2
8 июня 2018 г., 14:27
Пак сидит на диване на верхнем этаже клуба и осматривает людей — танцующих, пьющих и даже, кажется, дерущихся. Он хмыкает, отпивая глоток виски, что находится у него в руке, и прикусывает губу, слизывая оставшийся на губах алкоголь. Ему совсем не нравится запах: пахнет чем-то сырым и грязным, а ещё сигаретами, а Чимин терпеть не может сигареты. Намджун совсем рядом болтает с какой-то девушкой, хотя Чимин прекрасно знает, что лучшая компания на вечер для Кима — это Тэхён, который обиделся на него ещё утром, потому сейчас находится где-то на танцполе среди танцующих. Юнги ушёл справлять нужду, потому что уже достаточно выпил за сегодня.
— Ненавижу туалеты в клубах, — морщится Мин, плюхаясь на диван рядом с Чимином и застёгивая ремень на брюках. — Ты почему один? — старший осматривает в поисках девушки, которую почему-то ожидал здесь увидеть, когда придёт.
— А с кем я должен быть? — хмыкает блондин, допивая залпом виски. — Намджун занят, — кивнув головой в сторону целующейся парочки, фыркает парень.
— Я не о нём. Но он идеальный пример того, чем ты должен был сейчас заниматься. Мы что, зря пришли? — откинувшись на спинку, Юнги лениво пробежался взглядом по людям на их этаже и перевёл его на Чимина, пытливо глядя.
— Не вижу в этом нужды, — фырчит парень, морща нос из-за стонов девушки, которую Ким уже чуть ли не раздевает, вылизывая её шею. Юнги усмехается.
— Ты всегда уходишь один. Тебе настолько противно? — оглядывая девушек в поле его видимости, спрашивает беловолосый.
— Нет. Или да. Просто… мне уже кое-кто нравится? Я говорил, помнишь?
Старший кивает, но не совсем понимает: если Пак с девушкой, которая ему нравится, не встречается, то почему всё равно отказывает себе в удовольствии? Юнги, конечно, тоже не сильно в восторг приходит, когда вбивает очередную продажную девицу в матрас скрипучей кровати в убогом дешёвом мотеле, потому что ему принципиально не нравятся девушки так, как парни, но он всё равно делает это, потому что он мужик — ему хочется. И за это осуждать не будут, как если бы он всё время кадрил парней.
К ним подходит длинноногая брюнетка в облегающем платье и улыбается. Юнги хлопает ладонью по месту на диване рядом с Паком, приглашая её сесть. Он подцепил её по дороге в туалет, и она, как обещала, пришла.
— Чим, это Хеджин-нуна, познакомься.
Пак хладнокровно кивает, выхватывая у Юнги стопку с виски, которую тот поднёс к своим губам, чтобы выпить, и заливает в себя весь имеющийся в стопке алкоголь, морщась из-за обжигающей горечи в горле. Хеджин улыбается и кладёт ладонь Чимину на бедро, когда начинает оживлённо разговаривать с Юнги. Блондин дёргается, пялясь на тонкие длинные пальцы на своей ноге и чувствуя явное желание это убрать. Девушка совсем не замечает напряжённости Чимина, а потому ведёт руку выше, ближе к паху. Чёрт. Мин говорит что-то смешное, и Пак решает тоже посмеяться, потому что нервы уже сдают. И, надо признаться, он волнуется. У него был опыт с женским полом — весьма неплохой. Ну, если судить по тому, как девушки стонали под ним, то и правда весьма неплохой.
— Я отойду, — бросает Пак, встав с дивана, тем самым наконец скинув чужую ладонь. — А вы тут поболтайте. Можете последовать примеру Намджуна.
Юнги шипит, крича ему вслед, какой тот засранец и редкостный говнюк, но Чимин лишь усмехается. Он спускается на первый этаж, выискивая в толпе Тэхёна. Это вряд ли составит большого труда, потому что тэхёновские волосы даже в темноте пылают ярко-оранжевым. Пак пробирается сквозь потные тела к другу, дёргающемуся в такт музыке.
— Я валю домой, ты остаёшься? — кричит ему в ухо, отпихивая чью-то руку, попытавшуюся только что схватить его за задницу. За чертовски аппетитную и упругую задницу. Тэхён усиленно кивает, улыбаясь квадратной улыбкой и показывая большой палец, направленный вверх. — Отлично. До завтра.
Блондин выходит на улицу. Его лицо обдувает резким порывом ветра — это заставляет придти в чувство и приятно охлаждает разгорячённую кожу. Телефон в его кармане жужжит, уведомляя о новом сообщении.
Юнги-хён: «Блять, ты действительно свалил xD. Ублюдок».
Чимин фыркает, блокируя экран. Он ощупывает себя в поисках ключей и находит их лежащими в заднем кармане джинсов. Пак ловит такси и со спокойной душой садится в салон, чтобы наконец-то поехать домой. Он уже жалеет о том, что пошёл: только деньги потратил и настроение испортил. Юнги наверняка останется на эту ночь у той девицы. Хеджин, кажется. А Намджун с Тэхёном помирятся, ибо живут вместе — по одиночку добраться до дома точно не смогут.
Пак расплачивается и выходит из машины, когда та тормозит около его дома. Наконец-то он дома — сможет принять расслабляющий душ, выпить кофе, потому что из-за алкоголя его голова совсем мутная и мысли странные. Он заходит в квартиру и сразу же скидывает с ног обувь, плетясь до дивана. На его телефон снова приходит сообщение, и он как-то отчаянно мычит в тканевую обивку.
Юнги-хён: «Сладенький, подожди меня сегодня».
То, что Юнги уже в стельку пьян, Чимин понял, но какого чёрта он должен его ждать? И где? Пак решает не думать над этим, вставая с дивана. Парень берёт полотенце и направляется в душ, а ещё у него чертовски кружится голова. Чимин скидывает на холодный кафель рубашку и придирчиво рассматривает себя в зеркале. Ему всегда казалось, что он стрёмный. Конкретно так, но липнувшие, как мухи, девушки, говорили об обратном. Его тело не казалось ему идеальным, но он помнит девичий визг, когда они с Тэхёном ходили на пляж. Его лицо также кажется ему детским и вовсе непривлекательным, но многочисленные комплименты из уст его одногруппниц также говорят об обратном. Но он будет продолжать не любить себя, потому что Юнги он не нравится.
Пак стягивает оставшиеся вещи и оставляет их на полу, забираясь в душ и включая воду, совсем не побеспокоившись о её температуре, поэтому изначально на него льётся холодная, отчего он вскрикивает и отпрыгивает, судорожно крутя кран с горячей. Когда из душа начинает бежать тёплая вода, он становится под струи и прижимается лбом к отделанной кафелем стене. Парень вздыхает, невольно вспоминая недавнее сообщение Юнги. Сладенький.
— Чёрт, — шипит Пак, стукнув кулаком стену. Его ладонь обхватывает напрягшийся член, и Чим поглаживает головку большим пальцем. — Чтоб ты сдох, придурок, — бурчит, сильнее сжимая пальцы. — И чтоб у тебя член отвалился, — стонет, начиная двигать рукой. — Потому что заебал трахать всё, что движется. — Блондин ускоряет движения рукой, откидывая голову назад, из-за чего вода хлещет теперь по груди. Он гортанно стонет, выстраивая в своей голове картинки обнажённого Юнги, ласкающего какаю-то шлюху, а не Пака, заводясь ещё сильнее. Чимин злится. На Юнги в первую очередь, на себя за то, что любит, — во вторую. Блондин протяжно стонет, кончая на гладкую поверхность стены. — Мин Юнги, я ненавижу тебя. И дрочить на тебя тем более.
Пак принимает нормально душ, переодевается в домашние чистые вещи и выходит из комнаты, направившись прямиком на кухню. Его мозг распух, поэтому он нуждается в кофе. По пути хватает с журнального столика телефон, проверяя на наличие сообщений. И ведь есть. От Тэхёна и придурка, испортившего Чимину жизнь ещё в детстве, семь грёбаных лет назад. Тэхён просит не волноваться, потому что он не сильно пьян и смог удачно довести Намджуна домой. Пак усмехается, печатая ответ.
Юнги-хён: «Малыш, ты ведь не обижаешься на меня? Обещай не ругаться, но я сильно пьян :)».
Чимин считает, что Мин ошибся адресатом, но когда читает следующее, его щёки вспыхивают.
Юнги-хён: «Чим, я к тебе еду, готовь для меня постель».
Пак тяжело вздыхает и плетётся стелить себе на диване. Он чисто из-за принципа не сможет прогнать Юнги. К тому же совесть не позволит выкинуть совсем бессознательного парня на улицу. Мало ли, что может случиться.
Буквально через минуту в дверь стучат. Чимин, как ошпаренный, подскакивает к двери и открывает её, наблюдая за тем, как колышется Юнги из-за большого количества выпитого. Пак затаскивает парня в квартиру и захлопывает дверь. Мин мычит, что слишком громко, а голова трещит ужасно.
— Зачем ты ко мне припёрся? — шипит блондин, укладывая Юнги на свою кровать и стягивая с того ботинки. — Шёл бы к своим шалавам.
— Чим, ты моя любимая шалава, — хохочет старший, получая за это удар по ноге. — Ты единственная шалава, которая обо мне заботится.
Чимин готов поспорить, на самом ли деле пьян Юнги, потому что голос до боли трезвый. Но Пак послушно снимает с друга рубашку и брюки, приподнимая потом его тело, чтобы надеть футболку. Мин, пока ещё находится к вертикальном положении, хватается за футболку Чимина, притягивая к себе.
— Почему ты такая сучка? — облизнув свои пересохшие губы, шепчет Юнги. — Почему ты такая чертовски желанная сука, Чимин?
Пак часто моргает, игнорируя затёкшие от неудобного положения ноги. Он либо ослышался, либо у него всё с головой уже не в порядке. Какого чёрта? Чимин уже открывает рот, чтобы спросить, что это значит, как слышит тихий храп старшего, который уже отпустил его и завалился на кровать.
— И это я ещё сука? — фыркает, накрывая спящего одеялом и ненадолго задерживая взгляд на его лице.
Когда он успел так влипнуть?
