоричен к нему, однако это было лишь секундное замешательство. Фоули все еще сидел на моем столе, перебирая что-то в руках, меня это выводило. Я скинул одеяло, «умыл» лицо руками и направился в душ. — Куда ты? — последовал вопрос за спиной. — В школу, Джастин, как и каждый день. Он так и остался сидеть, я прямо чувствовал его щенячий взгляд на своем затылке, я уже приоткрыл дверь и остановился. — Как ты себя чувствуешь? — потирая глаза, спросил я. — Я в порядке, — он не смотрел мне в глаза, опустил их на свои руки. Неужели врать нельзя немного убедительнее. Я тоже часто вру, вру о своем состоянии, вру родителям, кому угодно, однако сам я ненавижу ложь, я не перевариваю ее. Это тоже можно назвать лицемерием, я знаю, но я не могу ничего с этим поделать. Я закрылся, я холодный, я злой. Боже, я зол на весь мир. В школе все как обычно, все обсуждают суд, плетут свои интрижки. Надоело. Я вернулся домой, было уже поздно, в доме нигде не горел свет. Я вспомнил про эту дурацкую вечеринку, у меня не было ни сил, ни желания туда идти, однако это место было всего в паре кварталов отсюда, поэтому я решил прогуляться и заодно проследить, чтобы Джастин не натворил хуйни. Я не стал заходить домой, развернулся и пошел в сторону, откуда издавалась музыка и крики. Я был спокоен, наверное, мне стоит почаще гулять… Я встретил Зака и Алекса возле лавочки. — Привет, вы не видели Джастина? — Он ушел где-то час назад, — ответил Зак, докуривая сигарету, — ему даже войти не дали, — Зак уже улыбался. — Э-э, почему? — Это меня действительно удивило, но больше всего меня тревожило то, куда он пошел после. — Джесс не хочет его видеть, все это знают. Это больше как girl party, поэтому мы с Алексом сидим как отбросы общества, хотя Алекс может вписаться, — рассмеялся Зак. — Отстань, Зак, — Алекс улыбнулся и продолжил копаться в телефоне. Блять. Где мне сейчас ходить и искать его тогда? Я взял в руку телефон, открыл сообщения, чтобы написать ему. Последнее сообщение, которое я писал ему, заключалось всего в трех словах: «ты мне нужен». Конечно, был нужен для того, чтобы помочь мне раскрыть Брайса. Сейчас не нужен? Боже, кого я обманываю. Я решил пойти домой, на случай если он вернулся и просто лег спать. Я дошел намного быстрее, почему-то в груди нарастала какая-то тревога, но я не мог объяснить почему. Я практически забежал домой, аккуратно, как мог, скинул вещи и пошел в комнату. Дверь была закрыта, меня отпустило, ибо родители всегда оставляют дверь приоткрытой. Я тихо зашел, в комнате было темно, однако свет от луны падал прямо на диван, на котором сидел Джастин. — Слава богу ты тут, — неожиданно сам для себя сказал я. Мне просто действительно не хотелось искать его по всему городу и поднимать шумиху. Джастин даже не посмотрел на меня, что уже показалось мне странным. Он просто неподвижно сидел, сжимая крепко правую руку. На секунду мне показалось, что это мне привиделось и стоило закрыть глаза, как Джастин исчезнет. Я сделал шаг вперед. Джастин немного дернулся и прижал ноги, согнутые в коленях к себе. — Ты опять обдалбался? — Я начинал злиться, потому что других вариантов объяснения его странного поведения у меня не было. Обычно, когда он расстроен, он ведет себя иначе, более нервно что ли и агрессивно. — Еще нет, — усмехнувшись, ответил Джастин. Отлично, вроде бы он реально здесь, но какого хуя еще нет. Я задал ему этот вопрос точно так же, как подумал у себя в голове. Фоули не ответил, просто сидел, залипал куда-то в одну точку, словно игнорируя меня. — Джастин, але! Я с тобой говорю, — меня это уже выводило. — Я сказал, что еще нет, — он посмотрел на меня. Даже в лунном свете я разглядел его опустошенный уставший взгляд и мокрые красные глаза. — Джастин, — я убавил свой тон, — это из-за Джесс? — К черту, Джесс, — снова опустил взгляд, — я просто конченный. Я порчу все, абсолютно все. Я не понимал как на это реагировать, но его голос был таким отчаянным и хриплым, что я не мог даже злиться. Я подошел ближе и сел на стул. Тишина. Полная тишина, разрезающая воздух пополам, заставляла меня чуть ли не дрожать. Джастин молчал, он выглядел как бомба замедленного действия, которая вот-вот взорвется. Я не знал, что мне делать, что говорить. Я смотрел на него, судя по всему, его трясло не меньше моего, однако объяснить я этого не мог. Фоули тяжело вздохнул, набрал воздуха и, поджав челюсть выдохнул. Знаете, когда вот бывают спазмы у человека в груди и ему тяжело глубоко дышать, даже не тяжело, а просто больно. Всю грудь сдавливает, воздуха становится мало, кажется, что если не сделать глубокий вдох, то весь кислород испарится. Я больше не мог молчать, сидеть, ничего не делать. Казалось, что вот-вот и я сойду с ума или просто вырублюсь нахрен. — Я могу тебе чем-то помочь? — вопрос от отчаяния. — Ты можешь пойти спать. У меня все ровно бессонница. Черт. Я не мог просто уйти спать. — Что ты имел в виду под словами: «еще нет»? — Меня ломает, Дженсен, вот что, — съязвил Фоули. — Есть специальные клиники, реабилитационные центры… — Боже, хватит. Хватит думать, что все это так просто. Действительно. Я не знаю, что это такое. Я никогда не испытывал ничего подобного. Я встал со стула, Джастин дернулся, его рука еще сильнее сжалась. Я понял, что он что-то держит в ней, отчаянно, мертвой хваткой. — Джастин, что с тобой, блин? Что ты держишь в руке? Я ожидал услышать в ответ что-то типо: «какое тебе дело или очередной посыл нахуй, но Джастин просто покачал головой и поджал губы. Я сел на край дивана и протянул руку к его руке, которая была напряжена, словно струна, которая вот-вот порвется. — Мне нужно это, Клэй, — его голос сорвался, он чуть ли не плакал. Я не мог понять, о чем именно он говорит. Ему нужна поддержка, внимание? Или…. Или ему нужно содержимое шприца. Да, это был шприц. Джастин чуть ослабил руку, я откинул голову на спинку дивана, продолжая сжимать его кулак. — Тебе это не нужно, — я не злился. Я чувствовал что-то вроде разочарования, но не мог объяснить почему. — Ты ходил на свой район? — Блять, нет. У меня была заначка. Да-да, конечно, у него была заначка. Я не стал ему напоминать, что последнюю его заначку я слил в унитаз лично. — Ты реально снова собираешься уколоться? — Снова? Я и не переставал. Ты просто не знаешь, что это такое…. — Не знаю? Ты прав, я не знаю. Не знаю, почему себя настолько можно ненавидеть, чтобы делать это снова и снова. Знаешь что? — Я встал с дивана, — делай это, только убедись в том, что ты не сдохнешь здесь от передоза или не задохнешься в собственной рвоте. Я подошел к своей кровати, скинул одеяло и лег прямо в одежде, отвернувшись к стене. Я снова не хотел говорить это грубо, но получилось так. Меня просто разрывало на части от злости в этот момент. Мое сердце колотилось так, словно я пробежал два километра без остановки. Боже, я был так зол. Я не знаю, сколько прошло времени, сколько я молча лежал и слушал, пытаясь понять, что будет делать Фоули. Я не слышал ничего, кроме этой оглушающей тишины, которая погрузила меня в сон.