Анализ проведен

Упорядоченность. Ясность. Светлейшее ощущение, отдающее лишь легкостью. Порядком. …и нежеланием его отпускать, когда разум начинают заполнять воспоминания, чувства и сомнения. Вместе с осознанием такого неправильного, продолжающего меняться себя приходит опустошение. Как будто чего-то не хватает в груди – только это все фантомное, он помнит последние секунды перед отключением и знает, что без биокомпонента попросту не работал бы. …А еще, кажется, вируса больше нет. Что было после того, как он перестал осознавать происходящее? О, нет-нет-нет. Сейчас думать не надо: пустая трата времени. Лучше открыть глаза. Он у Камски. Где-то в другом помещении, но все же. А еще его затылок покоится на коленях Кары – странно, что он сразу не почувствовал разницу между тем, где лежит корпус, а где – голова. Может, андроиды лишь придумывают ощущения, основываясь на словах людей? Проецируют на себя? А сами люди? Голова Кары лежит на спинке дивана – кажется, девушка дремлет. Коннор несколько минут тихо наблюдает за ней, стараясь не концентрироваться на роящихся в голове вопросах. Ему очень хочется вздохнуть – в общем-то, какая разница, проецирует и придумывает он что-то или нет, если это ощущается реальным? – и он вздыхает. Ресницы Кары подрагивают, и она открывает глаза, встречаясь с Коннором взглядом. – Привет, – одними губами говорит она. – Привет, – тихо отвечает он. Это так… ново, – он все же дает волю мыслям – и в то же время как будто умиротворяюще привычно, правильно [такое вообще может быть правильно?], вот так лежать и наслаждаться присутствием другого существа. Девушка плавно кладет руку ему на макушку и пропускает его волосы сквозь пальцы, будто уже делала это. Может, и правда делала? Коннор не выдает признаков беспокойства, погруженный в себя и это приятное ощущение, и Кара продолжает поглаживать его по волосам. Для нее, – понимает он, – время шло иначе. Так же, как и события. А еще, если сам RK800 – натура анализирующая, то AX400 чаще действует по зову сердца, не слишком-то медля. Взять ту же Алису… кстати, о ней… – А где Алиса? – спрашивает он. – Осталась с Маркусом, я посчитала неразумным тащить ее сюда. Коннор кивает, внутренне забавляясь предстающими глазам образами Маркуса, которому приходится развлекать ребенка. – Слушай, я… – он чуть приподнимается на локтях, но Кара перебивает его. – Все в порядке, Камски все исправил, и источник распространения уже ищут. Мы можем уйти в любой момент, Хэнк… – Нет, я не об этом. Я… мы… – он не знает, как выразить мысли. Браво, детектив. Судя по смущенному выражению лица Кары, она понимает, о чем он. – О… – ее рука отстраняется, и RK800 пытается собраться с мыслями. – Слушай, я… – RK800 тянется к галстуку, которого нет, и, осознав это, чуть выше приподнимается на локте. – Ты мне нравишься… и, судя по тому, что ты здесь, я тебе тоже… небезразличен? – аккуратно формулирует он. – У тебя приятные руки, и я хотел бы… научить тебя бросать монетку, если ты еще не научилась сама, и… свозить вас с Алисой в магазин? – полуутвердительно говорит Коннор, борясь с чувством, что несет совершенно несвойственные ему вещи. Кара смотрит на него своими сияющими глазами, и он начинает чувствовать усиливающуюся и подступающую к горлу нервозность. Должен ли он поцеловать ее? Или слишком рано? Может, он ошибся? Сострадание ведь не значит… Она улыбается, и в груди девианта словно развязывается тугой узел. Он выдыхает – и поддается тому, что у людей называется интуицией, приобнимая Кару, упираясь лбом ей в солнечное сплетение и чувствуя разливающееся по телу тепло. Даже если все это выдуманное… спасибо создателю за возможность проецировать.