Чужая улыбка

Усаги вытерла мокрый от пота лоб и в десятый раз поправила непослушную прядь, падающую на глаза. Мозг плавился от жары, духоты и нескончаемого потока скучнейшей информации из учебника по истории. Уса с силой захлопнула книгу, понимая, что больше не может терпеть эту пытку, и уставилась на небольшой вентилятор, который должен был облегчать её страдания во время грызения гранита науки, но из-за влажности воздух казался таким тяжелым и горячим, что маленькие лопасти вращались словно бумажная вертушка, ни капли не остужая. На цыпочках Усаги прокралась к двери и также бесшумно спустилась вниз. Она надеялась налить себе ледяного лимонаду и стащить что-нибудь вкусненькое, не попавшись на глаза маме, которая не только не одобряла перекусы до ужина, но и считала, что дочь слишком часто отвлекается от домашнего задания, что было совершенно непозволительно в выпускном классе. Усаги же считала страшнейшей жестокостью так мучить и без того уставшую от учёбы школьницу во время каникул, но спорить было бесполезно. Изображая ниндзю, Уса прокрадывалась мимо гостиной на кухню, когда услышала знакомый голос и замерла. По телевизору показывали интервью с участниками группы «Три Огня», и Усаги застыла при входе в комнату. — Насколько я знаю, вы в этом году оканчиваете школу, — ведущая шоу сделала небольшую паузу. — Как известно, это самый трудный год в жизни любого школьника. Расскажите, как вам удаётся совмещать учёбу и такой плотный график выступлений? — Особого секрета тут нет, — Сейя лучезарно улыбнулся. — Как говорится, талантливые люди, талантливы во всём. Ещё пару недель назад Усаги захотелось бы стукнуть Сейю за такую вопиющую самоуверенность, но теперь она понимала, что он говорил лишь то, что от него ожидали услышать. — Сейя имел в виду, — вступил в беседу Тайки, — что людям, занятым в творчестве, приходится много работать, а нам ещё и много учиться, поэтому на отдых времени не остаётся. — А как же личная жизнь? У вас ведь столько поклонниц, — ведущая недвусмысленно улыбнулась, и Усаги как будто что-то кольнуло в сердце. — Или, возможно, вы уже с кем-то встречаетесь? — Мы бы хотели, чтобы это осталось тайной, — на лице Ятэна появилась широкая улыбка, но взгляд был колюче холодным — вопрос был ему неприятен. — Ну, хорошо, — ведущая уловила недовольство гостей, вызванное её любопытством. — Как большая поклонница вашего творчества, я бы очень хотела получить ваш автограф. — Конечно, — Тайки сдержанно улыбнулся и первым расписался на протянутом постере формата А4 с изображением их группы. Когда очередь дошла до Сейи, он вынул из нагрудного кармана пиджака ту самую ручку, что Усаги подарила ему перед его отъездом. В этот момент его лицо показали крупным планом, и Уса увидела, что всего на мгновение, глядя на её незатейливый подарок, взгляд Сейи стал теплее, и он едва заметно нежно улыбнулся. Затем, словно вспомнив, где он находился, Сейя размашистым движением оставил на глянцевой бумаге автограф и с привычным нагловатым видом широко улыбнулся в камеру. — Усаги, ты почему не занимаешься?! — грозный голос мамы прозвучал над самым ухом, и Уса отпрянула от неожиданности, больно ударившись о дверной косяк. — Я хотела попить, — потирая ушибленное место, со слезами на глазах оправдывалась Усаги. — Иди пей, а потом заниматься, и чтобы до ужина я тебя рядом с телевизором не видела, — уперев руки в бок и сурово глядя на дочь, произнесла Икуко Цукино. Усаги быстрее ветра бросилась на кухню, а потом к себе в комнату. Оставшись наедине с собой, она пыталась понять то странное чувство, которое возникло в сердце после того, как она увидела Сейю. Его взгляд и улыбка вызывали какое-то непонятное щемящее ощущение, и более того, Усаги неожиданно осознала, что скучала по нему — по его голосу, смеху, шуткам и их разговорам. Сейя писал ей почти каждый день, правда в основном по учёбе — то он задание не нашёл, то главы перепутал, то ещё что-нибудь. Иногда он присылал смешные или красивые фотографии, и тогда они обменивались комментариями или шутками. Усаги не придавала их общению особого значения, хотя оно было ей приятно, особенно после того, как она узнала Сейю с другой стороны. Но увидев сегодня его выражение лица, когда он держал в руке её простенький подарок, Усаги растерялась. Ей показалось, что Сейя думал о ней и тоже скучал, возможно, даже больше чем она по нему, что одновременно удивляло и согревало.

***

Усаги с наслаждением медленно потягивала ледяной клубничный коктейль. После половины дня, проведенного с Нару в магазинах в поисках подарка для её мамы ко дню рождения, просто посидеть в прохладе, вытянув ноющие от долгого хождения ноги, казалось настоящим блаженством. Идти домой Усаги совсем не хотелось, ведь почти наверняка мама засадила бы её за учебники, которые уже снились в кошмарах, поэтому Уса решила побаловать себя парой освежающих напитков и игрой в автоматы в любимой «Короне». Нару составить компанию ей не смогла, но Усаги это не смущало — что угодно было лучше и веселее, чем сидеть над учебниками в четырех стенах. — Привет, Оданго, — Мамору застал её врасплох, и Усаги едва не поперхнулась коктейлем. После случайно подслушанного ею разговора пошло три недели, но, несмотря на то, что сильная обида и горечь утихли, неприятное ноющее чувство в душе всё равно осталось. И стоило Усе хотя бы мельком увидеть Мамору, как сразу же вспоминались его усмешка и слова о том, что она скучная и пустоголовая, поэтому Усаги старалась избегать их нечаянных встреч, чтобы не выдать своих чувств. — Привет, — пробормотала она, морально готовясь отразить насмешку или очередную колкость. — Ты не против? — Мамору сел напротив неё. — А что свободных мест нет что ли? — насупилась Усаги, настроение испортилось, и желание провести немного времени в «Короне» пропало. — Есть, но я хотел с тобой поговорить, — спокойно ответил Мамору, проигнорировав её колючий взгляд. Усаги растеряно захлопала глазами. — О чём? — она с трудом подавила волнение и удивление. — О той моей фразе, что ты случайно услышала, — Мамору явно не собирался ходить вокруг да около, но его прямолинейность заставила Усу отчаянно желать провалиться сквозь землю от смущения. — Я уже забыла, что ты там говорил, — она хотела, чтобы её слова прозвучали легко и небрежно, но вышло жалко, и Усаги только сильнее покраснела. — Оданго, я хотел извиниться, — Мамору вздохнул. — Я не хотел тебя обидеть или расстроить. Мне жаль, что так вышло. — Тебе жаль, что я услышала то, что ты обо мне на самом деле думаешь? Но ты ведь прав, я действительно далеко не такая умная как ты, например. Зачем извиняться за правду? — Усаги погрустнела сильнее и нервно заерзала на стуле. — То, что я сказал, прозвучало грубо. И я не считаю тебя совсем уж глупой. Ты вполне сообразительная девушка. От снисходительных слов Мамору стало ещё больнее, хотя Усаги понимала, что он старался искренне извиниться. — Спасибо, — она выдавила улыбку. — Если хочешь, можем зарыть топор войны и сходить куда-нибудь вместе, — Мамору внимательно разглядывал Усаги через стол. Уса открыла рот от удивления. Всего несколько недель назад она могла только мечтать о таком предложении, придумывая, куда они пойдут, что она наденет, и о чём они будут разговаривать. Но во всех её мечтах Мамору смотрел на неё иначе. В нём не было снисходительной вежливости. Усаги представляла его как минимум улыбающимся. Пауза затягивалась, а Уса так и не могла решить, что ответить. С одной стороны, это было почти воплощением её мечты, с другой, в непосредственной близости с Мамору она чувствовала себя совсем уж маленькой, глупой и нелепой. И как она ни старалась отогнать эти ощущения, ничего не получалось. Пискнувший телефон заставил Усаги вздрогнуть. — Прости, наверное, мама уже ищет, — она покраснела под испытывающим взглядом Мамору, который всё ещё ждал её ответа. Сообщение оказалось от Сейи, и на экране появилось его селфи на фоне застрявшего в ярком сценическом костюме Ятэна, который с красным и перекошенным от злости лицом безуспешно пытался выбраться из тесной одежды. К фотографии шла подпись «редкий вид — бешеная гусеница-переросток». Усаги едва не рассмеялась в голос, но перехватила взгляд Мамору, который смотрел на неё, как учитель на нерадивую ученицу, пользующуюся телефоном во время занятия. — Извини, — нервно хихикнула Усаги. — Это не от мамы. Но знаешь, мне сейчас нужно много заниматься. Ты не обижайся, но может, в другой раз вместе погуляем? — Тебе и правда стоит уделить больше внимания учёбе, — по лицу Мамору трудно было понять, говорил он серьёзно или подкалывал её, но Уса решила об этом не думать. — Тогда я пойду. Ещё увидимся, Мамору, — она поспешно встала из-за стола, едва не уронив стакан с остатками коктейля. Оказавшись на улице, Усаги выдохнула и медленно побрела в сторону дома. Она была настолько поглощена собственными мыслями, что не обращала внимания ни на обжигающие кожу лучи, ни на жар, исходящий от раскаленного асфальта, ни на тяжёлый, горячий воздух. На душе было тоскливо после разговора с Мамору. Усаги столько раз рисовала себе самые разные сценарии того, как и при каких обстоятельствах он пригласит её на свидание. Но среди них не было варианта из жалости или от угрызений совести. А возможно, он просто звал её на дружескую встречу, чтобы загладить вину. Пискнул телефон и прервал её невесёлые размышления. Сообщение было от Сейи. «Оданго, скажи честно, ты из-за чего-то расстроена или просто я тебе надоел со своими СМС?» Усаги растерянно уставилась на экран. И как мог Сейя догадаться о её чувствах? Помедлив несколько секунд, она решила поделиться своими чувствами. «Ты не надоел. И я не грущу. Просто сегодня вроде бы сбылась моя мечта, но меня это не обрадовало», — быстро набрала Уса и нажала «отправить». «А ты уверена, что она действительно сбылась или то, что ты мечтала именно об этом? А то ведь Вселенная хитрая и умеет подсовывать суррогат» «Как это?» — Усаги встала в тень, чтобы немного отдохнуть от изнуряющего, палящего солнца и лучше видеть текст. «Когда мечта по-настоящему сбывается, это всегда окрыляет. Но часто бывает, что люди неточно формулируют желание или на самом деле хотят чего-то другого. Например, ты мечтаешь увидеть море, но приезжаешь на популярный курорт, где яблоку негде упасть, и испытываешь разочарование. А всё потому, что ты мечтала не просто о море, а о диком пляже, где нет ни души, а лишь небо, запах солёных брызг в порывах ласкового ветра и успокаивающее шуршание волн о пустынный берег. Так что настоящая, идущая от сердца мечта не может огорчать», — быстро набрал текст Сейя. «Звучит очень красиво», — Усаги улыбнулась, представив умиротворяющую красоту морского пейзажа. «Это точно. В таком месте я за один вечер написал две очень хорошие песни. Так о чём ты мечтаешь, Оданго?» «Какой ты любопытный!» — Усаги добавила смайлик с высунутым языком. — «Спасибо, Сейя», — отправила она следующим сообщением. «Всегда рад помочь», — его сообщение заканчивалось подмигивающим смайликом. Уса улыбнулась и крепко сжала в руке телефон — пришлось признаться себе, что она очень скучала по Сейе и ждала его возвращения.