Метро

Юнги садится за стол, направляя на себя объектив камеры. В комнате горит свет, а за окном день только-только клонится к вечеру. Мин слегка поправляет челку, глубоко вдыхает и включает камеру. Начинает говорить, подождав несколько секунд. –Эм, привет, что ли. Я Юнги, но думаю что ты тоже Юнги  — Ухмылка. — Не знаю зачем я записываю это… Просто хочется. Хочу рассказать, что произошло в последние пару месяцев, рассказать о Чимине и о себе. Гм, — Снова поправив челку продолжил Юнги. — На самом деле, Чимин оказался тем еще извращенцем и прилипалой просто невозможным. Дня не проходит без этого: «Хе-ен, давай посмотрим вместе фильм?» или «Хен, мне скучно, поиграй со мной». И причем эти его дурные игры чаще всего заканчиваются сексом, — Мин легко улыбается, опуская глаза. — Правда, нас это устраивает. У него оказался целый склад «игрушек». И где он только нарыл все это? Местами мы так и не поменялись. Правда, тогда, когда я был пьян и проснулся на утро, то взбесился, ибо «кто разрешал трогать мой зад?». Я даже выгнал Чимина, но потом все-таки догнал и вернул, — Юнги улыбается ещё шире, но скоро становится почти серьезным и продолжает. — Документы Чим из универа все-таки забрал. Через пару дней после той ночи нас вызвали в суд. Правда, даже доказывать ничего не пришлось. Джиху сам признал свою вину, и его посадили на семь лет. Мать Чимина оказалась не настолько приятной женщиной, как мне казалось раньше. Она была даже рада избавиться от сына. Так что Чимин переехал жить ко мне. Мать часто высылает ему деньги, ведь семья Пак не обделена по части финансов. Госпоже Пак совершенно плевать, чем там занимается ее сын и на что тратит деньги. Но это не только не мешает, а так даже лучше. В нашу жизнь никто не вмешивается, и мы можем заниматься тем, чем хотим, — Юнги загадочно приподнял уголки губ и перевел взгляд прямо в камеру, продолжая. — Какое-то время Чимин шарахался от всего, но скоро это прошло. Он вернулся к нормальной жизни, и от прошлого осталась только постоянная потребность в потрахушках. Но и это не проблема. — Снова улыбка. — Сейчас я заканчиваю универ и готовлюсь начать работать. Скоро сессия, так что времени очень мало. Я часто устаю так, что сил хватает только на то, чтобы не сдохнуть. Чимин же поступил в институт и теперь учится по тому же профилю на третьем курсе. Вообще-то, он должен был быть на первом, но сдал два экстерном. Он хорошо освоился в новом институте, и, хотя в его группе все старше на два года, он нашел там двоих ребят, и теперь дружит с ними. Их зовут Хосок и Намджун. Как сказал Чимин, они сами сразу же приклеились к нему, а потом так и пошло. Куда Чимин, туда и они, куда они, туда и Чимин. Очень шумные и веселые люди, которые часто находятся у нас в квартире и мешают мне всем своим существованием. Но за полгода я уже привык и стараюсь не обращать на них внимания. Но вчера они решили закатить у нас вечеринку. Джун притащил с собой еще какого-то парня, именуемого Джином, и сказал, что вдохновился нами и тоже нашел себе парня. А Хосок все пытался разговорить меня и вытащить танцевать, на что получил дружеский подзатыльник от Чимина, напоминающий ему, что я занят. Вообще, он жутко ревнив, но я не лучше. Из-за этого возникают проблемы, но это неизбежно в отношениях, — Юнги абсолютно спокоен, говоря эту фразу. Он знает, что все будет хорошо. Мин снова впивается глазами в объектив, будто смотрит прямо в глаза собеседнику, и продолжает. — Уж не знаю, зачем я записываю это. Наверное, чтобы когда-нибудь потом пересмотреть и вспомнить… начало. Говорил уже это. — Юнги нежно улыбается, но вдруг в шутку хмурит брови. — Айщ, как сентиментально! — Он улыбается во все тридцать два и слегка откидывается на спинку кресла, продолжая говорить. — Чимин ушел в магазин за продуктами, а я остался. Вообще-то, я сейчас должен активно грызть гранит науки, но уже зубы болят. Теперь вся готовка лежит на моем ненаглядном, потому что я сам ничего не умею. Он как-то пытался научить меня готовить хотя бы омлет, но тогда у нас чуть не сгорела кухня, и ЧимЧим отложил эту идею до лучших времен, — Юнги усмехается, снова отводя глаза от камеры, но слышит звук двери из прихожей. — О, похоже он вернулся. Ладно, выключаю. До скорого, — подытожил Юнги и, довольно улыбаясь, выключил камеру, на последних кадрах смотря прямо в объектив. Замок щелкнул и в квартиру ввалился Чимин с двумя большими пакетами.  — Приве-ет, Чиминни, — протянул Юнги и потянулся за поцелуем.  — Привет, хен, — быстро ответил Чимин, целуя в губы, — пропусти на кухню, разобрать пакеты надо.  — Эй, а что так грубо? — Наигранно обиделся Юнги, — ты должен будешь загладить свою вину перед твоим хеном!  — Притормози, лев, отложим это до ночи, — подмигнул Чимин и повернулся, направляясь к холодильнику. ***  — Чиминни?  — Да, хен? — Светловолосый оторвался от блюдца с уже подтаявшим ванильным мороженым.  — Помнишь, еще давно, когда мы сидели ночью на кухне, ты спросил меня про цвет волос того парня из моего сна?  — Да. Ты что, вспомнил? — Чимин очень удивился такому вопросу. Это было практически месяц назад, он уже сам забыл.  — Ну, не то, чтобы вспомнил… Я просто видел того парня на улице. У него розовые волосы. — Юнги был совершенно уверен, что это именно он.  — Тэмин, — еле слышно прошептал Чим.  — Что? — Брюнет правда не расслышал, что сказал Чимин.  — Я говорю, понятно.  — Гм, Чим~а, вечереет уже, — заговорщически прошептал Юнги тому в самое ухо, от чего по телу пробежали мурашки.  — Но не ночь, — выкрутился Чимин.  — Да что б тебя! Ты же всегда инициатор, а теперь уворачиваешься! Знай, я обиделся, — Юнги демонстративно надул губы и отвернулся от Чимина, а тот прыснул в кулак. Может, Юнги думал, что это выглядело категорично или угрожающе, но на самом деле он казался очень милым.  — Теперь мне придется заглаживать аж два преступления. Что ж, тогда можно начать сейчас, — Чимин развернул старшего к себе и впился в губы.  — Да, похоже, кто-то образумился, — довольно промычал Юнги в поцелуй. И все хорошо. Во всем этом виновато метро.