Творческий проказник (Original Prankster)

      Гермиона Джин Грейнджер двадцати одного года от роду, стояла в маленькой комнатке, ожидая свой выход на церемонию свадьбы, и размышляла, когда в её жизни всё пошло не совсем как надо. Не то, что бы она была совсем недовольна этой (собственной!) свадьбой, и её будущий муж замечательный человек, и она даже его немного любит.       Она не знала хочет ли она с ним быть всю жизнь, вот в чём дело. Несмотря на все прошедшие годы, он всё ещё оставался закомплексованным подростком без царя в голове, сам не знающий, чего точно хочет. Ну кроме неё, тут уж сомнений нет, она вспомнила все его последние попытки затащить её в постель, такие же бесплодные, как и раньше.       Наконец, её выход. Вот он стоит рядом с чиновником министерства, проводящим церемонию, такие знакомые рыжие кудри развеваются на лёгком ветерке. И странная улыбка, напомнившая ей совсем другого человека. На секунду ей захотелось, чтобы там стоял этот другой, как же она по нему скучала, сколько раз она хотела найти его и поговорить начистоту, но каждый раз что-то её останавливало.       С Гарри она начала серьёзно ссориться на шестом курсе. Сначала из-за тех опасностей, что несли его эксперименты с зельями по непонятной старой книге. Потом из-за его серии дуэлей с Малфоем, последняя закончилась его падением с Астрономической башни. Да, он всё рассчитал, и с помощью хитрых артефактов поднялся в воздух, но когда он начал падать, она почувствовала, что просто умирает и больше так продолжатся не может.       Тогда она решила, что не хочет жизни, где её парень или муж постоянно старается умереть из-за своих шуточек. Она любила Гарри, безумно хотела быть с ним, она знала точно, что и он её любит, но отключила эмоции и подключила мозги, и решила, что хочет размеренной спокойной жизни. Хотя и ей самой это не всегда удавалось…       Она следила за ним все эти годы. Его репутация лучше всего описывалась новой поговоркой магической Англии «Гарри Поттер может всё». Всего несколько лет после Хогвартса и он стал наиболее известным артефактором, разрушителем проклятий и охотником за сокровищами.       Немного позавидовав Гарри, она тоже занялась артефакторикой, и сделала неопознаваемый амулет смены внешности и тембра голоса. Что ей сильно пригодилось позже, когда она решила инкогнито отправиться в отряд, который набирал Поттер в экспедицию в старый магический могильник инков. Веснушчатую блондинку Маю Содбастер с юга Американских штатов, подмастерье-колдомедика и зельевара Гарри взял после небольшой проверки, удостоверившись под веритасерумом в отсутствии желания навредить. Впрочем, это было обычной проверкой для его отряда.       Длившаяся больше года экспедиция была жёсткой, отряд вернулся без безвозвратных потерь, но на волосок от смерти побывал каждый. Своё отрядное прозвище Гермиона заслужила, когда во-второй раз за два дня, вытаскивая Поттера с того света, в ярости пообещала его прибить из милосердия самой, до того, как он ещё раз сунется в этот же зал ловушек без подстраховки.       Это был замечательный год, год рядом с ним, она свободно флиртовала с ним в этой личине, и вряд ли кто-нибудь мог связать по поведению опасную, неотвратимо быструю как скальпель Маю Содбастер и разумную, уравновешенную Гермиону Грейнджер. Хотя иногда ей казалось, что в его глазах мелькало узнавание.       Но и этот год прошёл. Ей было стыдно его найти и признаться, и Мая Содбастер исчезла с концами. Она всё ещё размышляла о их возможном будущем, но опять появился Рон, они начали встречаться, он сделал предложение. A Гарри? Гарри был слишком далёк от неё, и она согласилась…       Ей дико хотелось быть рядом, хотя бы изредко встречаться, но после всего того, что она ему наговорила при расставании это было просто невозможно. Поздно, слишком поздно. И потом, у неё есть Рон… Мысли её прервал министерский чиновник:       — Гермиона Джин Грейнджер, согласны ли вы взять в мужья этого молодого человека.       — Согласна, — подавив вздох, проронила Гермиона.       — А вы, молодой человек, согласны?       — Ещё как согласен! — воскликнул он, от чего в толпе заржали.       — Объявляю вас мужем и женой волей магии! — констатировал чиновник, вспышка и магический брак заключён, он зачем-то посмотрел на часы и, наконец, сказал: — Можете поцеловать невесту.       

***

      Наверное, он забил бы на эту свадьбу и продолжил дальше жить с болью в сердце, которую он старался заглушить, кидаясь в самые отчаянные авантюры, если бы не встреча с давней подругой, когда-то влюблённой в него. Сейчас её чувства прошли, но его судьба ей не была безразлична. То, что она рассказала, в конечном итоге и вынудило его действовать.       Ему не была безразлична судьба Гермионы. Она хорошо замаскировалась, но не от человека, который годами был рядом с ней, а позже издалека отслеживал каждый её жест. В экспедиции в могильник он бы без неё не выжил. Ему было крайне интересно попробовать соблазнить её, только для того чтобы проверить не признается ли она, но это было бы слишком подло. И это одно дело, когда она выходит замуж по любви за достойного человека, и совсем другое — знать, что она будет жёстко ограничена брачным контрактом о котором не знает сама.       Он не понимал как он стал таким балбесом на шестом курсе, безразличным почти ко всему, кроме своих шуток, несколько скандалов и он ухитрился упустить её…       Он всё ещё был в размышлениях, колебался, но внезапно прозвучавший по радио новый хит напомнил ему о всех его выдающихся шутках и он решил, какого хрена! Он же Гарри Поттер, а Гарри Поттер может всё!       Потом надо было найти помощника в министерстве, желающего пошутить, подготовить артефакты и рассчитать время. Тот кого он отыскал был настоящим гением в своём роде, его педантичность обещала, что уж в этот раз проблем с шуткой не будет. И вроде всё получилось.       

***

      Поцелуй между молодожёнами затянулся, и вот, почти в самом конце, волосы жениха резко потемнели, рост немного уменьшился и Гермиона, открыв глаза после поцелуя, посмотрела в самые прекрасные зелёные глаза в мире.       — Прежде чем ты попытаешься порвать меня на части, Мерси, — не давая ей сказать ни слова, прошептал Гарри, — прочитай, пожалуйста, свой брачный контракт. Гарри кивнул, и чиновник подал ему бумаги.       Её глаза расширились от шока, когда он назвал её отрядным прозвищем, но шок не помешал ей прошипеть: — У меня нет брачного контракта!       — Если ты о чём-то не знаешь, то это не значит, что этого нет, — вздохнув, проговорил Гарри. — Твои родители подписали вместо тебя, уж не знаю под Конфундусом, Империо или по глупости…       Чиновник оставил их позади и приблизился к толпе. Волосы его покрылись рыжиной, и перед толпой предстал… Перси Уизли.       — Ну что, кто ещё считает, что я не умею шутить? — спросил он.       — Ты велик…       — … и страшен…       — … братец…       — Мы, склоняемся перед уровнем твоей совместной с Гарри шутки, о великий, — близнецы упали на колени и начали отбивать поклоны, — шутки которые длятся час или два — это мы можем, вы же пошутили на всю жизнь.       Гермиона прочитала контракт и побледнела: на рабов накладывают меньше ограничений. Потом прочла одну из последних строчек, «контракт вступает в силу после консумации». Поблагодарила магию за то, что отклонила все приставания Рона, подскочила и впилась поцелуем в губы Гарри. Потом отскочила и, подозрительно посмотрев на него, спросила:       — Гарри, а как я могу быть уверена, что ты не составил подобный брачный контракт?       — Составил, но не подобный, и подписанный только мной, — не стал отпираться Гарри.       Гермиона быстро просмотрела уже подписанный контракт из трех крайне прозрачных пунктов:       1. Гарри клянётся о ней заботиться.       2. Гермиона и Гарри могут жить как угодно и заниматься чем угодно.       3. Контракт может быть расторгнут любым из них, в любой момент, при условии предварительного обследования на чары и зелья принуждения.       … и тоже подписала.       — И что сейчас? — спросила она Гарри.       — Ну, если ты согласна, портключ в домик на юге Франции. Медовый, — ещё один поцелуй, — месяц.       — Согласна, — быстро проговорила Гермиона.       — Шалость удалась, — улыбнулся Гарри, сделал хитрый крендель палочкой и за секунду до срабатывания портключа Гермиона услышала дикие звуки из спрятанных Гарри накануне во многих местах вокруг магических колонок, среди которых наконец раздалась первая строчка хита от исчадия американского панк-попа:       — You can do it!!!