Detroit: Renegades

— Эй, куколка, доброе утро, — мужчина со стаканом кофе в руках расслабленным шагом минует стол лейтенанта Андерсона, возле которого спокойно ожидает модель RK800. — Ну? Как продвигается дело? — детектив с издевкой обращается к андроиду, перебарывая усталость после долгой рабочей ночи. Возможно, многие ведут себя неадекватно по отношению к роботам, но, всё же, они умело выполняют свои обязанности. Агрессивное поведение объясняется обыкновенным страхом. Андроиды всё сильнее вытесняют людей, занимая их рабочие места. В отделы полиции давно присылаются модели-офицеры, и данный факт настораживает, пугая возможностью скорой замены людей на андроидов. Человеческая злость понятна, вот только есть ли вина андроидов в их создании? Нет. Ведь именно люди создают разумные машины по своему образу и подобию. — Думаю, мы добьемся успеха, — Коннор опирается копчиком на край стола, руки держа сложенными на груди. — Не беспокойтесь о нашей работе, сэр, — смотрит на мужчину, который притормаживает, с изнеможенным раздражением пялясь на андроида. И его злит выражение лица RK800. Он не улыбается открыто, но ПРОЯВЛЯЕТ подобие ответной издевки, правда, вряд ли Коннор осознает, каким образом отвечает на взгляд детектива. Андроиды способны симулировать эмоции и копировать их с целью сближения с представителями человеческой расы. Правда, в данном случае, эффект обратный. Детектив недовольно хмыкает, но его моральных сил не хватит для словесной перепалки с тем, кто не может испытывать усталости. Мужчина отворачивается, но перед тем, как продолжить идти, обращает внимание на застекленный кабинет руководителя отдела. Темнокожий полный мужчина привстает со своего удобного кресла, сутулясь, подобно Андерсону, который опирается руками на его стол. Они оба указывают друг на друга пальцами, ругаются и, судя по лицам, испытывают неподдельный негатив, пока ведут нестабильно эмоциональную беседу. Коннор так же поднимает взгляд в сторону кабинета, анализируя поведение лейтенанта, но ничего нового не обнаруживает: всё те же красные белки глаз, всё то же частичное опьянение и дрожащие руки. Хэнк перебрал. Он слишком стар для подобного «времяпрепровождения». — Видимо, — детектив убежден. — Дела у вас идут херово, — окидывает косым взглядом андроида, после продолжает идти, попивая остывающий кофе. Коннор решает промолчать. Он и сам понимает — расследование девиации на данный момент не двигается с мертвой точки. Каждое новое дело только путает. Есть лишь «rA9», не дающий покоя, но ни один из пойманных девиантов не может объяснить, что это. Аманда права. Скорее всего, это вирус, сравнимый с психологической болезнью человека, поэтому с данной ошибкой в программах будет тяжело работать. На данный момент Коннору видится только одно решение проблемы — простая замена. Собрать все старые модели, которые могут быть подвержены девиации, и отправить на уничтожение. Будто борьба с чумой. Хэнк покидает кабинет руководителя, громко хлопнув дверью, отчего привлекает внимание сотрудников отдела, но, видимо, ситуация обыденная, поэтому никто надолго не отвлекается от своей работы. Которой, к слову, много. Каждый стол забит горами бумаг. RK800 невольно оглядывается на андроидов-полицейских, что под слоем пыли покоятся на месте «ожидания». Люди из принципа не прибегают к их помощи, хотя машины были бы очень полезны. Лейтенант Андерсон подходит к своему столу, бросив на него документ, выданный руководителем. Скулы напряжены, взгляд врезается куда-то в стену, а руки он ставит в бока, нервно притоптывая ногой. Коннор отрывается копчиком от края стола, сцепив руки за спиной, и поворачивается всем телом к мужчине, задав вопрос, ответ на который вполне очевиден: — Что-то не так, лейтенант? Хэнк прикрывает веки, раздраженно выдохнув. Говорить о своих проблемах с андроидом — последнее, к чему его может тянуть. И одна мысль о том, что им интересуется какая-то машина, пока остальным людям побоку, бесит еще сильнее. Мужчина часто замечает подобное на улицах Детройта. Старики, за которыми ухаживают андроиды. Дети, с которыми гуляют роботы-няни. Черт, он видит, как молодые девушки идеалом мужчин делают андроидов, в то время как парни отдают предпочтения андроидам-шлюхам, с которыми можно вытворять всё, что взбредет в голову. Без обязательств, без последствий. Даже сломать можно, надругавшись с такой силой, которую человек бы не перенес. Разве это не воспитывает в людях агрессию? Не делает их насильниками? Девушки, остающиеся одинокими или выбирающие андроидов, и парни, которых волнует лишь сексуальное удовлетворение. Это оно? Поколение будущего? Хэнк вторично вздыхает, качнув головой, и с большим омрачнением выдает одну единственную мысль, которая совмещает в себе все его недовольства по отношению к высокотехнологичной реальности: — Этот мир сошел с ума, — поворачивается всем телом к андроиду, с неприязнью относясь к его присутствию рядом. Возможно, больше всего лейтенанта злит то, с каким интересом теперь Коннор обдумывает его фразу, не обратив внимания на проходящую мимо Рэйчел, несущую документы с отчетами руководителю: — Доброе утро, Хэнк, — спокойным тоном приветствует, но как только её внимание переходит на андроида, взгляд становится острее, голос мелодичнее. — Коннор, — кивает головой, с дьявольской улыбкой окидывая RK800 с ног до головы, после чего отворачивается, продолжая идти, активно виляя бедрами. Коннор моргает, не воспринимая флирт, и вновь смотрит на Хэнка, который с приоткрытым от возмущения ртом провожает сощуренным взглядом женщину, с отвращением повторив: — Этот мир вдвойне сошел с ума. RK800 наклоняет голову, уточнив: — В Детройте вводят «сухой закон»? Хэнк смотрит на него исподлобья. Должно быть, человек точно отвел бы взгляд, поскольку порой выражение лица лейтенанта довольно неприятно, но Коннор продолжает открыто смотреть в ответ. Хэнк пускает смешок: — Шутки у тебя, конечно, — и отворачивается, с кряхтением садясь в свое кресло. Андроид медленно уплывает взглядом в сторону, нахмурив брови. Шутки? Он пошутил? Это было похоже на человеческий сарказм? Неплохо. Хэнк морщится от головной боли, подпирает кулаком висок и принимается молча сидеть за столом, прикрыв глаза, чтобы уберечь их от давления белого света, что приносит дискомфорт. Коннор переводит взгляд на пустующий стол, что стоит напротив рабочего места, и начинает активно моргать, когда его светодиод загорается желтым, считывая полученную только что информацию. — База данных обновлена, — RK800 оповещает лейтенанта, предложив. — Мне ознакомиться? — вряд ли мужчина станет самостоятельно просматривать свыше двухсот новых сообщений об андроидах. Хэнк прижимается к спинке кресла, сложив руки на груди, и начинает уходить в себя, засыпая, поэтому бубнит неразборчиво: — Валяй. Коннор опускает глаза, зрительно фокусируясь на чем-то под ногами. Его диод продолжает грузиться, светясь желтым цветом, а взгляд бегает из стороны в сторону в процессе анализа данных. Все двести восемьдесят случаев просканированы меньше, чем за минуту, и RK800 выпрямляется, озвучивая итог: — Большинство андроидов числятся без вести пропавшими. Ничего уголовного. Хэнк не открывает глаз. В данный момент у него нет желания с головой уходить в дело. Всё, к чему лежит его пропитая душа — алкоголь. Мужчину тянет напиться. — Думаю, они сбежали. Патрульные уже ищут, — Коннор замолкает, когда лейтенант слабо хлопает по столу, поднимаясь с кресла с тяжелым вздохом, и не обращает своего взгляда на андроида, обходя его стороной. Коннор моргает, оборачиваясь: — Вы куда? — А ты как думаешь? — ему тяжко отвечать, поэтому выдавливает из себя слова, шаркая ногами в сторону коридора, что выводит к дверям лифта. RK800 опускает руки вдоль тела, напоминая строгим тоном: — Но вы уже пропустили один рабочий день, сэр, — следует за Хэнком, который, будь в состоянии, сразу бы вломил андроиду за его тон, но не сейчас. Ему крайне плевать. Мужчина подходит к лифту, надавив на кнопку на панели. Вызывает. Нервно стучит зубами. Коннор встает сбоку, обдумывая ситуацию: — Лейтенант. Хэнк втягивает воздух в легкие, с обречением спрашивая: — Что? — смотрит перед собой, продолжая давить большим пальцем на кнопку вызова. — Давайте сегодня поработаем, — Коннор предлагает. — Впереди два выходных дня. Вы ещё успеете напиться. Хэнк закатывает глаза, активнее нажимая на кнопку, и RK800 сцепляет руки за спиной, необычно замявшись перед тем, как начать терроризировать сознание лейтенанта своей болтовней: — Скорее всего, вам плевать, но сотрудники отдела говорят за вашей спиной, — да, Хэнку плевать, поэтому он усмехается краем губ, продолжив смотреть перед собой, ожидая лифт. — О вашем скором увольнении. Как я понимаю, вы с руководителем отдела давние знакомые. И он не может уволить вас просто так. Ему нужен серьезный повод, — Коннор встает боком к мужчине, так же уставившись перед собой. — Перед тем, как приступить к работе, в мою программу загрузили данные о вас, — краем глаз улавливает — Хэнк стреляет вниманием в висок андроида, сильнее нахмурившись. — Я не думаю, что будет верным, если скажу вам, но… — поворачивает голову, взглянув на мужчину. — Вы не разбираетесь в андроидах. — Да ну? — он вновь пускает неприятный смешок, качнув головой. — Вы давно уже не числитесь в списке лучших сотрудников, каким являлись много лет назад, — RK800 говорит о реальных фактах, о которых умалчивают сотрудники, да и сам лейтенант старательно избегает мыслей об этом, поэтому в ответ андроид получает короткое мычание: — М, — причем, оно лишено заинтересованности. — Давайте на чистоту, — Коннор переводит взгляд на открывшиеся двери лифта, но ни он, ни мужчина рядом не двигаются с места. — Вы сами понимаете, что вас хотят слить. Руководство дает вам последний шанс восстановиться в их глазах. Либо вы справитесь, либо сорветесь и подадите в отставку. — Ты думаешь, у руководства есть время на игры в «дочки-матери»? — лейтенант фыркает, всё же заходя внутрь лифта. — У нас тут девиация распространяется, а они будут со мной возиться и воспитывать? — поворачивается, встав напротив андроида, который не двигается с места, продолжая отвечать на зрительный контакт мужчины. — Поэтому с вами работаю я, сэр, — ему приходится объявить о своем подозрении. — Я точно выполню свою задачу — девиация будет устранена. А вместе с этим руководство либо признает вас, либо избавится, — набирается стойкости, заявляя. — Лейтенант, вы всех достали, — Коннор с давлением выносит вердикт, наплевав на ответную реакцию мужчины. Хэнк раздраженно скользит кончиком языка по нижней губе, ладони сует в карманы штанов, сердито смотрит на андроида, с каплей разгорающейся в голосе агрессии задавая вопрос: — Что ты от меня хочешь? — Хочу, чтобы вы проявили хоть каплю самоуважения, — Коннор игнорирует признаки ярости, которые вполне могут привести мужчину к срыву. — Вы слишком противно надменны, чтобы позволить себе проиграть кому-то, — его голос становится тверже и строже. — У вас гадкое самомнение, лейтенант, — ему приходится нахмурить брови, чтобы противостоять той неприязни, которой Хэнк его окидывает. Андроид сощуривает веки, заканчивая свою мысль: — Но оно как раз и помогает вам остаться наплаву. На этот раз мужчина не тянет с ответом, находя, чем словесно броситься в Коннора: — И что? — кулаком бьет по панели с кнопками, когда двери лифта решают закрыться, и они вновь разъезжаются в стороны, а сам мужчина складывает руки на груди, с высока смотря на робота. — Ты сам сказал. Без меня выполнишь задачу. Чего распинаешься? Еще один плюс андроидов — они не лгут, и Коннор говорит правду: — Я думаю, мы будем полезны друг другу, — он смотрит на лейтенанта, ожидая его окончательного решения. Мужчина поднимает глаза, неприветливым взглядом устремившись в сторону отдела, сотрудники которого яро работают, давясь надоевшим горьким кофе. А ведь когда-то Хэнк сам был таким. И нет его вины в том, что течение его жизни резко переменилось. Каждый человек, под давлением событий, делает выбор. Андерсон свой сделал давно. Предпочел саморазрушение возможной борьбе. Это легкий путь, верно? Но Коннор прав. У Хэнка больное самомнение, поэтому мужчина опускает руки, одной из них махнув, таким жестом пригласив андроида войти внутрь лифта: — Ладно, — голос твердый, но в тоне более не звучит агрессия. — Что там в первую очередь можно проверить? — смотрит на RK800, который отвечает зрительно, выразив на лице легкую довольную улыбку. Коннор уже не сканирует ту еду, которую предпочитает лейтенант. Будет глупо, если андроид попытается сообщить мужчине о том, насколько вредную пищу тот потребляет, и каким образом это сказывается на его организме. Пытаться поменять что-то во взрослом мужчине невозможно, тем более, когда речь идет об Андерсоне. Небольшая забегаловка расположена возле торговой площади Детройта. Сегодня довольно-таки солнечная погода, поэтому Хэнк берет поднос со своим заказом: сильно прожаренный бургер, из которого вытекает масло, и стакан колы — и направляется к выходу, поблагодарив кассира, которого, кажется, давно знает. Покидают зал, направившись к круглому столику, рассчитанного на двух людей. Стульев нет. У подобного места кушают стоя. Расположены такие столики в стороне от других, у заляпанного окна. Ничего удивительного в том, что лейтенант предпочитает отдаленность от остальных посетителей, скопление которых происходит именно внутри зала. Не каждому по душе принимать пищу на шумной улице. — Первым делом можно проверить сообщение о возможном девианте, — Коннор знает, что время принятия пищи — не самое подходящее для обсуждения рабочих вопросов. Хорошо, что Хэнк слишком голоден, чтобы возмущаться. Он ставит поднос на круглый столик, раскрыв упаковку бургера, который берет в руки: — С каких пор моя работа стала основываться на проверке «возможного»? — ворчит, поднося еду ко рту. — Мне не нравится неопределенность. — Мне тоже, сэр, — Коннор встает напротив, имея возможность изучать обстановку на улице, за спиной напарника. — Но несколько человек сообщили о том, что видели группу подозрительных людей, — наклоняется, опираясь локтями сложенных на груди рук на поверхность столика. — Ситуация в городе не позволяет гражданам проводить самостоятельную проверку. Это может быть небезопасно. Лучше этим займутся подготовленные, — смотрит на Хэнка. — Мы с вами. Тот пережевывает пищу, согласившись: — Верно. Андроид опускает короткий взгляд на его еду, пожелав: — Приятного аппетита. Лейтенант подносит бургер к лицу, мгновение храня молчание, пока сверлит мужчину напротив взглядом: — Спасибо, — отвечает, откусив немного, и жует, продолжив с интересом наблюдать за тем, как андроид озирается по сторонам, будто находится в постоянном напряжении. Ожидании чего-то. Кажется, он никогда не теряет бдительности. Странно, андроиды вообще не отдыхают, так? Они постоянно функционируют. Хэнк спешно проглатывает еду, задав вопрос: — А ты чем питаешься? RK800 почему-то усмехается, обратив на него свой взгляд, ведь ему надоедает напоминать лейтенанту одну простую истину: — Я — андроид. У андроидов отсутствует тяга к человеческим потребностям. — Но ведь… — Хэнк принимается активно мыслить, щелкая пальцами, будто это поможет ему вспомнить. — Тириум, — хмуро смотрит на Коннора. — Это, как кровь. — Но не человеческая, — RK800 порой раздражает своей способностью находить ответ. Возникает неприятное ощущение, словно его знания неограниченны. — Внутри вас работающий организм, — мужчина не сдается, продолжая развивать свою мысль. — У вас есть сердце, гоняющее тириум по всему телу. Разве… — моргает, с хмурой растерянностью задаваясь вопросом. — Наличие процессов внутри не говорит о наличии живого организма? Коннор пристально смотрит на него, с заметной холодностью в голосе отвечая: — Это механизм. Наличие работающего механизма — не признак того, что организм живой. — Но… — Хэнку словно нравится видеть еле заметное раздражение на лице робота. Это неправильно. Андроид не должен проявлять эмоций, но, почему-то, мужчине кажется, что в данный момент Коннор не симулирует. Он уже замечал подобное выражение его лица. Во время допроса той девушки-андроида. Чем вызвана такая реакция? — Вы ведь умеете думать, — исключительно из интереса Хэнк не оставляет данную тему. — Вы умеете воспринимать мир. Вы видите всё по-своему, верно? И наверняка вы во многом самостоятельны… — Мистер Андерсон, — Коннор перебивает рассуждение мужчины, повторив с большим давлением в голосе. — Я — машина, — продолжает пристально смотреть на Хэнка, который вполне спокойно кивает головой, продолжая кушать. — Ваши суждения нелепы. — Ага-ага, — Андерсон даже зевает, махнув ладонью на андроида, который резко переводит взгляд за его спину, наклонив голову к плечу, чтобы расширить свое поле зрения. Лейтенант украдкой поглядывает на него, но не оборачивается, дабы обнаружить объект, который вызывает хмурость на лице RK800. Тот выпрямляется, руками опираясь на край столика: — Опять она здесь. Черт, Хэнк сдается, оглянувшись, и ему не требуется усилия, чтобы понять, о ком говорит андроид. Его внимание натыкается на девушку, стоящую к ним спиной у витрины торгового центра, за которой находится магазин техники. По телевизору вещают новости, и девушка явно заинтересованно следит за происходящим на экране. Мужчина вздыхает, отвернув голову, и спокойно продолжает кушать, пока Коннор вытягивает шею, без доверия щуря веки: — Она слишком часто бродит по городу без цели. — Почему без цели? — Хэнк невольно задается вопросом о том, насколько часто RK800 встречает здесь девчонку? И контактируют ли они? — Вряд ли она приехала сюда, чтобы посмотреть новости, — Коннор вновь опирается на столик локтями, но двигается ближе к мужчине, чтобы иметь возможность краем глаз следить за девушкой. — Ты не устаешь от подозрений? — Андерсон отпивает колу. — Андроиды не чувствуют усталости, — RK800 грубо отвечает, и теперь у Хэнка не остается сомнений — Коннор испытывает раздражение, когда его очеловечивают. Может быть, это объясняется девиацией, для борьбы с которой его разработали. Андроид агрессивен к проявлению того, что присуще людям, потому что это будет признаком сбоя в его программе. Это верно и логично, но… Разве то, какой негатив он ощущает, не является проявлением человеческих ощущений? Хэнк ничего не скажет, но в дальнейшем продолжит свое наблюдение за роботом. — Ну что я могу тебе ответить? — он проявляет наигранное равнодушие, пожав плечами. — Иди, поболтай с ней, если не можешь оставить её в покое. — Она вызывает подозрение, — Коннор переводит неприятно колкий взгляд на Хэнка, вновь проявив раздражение. — Ясно, — а тот, в свою очередь, непринужденно кивает с набитым ртом. — Её личность не установлена, — продолжает объясняться андроид. — Ага. — Поэтому мое внимание к ней нормально. — Я понял, Коннор, — мужчина поднимает ладонь, жестом призвав андроида замолчать. — Не оправдывайся, — усмехается, остановив у своего рта стакан с колой, ведь чувствует, как зрительно Коннор режет его висок, заставив обратить на него взгляд, как Хэнк и поступает, повернув голову. — Порой вы ведете себя странно, мистер Андерсон, — андроид спокойным тоном оповещает, а лейтенант подается вперед к нему, прохрипев: — Ты провел ночь в моем доме с моим псом, — возвращается в нормальное положение. — Кто из нас ещё странный тип? RK800 поднимает брови, активно заморгав: — Юмор, сэр? — Именно, — он одобрительно кивает головой, в ответ на что Коннор с довольством замечает: — Я понял. Хэнк пожимает плечами, с простотой бросив: — Умница. — Спасибо, лейтенант, — андроид кивает. Его лицо вновь приобретает эмоциональную ровность. Он поворачивает голову, устремив взгляд в спину девушки, которая продолжает смотреть новости. А Андерсон наблюдает за ним, сощурившись. Пьет колу через трубочку, разглядывая признаки задумчивости на лице андроида, и вздыхает, выдав факт с вопросительной интонацией: — Ты же у нас переговорщик? Коннор переводит на него взгляд, но положение головы не меняет: — Да, сэр, — и вновь его внимание обращено на девушку. — Почему бы тебе не воспользоваться своими навыками, чтобы узнать о ней больше? — Хэнк подкидывает идею. — Если нет причин провести допрос, то попробуй добиться доверия и, я не знаю, выясни что-нибудь. Если возникнет повод, то доставим её в участок, — указывает ладонью за свою спину. — Вперед, у тебя есть десять минут, пока я обедаю. Коннор отводит взгляд, недолго находясь без движения. Выпрямляется, повернувшись всем телом к улице. Хэнк искоса посматривает на него, закатив глаза — андроид сует ладонь в карман джинсов, вынув серебряную монету. Смотрит перед собой, в затылок девушки, начав издеваться над больной головой мужчины. Монета звенит, пока RK800 играется с ней, подкидывая пальцами одной руки, после начав перебрасывать из одной ладони в другую. Андерсон не встревает, терпит. Коннор, наконец, ловит монету, зажав её между указательным и средним пальцами, и сует обратно в карман, после чего затягивает галстук на шее, всё-таки двинувшись с места. Лейтенант поворачивает голову, хмурым взглядом провожая андроида через дорогу, и хмыкает, кажется, догадываясь. Этот чертов «ритуал». Он, таким образом, настраивает себя? Модель RK800 переходит проезжую часть — узкая дорога, по которой проносятся несколько автомобилей, которые андроид пропускает, после продолжив идти к тротуару, на котором к нему спиной стоит Миа, внимательно слушающая ведущую новостей. Приятная на вид женщина сообщает о планах CyberLife на дальнейшее будущее. Речь идет об их новых разработках, которые должны упростить жизнь людей. Куда уж проще? Вот, о чем думает девушка. Любое научное открытие совершается для улучшения жизни, но что люди имеют в итоге? — Добрый день, — Коннор встает сбоку от девушки, которая не ожидает внезапного появления рядом с собой андроида, поэтому вздрагивает, в первый момент растерявшись при виде RK800: — Добрый, — кивает ему головой, вновь устремив взгляд на экран одного из плоских телевизоров за витриной. Коннор сцепляет руки за спиной, оставив голову повернутой, чтобы видеть девушку, к которой не может относиться без подозрения: — У вас выходной? — интересуется, а Миа отвечает вопросом: — А вы опять патрулируете в одиночку? — смотрит репортаж о новых разработках. — Нет, — Коннор оглядывается на забегаловку — Хэнк тут же отворачивает голову, откашлявшись, давится едой. Девушка прослеживает за вниманием мужчины, подметив: — Смотрю, вы поладили, — смотрит на андроида, который так же переводит взгляд на неё: — Относительно. Мне еще предстоит научиться воспринимать юмор лейтенанта. Миа открыто улыбается, не отворачивая головы: — У вас язык подвешен. Думаю, вы справитесь, — её взгляд вновь направлен на экран телевизора. Коннор подозревает, что девушка испытывает неловкость, поэтому сам смотрит в сторону витрины, пытаясь понять, за что ему уцепиться. Требуется причина для допроса. Возможно, Хэнк прав, и андроид зря подозревает, но факт остается фактом. Данные о Мии отсутствуют. Её в буквальном смысле не существует. — Почему вы здесь? — RK800 продолжает задавать вопросы, стремясь ухватиться за что-нибудь. — В баре есть телевизор, — но девушка лишь пожимает плечами, оставаясь молчаливой, поэтому Коннор переходит к дальнейшему: — Логган сказал, что вы приехали искать родственника, — не станет больше ходить вокруг да около. — Вы, таким образом, его ищите? — хмурится, намереваясь оказать давление на человека, и встретить в ответ долю скованности, но Миа вдруг шире улыбается, обратив на него взгляд: — А вы спрашивали обо мне? — наклоняет голову, отчего хвостик её волос забавно дергается, а в глазах проявляется искорка задора. — Интересуетесь? — шутит, но андроид остается крайне серьезным внешне: — Исключительно по причине отсутствия у вас документов, — уголки губ Мии опускаются, но не полностью, на лице продолжает играть улыбка, но уже менее радостная, немного опечаленная. — Время сейчас неспокойное, — Коннор заканчивает свою мысль, а девушка опускает глаза, отвернув голову, но уже без интереса смотрит на экран телевизора. Молчание тянется больше минуты. Миа остается с печальной улыбкой, когда со вздохом признается в наличии логики в отношении андроида: — Это верно, — повторно вздыхает. — Ваши подозрения имеют основания, — в отражении витрины замечает, как в их сторону начинает двигаться лейтенант, поэтому нервно сглатывает, еле сохранив губы растянутыми. Поворачивается всем телом к Коннору, который продолжает хмуро смотреть на неё, не скрывая своего отношения. Девушка обеспокоенно моргает, решив не изменять своему положительному настрою: — Хорошего вам дня, — оглядывается на Хэнка, кивнув головой в качестве приветствия, и тот отвечает таким же образом, подходя к андроиду, который сдержанно отвечает: — Вам тоже. Миа отступает назад, сунув влажные ладони в карманы куртки, и отворачивается, не позволяя себе ускориться. Конечно, её тревожат подозрения, но она не дает себе проявить панику. Андерсон складывает руки на груди, сердито всматриваясь в затылок отдаляющейся девушки: — И? — оценивает молчание Коннора, поэтому переводит на него взгляд. Андроид продолжает зрительно сверлить спину Мии. До тех пор, пока она не сворачивает с улицы, ускользнув в переулок. RK800 сжимает галстук, подтянув его к шее, и сцепляет руки за спиной, вынося вердикт жестким тоном: — За ней стоит следить. Хэнк прислушивается к словам андроида, что уже странно, и вынимает телефон из кармана: — Я поручу Логгану.

***

Окраины «нового» Детройта стараются не застраивать, оставляя место для растительности, которая чертит отчетливую границу между двумя частями города. Обычно подобные места бросают. Здесь нет ни жилых домов, ни функционирующих магазинов, а крепкие пятиэтажные здания используют под склады разные кампании. Это вполне удобно и не затратно. Местные любители прогулок по лесу сообщили в полицию о группе людей, которые ошиваются в одном из таких строений, отданных под всякого рода хлам. — Бродяги, — Хэнк убежденно заявляет, сидя со сложенными руками, пока за рулем его автомобиля андроид. Коннор с равнодушием смотрит на дорогу, замечая, что людей вокруг всё меньше, несмотря на то, что жилые районы буквально через улицу. Они приближаются к окраине, сбоку тянется берег широкой реки. Диод RK800 загорается желтым, и мужчина хмурится, надавив на педаль газа: — Поступило сообщение от патрульных, вышедших на проверку. Они открыли огонь. Андерсон резко подается вперед, сердито уставившись на профиль Коннора: — Кто? — Девианты. Их двое, — андроид выворачивает руль, заставив автомобиль резко свернуть с улицы, и давит на тормоз, вынудив Хэнка схватиться за ручку над головой, чтобы удержаться на месте. Слышны звуки выстрелов. Мирные жители, прогуливающиеся по тихому району, ускоряют свой шаг, быстрее покидая переулок, со стороны которого разносятся мужские голоса. Коннор выскакивает из салона, проверив наличие патронов в оружии, которое прячет, подбегая к краю стены кирпичного здания. Касается ее ладонью, выглядывая, и быстрым взглядом сканирует территорию пятиэтажного склада, рядом с воротами которого припарковано три полицейских автомобиля. Хэнк выбирается из салона, рванув ближе к андроиду, который, просканировав пространство, бегом перемещается к одному из патрульных автомобилей, заставив Андерсона рвануть за ним вслед. Полицейские в форме сидят за машинами, держа оружия в руках. Один из них говорит по рации, вызывая подкрепление, другие постоянно выглядывают, прицеливаясь, чтобы выстрелить в девианта, сидящего под подоконником первого этажа. Лейтенант присаживается рядом с патрульным, строгим тоном приказывая: — Докладывай. Хилый на вид мужчина в форме, выглядывает через окна своей машины, изучая выбитые стекла на первом этаже здания: — Один убит, ещё один точно внутри, — с придыханием смотрит на лейтенанта. — Нам удалось подстрелить его. Нам не составит труда убить… — Он нужен живым, — Коннор перебивает человека, привстав с асфальта дороги. Мужчина в форме пускает неприятный смешок, исподлобья смотря на андроида, который делает уверенный шаг за капот автомобиля: — Ну да… — Ты слышал, что он сказал? — Хэнк рявкает, хриплым голосом подавляя попытку молодого сотрудника поиздеваться над андроидом. — Извините, — только и молвит, слегка обреченно, после чего подносит рацию к губам, оповещая о запрете убивать девианта. Андерсон оценивает спокойствие Коннора, так что поднимается с колена, выходя из-за машины. RK800 сощурено и хмуро исследует взглядом окна первого этажа, ищет нарушителя, предполагая, что у того кончаются патроны, оттого стрельба прекращается. — Что будем делать? — лейтенант сам старается зрительно обнаружить девианта. — Он ранен, — Коннор наклоняет голову, делая шаг в сторону, и вовсе выходит из-за машины. — Куда попали? — обращается к молодому сотруднику, который сквозь зубы послушно отвечает на вопрос андроида: — В плечо. — Поймать его не составит труда, — RK800 заводит руку за спину, касаясь рукоятки пистолета. — Но он вооружен, — Хэнк напоминает, получая в ответ равнодушное: — Не проблема, — Коннор резко впивается взглядом в силуэт, буквально вырвавшейся из темноты одного из помещений здания. Раненый девиант вытягивает руки, сжимая оружие, и прицеливается, намереваясь нажать на курок. RK800 без лишних эмоций поворачивает голову, крепкой хваткой сжав рукав лейтенанта, который успевает произнести грубое: — Какого… — но его фраза обрывается. Коннор пихает мужчину назад за автомобиль, но сам не успевает полностью скрыться, поэтому пуля с визгом пробивает плечо андроида, разрывая поверхность кожи, из-за чего выступает синяя жидкость тириума. Хэнк приседает на одно колено, выхватив у молодого полицейского оружие, и приказывает RK800: — Садись! — сам выглядывает из-за капота, открыв стрельбу, таким же образом поступают остальные патрульные. Коннор медленно переводит взгляд на свое плечо, просканировав повреждения. Его диод переливается то красным, то желтым свечением, а попытки лейтенанта заставить андроида присесть полностью игнорируются. Коннор поворачивает голову, без эмоций смотрит в сторону окна, улавливая движение. Сбегает. RK800 внезапно для Андерсона срывается с места, заставив того подскочить: — Что за… Эй! — андроид подбегает к деревянной двери, ногой выбивая её. — Коннор! — мужчина выходит из-за машины, вытягивая оружие, и оглядывается на юнцов. — Какого черта встали?! Вперед! Андроид берет в руки пистолет, держит его перед собой, сканируя пространство, и замечает на стене отпечатки тириума, капли которого так же остаются на ступеньках железной лестницы, ведущей наверх. Громкие шаги. Девиант поднимается на верхние этажи. Коннор не оглядывается на Хэнка, который спешно приближается к зданию. Андроид мчится к лестнице, начав подниматься по ступенькам, что от старости скрипят под давлением ног. RK800 хватается за перила, помогая себе ускориться, чтобы миновать сразу по две ступеньки. Девиант бросает спешные взгляды назад, успевая завести больную руку за спину, производя несколько выстрелов, но все мимо, поскольку он даже не прицеливается, пуская пули вниз. Коннор не тратит патроны. Слышит шум за спиной, но не оглядывается, не сводя внимания с преследуемого. Девиант выскакивает с лестничной площадки, подпрыгивая, дабы ухватиться за лестницу, свисающую с потолка. Забирается наверх, отпихнув от себя железную дверь, за которой открывается побледневшее небо. Раненый мужчина выскакивает на ровную поверхность крыши, рванув к её краю. Коннор выбирается вслед за ним, вскочив на ноги, и щурится, спасая глаза от воздействия дневного света: — Стой на месте! — направляет оружие на девианта, который ногами врастает в поверхность крыши, замерев на месте. Лицо RK800 выражает суровость, а голос звучит грубо и жестко: — Опусти пистолет! — приказывает, сделав осторожный шаг в сторону девианта, который поднимает ладони, продолжая сжимать оружие. — Положи оружие! — не убавляет давления в голосе, выдавая таким тоном приказы. Девиант тяжело дышит, медленно разжимая пальцы одной ладони — пистолет падает к его ноге. — Отпихни его! — Коннор совершает ещё шаг к мужчине, который толкает ногой оружие, после чего RK800 приказывает. — Повернись, — уже не так громко, но по-прежнему грубо. Девиант, голова которого скрыта под капюшоном куртки, медленно разворачивается, скрипя зубами: — Нас больше, — качает головой, усмехнувшись, словно его забавляет ситуация. — Мы заставим вас… — замолкает, внешне лишив себя улыбки, когда изучает Коннора, осознав. — Ты один из нас, — опускает руки, с недоумением попятившись назад к краю. — Почему ты… — Коннор? — внизу слышен голос Андерсона, но RK800 не сводит своего внимания с девианта: — Стой на месте! Не двигайся! Руки! — ряд приказаний. Мужчина продолжает смотреть на него растерянно: — Ты ведь… — на крышу поднимается лейтенант, а за ним следуют молодые сотрудники, и девиант мельком поглядывает на них, больше своего внимания уделяя Коннору, так как не может понять, почему андроид направляет на него оружие. Свой на своего. — Руки! — Коннор не меняется в лице. Хмурым взглядом режет лицо девианта, который более не теряется. Он выражает ответную злость, резко подняв ладони: — Нас больше, — жестко повторяет. Хэнк раздраженно выхватывает у одного из юнцов наручники. От этих «зеленых» совсем ничего не дождешься. Стоят, как вкопанные, будто напуганные. Конечно. До этого они просто следили за порядком на улицах, а теперь впервые столкнулись с агрессивным андроидом. Кто таких вообще на дело выдвигает? Коннор краем глаз следит за передвижением Андерсона и шагает вперед него, не опуская оружия. Его напряженный зрительный контакт с девиантом продолжается. RK800 встает в шаге, прижав дуло пистолета ко лбу мужчины, за спину которого заходит лейтенант, грубо заводя руки преследуемого за спину, и начинает сцеплять запястья наручниками: — Сразу в отдел его, — приказывает остальным. Полицейские, наконец, отмирают, ощутив себя в безопасности. Чертовы мамкины сыночки. Хэнку становится плохо от мысли, что подобных выставляют на защиту города. Двое сотрудников берут девианта под руки, дернув с места, а он продолжает съедать взглядом лицо Коннора: — Нас больше… — один из полицейских со всей силы давит ладонью на затылок нарушителя, заставив того опустить голову. Коннор опускает оружие, оборачиваясь, чтобы иметь возможность смотреть в спину девианта, которого ведут к лестнице. Внизу ожидают остальные патрульные. Хэнк подходит к андроиду, который не выпускает оружие из рук, с сердитым выражением отводя взгляд в сторону. — Банда? — Андерсон задает вопрос, следя за тем, как девианта спускают вниз. Лейтенант переводит взгляд на Коннора, вновь отмечая на его лице проявление негативных эмоций. Он зол? — Где все остальные? — наблюдает за тем, как андроид заводит оружие за спину, убирая. — Он был здесь с напарником, — Коннор задумчиво рассуждает. — Сообщалось о целой группе. — Значит, остальные сбежали? — логичное предположение, которое вызывает у Хэнка смешок. — Андроиды не далеко ушли от людей. Бросают своих. — Или один прикрывает остальных, — Коннор переводит взгляд на мужчину, заставив того напрячься. — Они где-то рядом.

***

Меня не удивляет, что «новый» Детройт снабжен большим количеством магазинов. В данный момент меня интересует аптека. Поэтому я и приехала сюда, в попытке найти лекарство, название которого было прописано на плотном конверте в комнате Мэгган. Логган говорил, что она больна. Быть может, её болезнь откроет мне хотя бы какую-то правду. Всё, о чем я могу думать, это те диоды в ящике её стола. Но нельзя без доказательств в чем-то подозревать женщину. Я ничего о ней не знаю. На данный момент моя задача — не вызывать подозрений. Если же пойму, что дело совсем дрянь, и в подвале Мэгган происходит что-то из ряда вон выходящее, то сообщу в полицию. Аптека расположена на берегу, в одном из спальных районов. Мною она была подмечена ещё тем вечером во время прогулки. Достаточно большое двухэтажное здание, боюсь, найти лекарство самостоятельно будет тяжело, придется обратиться к консультанту. Прохожу в достаточно большой зал с высоким потолком. От яркого освещения приходится сощуриться. Впереди меня, за кассами, расположены стеллажи с товаром. Весь интерьер выполнен в оттенках белого. Играет приятная расслабляющая музыка. Довольно тихо. Людей встречаю за каждым поворотом, в каждом небольшом отделе, но все они не создают шум. Брожу между стеллажами, сильнее убеждаясь, что самостоятельные поиски ни к чему не приведут, поэтому выхожу на открытую площадку рядом с кассами, начав крутиться на месте, пока взгляд не цепляется за женщину в белой футболке и брюках. На её плече широкая линия, горящая голубым светом, на груди серийный номер, на виске светодиод. Андроид? Оглядываюсь на кассиров — за аппаратами сидят девушки-андроиды. Ладно, иного выбора у меня нет. Подхожу к консультанту, стоящему у одного из стеллажей, и слабо улыбаюсь: — Извините, вы не могли бы мне помочь? Приятная на вид девушка растягивает губы в ответ, опуская ранее сцепленные руки за спиной: — Да, конечно. Что вас интересует? — её русые волосы убраны в пучок, прическа выглядит идеальной, как и ровная ткань одежды. Я не тяну, сразу же называя препарат: — Обиониум. И в ту же секунду светодиод девушки начинает гореть желтым: — Подождите, — она, по всей видимости, сканирует данные, начав активно моргать, затем, по завершению, вновь обращается ко мне тем же мягким голосом. — На нашем складе отсутствует данный препарат. — Для чего это лекарство? — мне не столь важно купить его. В приоритете — узнать, что оно из себя представляет. Андроид с прежней улыбкой просит: — Подождите пожалуйста, произвожу поиск информации, — и вновь её взгляд становится стеклянным, пока происходит сканирование данных: — Мисс, данный препарат выдается по рецепту, — вдруг выдает в процессе сканирования. — Вы можете заказать его на нашем сайте. — Хорошо, — держусь уверенно. Девушка прекращает моргать, а её диод вновь загорается голубым свечением: — Обезболивающее, мисс. — Сильное? — уточняю, сложив руки на груди. — Верно, — не опровергает, но большей информации, кажется, она не выдаст. Возможно, та отсутствует. Это простое серьезное обезболивающее? — Ясно, — опускаю руки, нервно затоптавшись и начав отходить назад. — Извините. Андроид улыбается мне, вновь сцепив руки за спиной: — Рада была помочь. Выхожу из теплого помещения магазина. Пар изо рта пускаю на согретые ладони, сквозь пальцы изучая людную улицу. Красивые здания, быстрые автомобили, опрятно одетые жители, птицы, взмывающие в голубое небо, обильная растительность в виде посаженных деревьев, на ветках которых до сих пор сохраняются листья, окрашенные в цвета осени. Опускаю руки, медленным шагом двинувшись в сторону небольшой аллеи, которая выведет меня к автобусной остановке. Денег у меня не хватит на проездной, так что прокачусь без оплаты. Прячу ладони в карманы куртки, одной из них начав сжимать небольшую фигурку. Задумчиво смотрю под ноги, пытаясь улавливать передвижение людей вокруг, чтобы не сталкиваться с ними. Шумно. Вокруг гудят автомобили. Где-то воет сирена патрульных. Эта часть города никогда не погружается в тишину, даже в ночное время. Подхожу к переходу. Красный свет останавливает. Оглядываюсь на бастующую группу людей в испачканной одежде. Среди них и молодые, и старики, и совсем уж дети. Все они держат в руках плакаты с перечеркнутыми изображениями андроидов и кричат лозунги, выступая против кампании CyberLife и запуска её новой линии моделей. По-прежнему не понимаю агрессии к самим разработкам кампании. Будто бы андроиды сами себя создают… Мысли умолкают, когда один из хорошо сложенных мужчин пихает мимо проходящего андроида, который роняет из рук небольшую коробку, но сам не падает, что вызывает больше злости у бунтующих людей. Они окружают его, подобно хищникам, не прекращают плеваться грозными обвинениями, и каждый считает своим долгом каким-либо образом физически воздействовать на робота, которого я, кажется, уже где-то видела. Вынимаю руки из карманов, повернувшись всем телом к группе недовольных людей, которые добиваются того, чтобы андроид оказался на земле. И это разжигает пыл бастующих. Они продолжают кружить вокруг него, пихая ногами, и я жду, что робот вот-вот поднимется и даст отпор, но он лишь сжимает кулаки, взглядом врезавшись в асфальтированную поверхность. Не предпринимает попыток подняться — верно, его ведь опять прижмут к земле. В таком случае, остается терпеть? Замечаю, как из открывшейся коробки начинают выкатываться баночки с краской, поэтому на автомате подхожу ближе, опускаясь на корточки, чтобы собрать их. Кажется, митингующие не оставят в покое андроида. Если бы не мужчина в полицейской форме, который решается лениво отреагировать на происходящее. Не вслушиваюсь в то, о чем он предупреждает разъяренных людей. Говорит о том, что им придется выплатить штраф, если андроид будет поврежден, о том, что его хозяин может подать в суд. Ни слова о личном восприятии самого андроида данной ситуации. Бастующие рявкают что-то неразборчиво в ответ на слова полицейского, но начинают расходиться, в последний раз обращаясь к машине, объявляя о своем отношении к «гребаному прогрессу». Я собираю все краски, подняв голову на уходящего полицейского, после смотрю на андроида со смуглой кожей, будто загорелой. Он не проявляет ничего на своем лице, никакого дискомфорта от произошедшего, будто не впервые сталкивается с этим. Даже его диод не меняет цвет. Совершенно стабилен. Встаю. Мужчина начинает оглядывать пространство вокруг себя в поиске коробки, которую держу в руках, с легкой неуверенностью решая подойти ближе. Андроид обращает на меня свой вполне спокойный взгляд. Но голос, удивительно, твердый. Нет, не грубый, просто… Чувствуется наличие необъяснимой силы в тоне. — Спасибо, — он протягивает руку, чтобы забрать у меня коробку, но я не отдаю, утопая в своем интересе: — Как ваше имя? Мужчина избегает зрительного контакта с людьми. Он старается не задерживать на моем лице внимание, но ему приходится: — Маркус, мисс, — представляется. По какой-то причине я улыбаюсь, всё же протянув ему краски: — Маркус? Необычное имя, — он молчаливо кивает, и я не могу не подметить. — А вы очень сдержаны. — Благодарю, — мужчина касается ладонями коробки, случайно дотронувшись пальцами до моего запястья. Я с любопытством наблюдаю за тем, как он коротким и хмурым взглядом стреляет на мое лицо, а его диод всего мгновение горит желтым. Вспомнила. В салоне автобуса. Я видела его. — Хорошего дня, мисс, — он прощается, начав отступать назад. — И вам, Маркус, — складываю руки на груди, не сводя внимания с андроида, который разворачивается ко мне спиной, спокойным шагом направившись вперед по аллее. Продолжаю изучать его, не совсем понимая, что именно вызывает во мне интерес, но тот определенно присутствует. Причем взаимный. Перед тем, как свернуть с тропинки аллеи, по которой несутся звонко смеющиеся дети, андроид оглядывается, хмурым взглядом врезавшись в мое лицо. *** Аромат цветов. Мэгган глотает его, получая необычайное и необходимое душевное успокоение после долгого нахождения в подвале. Её вовсе не изматывает данное дело, но своего рода напряжение она получает от долгой концентрации. Работа тонкая, требует крепкого внимания и усидчивости. Сейчас выдается момент отдохнуть и расслабиться. Женщина прикрывает глаза, сидя за столом перед сложенными конвертами и документами, пальцами осторожно надавливает на веки, совершая массирующие движения. Ей нужна тишина. Аппаратура в подвале громко гудит, и от продолжительного шума возникает головная боль, с которой Мэгган промучится до самого вечера. Стук в дверь. Женщина раздраженно вздыхает, когда та со скрипом открывается, а тяжелый голос Логгана произносит: — Могу войти? Мэгган не скрывает отсутствия желания видеть кого-либо сейчас, но кивает головой: — Что у тебя? — она просила просто так не тревожить её после работы, значит, мужчине есть, что сообщить. Логган не проходит в комнату, оставаясь на пороге, руки складывает на груди, докладывая: — Мне звонил мистер Андерсон. — И? — женщина начинает перебирать конверты, находя интересующее её письмо от Камски. — Просил понаблюдать за Мией. Мэгган задерживает письмо перед лицом, не открывая его, и не полностью поворачивает голову, взгляд опустив в пол: — Причина? — строгим тоном уточняет, но Логгану нечего дать в ответ: — Он не был многословен. Женщина задумчиво начинает раскрывать конверт с письмом, пока мужчина покорно ожидает её в дверях. — Выходит, у него есть повод не доверять этой девчонке, — она вдруг осознает, в каком выигрышном положении оказывается. — Следовательно, у нас есть возможность. — Что? — Логган проявляет заинтересованность, ведь Мэгган выглядит странно довольной. Женщина повторно расслабленно поворачивает голову, но, как и прежде, не смотрит в глаза мужчины. Она не думает, что зрительный контакт с ним играет роль. — Если ситуация того потребует, — Мэгган бесчувственно заявляет. — Мы подставим её, а сами выйдем сухими из воды. Логган отводит взгляд, храня недолгое молчание, и не находит, что сказать. Кроме: — Хорошая идея, мэм.