Мой Кот - мафиози

День, когда мирная жизнь пошла по одному всем известному месту, Даша в дальнейшем сможет назвать в любое время суток и в любом состоянии. Гребанная пятница, которая шла своим чередом, заканчивалась семейным просмотром фильма и излюбленными с детства поцелуями перед сном от родителей. Заснула девушка быстро, с трудом завершив телефонный звонок со знакомой. Сон был странным и волнообразным. Бесконечный бег в пустоте, странный холод, который сменился уже знакомыми за столько ночей объятьями. Постоянное продолжение сновидения настораживало, но приятный баритон, едва переходящий в бас, притуплял бдительность, погружая в негу. Каждое утро возникало желание покопаться в своих мозгах и поставить пару полок на место, но повседневная суета затягивала, а потом наступала ночь и все повторялось снова. На этот раз странный гость молчал, перебирая пальцами по спине, прикрытой шелковой майкой, словно по фортепиано. По спине бегали мурашки, пуская ток по коже. Было лень даже голову повернуть, не то, что вести задушевные беседы с плодом ее фантазии. — Сделать массаж, красавица? — смешок над ухом прозвучал слишком громко в ночной тишине комнаты. «Какие наглые у меня сны» — про себя усмехнулась Саванова, поудобнее обнимая подушку, чувствуя, как раскрываются лопатки. Неделя была слишком нервной, насыщенной событиями, и безумно хотелось хотя бы сейчас отпустить ситуацию и не думать о последствиях. Особенно здесь, в мире собственных грез, где не надо быть начеку и можно в любой момент проснуться. Приоткрыв глаза, девушка посмотреть в окно, прикрытое нежно-голубым тюлем. Жалюзи в комнате зимой закрывались редко — сторона не солнечная, светлеет поздно и позволяет не сбивать и без того убитый режим дня. — Если так горишь желанием, то можешь и сделать. Вестись на провокацию и краснеть не хотелось. Но щеки, вопреки уверенности в себе, горели, а руки начали потеть. Незнакомец коротко рассмеялся, поднимаясь со своего места. Матрас поддавался каждому движению, бесшумно передвигая сотню пружин под весом чужака. Теплые руки попытались проникнуть под майку, но Даша скинула их, прошипев под нос ругательства в адрес пошлых подростковых снов. — Понял, принял, — парень сегодня очень активно взаимодействовал с девушкой, не укладывая ее спать — сон во вне, что может быть глупее? — а действительно принялся разминать мышцы плечевого пояса. Руки гостя были сухими и теплыми, разве что старые мозоли на пальцах чуть царапали кожу, вызывая дрожь в пальцах. Размеренные и уверенные движения без намека на пошлость расслабляли. Позвонки едва хрустели, возвращаясь на место, а мышцы с гулом расслаблялись, даря негу. — Нужно срочно записаться к массажисту на пару сеансов, — пробормотала в подушку Даша, в какой-то момент поймав себя на мысли, что сны с этим парнем одно из лучших изобретений ее мозга. — Готов работать на вас за еду, леди. К чему эти посредники? — от легкого флирта хотелось смеяться, в чем себе девушка не отказывала. Смех был приглушенный, но искренний и беззаботный. Думать не хотелось вовсе, как и просыпаться. Хорошо, что завтра суббота и не надо никуда идти, над чем-то думать. Только к экзаменам готовиться, но это так вторично и не существенно. — Не смейся так громко, мы же не хотим разбудить твоих родителей и объяснять им наше приятное времяпрепровождение. От заявления ночной фантазии хотелось хохотать в голос. Привычку разговаривать во сне она не имела и лунатизмом не отличилась. — Мой собственный сон будет мне указывать что делать, а что нет, — фыркнула Саванова, переворачиваясь на бок. Оказавшись в кольце рук, что аккуратно придерживали за лопатки и не позволяли упасть с кровати, удерживая на весу. Зеленые глаза блеснули в свете луны, завораживая своей яркостью. — Знаешь, не хочу тебя разочаровывать, — красивые еда пухлые губы — еще и симметричные, мечта любой девушки, честное слово — изогнулись в нечитаемой усмешке, — но ты не спишь. Подобное заявление должно было повергнуть в шок, но вызвало лишь новую волну смеха. Вообще, пора заканчивать с этим абсурдом, но привычно сработанное желание проснуться, не сработало. Высвободившись из объятий незнакомца, довольно красивого, стоит отметить, Даша села в кровати, и принялась себя щипать. Желанный эффект достигнут не был. Неожиданный рой мыслей сбивал с толку. Абсурдность ситуации зашкаливал, сон заканчиваться не хотел, а в ее постели все еще находился полуголый мужик и с настороженностью наблюдал за каждым ее действием. — Твою мать, какого черта я не просыпаюсь? — шипела Саванова, не переставая щипать себя за одно и тоже место на предплечье. Кожа покраснела и болела, но девушка не прекращала бесконечные попытки и ментальные приказы. От бессилия хотелось плакать и кричать. Сон становился бесконечным и пугал, хотя не было ни одного намека на кошмар. — Потому что ты не спишь, — повторил молодой мужчина, массируя пальцами виски, словно у него болела голова. И не только у него. В какой-то момент этот водоворот безумия заставил и ее голову раскалываться от боли. Бредовость ситуации зашкаливало, но в какой-то момент в сознании набатом билась одна мысль «это и правда не сон». Страх и последующее желание побега не успели проявить себя. Даша сама не поняла, как оказалась опрокинута на кровать, а ладонь, что еще несколько минут назад разминала ее спину, закрывала ей рот. — Не кричи, пожалуйста, — лишь после этих слов, полных странной безысходности, она поняла, что кричит. Правда, вместо крика получался лишь сдавленный писк. «Я умру?» — слезы наворачивались на глаза, а сердце глухо и быстро билось где-то в горле. Это ведь не может происходить с ней, не так ли? Она просто жила, стараясь не нарываться на неприятности, и уж явно не могла привлечь внимание какого-нибудь маньяка. Да и где на него наткнуться? По дорогу со школы домой или обратно? — Пожалуйста, не надо, пожалуйста, — шептала во влажную ладонь Саванова, после нескольких безуспешных попыток вырваться. Мышцы незнакомца были словно из камня, которые не давали совершить ни одного лишнего движения без его позволения или контроля. — Тише, девочка, все хорошо, — от подобных слов легче не становилось. И он это прекрасно понимал. Но действовать иначе в доме полном людей, было безрассудно. — Я даю слово, что и пальцем тебя не трону. Только выслушай, хорошо? — знакомая интонация пугала. Сколько ночей он напевал колыбельные или говорил всякую чушь, заставляющие ее смеяться или не пугаться темноты? Сколько раз он проникал в ее комнату и оставался с ней в одной постели? И как он проникал в дом? Система охраны еще ни разу не подводила, окна на втором этаже не имели лазейки, кроме дерева, что росло почти в метре от короткого крутого карниза, за который хрен уцепишься — она пробовала. — Даша, посмотри на меня, пожалуйста, — рука осторожно, но твердо повернула голову, заставляя посмотреть в лицо незнакомца. Зеленые глаза казались взволнованными, а губы поджаты. — Я уберу руку, если ты пообещаешь не кричать. И мы спокойно поговорим. Хорошо? Девушка кивнула, понимая, что в силе она проиграет. Да и что она могла? Оружия у нее никакого, родители спят внизу, до кухни добраться явно возможности нет. От собственных мыслей стало смешно. Нож — худшее оружие для самозащиты. А другого в доме нет. — Умница, — парень отодвинулся, создавая дистанцию между ними. Но не было сомнений, что, в случае необходимости, она снова окажется в его руках. Главное, чтобы не ее свернутая шея. Необходимо было успокоиться и сосредоточиться. Выживает тот, кто думает, а не тот, кто бежит, сломя голову. В голове было сотни вопросов. И на большинство из них, к сожалению, не было ответа. — Кто ты такой? — голос был сиплым и дрожащим, вопреки всем попыткам быть спокойной и уверенной. Хотя, ее бледное лицо наверняка уже давно выдало ее с головой. Незнакомец молчал и смотрел на нее нечитаемым взглядом. Напряжение в воздухе можно было потрогать, а луна, которая без устали пробивалась через стекла окон, уже действовала на нервы. — Ты мне не поверишь, — спустя несколько минут звенящей тишины, заявил парень не-из-сна. — Но выбора у нас нет. Я твой кот, малышка. Незнакомец твердо решил доказать свою психическую дееспособность, заявив, что является ее домашним животным. И хоть и возникло безумное желание рассмеяться в голос от подобной нелепицы, девушка старалась держать себя в руках. Опасно злить ненормального, который умудрился пробраться сюда. Может нож или пистолет прячет где-нибудь под рукой или просто задушит — руки у него большие с длинными пальцами, может спокойно обхватить шею, еще и нахлест получится. — Как… интересно, — говорить следовало осторожно, тщательно подбирая каждое слово. И пусть сердце и билось в горле от страха, показывать разрастающуюся панику тоже было нельзя. Руки била мелкая дрожь, и скрыть ее не получалось даже сцепив их в замок. Мужчина молчал. Хотя, мужчина ли? Сложно было дать оценку, опираясь только на уличное ночное освещение, но больше двадцати семи-тридцати ему явно не дашь. Какой реакции он ожидал, предположить было сложно. Но, судя по тому, что она все еще цела и невредима — пока ее поведение незнакомца полностью устраивало. — Я могу доказать, но у меня есть одно условие, — он говорил спокойно, без малейшей ноты агрессии или недовольства. Подобный тон в другой ситуации мог бы даже ее успокоить и уверить, что все не так уж и плохо. — Не кричи, пожалуйста. Потому что сумасшедшей в итоге посчитают тебя, а не меня. Очень хотелось съязвить, но Даша сдержалась — не в том положении. Может, выбежать, пока он будет корчиться, пытаясь сжаться до размера кота? Идея неплохая, главное, выгадать момент, чтобы точно все удалось. Но реализовать свой план она банально не успела — мужчина, которого она приняла за психопата, на ее глазах обратился котом. Не было длинных, как в фильме, сцен изменений. Словно кто-то волшебной палочкой взмахнул или произнес заклинание. Знакомый глазу черный кот прищурил свои зеленые глаза, явно довольный своей правотой. Просьбу не кричать выполнить удалось идеально — слова буквально застревали в горле, превращаясь в один большой ком. Верить глазам не хотелось — в нормальном мире подобное просто невозможно, иначе бы о подобных феноменах рассказывали бы на каждом углу. Щипки и легкие пощечины себе результата не приносили — мираж отказывался растворятся в ночной темноте. Но когда кот — оборотень, парень, господи, кто он? — начал движение в ее сторону, психика Савановой не выдержала — девушка с тихим вскриком подскочила с кровати, оказавшись на противоположном конце комнаты за рекордные секунды. — Не приближайся!.. — язык не слушался и заплетался — фраза прозвучала «сжевано» и очень неуверенно. Тело била крупная дрожь — нервная система больше не ограничивалась только руками — а перед глазами все плыло. Сенька — а это был он, уж своего-то кота Дарья была в состоянии узнать — в следующее мгновенье обернулся мужчиной, поднимая руки вверх, словно сдаваясь. — Даже с места не сдвинусь, иначе еще обвинишь в попытке совращения несовершеннолетней, — иронию в его словах и особенность позы девушка заметила не сразу. Какое-то время она сверлила ночного гостя взглядом, пытаясь собрать хотя бы подобие логической цепочки, чтобы стандарты ее маленького мира окончательно не рухнули. Только когда шок начал отпускать, Саванова поняла, что молодой человек явно был обнажен. От осознания столь интимной ситуации лицо моментально покраснело. Благо, он прикрыл нижнюю часть тела одеялом, и вставать, вроде, не собирался. Появилось безумное желание потерять сознание, но одной силы воли для подобного фокуса было мало. Все, что оставалось в подобной ситуации — это продолжать стоять, вжавшись в стену, и не делать лишних движений. И где ее хваленная храбрость и язвительность, когда они так нужны? Да и что вообще можно сказать в подобной ситуации? — Уходи, пожалуйста, — голос по-прежнему дрожал, но напряженная тишина била по нервам, словно розгами. Нужно было просто выгнать его. Он ведь кот, так? Может спокойно уйти через окно и больше не беспокоить ее семью, да и саму девушку. И почему он не сделал этого раньше? Зачем оставался рядом, когда прекрасно осознавал себя и знал, где его место? Может, бездомный? Сбежавший от эксперимента человек? Любая теория, какой бы абсурдной или глупой она не была, сейчас имела место быть. «Нет, я просто сошла с ума, и это галлюцинации» — мелькнула вполне адекватная мысль. Даша мало что знала о психиатрии, но в сети подобная тема довольно популярна. Хоть и не было желание признавать себя больной, подобное действительно могло бы произойти. Та же шизофрения может проявить себя в любом возрасте, и не всегда наследственность играет в этом первую роль. — Я бы с радостью, Дашенька, — Сенька растянул губы в беззлобной ухмылке, однако его глаза оставались серьезными. Подобный резонанс раздражал, но что можно сделать с выражением лица другого человека? — Но мне нужно еще пару месяцев посидеть в тени, и твой чудесный дом оказался прекрасным прибежищем. — А другое место найти никак? — слова прозвучали слишком грубо, но сожалеть было поздно. Слишком наглым был гость, отказываясь покидать чужую собственность, да и говорил он двусмысленно, заставляя богатую фантазию работать в полном объеме. И даже не знаешь, что лучше — чтобы это была фантазия больного мозга или суровая реальность, в которой она уже несколько месяцев делит постель с человеко-котом. — Я бы так и сделал, но одна юная леди нагло схватила меня в плен. И теперь то место мне недоступно, — то, что речь шла именно про Дашу было бы понятно даже тупому. Вот только девушка спасала не наглого человека, а беззащитное животное, которое нужно было обогреть и накормить. Именно об этом она и сообщила Сеньке, и совершенно не ожидала получить в ответ раздраженное фырчанье. — Ты слишком совестливая и благородная. В жизни это будет только мешать, — удивительно, что человеческие качества, которые обычно превозносят в книгах и фильмах, этот человек опустил до чего-то недостойного и даже грязного. От подобной претензии стало не по себе. Буквально одной фразой ее словно облили ведром помоев, а и без того отвратительное настроение, испортилось окончательно. И что ей теперь делать? Рассказать никому не расскажешь — могут ведь и к психиатру отправить, но и оставлять все на произвол судьбы не хотелось. — И что нам делать? — Даша не была храбрым человеком. Скорее, кроликом, который мог в любой момент убежать от опасности. Только куда бежать из собственного дома? Безумно захотелось уйти спать к родителям. Как в детстве, когда просыпался от страшного сна и боялся вернуться в царство Морфея в одиночку. Сонные родители двигались ближе к краям кровати, освобождая пространство на кровати и крепко обнимали, бормоча что-то успокаивающее себе под нос. Сны в такие ситуации были добрые и красочные, без малейшего намека на монстров и ужас. Жаль, что сейчас она слишком взрослая для подобного. — Очень разумный и правильный вопрос, — оборотень расправил плечи, из-за чего стал казаться еще больше. Накаченное тело можно было легко рассмотреть даже в таком отвратном освещении, и находись они в другой ситуации, Саванова непременно бы раскраснелась. — Думаю, для начала, мне нужно одеться, чтобы не смущать тебя. Согласна? — девушка кивнула, даже не задумавшись над фразой, смысл которой дошел не сразу. Это разумно. Да и она будет чувствовать себя увереннее, если Сенька не будет обнаженным сидеть в ее комнате. — У тебя есть одежда? — то, что вопрос идиотский, подросток поняла только когда его произнесла. Откуда у него здесь одежда? Он пришел к ним домой в обличии кота и чемодан за собой не тащил. Да и если бы кто-то из домочадцев обнаружил бы чужую мужскую одежду… Оборотень рассмеялся — не громко, но звучно — также осознав комичность и неординарность ситуации. Это надо было оказаться в столь щекотливом положении, что ему только и оставалось, что спокойно сидеть в чужой спальне и оправдываться. — Разумеется, есть, — глаза девушки на это неожиданное заявление округлились и забегали по комнате. Немного спасшее напряжение вернулось вновь, что совершенно не устраивало гостя. — Но не здесь. Поэтому, если ты принесешь мне футболку и штаны, я буду тебе очень благодарен. И она принесла. И в этот момент была благодарна отцу, который сделал два входа в гардеробную родителей — через комнату и коридор. Иначе бы пришлось искать сто одну причину, зачем ей отцовские вещи в три часа ночи. Все это время Даша словно просыпалась от транса. И даже помолилась всем богам, чтобы по возвращению в комнату странного Сеньки там не оказалось. Можно даже и кота убрать. Все спокойней будет. Но молитвы либо не дошли из-за недостатка времени, либо были нагло проигнорированы, потому что оборотень сидел на том же месте, не сдвинувшись даже на сантиметр. И вновь Дарья испытала смешанные чувства — она не безумна, и это была действительно отличная новость, но мужик в ее постели — кот, способный обернуться самым настоящим человеком, и это не то, чтобы мечта всей ее жизни. Да и разве можно мечтать о чем-то подобном? — Не знаю, подойдет ли размер, но это все, что я смогла найти в темноте, — оправдываться было необязательно, но слова в который раз за последний час сорвались с губ. Захотелось ударить себя по лбу за подобное, но позориться перед гостем еще больше не хотелось. — Я выйду, а ты оденься. Позовешь, когда закончишь. Что-либо ответить она не дала возможности, выскочив за дверь, словно в комнате был пожар. Слушать колкие замечания не хотелось, а этот человек за словом в карман не полезет. Нужно было что-то решать — оставлять опасного незнакомца, который являлся ее котом, было опасно. Ведь он скрывался, и кто знает от кого или чего. Только как? Уходить наглец явно не намерен, а помощи ждать не от кого. Безвыходность ситуации вызывала желание взвыть. Все, что она могла — это попытаться убедить этого человека уйти. А если не выйдет? Что она должна сделать, сказать? Умолять его? А это поможет? Сотни вопросов без единого намека на ответ вызывали лишь головную боль. Минуты текли медленно, словно патока, а выхода все не находилось. Злость на себя поднималась из глубин сознания. Вот нужен был ей этот чертов кот?! И без животных жилось неплохо, но именно в тот злополучный день надо было заметить бродячего кота и пожалеть его. Сотни животных живут на улицах, только она их не тягает к себе домой. Почему именно он? В дверь постучали, отвлекая от тяжелых мыслей. Сенька открыл дверь, представая перед ней в полный рост. Девушка макушкой едва доставала гостю до плеч, а его корпус полностью закрывал ее миниатюрную фигуру. Даша застыла в дверях, словно находилась в чужом доме. Оборотень любезно отошел в сторону, пропуская хозяйку спальни, взглядом контролируя каждый ее неуверенный шаг. От этого становилось еще более неловко. Она должна выгнать его с яростью тигра, а сама напоминает пугливую лань. — Думаю, тебе лучше присесть, разговор будет долгим, — баритон бил в спину, подгоняя. Как послушная кукла, Саванова села на кровать, укутавшись в теплое одеяло. Так она надеялась оградить себя от этого пугающего недо-кота, но посторонний запах на ткани, явно не принадлежавший ей или кондиционеру для белья, лишь усиливал восприятие остроты ситуации. — Я прекрасно понимаю, что все это больше похоже на бред, но ты собственными глазами все видела. Правильно? — Сенька говорил медленно, расставляя акценты в предложении, словно читал текст на уроке литературы, и ждал ее реакции на заданный вопрос. Все, что могла Даша, это неуверенно кивнуть, мысленно отказываясь верить своим глазам. — К сожалению, мой первоначальный план провалился, и я оказался здесь. К сожалению, я не могу постоянно находиться в своем зверином обличье, поэтому приходилось делать перерывы, когда никого не было дома или вы все спали, — стоило только представить, что по ее дому ходил голый мужик, как щеки и шея покраснели от стыда. Благо, что забор высокий и соседи не могли заглянуть в окно. Иначе бы проблем стало в сто крат больше. — Мог бы уйти в первый же день — окна ведь открыты. Да и других возможностей уйти было сотни, — ее голос звучал тихо, но недовольно. Было неловко и обидно, что ее выставляют виновной в том, что этот человек остался здесь. Что она сделала не так? — В том, что я здесь, целиком и полностью виноват я, Даш, — голос мужчины был спокоен и уверен. Зеленые глаза неотрывно смотрели в ее, не позволяя отвести взгляд. Ее имя звучало интимно и доверительно, словно оборотень стремился сломить между ними стены недоверия и страха, которые появились в эту ночь меньше, чем за час. — К сожалению, меня ждали в определенном месте и к определенному времени. Следующая встреча с моими… друзьями будет только через пятьдесят два дня. Здесь есть съемная квартира, где я жил до встречи с тобой, но и там на постоянной основе находиться мне нежелательно. Поэтому я и вынужден остаться здесь и доставить тебе неудобства. Доставить неудобства? Да он буквально ее жизнь вверх ногами переворачивает, втягивает ее и семью во что-то безумно опасное одним своим присутствием, и все, что получает взамен, это сожаления? Да она постарела за эту ночь лет на десять, мысленно сдала себя в психушку, и однозначно заработала пару седых волос. — Прости, девочка, но как бы ты не возмущалась и не ненавидела меня, я не смогу уйти в ближайшее время, — в его голосе ни капли раскаяния, только констатация факта, словно это он здесь хозяин дома, а не она. — Могу тебе гарантировать, что тебе и твоей семье ничего не угрожает. В конце концов, чем может быть опасен кот в доме? Подобная наглость раздражала. И это его она хвалила и гладила, сравнивая с непутевыми парнями? Идиотка. Сколько комплиментов она ему сказала за все это время, сколько тайн доверила. Да он ее в нижнем белье видел! От подобного осознания стыд и смущение мешались со злостью и страхом, создавая буйную смесь. Хотелось побить наглеца так, чтобы он забыл этот дом и самого себя, но все, что она себе позволила, это взвыть в одеяло. — Гарантирует он. Я тоже много чего могу гарантировать. Ты сбежавший маньяк или что-то вроде этого? — она не была бесстрашной. Просто самонадеянность этого человека выводила из равновесия. Она не знала, что делать и как ей следует поступить. Все, что она могла — это задавать вопросы и надеяться, что он уйдет. — Поверь, у меня уже было сотни возможностей убить вас или схватить и пытать. Хотя, ты и сама это понимаешь, не так ли? Мое лицо не мелькает в розыске, значит я не беглый преступник, — звучало разумно и неразумно одновременно. — А будь я насильником, как ты думаешь, стала бы ты спокойно спать ночами? Особенно если учитывать, в какой одежде ты предпочитаешь спать, — глаза Савановой расширились в ужасе. Ее привычка спать в трусиках и больших футболках сейчас играла с ней злую шутку. До этого момента ей и дела не было до внешнего вида, но сейчас была благодарна себе за решение укутаться в одеяло, а не сесть на стул. — Я прекрасно понимаю твое недоверие о опасения. Но у нас с тобой нет другого выбора, кроме как смириться с существованием друг друга на одной территории на определенное количество дней. Выгнать меня у тебя не получится, пожаловаться ты никому не сможешь. Я очень уважаю тебя, Даша, и я обещаю, что мое присутствие здесь не доставит тебе неудобств. — И почему я должна тебе верить? — А у тебя есть выбор?