Чужая улыбка

— Привет, Мотоки! Голос вошедшего в «Корону» парня Усаги легко узнала бы из тысячи. Она просидела за игровыми автоматами почти два часа только ради возможной встречи с ним — Мамору Чиба. Усаги напряглась, прислушиваясь к низкому бархатистому голосу, и улыбнулась. Мамору обсуждал с Мотоки учёбу. Усаги старалась не шевелиться, чтобы не выдать своего волнения, но ей ужасно хотелось обернуться. Ей нравилось смотреть на Мамору — высокий, широкоплечий, с пронзительными синими глазами, красиво очерченными губами, которые время от времени растягивались в ехидной усмешке. Усаги всегда доставалась щедрая порция его шуток и колкостей. Сначала она на него злилась, и ей страшно хотелось доказать, что он не прав, что она не пустоголовая блондинка, попусту тратящая время за игровыми автоматами. Когда Усаги было пятнадцать, у неё созрел коварный план. Очередная шутка Мамору про то, что если она будет есть столько пирожков с мясом, то сама станет пирожком, больно ударила по самолюбию, и Усаги решила отомстить. Она захотела влюбить в себя высокомерного Мамору, чтобы он пожалел о своих словах. Усаги целенаправленно старалась появляться там, где бывал Мамору. При этом она была либо в идеально отлаженной школьной форме, но чаще в самой на её взгляд красивой и соблазнительной одежде. Усаги старалась ненавязчиво привлечь внимание Мамору, например, обсуждая что-нибудь с Мотоки, когда Мамору был рядом и мог видеть, как она хороша. Но шли дни, недели, месяцы, а Чиба так и не проявил к ней ни малейшего интереса. Зато Усаги в своих мечтах унеслась от сладкой мести к счастливому совместному будущему. В своем воображении она рисовала картину их встречи, когда Мамору наконец посмотрит на неё по-другому, предложит погулять, и они проведут чудесный день вместе, разговаривая и узнавая друг друга. И Мамору обязательно поймёт, что она, Усаги, та самая. Усаги не заметила, как её план возмездия обернулся против неё, и она влюбилась в неприступного Мамору. Чем больше она за ним наблюдала, тем больше он казался ей идеальным мужчиной, и тем больше хотелось покорить его сердце. И несмотря на два года безуспешных попыток, Усаги продолжала мечтать о нём. По возможности она появлялась там, где мог быть Мамору, хотя их встречи в большинстве случаев заканчивались перепалками, оставляя горький осадок. Автомат громко известил, что Усаги проиграла, вернув её в реальность. — Эй, Оданго, не надоело тебе попусту тратить время и деньги? — от едкого замечания Мамору Усаги передернуло, как от скрежета по стеклу. — Просто в отличие от некоторых я умею соблюдать баланс и развлекаться, а не только сидеть над учебниками с утра до вечера. Тем более, сегодня воскресенье. Имею право, — хотя Мамору ей и нравился, но давать себя в обиду она не собиралась. — Если бы ты знала, что такое баланс, то не была бы вечно в отстающих, — Мамору проигнорировал взгляд Мотоки и продолжил подначивать Усаги. — А если бы ты знал, что такое баланс, то у тебя давно была бы девушка! — не осталась в долгу Уса. — А с чего ты взяла, что у меня её нет? — развеселился Мамору, Усаги, казалась ему особенно забавной, когда злилась. Его слова больно задели. Ей как-то и в голову не приходило, что у Мамору может быть девушка, ведь в библиотеку и в «Корону» к Мотоки он всегда приходил один. — Скажешь, она у тебя есть? Тоже корпеет над учебниками, не разгибая спины? — за пренебрежительным тоном Усаги постаралась скрыть ревность. — Вообще-то, это не твоё дело, — холодно отозвался Мамору. — Ты прав. Мне, собственно, и неинтересно, — с гордо поднятой головой Усаги прошла мимо Мамору у выходу. — Пока, Мотоки. — Увидимся, Усаги! — он улыбнулся и махнул на прощание. — Зачем ты так с ней? Она хорошая девчонка. К тому же в чем-то права, — Мотоки укоризненно посмотрел на друга. — Интересно, в чём же она права? — усмехнулся Мамору. — Ну, девушки-то у тебя нет, — Мотоки выразительно на него посмотрел. — А Усаги очень симпатичная, я бы даже сказал красивая, и ты, похоже, ей сильно нравишься. — Ты серьёзно? — Мамору скептически посмотрел на друга. — Уж кто-кто, а Оданго меньше всего подходит на роль моей девушки. Даже если не брать в расчет, что она школьница, я же с ней со скуки помру. С ней вообще не о чём поговорить. У неё же кроме игр и манги только ветер в голове. Неожиданно из-за спины Мамору появилась Усаги. Она натянуто улыбнулась Мотоки, подошла к игровому автомату, за которым сидела пять минут назад, и взяла забытую кофту, небрежно брошенную на соседнее кресло. После чего преувеличенно жизнерадостно махнула на прощание и почти выбежала из «Короны». — Думаешь, она слышала? — Мамору ощутил легкое угрызение совести. — Уверен, — печально отозвался Мотоки.

***

Если бы можно было прогулять школу, то Усаги ни за что не вылезла бы из-под одеяла. Но до конца триместра оставалось всего две недели, а значит, нужно было приложить максимум усилий, чтобы не завалить грядущие контрольные. К сожалению, слова Мамору не шли у неё из головы, заставляя смахивать слёзы обиды и ещё больше сомневаться в своих способностях. — Оданго, псс, Оданго. Ты заснула что ли? — знакомый шепот за спиной выдернул Усаги из грустных размышлений, и она молча протянула заранее приготовленную запасную ручку. — Спасибо, конечно, но я ластик просил, — Сейя наклонился вперед и высказал свою претензию почти ей в ухо. — Ты как маленький, честное слово! Ты хоть что-то с собой в школу приносишь? — Усаги не скрывала раздражения. — Тетрадку и огрызок карандаша, — как о великом достижении сообщил ей Сейя. Усаги только вздохнула. Ну, как можно быть таким раздолбаем и при этом хорошо учиться и зарабатывать кучу денег? Наконец, урок закончился, и Усаги постаралась как можно быстрее улизнуть из школы, настроения весело болтать даже с Нару об учёбе и мальчиках не было совсем. Не успела Усаги с облегчением выдохнуть, что побег удался, как за спиной раздался знакомый голос. — Эй, Оданго, куда ты так торопишься? — Сейя как всегда лучезарно улыбался. — От тебя подальше, — буркнула Усаги. — Ты чем-то расстроена? — участливо поинтересовался он, чем вызвал новую волну негодования. — Я? С чего ты взял? У меня всё отлично! — фыркнула Усаги. — Да ладно, я же вижу. Ходишь понурая, не улыбаешься, — не отставал он. — Зато ты не устаёшь лыбиться направо и налево! — слова вырвались быстрее, чем Усаги поняла, что просто срывает на Сейе злость. — Прости. Получилось грубо. — Да уж. Я хотел помочь, а ты ни за что на меня накинулась, — Сейя притворился обиженным до глубины души. — Простым «прости» теперь тебе не отделаться. Усаги улыбнулась. Она никак не могла понять, как ему удавалось всё время её смешить. Она так старалась не поддаваться обаянию Сейи, но каждый раз он находил способ обойти её оборону. — И как же мне придётся заглаживать вину? — Усаги изо всех сил изображала серьёзность. — Мне надо заесть боль и обиду чем-то сладким, — с театральной обреченностью произнёс Сейя и добавил обычным нагловатым тоном, — И ты составишь мне компанию. Усаги не выдержала и громко рассмеялась. Он с начала триместра под разными предлогами приглашал её то в кафе, то на дискотеку, то просто погулять, но она всегда отказывалась. А тут он так ловко вывернул ситуацию, что не согласиться было просто невозможно. — Ну, хорошо. Похоже деваться мне некуда, — пряча улыбку, ответила Усаги, удивляясь тому, как легко вдруг стало на душе. «Это верно, Оданго», — подумал про себя Сейя, искренне радуясь своей первой маленькой победе.