Чужая улыбка

Усаги с радостью подставила лицо под струи холодного воздуха от кондиционера, когда они вошли в вестибюль бизнес-центра в центре Токио. Она не очень понимала, зачем нужно было тащиться в такую даль по жаре, если можно было зайти в любое кафе недалеко от школы. Но Сейя с легкостью отмахнулся от всех её возражений. Усаги старалась не отставать от уверенно идущего к лифтам Сейи. Казалось, он не замечал спешащих вокруг людей в дорогих деловых костюмах. Одни обсуждали работу на ходу, другие громко разговаривали по телефону, кто-то нервно поглядывал на часы, а кто-то пил кофе из пластикового стаканчика, не отрывая взгляда от сообщений на экране телефона. Усаги чувствовала себя не в своей тарелке в этом почти дворце из стекла и бетона, где всё кричало о статусе, успешности и пафосе работающих в этих стенах людей. Она и Сейя были единственными школьниками как будто по ошибке зашедшими в мир взрослых, деловых людей. Оглядываясь по сторонам и невольно любуясь современным интерьером вестибюля, Усаги споткнулась и уткнулась носом в спину неспешно заходящего в лифт Сейи, отчего смутилась ещё больше. Сейя ободряюще улыбнулся и подмигнул, вмиг разозлив Усу своей самоуверенностью. — Не можешь без выпендрёжа, да, Коу? — буркнула она. Сейя только пожал плечами и улыбнулся, невинно хлопая длинными чёрными ресницами. Стеклянный скоростной лифт почти бесшумно поднял их на самый верхний этаж. И только когда двери распахнулись, Усаги поняла, что Сейя привёл её в дорогой ресторан, расположенный на крыше небоскреба. — Ты что боишься? — в его сапфировых глазах искрился смех. — Вот ещё! Но ты угощаешь! — надулась Усаги. — Само собой, Оданго, — усмехнулся Сейя. Усаги старалась держаться позади Сейи, и в целом, была готова, что их даже на порог не пустят. Но девушка-метрдотель в красивом облегающем тёмно-синем платье без рукавов вежливо с ними поздоровалась и повела их в зал, из чего Усаги сделала вывод, что Сейя бывал здесь и раньше. Хрустящие белые скатерти, живые цветы на каждом столе и красивая сервировка казались Усе одновременно красивыми, даже роскошными, и неприкосновенными. А от великолепного вида на город просто перехватывало дыхание. Усаги осторожно села на стул, боясь ненароком что-нибудь опрокинуть или разбить, в то время как Сейя бесцеремонно плюхнулся напротив неё, как будто был у себя дома. — Ты хочешь только десерт или, может, пообедаем? — он задумчиво пролистывал внушительных размеров меню, о большей части блюд в котором, Усаги даже не слышала. — Я не голодная, — от волнения у неё и правда пропал аппетит, — но от чего-нибудь холодного не отказалась бы. — Здесь отличный выбор коктейлей и мороженого, — он ободряюще улыбнулся и помог найти нужную страницу. Кое-как Усаги определилась, и Сейя сделал заказ. — Тебе тут не нравится? — от него не укрылась её напряженная поза и скованные движения. Сейя успел пожалеть, что выбрал это место, хотя дело было совсем не в желании впечатлить Усаги деньгами, ему нравилось, как тут готовили и никогда не докучали просьбами об автографе. — Нет, тут очень красиво, — она запнулась, подбирая нужные слова. — Просто тут… как-то слишком… слишком торжественно, что ли… — Не обращай на это внимания, — Сейя широко улыбнулся. — Зато здесь готовят умопомрачительные десерты. — Уверена, что в «Короне» они не хуже! — Усаги злила его самоуверенность, как и то, что он заставил её чувствовать себя неуверенно, словно выбил почву из-под ног. — Тебе не надоело ещё выёживаться и лыбиться направо и налево? Все и так в курсе, что ты у нас супер звезда. — Прости, не хотел тебя обидеть. Если хочешь, мы можем встать и уйти? — Сейя выглядел по-настоящему расстроенным, и Усаги стало совестно. — Ты меня прости, — она покраснела и уставилась в белоснежную скатерть. — Я не должна была так говорить. Не знаю, что на меня нашло. — Я сам виноват, — он вздохнул. — Но это место, и правда, одно из моих любимых. И знаешь, Оданго, улыбаться можно по-разному, но тебе я всегда улыбаюсь искренне. — Да ладно, Сейя, ты всем улыбаешься одинаково, — голос Усаги прозвучал печально. — Ты знаешь, что такое «чужая улыбка»? — Сейя неотрывно смотрел ей в глаза. — Первый раз слышу. Знаю, что есть дежурная, — она на секунду замолчала, так как официантка принесла их коктейли в высоких стаканах, украшенных дольками свежих фруктов, и поставила перед ними. — Дежурная улыбка у метрдотеля, — Сейя кивнул в сторону стройной девушки в тёмно-синем платье, которая провожала их к столику. — Такие улыбки меня пугают, если честно. Мне иногда кажется, что они просто вырезаны у людей на лицах, как на хеллоуинских тыквах в американских фильмах ужасов. А я тебе про другое говорю. Вот посмотри внимательно на нашу официантку. Усаги с интересом принялась разглядывать худенькую девушку в белой блузке с небольшими рюшами и тёмно-синей юбке до колен. В точно такой же одежде ходили все официантки в этом заведении. Девушка подошла к гостям, которые сидели через два стола от них. Сейя не мог видеть её лицо, так как сидел к ней спиной, а вот Усаги легко наблюдала за вполне обычной картиной. Официантка с вежливой улыбкой принимала заказ, отвечая на вопросы по поводу блюд в меню. Уса хотела было перевести взгляд и высказать Сейе, что ничего особенного в улыбке девушки не увидела, как вдруг официантка отошла от столика, и всего на долю секунды у неё мелькнуло совсем иное выражение. Казалось, что её улыбка, словно макияж под проливным дождём, стекла с лица, и оно вдруг стало отстраненным. — Это и есть чужая улыбка, она очень похожа на настоящую, — по озадаченному виду Усаги Сейя понял, что она поймала нужный момент. — Так улыбаются людям, которые ничего не значат в твоей жизни, но ты обязан по тем или иным причинам создать у них впечатление, что тебе нравится находиться с ними рядом. Но даже тех, кто мастерски владеет этим приёмом, выдают то глаза, то микро мимика, иногда просто исходящая от них энергия. — Откуда ты знаешь? — Усаги с любопытством посмотрела на Сейю. — Я вынужден много общаться с разными людьми и сам часто так улыбаюсь, — он сделал глоток коктейля через трубочку. — Но знаешь, в чём разница между мной и нашей официанткой? — В зарплате? — не удержалась от остроты Усаги. — Ну, это само собой, — подыграл Сейя, закатив глаза, затем вновь стал серьёзным. — Через несколько часов её смена закончится, она снимет свою униформу и сможет улыбаться только тем, кому захочет. Моя же смена никогда не заканчивается. — В смысле? Я же не заставляю тебя мне улыбаться… — возмутилась она, но Сейя перебил. — В том-то и дело, что нет. С тобой рядом я могу быть собой. Я знаю, что наши разговоры останутся между нами. Во всех остальных случаях я не могу предсказать, кто из наших одноклассников, что выложит в сеть, или какая моя неосторожная фраза окажется на первой странице в жёлтой прессе. А чёрный пиар сейчас не в почёте. — А почему ты так уверен, что я не выпытаю все твои страшные тайны и не продам их за большие деньги? — Усаги хотела пошутить, говорить с Сейей по душам казалось ей необычным. — Ты не из тех, кто способен поступить подло ради собственной выгоды, — усмехнулся он. — С чего ты взял? Я, между прочим, на многое способна, — Усаги изобразила воинственность, которая показалась Сейе очень милой. — Как там зовут ботаника, который месяца четыре назад ногу сломал? — его вопрос поставил Усу в тупик. — Ты про Умино? А он-то тут причём? — Он ведь тебя раздражает. И ты бы вряд ли назвала его своим другом, как и большинство из класса, — Сейя пристально смотрел Усаги в глаза. — Но когда он оказался в больнице, ты уговорила одноклассников по очереди навещать его и передавать конспекты и задания. Я сначала всё гадал, зачем тебе это, пока не понял, что ты помогаешь просто так — потому что человеку плохо. И таких примеров много. — Ты что следил за мной? — Усаги нахмурилась. — За кого ты меня принимаешь, Оданго?! — Сейя притворно возмутился. — А если серьёзно, то, конечно, нет. Просто ты невольно привлекаешь к себе внимание, и ты мне понравилась, можно сказать, с первого взгляда, даже не знаю, чем. Но ведь бывает, что человек тебе нравится без особой причины? Усаги потупила взгляд и смущенно кивнула. Она-то не обращала внимания на то, каким на самом деле был Сейя за маской самоуверенного звёздного мальчика. — Я сказал что-то не то? — он не мог понять, чем вызвана молчаливость Усы. — Вовсе нет, — она задумчиво размешивала остатки коктейля трубочкой, тихо позвякивая льдом о стакан. — Мне всегда казалось, что ты не замечаешь никого кроме себя, что тебе нет никакого дела до проблем других людей, но при этом всё достаётся тебе без особых усилий — внимание, слава, деньги, хорошие отметки… А выходит, что это не так. — Ну, все вокруг и должны так думать, — Сейя беспечно улыбнулся, но в глазах мелькнула грусть. — Многие думают, что трудно оказаться на вершине славы, но это не так. Знаменитым стать легко, тяжело им оставаться. Известность вещь капризная, да и манит тех, кто хочет прославиться за твой счёт или заработать на тебе. К примеру, какой-нибудь оперный певец, кого знают лишь в очень узких кругах, прилюдно раскритиковал наш новый сингл, и имя этого человека стало известным широкой публике. Посредственный дизайнер высказал своё фи по поводу нашей одежды и тут же привлёк внимание к своему бренду. И так почти со всеми людьми, поэтому без хорошей брони просто не выжить. — Но в школе ты всё равно кажешься почти обычным учеником, а сейчас… Даже не знаю, как объяснить, — она замялась, пытаясь подобрать правильные слова. — С таким графиком приходится проживать минимум две жизни за одну. Так что я могу иногда говорить, как умудренный опытом брюзга, — рассмеялся Сейя. — Представляю, как это непросто, — улыбнулась Усаги. — Я и с одной жизнью справиться не могу. А ты не думал, всё бросить? — Это не так просто, как кажется. Мы хотели выступать не ради славы или денег, уж я-то точно. А ради признания. Наверное, любому творческому человеку хочется, чтобы люди оценили его творение — будь то музыка, стихи, картина, книга или фильм, — на мгновение он замолчал, и на его лице появилось мечтательно-отстраненное выражение. — Знаешь, это непередаваемое ощущение, когда ты поднимаешься на сцену под свет софитов, и по огромному залу разносится самый первый аккорд, а толпа буквально взрывается аплодисментами, криками и свистом. В этом момент по венам бежит настоящий огонь, и ты напрочь забываешь об усталости или физической боли. Ты как будто сливаешься с энергией зала. Удивительное чувство, и ради него можно мириться со многими вещами. Усаги заворожено смотрела в горящие глаза Сейи. Она никогда раньше не видела его таким счастливым и воодушевленным. Заразившись его энтузиазмом, она впервые страшно захотела побывать на его концерте, увидеть и почувствовать всё то, о чём он сейчас рассказывал с такой горячей, искренней любовью. Заметив ответные искорки в глазах Усаги, Сейя улыбнулся и отогнал мысли о том, что когда пролетает время выступления, наступает опустошенность, потому что из яркого мира эмоций и музыки он возвращается к толпе, где половина присутствующих готова разорвать их на сувениры, а то признание, что он так жаждал, поворачивается к нему своей уродливой стороной. — А вот и твой десерт. Надеюсь, ты оценишь. Сейя с удовольствием наблюдал за тем, как Усаги отломила ложечкой небольшой кусочек от мягкого шоколадного кекса, зацепив немного сливочного мороженого и макнув кекс в тёмный горячий шоколад, искусно спрятанный в середине десерта, но вытекший, как только Уса надломила сладкое произведение кулинарного искусства. — Как вкусно! Ничего подобного никогда не пробовала! — Я рад, Оданго, — Сейя подумал, что Усаги напоминала восторженную маленькую девочку, которая первый раз попробовала сахарную вату, и от этой мысли по его сердцу разлилось тепло. — А тут можно попросить рецепт? — она, закрыв от удовольствия глаза, облизала ложку. — Не уверен, что его дадут, но можно попробовать, — рассмеялся Сейя. — Хочешь приготовить этот десерт дома? — Нет, я даже рисковать не буду. А вот моя мама, думаю, сможет. Она очень вкусно готовит. Её лимонный пирог это шедевр. Сейя не заметил, как их разговор плавно перетёк на семью Усаги и на её детство. Она, не стесняясь, рассказывала о многочисленных смешных ситуациях, в которых часто оказывалась, а он делился своими, хотя по количеству забавных происшествий проигрывал Усе, которую ни капли не смущало, что она и Сейя неприлично громко смеялись. Сейя давно не испытывал такой светлой радости. Он наслаждался каждым взглядом Усаги, каждой её улыбкой, лелея надежду, что ему всё-таки удалось хотя бы на шаг стать ближе. Он был счастлив просто от того, что был рядом с Усой. И может быть, ему стоило довольствоваться малым, но Сейя был неисправимым мечтателем и романтиком — быть просто другом ему было недостаточно. Возможно, они бы проболтали и дольше, но звонок мамы Усаги заставил Усу спешно собираться домой. А когда Сейя проверил свой телефон, то увидел восемнадцать пропущенных звонков от Ятэна, десять от Тайки, семь от их менеджера и кучу сообщений. В последним Ятэн подробно расписал пытки, которым подвергнет Сейю, как только тот объявится. Первый раз в жизни Сейя забыл о назначенном интервью.

***

 — Эй, Оданго, подожди, — Сейя нагнал её, когда она уже оказалась далеко за пределами школы. Усаги улыбнулась, хотя даже не обернулась в его сторону. Сейя три дня не ходил на занятия, и Уса поймала себя на мысли, что скучала по нему. Она была вынуждена признать, что много думала о нём и об их разговоре. Сейя всегда казался ей обаятельным, и её злило, что он этим пользовался, а после того памятного разговора противостоять его обаянию стало ещё сложней. Но ей льстило, что он дожидался её после школы. — Привет, Сейя, — Усаги старалась не выдать своих чувств. — Что ты тут делаешь? — Хотел узнать домашнее задание, — он широко улыбнулся. — Мог просто позвонить, — пожала плечами она. — Я хотел тебя увидеть, Оданго, — Сейя неожиданно стал серьёзным. — Послезавтра мы уезжаем на гастроли, и я хотел лично попрощаться. Мы не увидимся до середины сентября. — А как же школа? — учёба не сильно волновала Усаги, но с Сейей было легко и весело, и от мысли о долгой разлуке у неё болезненно сжалось сердце. — Ну, придётся тебе присылать мне домашнее задание по электронной почте, — ему тоже совсем не хотелось расставаться почти на два месяца. — Видимо, деваться мне некуда, — Усаги изобразила обреченность. — Кстати, это тебе. Она протянула ему новую ручку в прозрачном пластиковом футляре. Уса и сама не могла объяснить свой порыв, но когда она проходила мимо магазина канцтоваров два дня назад, то увидела эту ручку и почему-то сразу подумала о Сейе. Ей захотелось сделать ему какой-нибудь подарок, ведь после того разговора на душе ей стало легче. — Спасибо, — растерянность на лице Сейи сменила счастливая улыбка. — Но если ты потеряешь и эту… — Усаги грозно на него посмотрела. — Не потеряю. Обещаю, Оданго.