Дитя пылающего времени

С 1976 года и до конца жизни

      Озвелл Спенсер сидел в одиночестве и прижимал ладони к лицу. Громко дышал. Вены на его висках и руках набухли и пульсировали. Всегда было слышно, как часы тикают в столовой его особняка. Всегда, даже когда он был далеко от них. И всегда это было связано с Ребеккой. Несносная! Неблагодарная! Наивная! Что же в ней от меня, кроме вируса? Тик-так. Тик-Так. Бе-Ка. Бе-Ка. Миражное тиканье вызывало мигрень. Звук тем временем становился все громче. Спенсер поднялся и пошел. Потом побежал. БЕ-КА. БЕ-КА. БЕ… Озвелл очнулся. В правой руке у него был маятник. Наступила долгожданная тишина. Свободной рукой мужчина достал письмо и прочитал вслух: «Николай!

Получил твое последнее письмо. Ты меня очень сильно разочаровал. Неужели так сложно было совладать с какой-то там девчонкой???! То, что она приемная дочь ОС тебя не оправдывает. Это провал. Не знаю, как скоро я смогу вновь доверить тебе важную миссию…и смогу ли. Возвращайся на свою Родину и хорошенько подумай над своим провалом.

А.Э.»

      Озвелл отпустил маятник и сел за стол. Приближающаяся старость давала о себе знать. И, чёрт возьми, как это бесило! Какой-то мелкий выродок решил играть с ним!? Александр наверняка тоже экспериментировал со своими детьми. - Не все так просто с этими Эшфордами. Хотя, я был бы рад иметь такого отпрыска. Расчетливый, целеустремленный, мальчик. Сплошные достоинства, - открыл другое письмо. Хотя письмом это было сложно назвать. Скорее записка, которую тайком подсовывают под дверь.

«Mission complete» Ответ исчерпывающий, конечно, но так по варварски.

20 сентября 1987 год 6:45 a.m. Арклейские лаборатории Лаборатория 103

      За полтора года ничего не изменилось. Это по-прежнему была самая пустая лаборатория из всех. Тихо. Темно. Прохладно. Ребекка поняла, что спасаться от жары в холоде ей нравится гораздо сильнее, чем наоборот. Огляделась. Два года назад она оперировала здесь Альберта. Тяжело было. Эмоционально и физически тяжело. Заныла рука. Вместе с воспоминаниями нахлынули и слезы. Девушка сидела, прижавшись лбом к стене, и плакала.

Carry on my wayward son daughter, There'll be peace when you are done. Lay your weary head to rest, Don't you cry no more*

      Она вернулась в родные лаборатории всего неделю назад и все никак не могла свыкнуться с этой мыслью. Ребекка не будет скучать по Антарктике. Сильнее всего она не будет скучать по Николаю и мадам Дюваль. Последней она на прощание показала язык, как маленькая девочка. Как же она была рада в тот миг. А потом она посмотрела на него. Злые серые глаза горели отчаянием. Что на него нашло? Как можно было все так глупо испортить! Смятение. Ребекка все поняла, но не сразу. На самом деле если бы Альберт не сказал, что она бы до конца жизни гадала что и как. Дело в том, что Альберта нельзя недооценивать. Он может сподвигнуть глупый поступок кого угодно всего парой действий или слов. Ужасный человек!       В тот день, когда она в первый раз зашла в свою старую комнату, то ее ожидал неприятный сюрприз. Вообще Юки серьезная и умная девушка. Однако первое впечатление у Ребекки сложилось совершенно иное. Для нее Юки была голой и очень шустро бегающей девочкой. А Альберт времени зря не терял.       Сейчас, сидя на полу в пустынной лаборатории, Ребекка читала то, что Юки впопыхах оставила в ее комнате. Это была манга. Так как девушка не знала японского, то в полной мере понять, о чем в ней шла речь было сложно. Единственное, что Ребекка знала точно – главного героя звали JOJO. Углубившись в изучение жизни этого качка аристократа и некого Dio Brando, девушка не заметила, как в лаборатории появился новый посетитель. - Опять ты за своё, Ребекка, - фигура хромала в сторону девушки, - Что на этот раз? - Манга, отец, - по привычке прижала к себе JoJo. Ей не хотелось отдавать мангу на растерзание. - Не буду я её у тебя отбирать, - выдохнул Спенсер, - Это ведь совершенно бесполезно. Я уже серьезно подумывал над тем, чтобы все-все тебе разрешить, чтобы ты наконец стала делать то, что нужно. - Это не сработает. - Знаю. Пока ты была на базе в Антарктике, я очень много думал о нашем родстве. Не думаю, что ты осознаешь всю серьезность происходящего. Николай был послан к тебе Альфредом Эшфордом. Да, тем самым мальчиком, который в будущем станет там хозяином. Он наивно предположил, что на тебя можно воздействовать с помощью любви, заботы и прочей чепухи, - голос начинал становиться все более стальным, - А ты наивно поддалась. Ребекка, в худшем для меня исходе именно ты займешь моё место. Ты! Может стоит уже начать вести себя подобающе? Ты понимаешь, что если с Маркусом проблем не будет, то Эшфордовский щенок перекусит тебе горло за секунду. Мне нравится этот мальчуган, но я не настроен отдавать ему все то, что у меня есть. Не быть этому. - Что поменялось, отец? Ты болен? – у Ребекка появилось странное желание подойти к старику и обнять его, - Ты никогда так раньше со мной не разговаривал. - Я не умираю и не надейся, - посмеялся, - Просто товарищ Зиновьев показал мне, как лучше на тебя воздействовать. Моя дочь не сможет уничтожить то, за что несет ответственность. Или то, что любит. Я не стану тебе приказывать больше. Нет. Даже больше, в данный момент я выложил все карты на стол. Мои мотивы ясны, как никогда раньше. Амбрелла – моё тебе наследство. И совсем не важно, доживешь ли ты вообще до моей смерти. НЕ ВАЖНО.       Озвелл снял воображаемую корону со своей головы и водрузил ее на голову дочери. Внимательно изучив недовольное лицо своей преемницы, он расхохотался и вышел. Ребекка же застыла. Может Спенсер чокнулся? Не было никаких побоев и унижений. Была ответственность. Девушка наивно попыталась стряхнуть ее с себя. Не вышло. Ребекка встала и выскочила из лаборатории. Она мчалась по коридорам. Быстрее. Быстрее. Быстрее!

7:50 a.m. Арклейские лаборатории Лаборатория Уильяма Биркина

      С тех пор, как Джеймса Маркуса поселили в темнице, Уильям обитал в его лаборатории. Это было своего рода повышение. Не было людей счастливее, чем Уильям и Аннет Биркин. Про Шерил того же сказать было нельзя. Оба ее родителя стали проводить в лабораториях почти все время. И хотя супруги в редкие моменты тоски по дочери успокаивали себя тем, что она слишком маленькая, чтобы замечать их отсутствие, ситуация не изменится. В конечном итоге, когда через 11 лет девочка потеряет своих родителей, она не станет более одинокой, чем обычно. Даже наоборот.       Когда Ребекка заскочила к Уильяму «на огонек», тот не особо был рад ее видеть. Но дело было совсем не в девушке. За последний месяц у него почти совсем не было времени на сон и еду. Биркин похудел, синяки под его глазами стали похожи на пропасти в никуда, лицо было белым-белым. Ученый стал раздражительным и нервным. Поэтому в тот момент, когда на его территорию залетела Бека, то он встретил ее лишь раздражительным безжизненным взглядом. Сначала девушка захотела вылететь обратно. Может она ошиблась дверью? Затем, подумав, она все-таки решила остаться. Посмотрела на тень своего друга. Посмотрела на тень его жены. - Приветствую Вас на планете Земля, - медленно. - Все настолько плохо? – пробурчал Биркин. Его голос стал очень слабым. - Уф, твои мозги еще не высосали, замечательно, - выдохнула, - Может выпьем кофе? - Нет уж, - Уильям продемонстрировал трясущуюся руку. – Мне пока не хочется. - Запустил ты себя, дружище. Может на свежий воздух? - Заманчиво, - посмотрел на жену, - Не думаю, что нам это навредит, дорогая.       Аннет долго упиралась, но в итоге была бесцеремонно вытолкана в коридор. Когда они оказались на их с Уильямом любимом месте, в парня понемногу начала возвращаться жизнь. Выйдя на свет, он начал изображать тающего от солнечных лучей вампира. Он шипел и прикрывался халатом. Однако скоро ему это надоело, и он просто лег на траву. Ребекка сорвала ромашку и села рядом. Аннет же нерешительно легла рядом с супругом. Вскоре она уснула. Впервые за долгое время. - Стоило мне оставить вас одних всего на полтора года, как вы совсем перестали жить жизнь. У вас же дочь. Мне кажется, что она куда важнее, чем эти вирусы. - Альберт очень любит мне об этом напоминать. - Мы про одного Альберта говорим? - Ахах, да. Он злорадствует. Он же ведь ПРЕДУПРЕЖДАЛ, что так будет. Бека, ты не подумай. Мы любим Шерил. Просто мы сейчас близки к новому открытию, как никогда. Это наша ответственность и нам необходимо завершить работу. Отрицательный результат Спенсера не устроит. А что бывает с неугодными Озвеллу ты можешь узнать у Маркуса. - Насчет ответственности… - Ребекка замолчала, услышав, как Уильям посапывает. Уснул, бедолага. - Как быстро ты их утомила, - смешок. - Альберт, - обернулась, - А где твоя … подружка? - Ты про которую? – серьезно. - Про ту, что любит бегать голой в моей комнате. - В нашей комнате. Ты тоже можешь кого-нибудь туда приводить. Только товарища Зиновьева приводить не стоит, договорились? – издевка. - Нет, не договорились. Других женщин кроме меня, Алекс и Аннет там быть не должно. Не устраивает – выматывайся. - Ты меня подбиваешь на инцест и некрофилию? – указал пальцем на спящую девушку, - ФУ!       Ребекка не ответила. Она еще не знала, как ей общаться с Альбертом. Раньше было гораздо легче. А теперь…Что? Как? Зачем? - Я в тупике, Альберт, - встала и подошла к парню, - Мне не отвязаться ни от Спенсера, ни от тебя, ни от этой парочки. К сожалению, вы моя семья. Амбрелла больше не приют. Это дом. Озвелл - отец, которого я не люблю. Ты…я не знаю кто мы друг другу. Все было гораздо понятнее тогда. До Антарктики. До Николая. Я знаю, что не любила его. Просто в тот момент, когда меня все оставили – он остался. - Прекращай оправдываться и переходи к сути, пожалуйста, - мотнул рукой. - А ее нет. Нет, понимаешь? У меня нет ответов на вопросы. Я потерялась и не знаю, как вернуться обратно. Но у меня хотя бы появилась цель. - Какая? - Пережить Озвелла Спенсера.