Изумрудное сердце

Солнце неумолимо тянулось к земле. Уставшее за день светило словно старалось поскорей спрятаться за горизонт, оставив землю и ее обитателей на расправу сумрака, медленно выбирающегося, как осторожный зверь, из темного угла. Яркие, почти рыжие лучи заканчивали свои игры в пушистой листве деревьев, создавая причудливые тени на каменных стенах старого замка, упрятанного далеко от основных торговых путей и дорог, почти безупречно скрытого за огромными, многовековыми дубами старинного и все еще живого леса. Для случайного путника, который лишь чудом мог набрести на это место, замок показался бы заброшенным. Полуразвалившиеся пристройки, накренившиеся башни и побитые временем зубчатые стены составляли довольно печальную картину, с легким, почти стершимся отголоском былого величия. Обычный человек, из тех, что никогда не рискнет своей жизнью потревожить старинные катакомбы ради корысти и наживы, прошел бы стороной, лишь вздохнув с сожалением и, может, задумавшись о судьбе этого места. Однако существа, жившие в лесу бок о бок с каменным строением, обходили его стороной, чувствуя, насколько земля вокруг напитана магией отнюдь не мирного порядка. Лошадь недовольно мотнула головой и остановилась. Глухим частым фырканьем она пыталась дать своей наезднице понять, что совершенно не разделяет ее желания двигаться дальше, пересекая черту леса. Хозяйка небольшой пепельной кобылы сжала поводья до скрипа. Казалось, она не обращает внимания на волнения животного, полностью поглощенная созерцанием замка. Чуть прищуренные, изумрудно-зеленые глаза с какой-то ледяной расчетливостью скользили по стенам и уступам, словно примериваясь к чему-то. - Это здесь, - перекинув ногу, темная эльфийка спрыгнула с лошади и быстро стянула плащ, наскоро запихивая в седельную сумку, почти пустую – без воды или припасов. Путешествие не предусматривало обратной дороги. Да и скрывать свою внешность уже не было смысла. Ветер, чуть прохладный, приятно ласкал пепельно-серую кожу, играя в волосах цвета полночного неба, в которых, как скользящие по небосводу звезды, сверкали серебристые пряди. Сейчас, чувствуя притягательное единение с сумерками, она должна была бы улыбнуться, как делала всегда, но вместо этого лишь мотнула головой, прогоняя наваждение. Сейчас Сильфисс Д'эрет была неспособна принять окружавшую ее мирную красоту. Внутри ее пожирала ненависть, пламя которой иногда отражалось в глазах, поднимало волоски на коже и заставляло сердце учащенно биться. - Мне пора, Иру. Отсюда у нас с тобой разные пути, - эльфийка обняла кобылу за шею, зарываясь лицом в густую гриву. Она решила, что позволит себе всего одно крохотное мгновение прощания с последним дорогим ей существом. Это будет последний миг, когда могут возникнуть сомнения или сожаления, а дальше – только ее черная, легкая как пепел, месть. И долгожданный покой в объятьях смерти, когда она, наконец, снова увидит братьев… Словно почувствовав настроение хозяйки, лошадь занервничала и начала бить копытом, взрывая землю. - Найди того, кто будет тебя достоин, и стань ему верным другом. Как была мне все эти годы, - Сильфисс потянулась, чтобы расседлать кобылу, но та извернулась и ловко прикусила хозяйку за плечо, тихо заржав. - Ну, как знаешь. Эльфийка отступила в сторону и снова повернулась к замку, заканчивая с прощаниями. Чуть искривленные, на манер сабли, парные клинки сверкнули, как только Сильфисс сняла их с пояса. Жесткие кожаные рукояти удобно легли в ладони. Сердце отсчитало пару-тройку ударов, и ноги сами понесли вперед. Мягкие сапоги бесшумно ступали по траве. Иногда молодая дроу останавливалась, приседая в тени, но, не заметив ничего подозрительного, снова двигалась к замку. Полное отсутствие охраны или хотя бы ловушек очень беспокоило ее, заставляя задуматься. Но тут же всепоглощающее чувство возвращало контроль над телом, напоминая, что сильнее осторожности. Достигнув замшелой внешней стены, Сильфисс подняла голову, размяла плечи и кисти рук, а затем, не задумываясь, принялась карабкаться по каменной кладке, помогая себе клинками, со звоном входившими в щели и царапавшими уже начавший крошиться камень. На стене, насколько хватало обзора, также было безлюдно. Внутренний двор, оказавшийся в полнейшем запустении, не выделялся ничем примечательным. И если бы не свежее, сваленное в ровные кучки, сено возле покривившихся от старости конюшен, Сильфисс и правда подумала бы, что замок заброшен. Перемахнув через стену, она мягко опустилась на грязную землю, припав к ней коленом. И тут же встрепенулась, уловив изящным остроконечным ухом посторонний звук, никак не вписывавшийся в окружающую пустоту. Трухлявая деревянная дверь конюшни скрипнула, пропуская нечто, неимоверно медленно и грузно передвигающееся. Эльфийке пришлось изрядно напрячь зрение, чтобы разглядеть в непонятной фигуре сгорбленного орка. По окружавшему его смраду стало сразу понятно, что существо мертво и явно магическим путем было возвращено к жизни. Сильфисс поморщилась, наблюдая, как разлагающийся прямо на глазах гуль вооружился вилами и принялся ковыряться в сене. Он не издал ни звука, когда лезвие клинка отсекло лысую уродливую голову, лишь пару раз царапнул вилами по земле, да свалился в сено бесформенной грудой. Единственная дверь, которая вела в замок, была не заперта, и к радости дроу даже не скрипнула, когда та проскользнула внутрь. Раздражение медленно росло, от чего Сильфисс сжимала клинки с удвоенной силой, чувствуя, как они начинают натирать ладони как никогда раньше. Вокруг было так же пустынно - ни единой преграды, ни одного следа живого присутствия, никакой охраны. Словно владелец замка знал, что никто не посмеет нарушить его уединение, или совершенно ничего не боялся, считая себя всемогущим. Вот только эльфийка была полна уверенности в обратном. Как бы он не был силен и сведущ в магии, в его венах текла самая простая и абсолютно смертная кровь. Такая же, как текла в венах ее братьев, друзей. Всех тех, кого он бессмысленно и хладнокровно лишил жизни, не став размениваться на жалость к старейшим и детям. Он вырезал их всех до единого, как вырезают скот в голодную зиму. Пронесся диким ураганом и стер весь клан с лица земли за одну короткую ночь. Тонкая, но достаточно ощутимая нить чужеродной магии заставила замереть, откинув все лишнее, даже мысли, в сторону. Сильфисс уверенно двинулась по коридору, уже даже не растрачивая внимание на то, чтобы осматриваться по сторонам. Она почувствовала цель, и когда впереди замаячило долгожданное отмщение, все остальное просто перестало существовать. Глаза сверкали изумрудной сталью, которая также не познает пощады. Сердце забилось чаще, а затем и вовсе остановилось на какой-то миг. Мир замер вместе с ним. Один медленный, словно последний, вдох, после которого последняя из рода Д'эрет с силой толкнула тяжелую резную дверь с кованым орнаментом и переступила порог мрачного тронного зала.