Птица

Рассветная дымка прорезалась лучами утреннего солнца. Воздух в небольшом перелеске был прохладным и свежим, пропитанным чистой росой. Тишина была умиротворяющей. Никто бы в здравом уме не осмелился нарушить её. Наверное, только тот, чей ближайший друг умирал от потери крови. Птица сдерживала ладонью слабо фонтанирующую алую жидкость, пока Алекс пытался сделать полноценный вдох. - Держись, Лекс... Прошу... - причитала девушка, наклоняя голову бесстрашного вниз, чтобы перекрыть поврежденную артерию, - Кто нибудь! На помощь! Мы здесь!!! - Кан... - попытался заговорить Лекс, но кровь побежала с новой силой, и Птица поспешила приложить палец к губам Алекса. - Т-ш-ш-ш, - немного раскачиваясь от страха и дикого стресса, протянула бесстрашная, - Не говори... Потерпи немного... Вот сейчас наши придут, и мы быстренько тебя подлатаем, да? Конечно, подлатаем. Куда ты денешься... - Пр... де... ца... что пр... ит... Птица приникла к поврежденной рации Алекса, подававшей признаки жизни. - Прием! Это Птица! Прошу, быстрее! Перелесок рядом с координатами, что я присылала! Алекс ранен! Рация смолкла, и Птица продолжила разговаривать с Лексом, не давая тому уснуть. - Помнишь, как мы играли здесь в прятки? Я всегда пряталась в дупле старого дуба, а ты всегда находил меня, и мы вместе сидели в этом дупле, представляя, что мы разведчики. Тебе всегда нравились разведчики. И смотри, ты им стал! Самым настоящим шпионом! Не уходи сейчас, когда твоя мечта только осуществилась. Не оставляй нас, Алекс. Не оставляй меня! - Птица! - раздался голос Рика в метрах десяти от бесстрашных. - Мы здесь! - закричала что есть сил девушка, - Иди на голос! Быстрее! Видишь, Алекс, помощь уже здесь! Осталось совсем немного. Мы тут! Сюда! Когда Фор и Рик подбежали к обессиленным бесстрашным, Птица истерически рассмеялась. С каждым нервным выдохом она освобождалась от ужасного напряжения, сковывавшего все её мышцы. Вслед за бесстрашными подбежали и Трис с Кристиной. Эрик спешил за ними. - Алекс! - закричала Крис, бросаясь к своему любимому, - Алекс, мы здесь! Всё будет хорошо! Пожалуйста, посмотри на меня! В голосе девушки Птица отчетливо слышала слезы страха. Ей хотелось успокоить подругу, но сама она была не в лучшем состоянии. Рана на руке горела огнём, а конечности потряхивало от судорог. Фор с Риком принялись поднимать Алекса. - Держите шею! И голову на грудь! - наставляла бесстрашных Птица, полусидя на мокрой земле и пытаясь оправиться от шока. Из груди девушки вырывались рваные выдохи. В глазах блестели застывшие слёзы, и губы беспрерывно дрожали. Холод постепенно пробирался под плотную одежду, отчего Птицу тоже потряхивало. Но насколько ледяным было ее тело, настолько контрастно горячими оказались руки Эрика, поднявшего девушку с земли. - Несите его в лазарет, пусть дружелюбные разберутся. Мы следом. Лидер прижал к себе дрожащее тельце, пытаясь передать как можно больше тепла. Птица обхватила окоченелыми, окровавленными пальцами шею Эрика и уткнулась холодным носом в ключицу. Бесстрашный чувствовал кожей, как стучали её зубы. - Мне страшно... - донесся до его ушей шепот, когда остальная группа ушла вперед. - Понимаю. Но не надо бояться, Пташка, я с тобой и я защищу тебя. Девушка заплакала, пряча слезы в бронежилете Эрика. - Ты молодец, слышишь? - вкрадчиво и спокойно проговорил лидер, - Ты сумела спасти ему жизнь. Всё обойдется. - А если бы не успела? Если бы потеряла сознание или еще что-то? - со всхлипами сказала Птица, утирая нос тыльной стороной ладони. Тут же её окутал металлический запах крови, и слёзы навернулись с новой силой. - Ну-ну, ты же бесстрашная. Нам нельзя плакать. - Можно, когда на твоих руках чуть не умер лучший друг. - Но он же не умер, так ведь? Птица подскочила на койке в деревянном домике. Солнце лилось в комнату сквозь ребристые ставни, а в воздухе явственно чувствовался резкий запах трав. Лазарет Дружелюбия. Птица оглядела себя и заметила чистую повязку на плече. Гематомы на предплечье и бедре также были обработаны. Свежая повязка красовалась и на лодыжке. Бесстрашная попыталась встать, но нога болела, и потому походка была медленной и хромающей. Птица распахнула ставни, выглядывая в окно. Судя по солнцу, было примерно пять часов вечера. Когда они выходили на задание, было около четырех утра. Что же произошло? Девушка постепенно вспоминала произошедшее. Слежка, нападение, Алекс... Алекс! Птица дернулась, будто схватилась за раскаленный металл. Перед глазами резко вспыхнуло воспоминание: Алекс упал на колени, пытаясь сдержать кровотечение. А потом... Она спасла его? Их успели вовремя найти? Или опять сон? И главный вопрос: Алекс жив? Осторожно передвигая ногу, Птица спустилась со второго этажа деревянного здания на первый, где копошилась Ирэн, темнокожая девушка с неимоверно пушистыми и кудрявыми волосами. Бесстрашная неосознанно провела параллель с лазаретом своей фракции. Здесь все было таким... уютным. Если заглянуть в больничное крыло Бесстрашия, то первое, что вы почувствуете, так это жесткость бетонных стен, холод электрического света и запах сильнейших медикаментов, потому что местным врачам зачастую приходиться заново собирать человека по частям. Лазарет Дружелюбия же создавал впечатление, что во всей фракции самая опасная угроза здоровью - легкая простуда. Рядом с новейшими препаратами стояли стеклянные баночки с разными травками и настоями, а стены украшали детские рисунки наравне со схемами человеческого строения. - Ирэн, - позвала Птица, держась за перила, - что произошло? - Ох, Канарейка! - всплеснула руками девушка, а сердце бесстрашной сжалось, - Очнулась! Наконец-то! - Где все? - Ваша группа уехала, - быстро усаживая Птицу за стол и ставя на него приборы, заговорила Ирэн, - но тут сейчас бесстрашных как грязи. Рыщут везде, просто кошмар! Все по домам попрятались, боятся нос высунуть. - Ир, ты не знаешь, что с Алексом? - с надеждой спросила Птица, но дружелюбная, поджав губы, покачала головой. - Я наложила повязку, но у меня нет такого оборудования, чтобы залатать такое. Его отвезли в Бесстрашие. Что с ним сейчас, я не знаю. Птица тупо уставилась на тарелку, стоявшую перед ней. Она сосредоточенно всматривалась в узор на тушеной капусте, в сеть морщинок на картошке и разлитые ручейки соуса на индейке. Она изо всех сил старалась не заплакать. - Эй, - Ирэн села напротив и взяла Птицу за руку, - в конце концов все наладится и все будет хорошо. - Прошу, не говори мне этого, - закусив губу и зажмурив глаза, покачала головой девушка, - не говори, что всё будет хорошо. - Канарейка... - И не называй меня так! Боже! Птица хлопнула кулаками по столу и резко встала, но острая боль в лодыжке заставила ее вскрикнуть и сесть обратно. - Не двигайся, - всполошилась Ирэн, - я сейчас посмотрю. Пока дружелюбная, стоя на одном колене, меняла повязку на ноге Птицы, та позволила себе пару слезинок, скатившихся по щеке. - Я должна сообщить вашему врачу, что ты очнулась, - вставая на ноги, проинформировала Ирэн и взяла допотопную рацию, которую бесстрашные давали не-солдатам. - Шая? - Шая, здравствуйте, - вежливо поздоровалась дружелюбная, а Птица закатила глаза, - она очнулась. - Хорошо, сейчас буду, - ответила рация. - Он сейчас придет. Птица сдержалась, чтобы не прыснуть, и серьезно кивнула. - Спасибо. Ирэн отошла к шкафчику, притаившемуся за ширмой, и вытащила оттуда хороший деревянный костыль. - Старайся не напрягать ногу лишний раз. У тебя там повреждение связок. Только первая степень, так что около десяти или пятнадцати дней. На лекарствах Бесстрашия будет даже быстрее. - Спасибо, - на этот раз искренне поблагодарила Птица и обернулась на звук открывающейся двери. - Привет, тридцать три несчастья, - поздоровался Шая, махнув рукой в воздухе в знак приветствия. - И тебе, - кивнула девушка, подойдя к медику обнимая его. - Мы пойдем, поговорим, - обращаясь к Ирэн, сказал бесстрашный. - Да, конечно, - улыбнулась дружелюбная и налила себе чай, судя по запаху, ромашковый. "Да уж, нервы у всех шалят", - подумалось Птице, когда она вышла на крыльцо. - Как там Алекс? - не стала тянуть девушка. В ней еще теплилась надежда на то, что её видение было не сном, а расплывшимся в сознании воспоминанием. Но опущенный взгляд Шаи и его поджатые губы были красноречивее слов. - Прости, Пташка... Он умер по пути во фракцию. В машине. Уже никто ничего не мог сделать. Бесстрашная молчала, глядя на оранжевое солнце, клонившееся к закату. Ветер дул приятный, по-летнему прохладный, но не ледяной, однако Птица замерзла. Кожа покрылась мурашками, и её затрясло. - Птица! - всполошился Шая, хватая трясущиеся плечи девушки и притягивая ее к себе, - Эй, успокаивайся... Пташка... Глаза и нос щипало от наворачивающихся слез. Воздуха катастрофически не хватало, и выдохи из груди вырывались резкие, а вдохи были рваные. Но тяжелее всего было внутри. Будто в груди бушевал ужасный ураган, смешивающий внутренности в одно непонятное, пульсирующее и болезненное нечто, которое грозилось вырваться наружу сквозь короткие вскрики. Птица цеплялась за Шаю, потому что ноги отказывалась держать ее, превращаясь в бесполезный набор обмякших мышц. Девушка почувствовала, как ладонь медика опустилась на её волосы. Перед глазами расстилалась тьма, мерзко обволакивающая, причиняющая еще больше боли. Шая вроде что-то шептал, пытался найти правильные слова, но даже если бы у него получилось, это было бы бесполезно. Сейчас Птица слышала лишь белый шум. Так они простояли порядка десяти минут, пока девушка не перестала дергаться в руках бесстрашного. Тогда она отстранилась, поднимая на Шаю красное от слез лицо, и тихонько попросила: - Я... Я хочу побыть одна. - Конечно, - парень положил руку ей на плечо и серьезно добавил, - только прошу, не делай глупостей. - Ладно, - кивнула девушка и, опираясь на костыль, побрела по земляным дорожкам. Медленно, шаг за шагом, обходя патрули бесстрашных, девушка доковыляла до того самого перелеска, где недавно в воздухе просвистел нож, отбирая жизнь. Птица глубоко вздохнула и сделала первый шаг в темнеющую чащобу. Идти по неровностям на костыле с поврежденной лодыжкой было тяжело, но бесстрашная ощущала острую необходимость дойти до того самого места. Вдали уже замаячили заброшенные строения изгоев, и Птица опустилась на землю в корнях большого дерева. На деревянной коре, уходящей в землю, девушка приметила темные пятна. Её пораженное виной и болью сознание, приняло их за остатки крови, хотя сказать наверняка было невозможно. - Алекс... - слезы снова полились из глаз, только теперь в них было больше отчаяния, - Алекс, прости меня, пожалуйста. Я не хотела... Я не знала, что... Прошу, только не сердись на меня. Будь хоть что-нибудь в моих силах, я бы сделала абсолютно все ради тебя. Братишка... Слезы полились с новой силой, и некоторое время по лесу разлетались только тихие всхлипы. - Трой... - впервые обратилась к отцу бесстрашная, - Я ни разу не говорила с тобой, но... Пожалуйста, присмотри за Алексом. Ты был никаким отцом, и я прощаю тебя за это, но прошу, посмотри за моим братом... Он не заслуживал того, что с ним произошло, и я хочу... Хочу, чтобы он был спокоен. Понимаешь? Я... Птица умолкла, услышав хруст веток неподалеку. Двое бесстрашных вышли из ближайших зарослей и уставились на девушку. - Ты чего здесь делаешь? - Ничего, - поспешила отделаться от них Птица, - я уже ухожу. - Может, тебе помочь? Девушка посмотрела на свою ногу, на путь, который скрывался между деревьев и кивнула. - Если вас не затруднит. Один из бесстрашных легко поднял Птицу на руки, второй прихватил костыль, и они направились в сторону центра фракции, куда приезжали все машины из Бесстрашия.

***

Птица осторожно вылезла из автомобиля, стараясь не тревожить лодыжку. Стук деревянного костыля раздавался эхом по бетонным коридорам. Единственное, чего ей хотелось, так это лечь спать. Думать сил не было. Слез уже не осталось. Только сосущее чувство в груди. Дойдя до квартиры, девушка вылезла из грязной одежды и с упоением отмылась в теплой воде. Но лечь спать бесстрашной не дали. Стоило ей вылезти из ванной, как она тут же услышала стук сильной руки в дверь. - Сейчас... - устало выдохнула Птица, быстро натягивая чистую футболку. Дверь распахнулась, и на бесстрашную, пытающуюся влезть в штанину ногой с фиксирующей повязкой, уставился Эрик. Лидер выглядел не лучше Птицы: темные круги под глазами, синеющая скула, покрывшаяся коркой рана на локте, и в целом вид был довольно помятый. - Я же сказала, "сейчас"! - раздраженно выпалила Птица. - Тебя требуют лидеры, - сложив руки на груди, сообщил Эрик. - А потом потребовать меня нельзя? - Собирайся быстрей. - Прости, это слегка проблематично. Потому что, если ты немного не заметил, я вся побитая и перебинтованная! Эрик молча сделал два широких шага к девушке, посадил ее на кровать, и, все также храня молчание, протянул ногу Птицы в штанину. Затем обратно поднял ее и только было собрался натянуть сами штаны, как девушка остановила его. - Я сама. Когда с одеждой было покончено, бесстрашная взяла костыль и похромала в сторону двери. Она уже мысленно материлась, прикидывая, сколько ступенек придется преодолеть на пути к кабинету Макса. Но и тут Эрик пришел ей на помощь. - Быстрее самому тебя донести, чем ты доползешь, калека. Птица не ответила. Девушка прекрасно знала, что Эрик сделает это в любом случае, а потому она подхватила костыль и принялась рассматривать сломанные ногти. Лидер тоже не смотрел на бесстрашную. Перед глазами всё ещё стояла картинка ее почти что бездыханного тела.

***

- Птица! Отвечай, сейчас же! - кричал в рацию Эрик, догоняя человека, пытавшегося передать оружие. Некто начал отстреливаться, но в сумерках и на бегу попасть в юркого бесстрашного было тяжело. - Эрик! - крикнул Фор, - Здесь собираются его друзья! - Хрена с два ты уйдешь с этой вечеринки, - рыкнул Эрик, выпуская автоматную очередь по мишени. Череда выстрелов прошла мимо убегавшего, но одна пуля все-таки нашла цель. Человек вскрикнул и рухнул на землю, проехавшись по инерции еще пару метров. - Сюда! - прокричал Фор, также вступая в перестрелку с двумя изгоями. Один из них пал от пистолета бывшего отреченного, второго прошила насквозь автоматная очередь лидера. - Почему их здесь так мало? - утёр пот со лба Фор, связывая подстреленного курьера, валявшегося без сознания. - Не успели предупредить, - сплюнул Эрик, определяя местоположение остальных членов группы, - какая-то падла свистнула только предателям. Ты оттащи этого ублюдка, а я помогу Рику. - Окей, - выдохнул Фор. Эрик кинулся к тому месту, где находился лаз в Стене. Всю дорогу он пытался докричаться хоть до кого-нибудь, но из рации доносились лишь звуки перестрелки между изгоями и командой Рика. Ни Алекс, ни Птица не отзывались. - Блять, что с тобой опять случилось? - чертыхнулся Эрик, заметив, что точки девушки и парня замерли на месте. Когда Эрик уже подбежал к проходу, он нос к носу столкнулся с тяжело дышащим Питером, который только что вылез из-за Стены. - Ах ты паскуда предательская, - сказал словно выплюнул Эрик, наводя дуло на парня, но тот успел юркнуть обратно в проход, так что очередь прошлась по бетону. - Блять, - чертыхнулся Эрик и кинулся вслед за Питером. Пролезая сквозь небольшой проем, бесстрашный умудрился зацепить плечом остро торчащий край и немного повредить кожу на шее. Проронив сквозь зубы несколько ругательств, Эрик еще раз выстрелил в убегающего предателя, но патроны кончились, как всегда, в самый неподходящий момент. - Да блять! Что ж за нахер-то! - раздраженно проворчал Эрик, бросаясь в погоню за Питером. Тот не успел удрать далеко, так как порез на ноге давал о себе знать. Лидер приметил его хромающую походку, и с настоящим оскалом бросился за жертвой словно хищник. Он шел наперерез Питеру, притесняя его к Стене, и, в конце концов, загнал в угол. Предатель обо что-то споткнулся и кубарем покатился по земле, издавая приглушенные вскрики. Эрик настиг его незамедлительно. Как только Питер предпринял попытку встать, бесстрашный тут же снова сбил его с ног, но получил удар по скуле. Мотнув головой, чтобы сориентироваться в пространстве, лидер со всей силы ударил Питера в нос. Кровь хлынула по лицу бывшего бесстрашного и потекла по руке Эрика. Лидеру показалось, что он физически ощущает заворочавшегося внутри него зверя, почуявшего близкую добычу. Питер попытался дать отпор и выхватил нож, принадлежавший Птице. Он рискнул ударить им Эрика, но лезвие лишь рассекло руку по локтю бесстрашного и раззадорило монстра. С диким рыком лидер приподнял перебежчика за грудки и с силой припечатал об землю. Питер утробно застонал. - Чудно... - Добей... - Предатель... - Не достоин... - Убийца... - Прикончи... - Убийца... С маниакальной жаждой Эрик приставил нож к горлу Питера, сделал глубокий вдох и вежливо поинтересовался: - Что же это ты, Питер, своих предаешь, а? - Свои у меня за Стеной... - прошипел парень, брызжа кровью изо рта. - Решил помочь сестренке? - Брату... - Прекрасно. Эрик чуточку сильнее нажал на лезвие, и Питер снова закряхтел. - С кем работаешь? Кто связные? - Пошёл нахуй! - плюнул кровавой слюной парень и попал в лицо лидера. Зверь внутри бесстрашного рассвирепел. Голос завизжал, будто оглушая Эрика со всех сторон разом. Все пространство закружилось, а каждый хрип из глотки Питера складывался в слово "убей". Нож уже вошел на пару миллиметров в кожу бесстрашного, не хватало всего одного крохотного усилия, чтобы успокоить падлу навсегда. Рука, сжимавшая рукоять дрожала, и Эрик по неволе бросил взгляд на нее. Там красовалась гравировка "Птице" и перо под ней. Собрав всю силу воли, бесстрашный сделал выбор. - Тогда поговорим с тобой в более приятной обстановке. В камере. - Ты - ублюдок, Эрик, - проговорил Питер, - знаешь, я всадил этот нож в горло дружку твоей сучки. После того, как свернул ей шею. Питер хрипло рассмеялся, когда увидел округлившиеся от удивления и ярости глаза бесстрашного. - Да, именно! Но знаешь ещё кое-что? Ты не стоишь её, понял? Ты просто моральный урод, Эрик. Как был им, так и останешься. И с этими словами Питер одним резким движением позволил лезвию, все еще упирающемуся в шею, перерезать себе горло. Эрик в исступлении смотрел на предсмертные конвульсии предателя. Только сейчас он услышал, что в рацию кричал Рик, говоря о чьем-то серьезном ранении. Лидер поднялся на ноги, вынул торчащий из тела нож, протер лезвие о бронежилет и направился в сторону леса, попутно пытаясь разобраться, кто же все-таки был ранен. Но у него не вышло. Все мысли раз за разом возвращались к словам Питера о том, что он убил Птицу. Нет, этого не может быть... Не может, мать его, быть! Птица, его Птица не могла просто так сдаться, Эрик не мог просто так потерять её, не сказав... Блять! Это не правда! Все это слова лживого предателя, гниды, решившей подставить свою фракцию. А Птица всегда была верна своим, она не может предать. Оставить. Поэтому Питер - труп, а Птица не может быть мертвой. Кто угодно, но только не она! Она не оставит фракцию. Она не оставит друзей. И лидера. Она не оставит своего лидера! Эрик, слепо глядя на две светящиеся точки на карте, вбежал в перелесок, где увидел два лежащих тела. - Трис! - надрывался Фор, - Трис, ответь! - Я жива... - отозвалась бывшая отреченная, - Дробью задели бедро... Не могу встать. - Я сейчас приду! - Отставить, - вклинился Эрик, - опускаясь на колени перед Птицей, лежащей на Алексе, - Здесь два тела. Один я не справлюсь. - Как два тела?! - вскрикнула Кристина, - Алекс?! Лидер склонился над телами и стал прощупывать пульс. К его огромному удивлению и облегчению, оба оказались еще живы. - Быстро все сюда! Они еще дышат! - рявкнул Эрик в рацию. Он перевернул Птицу и осмотрел её. С синяком на горле, она напомнила ему тот день, когда бесстрашный поехал за ней к изгоям совершенно один, готовый сражаться за эту девушку до конца. Эрик так боялся потерять её, что был бы рад отдать за неё жизнь. Только что б она дышала. Как он мог забыть об этих чувствах? - Алекс! - донеслось до Эрика. Кристина выбежала из-за деревьев и кинулась к лежащему без сознания парню. - Боже! Алекс! Ты меня слышишь?! Прошу, ответь, Алекс! Алекс... Её просьбы утонули в слезах отчаяния. Она приложила к губам руку едва дышащего бесстрашного и принялась целовать её. Эрик не говорил ничего. Он просто наблюдал за тем, как девушка теряла свою любовь и молчал. Но внутри него внезапно кольнуло новое чувство. Лидер будто бы представил, что он так же зацеловывает полуживую Птицу. И от этого стало непривычно больно. За Кристиной появился Рик, который без лишних слов принялся поднимать Алекса. Но отнести парня в одиночку у него бы не получилось. - Эрик, помоги! - прокряхтел Рик, взваливая тело Алекса на плечо. Лидер еще раз посмотрел на Птицу, которая едва заметно дышала. - Эрик, - Кристина неожиданно опустилась рядом с бесстрашным на колени и обхватила его лицо ладонями, заставляя посмотреть на себя, - умоляю. Ему нужна помощь прямо сейчас. Бесстрашный пристально вгляделся в глаза, из которых лились слезы, и подошел к Рику, подхватывая Алекса с другой стороны. - Останься с ней, - бросил лидер, - я скоро вернусь. Эрик и Рик, синхронно переставляя ноги, двигались по земляным тропинкам. Каждый хотел поскорее отнести Алекса во фракцию. На половине пути им встретился Фор, уже отнесший Трис в лазарет. Он сменил Эрика, позволяя тому броситься обратно в чащобу. Бесстрашный уже не ощущал боли в рассеченном локте, не чувствовал, как наливалась синевой скула. Он продолжал бежать, надеясь успеть. Кристина сидела, привалившись к дереву и тупо глядя перед собой. Когда она услышала шаги лидера, то тут же подскочила на ноги. Эрик кивнул бесстрашной, и та бегом припустила в сторону Дружелюбия. Теперь лидер остался наедине с Птицей. Он бережно взял ее на руки и прижал к себе. Ровно также, как это было четыре месяца назад. Эрик шел медленно, боясь отступиться, потому что мир перед глазами плыл, а земля так и норовила уйти из-под ног. Но бесстрашный продолжал делать шаг за шагом. Его пальцы ощущали, насколько холодной была кожа Птицы. Лидер слегка сместил руку, державшую спину, и неожиданно вместе с холодом почувствовал что-то еще. Что-то липкое и вязкое. Как кровь. Эрик еще сильнее прижал Птицу к груди и попытался ускорить шаг.

***

Эрик поставил Птицу на ноги перед кабинетом Макса. Девушка опёрлась на костыль и постучала. Эрик же вытянул руку над её головой и просто толкнул металлическую дверь. Бесстрашная вошла в помещение, где на нее тут же уставились четыре пары глаз. - Привет, дорогая, - поспешила поздороваться Мэри и обняла девушку. - Садись, - подвинул стул Джаред. - Спасибо, - кивнула бесстрашная. - Рассказывай, что произошло. Макс сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла, внимательно смотря на Птицу. - Я следовала плану, установленному командиром отряда, - начала девушка, - Преследовала подозреваемого. Как только я поняла, куда он направляется, я собралась отправить координаты остальным членам отряда, но не успела. На меня напали. В схватке я потеряла табельное оружие и личный нож. Нападавшим был Питер... кажется, Куртмен. Я не уверена насчет фамилии. Потом мне на помощь пришел Алекс. Питер угрожал ему мною. Затем он... он бросил нож в Лекса и задел шею. Мой друг потерял слишком много крови... Что было дальше, я не знаю, так как потеряла сознание. Очнулась в лазарете Дружелюбия. Вот и вся история. - Ты точно ничего не упустила? - потер подбородок Макс, - Не замечала ничего подозрительного раньше? - Так точно, сэр... - Птица немного помолчала, потупив взгляд в пол, - Это была моя вина, что изгои узнали о нашей операции. В кабинете повисла гнетущая тишина. - Ты уверена? - напряженно спросил Макс, подаваясь вперед. - Когда я приехала в Дружелюбие, я зашла в наш наблюдательный пункт и сообщила бесстрашным, что их вмешательство не требуется. Сложить два и два смог бы любой идиот. Макс заметно расслабился и снова откинулся на спинку кресла. - В этом нет твоей вины, Пташка. Это роковая случайность... - Стоящая моему другу жизни, - отрезала девушка. - Ты не виновата и точка. Ты - жертва данных обстоятельств. Тебе полагается больничный и небольшой отпуск. Да, Эрик? Младший лидер сдержанно кивнул. - Можно попросить об одной услуге? - окончательно взвесив все "за" и "против", спросила Птица. - Смотря какой, - пожал плечами Макс. - Я хочу уволиться с должности помощника лидера. Есть ли у вас другие рабочие места? Краем глаза Птица отметила, как напрягся Эрик. Но она не видела, как сжались его кулаки и скрипнули зубы. - В чем причина такого желания? - нахмурился старший лидер. - Я не справляюсь с обязанностями. В каждом сказанном ею слове Эрик находил второй смысл, направленный непосредственно ему. Он сглотнул и продолжил смотреть на корешки папок, стоявших на полке шкафа напротив. - Ну... - Макс открыл планшет и начал вчитываться в электронные надписи, - У нас пустуют должности обслуживающего персонала... - Готова взяться за любую, - уверенно кивнула девушка. - У меня не хватает нянек, - задумчиво протянул Ник, исподлобья смотря на бесстрашную. - Отлично, - сказала Птица, поднимаясь на ноги, - я приступлю, как только поправлюсь. - Само собой, - кивнул Макс, - Но все же, ты хорошо подумала? Точно хочешь заниматься... этим? - Да. - А что об этом думает твой непосредственный начальник? - вопрошающе изогнул бровь Макс, глядя на Эрика. - Если она считает, что не справляется с работой, то значит так и есть. Мне не нужны слабаки в подчинении. - Тогда... Что ж, можешь быть свободна, - кивнул Макс Птице. - Спасибо. Девушка развернулась и, не посмотрев на младшего лидера, гордо вышла за дверь, оставив всех присутствующих в недоумении.

***

Птицу сковывали цепи, впивавшиеся в плоть. По ржавому металлу лилась ее кровь, но девушка продолжала рваться. Потому что на другом конце этого ада находился Алекс. В парня впивались мясницкие крюки, растаскивая его на части. Он задыхался в собственном крике, и сил вырываться из объятий смерти не было. В конце концов затихли и его мольбы. Тело бесстрашного просто повисло беспомощным мешком. И в этот момент путы слетели с девичьих рук, и Птица со всех ног бросилась к Алексу. - Лекс! Лекс, посмотри на меня! Она держала лицо друга в ладонях, смешивая свою и его кровь. Алекс слегка приоткрыл глаза и взглянул на Птицу. - Ты... - прохрипел бесстрашный, - ты не пришла... - Но я здесь, Алекс! - слезы полились по разгоряченным щекам, - Я с тобой... - Нет... Тело окончательно обмякло. Последний выдох утонул в оглушающем плаче Птицы. Она обнимала мертвое тело, прижимала к себе, и оно рухнуло на землю, оставив висеть на крюках ошметки мяса. Девушка подняла голову и взглянула на то место, где была прикована она сама. Издалека подбирался туман, обволакивающий голые скалы и остужая раскаленный воздух. И в этой пелене Птица разглядела чью-то высокую и массивную фигуру. А затем туман заговорил. Тихий шепоток пробежался по серым, белесым волнам, и такие же руки потянулись к телу Алекса. - Что? Нет... Алекс, нет! Бесстрашный начал растворяться в блеклой пелене, становясь таким же прохладным духом. - Нет! Не троньте его! - кричала Птица, но тело в её руках уже растворилось. И руки потянулись к ней. - Нет!!! Птицу окутала боль, которая, казалось, исходила из её костей. Тело выламывалось, кровь переставала течь в жилах, язык западал в горло, не давая молить и дышать. Когда же Птица уже смирилась со своей кончиной, темные руки гиганта, скрытого в тумане, подняли ее искореженное тело. И девушка ощутила себя летящей, всматриваясь в светящиеся голубым светом глаза. Птица медленно открыла глаза и еще некоторое время молча лежала на кровати, разглядывая серый потолок. Девушка все ждала, когда прозвенит будильник, но этого не происходило. Тогда Птица вспомнила, что всегда просыпалась у Эрика. Девушка села на кровати и взглянула на часы. Шесть двадцать утра. Бесстрашная заправила волосы за ухо, взялась за костыль и включила электрический чайник. На его дне еще плескалась вода с остатками накипи. Бросив чайный пакетик в чашку и залив его кипятком, Птица уселась на табуретку, поджав одну ногу под себя. Девушка еще была под впечатлением от своего сна. Она разглядывала свою маленькую комнатушку и удивлялась, насколько она была необжитой. Теперь у нее появится достаточно времени, чтобы этим заняться. Взгляд Птицы упал на прикроватную тумбочку. Девушка замерла. На ней лежал ее нож. Тот самый, который у нее украл Питер. Тот самый, который подарил ей Эрик. Тот, от которого умер Алекс. Девушка заплакала. Где-то в десять утра Птица приковыляла в лазарет. Шая тут же усадил её на стул и принялся колдовать над повязкой. - Как себя чувствуешь? - спросил медик, встряхивая какой-то препарат и вводя его в больную ногу. - Ауч, - сморщила нос девушка, - нормально. Наконец-то выспалась. - Да уж, тебе этого всегда не хватает, - усмехнулся Шая. - Теперь будет хватать. - С какой это радости? - Уволилась с нервной работы. Шая промолчал. Он наложил фиксирующую повязку и принялся мыть руки. - Уверена, что это правильный шаг? - наконец спросил он. - Я уже ни в чем не уверена, - вздохнула Птица. - И как Эрик отреагировал? - Вроде нормально. Отпустил. - Уже хорошо. Бесстрашные помолчали. Шая принялся заполнять свои бумажки, а Птица смотрела на дверь, ведущую в палаты. - Можешь навестить Трис, - кивнул Шая, - Мы ее подлатали. - Что-то серьезное? - всполошилась Птица. - Ну как тебе сказать... - вздохнул медик, - Не рядовой случай, но и страшного ничего. - Спасибо, Шая. - Всегда пожалуйста. Девушка встала на ноги и пошла в палату. Трис лежала на дальней койке у окна и читала что-то с планшета. - Хэй, - поздоровалась Птица, - привет! Как ты? - Привет! - улыбнулась Трис. Девушки некоторое время рассматривали друг друга, оценивая и представляя через что прошла каждая, чтобы получить такое. Птица заметила, что бедро подруги было плотно перевязано. Трис проследила её взгляд и грустно улыбнулась. - Теперь у меня титановые пластины, вместо кости. - Дерьмово, - протянула девушка, понимая, что еще легко отделалась. - А тебя кто так потрепал? - Предатель, - махнула рукой Птица и села на край койки. - Изгой с дробовиком. Бесстрашные помолчали. Птица осмотрела палату и приметила фигуру, лежащую на койке в самом дальнем углу. - Крис не выходит отсюда, - покачала головой Трис, - Встает, только чтобы принять очередную порцию снотворного. - Это ужасно. - Согласна... Но знаешь, её можно понять. - Алекс хотел сделать ей предложение. - Не говори ей, - попросила Трис, взяв Птицу за руку. - Конечно. Не знаешь, где его тело? - В морге, - пожала плечами девушка, - ожидает кремации. Птица чувствовала, как молчание давило на них обеих. Она пыталась найти еще хоть какую-нибудь тему для разговора. - Я уволилась. Больше не работаю на Эрика. - Поздравляю. Чем теперь займешься? - За детишками присматривать буду. - Удачи. Думаю, у тебя получится. - Спасибо. В этот момент Кристина заворочалась и встала с койки. С опустошенным взглядом она взяла таблетки с тумбочки, выпила один кругляш и легла спать обратно. - Она выкарабкается, - шепнула Трис, - я уверена. - Она сильная, - кивнула Птица. - Ты думала, что всё так обернется, когда делала выбор? - Я знала, - тут же ответила девушка, теребя в руках застежку от кофты, - просто не понимала. - Мне казалось, что я стану здесь свободней. А на деле попала в еще бóльшую зависимость. - Жалеешь о своем выборе? - Нет. Может, только о некоторых моментах. - Каких? - Когда я причиняла вред. - А ты была не готова к этому? Когда резала руку? - Я не думала, что придется убивать... - Это был твой первый раз? - после нескольких секунд молчания, спросила Птица. - Да, - потупив глаза, ответила Трис. - Это тяжело только первый раз. Тебе постоянно кажется, что её глаза смотрят на тебя ото всюду... - Её? - нахмурилась бесстрашная. - Моим первым трупом стала девушка... Её звали Цикада. Я вскрыла ей глотку консервной крышкой. - Ужас... - прижала руку ко рту Трис. - Да. Она еще долго являлась мне... Но потом, знаешь, груз перестанет быть ощутимым. Ты не избавишься от него, но привыкнешь к тяжести. - Не знаю, смогу ли... - Я тоже не была уверена, - сказала Птица, взяв Трис за руку и вглядываясь ей в глаза, - но теперь знаю наверняка. Мы - солдаты. И мы можем справится с этим. - А с потерей? Как справится с этим? - в глазах бесстрашной стояли слезы. Птица поджала губы. Она вспомнила Суини. - Никак... Призраки будут вечно жить в нас. Кристина заворочалась во сне. Девушки синхронно посмотрели на нее. Бесстрашная что-то говорила, тяжело дышала и дергала руками. - Но с этим можно жить, - добавила Птица. Кристина тихонько застонала. Блестящее от пота лицо было напряжено, а под веками бешено вращались глаза. - Время процедур, - бодро объявил Шая, входя в дверь и таща за собой тележку с медикаментами. - Я пойду, - со вздохом поднялась Птица. - Хорошо. Удачи тебе. - Спасибо, - улыбнулась девушка и похромала к себе.

***

Похороны Алекса были назначены через четыре дня. Кристина, более менее пришедшая в себя пару дней спустя, объявила всем, как это будет проходить. - Он хотел, чтобы его прах развеяли со Стены, - разминая в руках хлебный мякиш, сказала девушка, - приходите, если хотите. - Конечно, мы придем, - обнимая подругу, ответила Птица. - Ты не против, если и Рокси пойдет? - подал голос Арс. - Нет, пускай. Фор ненадолго забрал Трис из лазарета, чтобы девушка могла поприсутствовать на похоронах. Шая решил, что тоже должен пойти. Как и Барри. В итоге, на Стене собралось порядка двадцати человек. Большинство служило вместе с Алексом в разведке. Кристина не знала и половины этих людей. Рядом с Крис, на краю Стены, стояла Птица. Она смотрела на уходящий вдаль горизонт, представляя, как Алекс наблюдает за ними. - Александр Фишер, - начал Фор, - был прекрасным войном и разведчиком. И моим хорошим другом. Его потеря, несомненно, стала большим ударом для каждого, кто сейчас стоит здесь... Дальше Птица не слушала. Хоть она и знала, что Фор говорит эти слова искренне, они все равно казались фальшивыми. Специально написанными. А потому девушка задумалась о том, сколько людей посчитали нужным прийти на похороны. В Бесстрашии, где основным цветом является цвет траура, все привыкли к смертям. Люди умирали почти каждый день, и многие старожилы даже перестали обращать на это внимание. Но Алекса любили. Среди пришедших были и мужчины лет сорока, и парни, которым не было и двадцати. Все они пришли прощаться со своим другом. Птица поняла, что Фор закончил говорить, только когда Кристина открыла урну и высыпала прах, который тут же подхватил ветер и понес вдаль. Крис заплакала и уткнулась носом в плечо подруги. А Птица смотрела вслед Алексу и почувствовала, как что-то щелкнуло в ней. Воспоминание яркой пеленой окутало глаза. Алекс лежит на свежей траве, жуя какую-то соломинку, и щурится от полуденного солнца. Птица валяется рядом и рассматривает божью коровку, ползущую по травинке. - Лекс, ты серьезно хочешь именно так провести наш последний день в Дружелюбии? - Ага, - полусонным голосом протянул парень, - я уверен, что в Бесстрашии мы уже не позагораем. - И что? - выдохнула девушка, тоже переворачиваясь на спину, - Это не значит, что нужно просто так лежать и ничего не делать. - Набегаешься ещё, Канарейка, подожди немного, - усмехнулся Алекс. - Уже нет сил ждать, - прогнусавила Птица и вдруг засмеялась. - Ты чего? - Не знаю... Просто такое чувство, будто у меня в груди бьется птица, которая вот-вот вырвется наружу. - И зачем тебе, поэту, идти во фракцию, живущую войной? - вздохнул Алекс, прикрыв глаза. - Там мое место. - Уже слышал. Не один раз. Не одну сотню раз. Парень и девушка немного помолчали. Птица разглядывала плывущие в далеком голубом небе облака, которые натолкнули ее на один вопрос. - Как думаешь, что будет, если мы умрем? - Ты о чем? - приподнялся на локтях Алекс. - Сам посуди, - пожала плечами дружелюбная, - в Бесстрашии шансы умереть резко возрастают. Что будет потом? После нашей смерти? - Не знаю, что будет потом, но точно уверен, от чего я умру. - И от чего же? - оживилась девушка. Она снова легла на живот и всмотрелась в глаза друга. - От того, что буду вытаскивать твой зад из очередной передряги, - засмеялся Алекс и щелкнул подругу по носу. - Не смешно, - надулась та, отчего Лекс засмеялся еще больше. - Ладно, - подняв руки в примирительном жесте, сказал парень, - Ну а что ты считаешь будет после смерти? - Темнота, - ответила девушка, дернув плечами, - Или же чудесный, фантастический мир, населенный ангелами. - Вот уж вряд ли, - хохотнул Алекс. - В любом случае, - посерьезнела девушка, - пообещай мне кое-что. - Смотря что. - Если я умру, не убивайся сильно. Мне уже будет всё равно, а ты жизнь будешь себе портить. Алекс внимательно посмотрел на девушку, сидящую рядом. - Только при одном условии, - он взял её за руку, - ты пообещаешь мне то же самое. - Я обещаю, Алекс, - прошептала девушка, стоящая на краю Стены. По её щеке сбежала слеза. Но в ней была уже не боль или обида. Это была первая слеза, полная теплых воспоминаний и светлой скорби. Люди постепенно начали расходиться. Первыми ушли коллеги Алекса. За ними товарищи и знакомые. Потом, обняв всех, попрощались Арес с Рокси. - Вы еще побудете здесь? - спросила Трис, подходя к подругам. - Да, - кивнула Птица, - вы идите. Все в порядке. - Не задерживайтесь, - Фор положил руку на плечо Птице, - гроза собирается. - Хорошо. Бесстрашные покинули Стену, оставив девушек одних. - А ты почему не уходишь? - спросила Кристина, опускаясь на край обрыва. - Не хочу оставлять тебя одну, - ответила Птица, садясь рядом. Где-то вдали послышался низкий раскат грома. В воздухе стал угадываться запах озона. Кристина утерла мокрые дорожки на щеках и взглянула вниз. До земли было порядка тридцати метров. - Не делай этого. Даже не думай, - сказала Птица, накрывая ладонь подруги своей. - Почему? - всхлипнула девушка. - Это не выход. Самоубийство ничего не решит. - Я не смогу без него, понимаешь? - окончания слов терялись в периодических всхлипах Кристины, - Я... Я не представляю, что мне делать теперь. Я прихожу домой, а там пусто. Он не называет меня солнцем, не спрашивает, как прошел день... Мне больно, понимаешь? Чертовски больно. Будто всю душу выпотрошили и бросили гнить. Я не хочу этого. Не смогу. - Думаешь, Алекс хотел бы этого? Хотел, чтобы ты прыгнула? Кристина не ответила. Она только сильнее зарыдала, и Птица притянула её к себе, поглаживая по спине. Гроза постепенно надвигалась. Вспыхнула молния, послышался слабый гул, всё постепенно усиливающийся, приближающийся и переходящий в прерывистые раскаты, обнимающие весь небосклон. Всё вдруг как-то сразу изменилось, приняло мрачный, гнетущий характер. Тучи наполовину затмили и продолжали затмевать оранжево-жёлтое солнце, создавая тревожное беспокойство в воздухе. Вот солнце выглянуло в последний раз и осветило мрачную сторону пасмурного неба и скрылось... Сверкнула молния. Её ослепительный огненный узор на какое-то мгновение озарил всё вокруг и началась гроза. Дождь хлынул непроглядным потоком, а ветер принялся кидаться им в разные стороны. Холод пробирал до костей, но девушки, сидящие на Стене не чувствовали его. Они обнимали друг друга, позволяя дождю забирать их слёзы и боль.

***

Эрик вошел в бар как к себе домой. Пройдя мимо шумных компаний, празднующих кто что, он сел за стойку и жестом подозвал бармена. - Бутылку виски. Парнишка засуетился, и тут же перед Эриком появился стакан со льдом и бутылка, полная янтарной жидкости. Лидер плеснул алкоголь в посуду и выпил залпом. Казалось, что в нём не осталось ничего кроме желания напиться. Стул рядом отодвинулся с характерным скрипом. Эрик посмотрел на своего соседа. Это была Кристина. Она тоже позвала бармена жестом и тоже попросила виски. - К сожалению, последняя бутылка у Эрика. - Какого черта у нас бухло в дефиците? - раздраженно рыкнула девушка и уже собралась уйти, когда Эрик подвинул ей полный стакан. По одному взгляду лидера парниша-бармен всё понял и поставил еще один стакан. - С чего это такой аттракцион невиданной щедрости? - скептически изогнула бровь Кристина, но всё равно взяла стакан, - А, какая нахрен разница, верно? Бесстрашная влила в себя виски в один глоток, но закашлялась. Эрик хорошенько хлопнул её по спине, чтобы она нормально задышала. - Алкоголик из тебя никудышный. - Ага, а вот ты у нас можешь похвастаться завидным опытом, да? Кристина никогда так не разговаривала с Эриком. В девушке жил какой-то страх перед лидером ещё со времен подготовки. Но сейчас ей было плевать, что станется с ней потом. В данный момент Кристина хотела только упиться до потери сознания. А лучше жизни, но там как пойдет. К тому же, желание напиться, как известно, иногда объединяет совершенно разных людей. - Чего это у тебя язык развязался? - хмыкнул Эрик, по новой наполняя стаканы. - Я сегодня развеяла прах любви всей моей жизни. А ты чего надраться решил? - А я хронический алкаш. - Самокритично. - Ещё как. Оба синхронно влили в себя виски. Горячая жидкость потекла по жилам, потихоньку растапливая лёд в общении. - Знаешь, мне очень хочется тебя ненавидеть, - неожиданно призналась Кристина, - я имею ввиду, люто ненавидеть. Алекс ведь погиб под твоим командованием... Но у меня не выходит. - Хреново, - отозвался Эрик, выпивая уже пятый стакан, - проще, когда твоя агрессия направлена на что-то конкретное. Или кого-то, не суть. - Думаешь, из-за того, что мне некого ненавидеть, я сегодня чуть не прыгнула со Стены? - Очень может быть. Сама посуди, вот если бы ты ненавидела меня, что бы занимало твои мозги? - План мести? - предположила Кристина и пьяно икнула. - Именно. А так тебе приходиться заниматься самобичеванием. Это всегда хреново. - Но ты ведь этим сюда заниматься пришел? - А вот в это не лезь, - буркнул Эрик, разливая остатки виски, - Бармен, тащи еще что-нибудь! Спустя четыре бутылки пива и пол литра коньяка, Кристина с Эриком уже говорили куда более свободно, но не так членораздельно. Девушка вываливала на лидера всё, что накипело, а бесстрашный, к ее огромному удивлению, все это слушал и даже иногда отвечал. - Так, скажи еще раз... - отпивая из все того же стакана теперь уже коньяк, обратилась к лидеру Крис, - Какой у тебя повод набухаться? - Да просто... - Эрик неопределенно махнул рукой в воздухе, - Все как-то дерьмово оборачивается. - Пф, кому ты это говоришь. - Птица уволилась... - Она тебя бросила? - А хрен его знает, че у неё на уме... - Эрик, ты - долбоеб. - А ты вообще-то разговариваешь с лидером! - Да ну это к черту! Послушай меня сюда, я понимаю, какого это, потерять любимого... - Она не моя любимая... - Да не пизди, - скривилась Крис, - Так вот. Ты должен просто боготворить её... - Да с чего это?! - стукнул ладонью по стойке Эрик. - Именно... - Почему это... - Что она думает о себе... - Убей... - Блять! - рявкнул Эрик и с силой сжал кулак. Вместе со стаканом. Осколки стекла впились в руку, из ладони потекла кровь. - Твою мать! - вскрикнула Крис, - Тебе надо в лазарет... - Похер, - сплюнул бесстрашный. Он принялся вытаскивать осколки из ран, изредка морщась. Затем взял бутылку коньяка и плеснул себе на руку. Эрик зашипел сквозь зубы, но заметно успокоился. - Вот почему она была со мной... - решил продолжить разговор лидер, как ни в чем не бывало, - Она сдерживала эту хуйню. - Тогда тебе нельзя её отпускать, - пролепетала девушка, всё ещё глядя на окровавленную ладонь. - Я не хочу принуждать её, - Эрик оторвал кусок футболки и принялся заматывать руку. - Она любит тебя, - заметно успокоившись, сказала Кристина, - иначе бы не стала терпеть так долго. - Хрена с два кто-то полюбит меня. - Эрик, ты, конечно, не подарок, но дай себе хотя бы шанс, - Кристина откинулась на небольшую спинку барного стула, - поверь, потом будет поздно. И очень больно. По щекам девушки снова полились слезы. Эрик придвинул ей бутылку, на дне которой еще плескался коньяк. Кристина кивнула в знак благодарности и от души приложилась к бутылке. - Я пойду, - сказал бесстрашный. - Окей, - утирая губы, выдохнула Крис. Эрик вытащил из кармана пару купюр и бросил их на стойку, после чего оставил девушку в одиночестве.

***

Нога Птицы окончательно зажила через неделю. Она с большим облегчением оставила костыль у Шаи, потому что больше не могла мириться со своей беспомощностью. Сразу из медицинского крыла девушка направилась в самый отдаленный от центра корпус. Хорошие родители получались из бесстрашных редко. Обычно в силу их занятости и постоянного риска умереть. Поэтому фракция решила растить своих детей всех вместе. Самое защищенное крыло выделили под нужды ребят. Здесь у них была своя столовая, свой спортивный зал, комнаты, где жили по три человека. Птица подошла к проходной, где её ожидал Ник. Лидер поприветствовал девушку сдержанным кивком. - Привет, - поздоровалась бесстрашная. - Здравствуй. Смотри, - сразу переходя к делу, заговорил Ник, - вот твой пропуск. По нему открываются все служебные помещения. А вот это общая ключ-карта для всех жилых комнат. Но не злоупотребляй ей. Детишки не любят, когда вламываются в их личное пространство. - Никто не любит, - хмыкнула девушка. - Ага, - не глядя на Птицу, протянул Ник. Он вглядывался в планшет, - значит так, сейчас тебя встретят и все покажут. Ты с напарницей теперь закреплена за группой девяти-десятилетних. Не самый приятный возраст, но и ты не пальцем деланная, справишься. Я пошел, удачи. - Спасибо, - уже вслед удаляющемуся лидеру крикнула Птица и принялась ждать свою напарницу. Когда же она увидела, кто шел к ней из глубины коридора, девушка невольно стиснула зубы и напряглась. А шла к ней, потряхивая рыжими локонами, Аделаида. - Ну здравствуй, - надменно произнесла бесстрашная, сложив руки на груди. - Вот же блять, - кивнула Птица. - Сама не в восторге, - скривила носик Лада, - но приказ есть приказ. Шевели копытами. - Хоть что-то в этом мире не меняется, - вздохнула Птица и поплелась за Аделаидой. Рыжеволосая вела ее по коридорам куда-то вглубь крыла. - Там столовая, - кивала она в разные ответвления, - там жилые комнаты, там зал, там стрельбище... - Со скольки лет дают оружие детям? - Мои только начали пару месяцев назад. - Ты имеешь ввиду, наши? - К сожалению. Птица тяжело вздохнула. Ситуация оборачивалась так, что она променяла шило на мыло и взяла еще больше ответственности. - А где все? - скептически изогнула бровь Птица, понимая, что вокруг царит тишина, которая была довольно странной для места, где обитают дети. - Подумай логически, - язвительно отозвалась Аделаида, - где могут быть дети в первой половине дня? Хм... Наверное за Стеной? Воюют с монстрами. Птица мысленно хлопнула себя по лбу. Конечно, все еще в школе. - Их привозят и отвозят на специальном автобусе. Наша задача - встретить их и проследить, чтобы все были на месте. Потом тренировка и ужин. - Хорошо. - Ничего хорошего. Если хоть одна козявка серьезно покалечится, нам так по башке настучат, что мало не покажется. - Закономерно. - Ты какая-то слишком тихая, - резко обернулась Аделаида и уставилась на Птицу. - В смысле? - нахмурилась девушка. - Никаких оскорблений, сарказма и выпендрежа. Пришла такая скромная вся из себя. - Не думала, что я просто устала? - Что? Отсасывать Эрику? - едко заметила Лада. - Да, - твердо ответила Птица и, когда заметила, как вытянулось лицо Аделаиды продолжила, - Мне надоело выполнять все его прихоти. Быть той, об кого он вытирает ноги и ни во что не ставит. Если еще хочешь, думаю, ты можешь занять мое место. Рыжеволосая только фыркнула и, развернувшись на каблуках, зашагала прочь. Птица последовала за ней. Дети приехали спустя сорок минут. Аделаида с Птицей стояли у входа во фракцию вместе с остальными "няньками". - Хэй, Лада! Что, выдали помощника? - подмигнул бесстрашной какой-то зеленоволосый парень. - Типо того, - холодно отозвалась девушка. - А чего это лидерский хвостик решил поработать среди смертных? - поинтересовалась бесстрашная, стоящая рядом с зеленоволосым. - Устала от волочения божественного бремени, - довольно раздраженно отозвалась Птица и, к своему удивлению, услышала искренний смех. - А ты впишешься в команду. Я Валери. - Джейс. Там дальше Мира и Кейси, Шелли и Дебс. - Птица. Ты один поддерживаешь уровень тестостерона? - улыбнулась Птица. - Типо того, - подмигнул девушке Джейс, - из меня прекрасный папочка. От двусмысленности сказанного Птица хихикнула. Послышался рев двигателей, и на территорию въехали три автомобиля. Бесстрашные открыли двери, и шайки детей высыпали на улицу. - Так, спиногрызы! - беззлобно обратилась ко всем Валери, - Ну-ка раскидались по группам, живо! Ребята шумной ватагой принялись примыкать к своим, и вот уже вокруг Лады и Птицы крутилось порядка тридцати детей. - Все построились! - гаркнула Аделаида, и маленькие бесстрашные весело разобрались по парам. - Отлично, - хлопнула в ладоши рыжеволосая, - Знакомьтесь, это Птица. Она - ваша новая воспитательница. Её необходимо слушаться также как и меня. Все ясно? - Да! - немного вразнобой ответили дети. - Тогда за мной! Группа двинулась обратно в здание. - Птица! - подавляя раздражение в голосе, позвала Аделаида, - Смотри, чтобы никто не расползался! - Хорошо! Птица кинула взглядом суетящихся и переговаривающихся детей. Все они были копиями бесстрашных, которые жили совсем рядом: те же черные одежды, несколько цветных макушек. Птица приметила у ребят постарше татуировки. Мало что изменилось. - О чем вы задумались? - спросила светловолосая девочка, идущая рядом с Птицей. - Прошу, давай на ты, - улыбнулась бесстрашная, - как тебя зовут? - Лара, - улыбнулась девочка, демонстрируя выпавшие зубы. - Птица, очень приятно. А думала я о том, как мне повезло оказаться с вами. Лара хихикнула. - Мама говорила, что ты - помощница лидера. Правда? - Ну, как видишь, теперь я здесь. А так правда, я была помощницей Эрика. - Он страшный, - поежилась девочка, - он однажды накричал на меня за то, что я играла в столовой у взрослых. - Да уж, характер у него не сахар, - улыбнулась девушка, - но все люди меняются. И, я уверена, он уже не такой страшный. - Наверное, - задумалась Лара. Бесстрашные шли и шли, петляя по коридорам и, когда они оказались в жилой части, Птица увидела первое заметное отличие. Стены были разрисованы самыми разнообразными картинками: от огромных деревьев, до ярких планет. Дети принялись расходиться по комнатам. Лада хлопнула в ладоши, привлекая внимание. - Сейчас свободное время. Потом идем в зал, сегодня сдаем зачет, все помнят? - Да! - Отлично. Птица наблюдала за детьми, стараясь запомнить, кто где живет, когда кто-то коснулся ее руки. - Птица, - позвала Лара, - можешь мне помочь с математикой? - Конечно, - улыбнулась девушка, - пойдем.

***

Птица вышла из девичьей комнаты спустя полтора часа, из которых на математику ушло минут двадцать. Остальное время ушло на знакомство и веселье. Птица научила девочек плести косы, разузнала о задирах в их группе, об их родителях. У Лары была только мать, служившая в группе, приглядывавшей за изгоями на территории Чикаго. Отец погиб за Стеной. У Оливии тоже была только мать, да и та алкоголичка. Стефания росла без родителей. Когда Птица вышла из комнаты, она чувствовала себя ответственной за то, чтобы эти дети получили крохи простого счастья. Детских радостей. Птица решила сходить перекусить перед тренировкой. Но столовая оказалась закрыта. - Я взяла тебе поесть, - произнесла Аделаида, стоявшая в проходе. Птица слегка нахмурилась, пытаясь понять мотив бесстрашной. Очевидным он не был, а потому девушка осторожно поблагодарила и подошла к рыжеволосой. Бесстрашная повела Птицу куда-то прочь, и они в молчании пришли к Яме. Меньших размеров. И над головой не было стеклянного потолка. Аделаида присела на край и отдала Птице контейнер. Девушка опустилась рядом, открыла герметичную крышку и вдохнула теплый запах свежего мяса и тушеных овощей. - Все лучшее - детям, - улыбнулась Птица. - Ага, - не глядя на девушку, кивнула Лада. - Не могу не спросить. С чего такая учтивость и внимательность? - спросила бесстрашная, отправляя в рот кусочек мяса. - Да я просто поняла, что мы с тобой две дуры. Одна не лучше другой. Птица вопросительно изогнула бровь, молчаливо дожидаясь объяснений. - Обе обожглись об Эрика. Просто две глупые малолетки, - грустно усмехнулась Аделаида. - Больше не хочешь его заполучить? Аделаида мотнула головой. - Ты представить себе не можешь, как я была зла, когда узнала, что ты пойдешь к нему работать. Я в тот же день подкараулила его, начала вешаться на шею, просить, взять меня... А знаешь, что он сделал? Птица покачала головой. Все ее внимание было сосредоточенно на Аделаиде. - Вот это. Девушка отодвинула край кофты, показывая на плече шрам длинною с палец. - Он приставил нож ко мне. Таких бешеных глаз я еще не видела... Я думала, что умру там, но в его голове что-то перемкнуло, и он отпустил меня. Потом я узнала о его прошлом, о том, что он творил. Я была в ужасе. И когда ты сегодня сказала о том, что устала быть той, об кого он вытирает ноги... Знаешь, я даже стала уважать твое терпение. Не каждая сможет выносить его так долго. - Да уж... - Птица снова начала жевать. Она даже не задумывалась о том, сколько провела времени с лидером. Бесстрашная смотрела в пустоту, а в памяти всплывали картинки, показывающие их с Эриком совместную жизнь. Он часто дарил ей разные подарки. То нож с гравировкой, то новую, дефицитную одежду, то какие-нибудь редкие сладости, например, яблочная шарлотка из Дружелюбия. Он позволял Птице щекотать себя, провоцируя шутливую драку подушками. Он защищал её репутацию, потому что каждый считал своим долгом предположить, как именно Птица заработала себе это место. Но все эти светлые моменты потерялись в череде постоянных срывов, боли и периодических скандалов. Птица вспомнила, как Эрик запустил в нее табурет в порыве гнева. Тогда ей показалось, что он сможет перейти черту. Постепенное отдаление друг от друга, нежелание слушать и слышать. По щекам Птицы покатились слезы. - Что, он тоже сильно тебя приложил? - спросила Лада. - Нет, - тяжело вздохнув, ответила девушка, - Просто... Мне казалось, я понимала, что он чувствует. Я принимала со всеми недостатками, терпела его срывы... А он... Птица залилась слезами. Она громко всхлипывала и все утирала мокрые дорожки на щеках. - Мне больно из-за того, что я ушла. Что оставила его... Это неправильно. - Это привычка, - пожала плечами Лада, - пройдет. Птица не ответила. Потому что не пройдет. Потому что Эрик был частью её самой, олицетворением внутренней силы. С ним она была под защитой. Не физической, не защитой от общества. А защитой от внутренних монстров. Успокаивая Эрика, она боролась и с собой тоже. За лучшее в себе. - Я пойду собирать детей, - со вздохом поднялась Аделаида, - а ты успокаивайся и приходи. Птица кивнула, не смотря на стоящую рядом девушку.

***

Эрик весь день ходил сам не свой. Голос в голове становился все навязчивее и навязчивее. Его тихий речитатив сводил бесстрашного с ума. ...Убей...

...Его...

...Ты убийца

...Эрика...

...Убил...

УБИЙЦА

Эрик взревел и запустил в стену кофейный столик. Он рассыпался на кусочки стекла и мелкие щепки. Лидер завыл. По-звериному, вкладывая в рык боль. Боль... Не было слов, чтобы описать те впивающиеся в нутро иглы, раскаленные до предела; те терновые кольца, опутавшие голову; те вьющиеся ураганом, разрозненные мысли зверя, давящие изнутри и грозившиеся разорвать такую слабую оболочку, как тело. В дверь постучали. - Пошли нахер! - прокричал Эрик, стоя на коленях, позволяя осколкам впиваться в ладони. - Эрик?! Её голос. Её голос. - Эрик, открой дверь! Он хочет. Очень хочет. - Впусти меня!!! Дверь распахнулась, и Птица влетела в комнату, кинувшись к лидеру. Она упала на колени рядом с ним и обхватила руками трясущееся тело. Эрик подался вперед, утыкаясь лицом в живот девушки. Он постепенно опускался на пол, тяжело дыша. Птица гладила его по голове, повторяла как мантру, что всё будет хорошо и сама еле сдерживала слезы. - Не отпускай... - бормотал лидер. ...Смерть... ...убить всех...

Чистый заливистый смех

...Хочу крови...

...убить...

Я помогу тебе

...Не достоин...

...Не важно... ...Мертво... ...убе...

Я могла бы любить тебя будь ты настоящим

Эрик открыл глаза. Птица все также гладила его по голове. Он медленно поднял руки, положил их ей на бедра и уткнулся лбом в девичьи колени. - Не отпускай... - Никогда, - шепнула девушка. - Никогда, - повторил Эрик. - Только если ты этого захочешь. - Хочу... - Тогда не оставляй меня призраком. Эрик очнулся лежащим в груде битого стекла. Рядом валялся полу пустой шприц. Лидер поднялся на ноги, осмотрел квартиру, погрязшую в хаосе. Медленно дойдя до ванной, он включил воду и принялся умываться. Из маленьких порезов еще проступала кровяная роса. Спустя несколько минут Эрик, все еще пребывая в некотором исступлении, принялся выгребать все свои запасы наркотиков. Он тщательно проверил всю одежду, все тумбы и шкафы. Собрав шприцы и колбочки в один мешок, бесстрашный покинул квартиру, а потом и фракцию. Его путь лежал за Стену. Эрик несколько минут смотрел на холодные могильные плиты. Эрика Кэллахан и Абигэйл Кэллахан смотрели на него в ответ. Бесстрашный вытащил все шприцы. Девять игл нацелились прямо в сердце. Рука бесстрашного дрожала, пот лился градом. Он сглотнул и только зажмурил глаза, как вдруг понял, что что-то было не так. Тишина. Его окружала тишина вечернего воздуха. И ничего больше. Эрик не слышал никаких посторонних голосов в голове. Он опустился на колени, выронил все шприцы и уперся руками в землю. Тело сотрясалось от судорожных вздохов. Бесстрашный руками разгреб сыпучую землю и сбросил туда все свои запасы наркотиков. Когда он принялся закапывать яму, до его слуха донесся приглушённый голос.

*Am I brave enough? Am I strong enough? To follow the desire That burns from within <center> Эрик поднялся на ноги и огляделся в поисках невидимого певца. Точнее, певицы. <center> To push away my fear To stand where I'm afraid I am through with this Cuz I am more than this I promise to myself Alone and no one else My flame is rising higher

Птица приехала на Стену, на то место, где был развеян прах Алекса. В детстве он всегда помогал, когда ей было тяжело. Лекс брал гитару и начинал наигрывать какую-нибудь мелодию, а Птица напевала свои песенки. Теперь играть на гитаре некому, но песни остались.

I am the fire I am burning brighter Roaring like a storm And I am the one I've been waiting for Screaming like a siren Alive and burning brighter I am the fire

Эрик вслушивался в тот надлом, с которым девушка вытягивала ноты. Она напомнила ему волчицу, воющую на луну. Но сильнее всего бесстрашного задевали слова.

I've been sacrificed My Hearts been cauterized Hanging on to hope Shackled by the ghost Of what I once believed That I could never be Was right in front of me

Эрик поднимался бесшумно, боясь спугнуть певицу. Он уже понял, кем являлась эта девушка. И он многое хотел ей сказать.

I don't believe I'll fall from grace Won't let the past decide my fate Leave forgiveness in my wake Take the love that I've embraced I promise to myself, me and no one else I am more than this I am the fire...

Птица вложила все в последнюю строчку. Она вытягивала эти ноты до тех пор, пока в груди не осталось воздуха. - Это потрясающе, - сказал Эрик, присаживаясь рядом с Птицей. - Что ты здесь делаешь? - недовольная тем, что её покой нарушили, спросила Птица. - Думаю, то же, что и ты. Прощаюсь с прошлым. - В смысле? - Закопал все лекарства. Птица посмотрела на грязную одежду и руки бесстрашного. - И как же ты теперь будешь? Убьешь половину фракции? - Нет, - покачал головой Эрик. Повисло неуютное молчание. Каждый понимал, что разговор придется начать, но каждый откладывал его начало. - Как тебе новая работа? Птица пожала плечами и перевела взгляд на горизонт, где виднелись последние лучи солнца. - Появилось время на кофе. И обед. И даже пара часов на сон остается. - Наверное, я должен извиниться, - набрался смелости лидер. Птица медленно развернулась и посмотрела на лидера снизу вверх. В ее глазах отражалось неверие: Эрик не мог этого сказать. Но он сказал. - А ты хочешь? Птица была напряжена. Она со всей серьезностью вглядывалась в профиль бесстрашного, призывая взглянуть на неё. - Не знаю. Для меня это всё в новинку, - неуверенно сказал Эрик и, словно вняв мысленной просьбе девушки, посмотрел на неё. Птица свела брови домиком, будто спрашивала, зачем он всё это делает. И лидер сказал. Сказал то, чего еще никому не говорил. - Прости меня. - За что ты просишь прощения? Птица чувствовала, что если он продолжит говорить, то она расплачется и кинется к нему. Мысленно дав себе оплеуху, девушка шумно вздохнула и отвернулась, пытаясь сосредоточиться на горизонте. А Эрик продолжал молчать. Он старался подобрать самую вескую причину, но все они были равнозначны. Тогда бесстрашный стал подбирать ту, которая сможет описать их все. Наконец, он нашел. - За то, что я держался за свое прошлое. Повисло молчание. Лидер смотрел прямо перед собой, считая болты на колонне, а Птица продолжала разглядывать пустыню. Но тишина была нарушена. Сначала до Эрика донесся тихий смешок, и он даже сначала решил, что ему послышалось. Но звук повторился, только теперь громче. А затем еще раз. Птица начала смеяться. Она запустила ладонь в волосы и крепко стянула их. Бесстрашный в недоумении взглянул на девушку. По её щекам бежали слезы, а смешки вырывались сквозь прикусанную губу. - Знаешь, - окончательно отсмеявшись, сказала Птица, - тогда и мне надо извиниться перед тобой. - А тебе за что? - вскинул брови Эрик. - Я оставила тебя, хоть и обещала не делать этого... - Птица умолкла и начала перебирать пальцами, ковыряя ногти. - На самом деле, ты обещала помочь. И сдержала слово. Девушка нахмурилась в непонимании и подняла глаза на Эрика, прося объяснений. - Когда ты ушла, я понял, что никто не сможет мне помочь. Я должен справиться сам. - Я не прощалась с прошлым, Эрик, - мягко сказала девушка, - Я давно это сделала. Меня гнетёт то, что я не могла его принять. - Попробуй прямо сейчас, - сказал бесстрашный, беря девушку за руку. Она недолго наблюдала за тем, как переплетались их пальцы, а затем прошептала: - Меня зовут Аллин Эргард. - А я Уэйд Кэллахан. - Приятно познакомиться, - слабо, но искренне улыбнулась девушка, и бесстрашный не удержался. Накрыв ее губы своими, он целовал Птицу будто последний раз. Сердца обоих трепыхались в груди, подобно мотылькам, пытающимся долететь до манящего света. Ладонь лидера легла на затылок Аллин. Он тянул ее к себе и впервые просил, а не требовал. И она согласилась. Прильнув к его груди, девушка позволила углубить поцелуй, но как только почувствовала, что воздух кончился, плавно отстранилась от Эрика. Сделав пару глубоких вдохов, лидер попытался продолжить сладостное занятие, но тонкие пальчики легли на его губы, сдерживая порыв. - Давай не будем больше торопиться. - Ладно. Они еще некоторое время просидели вместе вглядываясь в ночной горизонт. Оба сломленные и собранные заново, творившие страшные вещи, за которые они ненавидели себя, но принимали друг друга. - Эрик, я... - Я знаю. Я тоже. Примечания: *I'm the fire - песня группы Halestorm