Ты помог мне

      Чимин никогда бы не подумал, что его жизнь в каком-то смысле изменится из-за дурацкой игры.      Намджун предлагает как-нибудь посидеть у него, когда родителей не будет дома. Чимину эта идея кажется хорошей, потому что дома у друга он не бывал ещё ни разу, хотя дружат они с того момента, как поступили в младшую школу. Но против оказывается мама, потому что считает четырнадцатилетнего мальчика недостаточно взрослым для общения с мальчиками постарше. Намджуну всего пятнадцать исполнилось, а Тэхён вообще с ним в одном классе. Только Мин Юнги является семнадцатилетним парнем, который почему-то дружит с учениками среднего звена, хотя сам уже старшеклассник. И Пак знает, что у Мина куча друзей даже старше него, но чаще всего он проводит своё время с Намджуном и, следовательно, с самим непосредственно Паком.      Когда Чим всё же получает с огромным трудом и потерями (любимый яблочного пирога не будет целую неделю) это разрешение, весёлый бежит в магазин за вкусняшками, потому что они собрались посмотреть хороший фильм. По дороге он заходит за Тэхёном, который тоже прихватил с собой большую пачку чипсов и бутылку лимонада. Ким весело щебечет о том, что ему в скором времени купят велосипед, и они смогу кататься на нём по очереди. На самом деле, Чимин сейчас счастлив: Тэхён всегда был тем, кто не жадничает, и если у него останется даже последняя крошка хлеба, он отдаст её тому, кто в этом больше нуждается. Пак восхищается этим качеством в друге. Сам он, конечно, не жадничает, но на слишком большие жертвы тоже не осмеливается.      Чимин осматривает район, по которому они идут, и, да, они почти пришли. Дом Намджуна совсем рядом, стоит только за угол завернуть. Они поднимаются на нужный этаж и звонят в домофон. Юнги стоит на пороге, когда дверь открывается. Они здороваются, Мин жестом приглашает войти и запирает дверь за мальчиками.       — Хён, привет! — радостно приветствует Намджуна Чимин, и тот обнимает его. — Мы с Тэхёном принесли вкусняшки для фильма.      Ким одобрительно кивает и забирает у младших пакеты. Они с Юнги тоже купили кое-что, поэтому у них образовалась приличная гора вредных вкусностей. Также они с Мином подобрали несколько ужастиков для просмотра. Ну потому что они мужики, а не какие-то сопливые девочки, которым только дорамы подавай. А Чимин, к слову, от них бы не отказался, потому что при просмотре ужасов ссытся от страха.      Когда они усаживаются на полу около дивана полукругом, чтобы было удобней, Чимин протискивается между Намджуном и Тэхёном, чтобы ни сидеть рядом с Юнги, который почему-то его пугает. Старший хоть и относится к Паку так же, как и к другим, порой, кажется, даже лучше, но от его равнодушного, холодного взгляда мурашки бегут по спине.      — Давайте сыграем? — предлагает Джун, хитро улыбаясь. И на совместно произнесённый троими вопрос: «во что?», — отвечает: — В «правда или действие»? Кто не справится, тому каждый ставит по пять щелбанов.      Юнги бурчит что-то о том, насколько глупая и дурацкая эта игра, а Чимин и Тэхён радостно хлопают в ладошки и соглашаются. Тэ пихает самого старшего в бок, мол ну чего ты, весело же будет, и тот соглашается, вздыхая. Нам как-то странно ухмыляется, будто в голове у него родился целый план, как припозорить каждого из присутствующих.      — Тэхёна, правда или действие? — спрашивает Ким, почему-то пропустив Юнги, сидящего самым первым.      — Правда, — уверенно отвечает Тэ, отпивая из своего стакана газировку.      — Тебе нравятся мальчики? — с улыбкой спрашивает Намджун, из-за чего Тэхён давится.      — Сдурел о таком спрашивать? — упрекает младшего Юнги, с укором глядя на него. Он здесь как самый взрослый и мудрый, поэтому должен учить детей уму-разуму. Хотя Мин знает, что Ким довольно не глупый ребёнок, и вопрос был задан лишь из-за личного интереса. Юнги знает о увлечённости Намджуна Тэхёном, поэтому его вопрос кажется ему не таким беспочвенным и совсем бесполезным. Но, Ким Намджун, ради бога, где твоё приличие?      — Я не думал об этом, — тихо подаёт голос Тэхён, перебирая пальцами ткань своей кофты. — Нет, наверное.      Намджун с какой-то грустной улыбкой поворачивается в сторону Чимина.      — Правда или действие?      — Правда, — пищит младший, уже даже боясь, что ему тоже зададут нечто подобное, но действие он не хочет выполнять ещё больше, чем признаться в чём-то. Вдруг чего ужасного прикажут делать.      — Как ты относишься к Юнги-хёну? — как-то слишком серьёзно спрашивает Ким.      Пак распахивает шире глаза и вздрагивает, когда смотрит на Мина, а тот смотрит ему прямо в глаза, хмыкая. Он тоже ожидает от младшего ответ.      — Ну… — мямлит Чимин, крутя головой и остановившись на лице Тэхёна, смотря на него умоляюще, словно ищет поддержки, но тот лишь вопросительно изгибает бровь. — Он хороший и добрый, но…      — Но? — Мин вскидывает бровь, ожидая продолжения.      — Но я почему-то боюсь тебя, — выдыхает Пак, краснея и пряча ладони в рукавах свитера. — Это выходит самопроизвольно, просто у тебя такое лицо, будто ты всех ненавидишь, — тараторит мальчик, не на шутку разволновавшись.      — Боишься, — словно для себя говорит Юнги, устремив взгляд в пол и будто понимающе кивнув.      — Юнги-хён, правда или действие? — переводит тему Намджун, пытливо глядя на друга.      — Действие, — фыркает Мин, махнув рукой. Он не знает, что там у Кима на уме, но по его лицу было видно, что он что-то задумал.      — Поцелуй Чимина.      Все как-то разом замолкают, Пак сидит в абсолютном шоке и краснеет пуще прежнего, Тэхён тоже удивлён, а Юнги крутит пальцем у виска, мол совсем больной? Он, видимо, ошибся, когда называл Кима неглупым ребёнком.      — Готовь лоб, — хмыкает Джун, уже приготовившись бить, но Юнги его останавливает, сглатывая.      Старший подползает к Чимину и как-то бережно берёт его за подбородок, а тот даже и не шевелится, ошеломлённо глядя на парня напротив. Мин тихо шепчет: «прости», — и мягко касается чужих пухлых и таких тёплых губ. Юнги бы хотел поцеловать младшего по-настоящему, с чувством, получая ответную реакцию, а не так — спонтанно и без взаимного желания. Но тот, во-первых, ещё совсем ребёнок, во-вторых, не испытывает тех же чувств в ответ.      Юнги долго ходил и ругался на себя за то, что каким-то невообразимым образом влюбился в мальчика, который младше его на три года. Чимин ещё слишком мал, да и парень он, парень! Если старшего его вкусы не смущают, то про вкусы Пака он не знает совершенно. Но, если посудить, то скорее всего это девочки. Мин видел, как мило Чимин беседовал со своей одноклассницей и постоянно делился с ней в столовой своим соком (видел, когда заходил за Намджуном, а тот ему потом и рассказал всё в подробностях). Любить до жути неправильно, но Юнги не может ничего с этим поделать. Ему как-то резко в голову ударило, что он любит маленького Пак Чимина. И это ужасно.      Юнги не удерживается от того, чтобы напоследок не лизнуть чужие губы кончиком языка, когда отстраняется. Чимин крепко зажмурился и задержал дыхание, но почему-то ожидаемо не сомкнул губы, а даже как-то расслабил. Мин успокаивающе гладит мягкую паковскую щёчку, отстраняясь и вновь шепча: «извини меня». Младший разлепляется глаза ровно в тот момент, когда перестаёт чувствовать тепло.      — С тобой всё в порядке? — интересуется Юнги, садясь на своё место.      — Думаю, да, — хрипит Чимин, слабо улыбнувшись. — Ничего такого. — А у самого пожар в груди и сердце бешено колотится. Его будто ведром холодной воды окатили: такими внезапными были странный смешанные чувства. Единственное, что он худо-бедно понял, — ему понравилось. Возможно, даже слишком сильно, хотя это было лишь лёгкое касание, но он ясно почувствовал чужой горячий язык на своих губах.      Они продолжают играть, и тех неловких вопросов и действий больше нет, потому что право задавать вопросы у Намджуна отобрали. В основном мальчики рассказывали о смешных ситуациях, которые с ними случались, поэтому они много смеялись.      Когда они уселись смотреть фильм, Чимин уже без былой боязни сел рядом с Юнги, облокотившись на него плечом. В особенно страшных моментах он прятал лицо в изгибе бледной шеи и, обхватив руку старшего, вжимался в него. Мин тихо хихикал и пропускал шелковистые волосы младшего через пальцы.      Ближе к восьми вечера Чимин и Тэхён собрались домой. Попрощавшись с хёнами, они ушли.      — Это было странно, — хохочет Тэ, кладя руку на плечо Чимина. — Но мило.      — Что? — Пак поворачивается к другу. — Ты о чём?      — О поцелуе, — и вновь смеётся, глядя на постепенно краснеющего друга. — Хён смелый! Тебе понравилось?      — Да, — тихо шепчет Чимин, опуская голову и смущённо перебирая пальцами края свитера. Тэхён переспрашивает, не услышав ответа. — Н-не знаю! — выпаливает Пак, ускоряя шаг.     — Эй, стой, ты куда?! Совсем плохо, что ли?      Наоборот.         Когда Чимин добирается до дома, он закрывается в комнате, прямо в одежде забирается под одеяло и накрывается им с головой, слыша, как сильно бьётся его сердце от воспоминаний о сегодняшнем. Эмоции захватили разум и отпускать не собираются, потому что Чим чувствует странную тягу к старшему. Ему хочется Юнги написать, позвать гулять, узнать его лучше, да и вообще заделаться его лучшим другом. Возможно, он должен был на самом деле злиться на Мина, но всё в точности наоборот.      Мама стучит в комнату и спрашивает, не голоден ли он, на что Пак молчит, притворившись спящим. Ему по-хорошему бы в душ сходить и хорошенько отдохнуть, но он берёт телефон и ищет нужный аккаунт в какао. Он пишет Юнги: «привет», — и терпеливо ждёт ответа. Их переписка до этого совсем скудная. Старший всего лишь спросил две недели назад, как Чимин себя чувствует, потому что тот заболел.      MYG13: Уже не боишься меня?      ParkJi: Теперь нет.