Будешь ли ты ждать меня?

      Ацуши резко встал с кровати и огляделся. Он был в небольшой комнате, где были маленькая деревянная тумбочка, такой же столик, а рядом с ним стоял стул. Посмотрев на себя, мальчик заметил, что раны все зажили, а тело полностью чистое. Неужели…?       — О, ты уже проснулся? Знаешь, пришлось с тобой немного попотеть.       Мальчик-тигр на реплику ничего не ответил и лишь опустил голову, сильнее закутываясь в теплое одеяло. Что нужно ему? Зачем спас, если знал, что будет тяжело? И, вообще кто он?       — Что такое? Болит что-то? — Дазай подошел к Ацуши и, присев рядом на корточки, погладил его по голове.       Вздрогнув, паренек начал пытаться слиться с кроватью, чтобы этот мужчина больше не трогал его. Никому нельзя верить. Любой может сдать его Торквемаду, как только увидит его необычные глаза и способность (контролировать тигра в последнее время не получалось). Несмотря на появившуюся за годы жизни в приюте нелюдимость, хотелось прижаться к этой теплой руке и раскрыть душу. До десяти лет он еще верил в добро и бескорыстие людей, но с каждым годом желание оградиться от всех росло. Сейчас же мальчик не знал, что ожидать и кому верить, поэтому вместо того, чтобы оттолкнуть мужчину, горько заплакал. Пусть его считают нюней, но слишком много для одного дня. А Осаму и вовсе растерялся — успокаивать детей — это не его профиль. Ему оставалось лишь присесть на край кровати и прижать к себе мальчика. Если этому ребенку нужна жилетка для слез, то он не против. Но на всякий использовал способность, чтобы не иметь более серьезных проблем. «Исповедь» научила его видеть одаренных, но не определять специфику дара. Учитывая слухи о том, что тигр-людоед был найден, можно было с легкостью сделать вывод об этом мальчике — он и есть этот зверь, и, судя по всему, постепенно терял контроль над сущностью ввиду еще неизвестных причин. Крепче сжав в объятиях вновь уснувшего сироту, Дазай подумал о том, что не хотел заставлять его страдать. Он, как никто другой, знал о той стороне жизни, где нет места чувствам и доверию. Ему захотелось стать для мальчика опорой и не подпускать к Мафии, а к Святой Инквизиции и подавно.       — Чувствую, головной боли я себе прибавил достаточно. Аккуратно положив мальчика-тигра обратно и укрыв одеялом, Осаму пошел на кухню, чтобы приготовить зеленый чай. Охота снова началась, а объект преследования мирно посапывает у него в доме. Главное, чтобы тот карлик не украл, ведь в его распоряжении все прелести Святой Инквизиции. Как бы Торквемада не отрицал одаренных, но они очень полезны и даже у него есть человек со способностью. Какая противоречивая личность.       — Значит, тигр чувствует опасность и начинает защищать мальчика, да? Будет сложно. Нужно заканчивать разговаривать с самим собой.       Осаму около часа сидел неподвижно и смотрел в одну точку, пока не услышал неуверенные шаги босых ног. Повернувшись, мужчина увидел в дверном проеме худощавого юношу, который недоверчиво смотрел на него. Его поразили необычные глаза, а точнее цвет. Фиолетовый, медленно переходящий в золотистый.       — Как звать-то тебя?       — Ацуши, — прошептал мальчик и, отвернувшись, вернулся обратно в кровать, попутно краснея от неловкости.       Мужчина удивленно глянул на мальчика и немного отпил уже остывшего чая, а затем последовал за ним. Он, конечно, знал, что этот сирота не бросится к нему на шею за спасение, но все равно был обескуражен.       — Почему Вы меня спасли? — Ацуши хотел знать ответы и долго ждать не собирался, тем более он не сидит где-нибудь в темнице, потому не видел смысла скрывать любопытство.       — Разве нужна причина? — Дазай усмехнулся, а в его карих глазах на мгновение проскользнул интерес.       — По Вам видно, что Вы не делаете что-то просто так, — хоть мальчик и говорил тихо, но решимость и подозрение означали то, что он настроен серьезно.       — То есть я открытая книга?       — Н…нет, просто мне так показалось…       — Понятно, — улыбнулся мужчина. — Что ты знаешь о звере-людоеде?       — Я… — Ацуши поморщился, потому что давно догадывался о своей способности, — не знаю, могу ли доверять Вам. Простите.       Осаму оглядел мальчишку странным взглядом, а затем заключил в удушающие объятия. Мальчик-тигр начал сопротивляться, но это только ухудшило положение: мужчина все сильнее прижимал его к себе.       — Мне ка…жется, что Вы меня сейчас раздавите… — дышать было нечем.       — Ой, прости. Не удержался, — искусственная улыбка и быстрый уход на кухню за похлебкой.       Посмотрев на свои руки, паренек подумал о бинтах, закрывающих все тело этого странного человека. Что там? Шрамы? Он такой одновременно и отталкивающий, и притягивающий, похож на запретный плод. Его глаза будто повидали все. На нем лежит странная тень, характерная для тех, кто находится между жизнью и смертью. Было чувство, что этот мужчина сыграет огромную роль в его судьбе.       Как только странный человек вернулся с тарелкой горячей похлебки, Ацуши задал вопрос: «Какое у Вас имя?». Осаму сначала удивился его сговорчивости, а потом улыбнулся, поставив тарелку на стол: «Дазай Осаму. Называй, как хочешь, но чтоб все съел». Ацуши взял угощение и с радостью принял его, но, к сожалению, не остался сыт. Его так часто морили голодом, что любая пища уходила вникуда, а потом сильно тошнило. Сказать о своей проблеме он стеснялся, поэтому, поблагодарив, укутался в одеяло с головой. Дазай снова подозрительно улыбнулся и быстро пристроился рядом с мальчиком на кровати. Ацуши, словно кошка, резко отодвинулся от мужчины, но его обратно притянули к себе. Щеки покрылись ярким румянцем от стыда и смущения, но сопротивляться сил не было. Что этот человек делает? Они даже толком не знакомы.       — Не смотри на меня так. Это мой дом, а у меня одна кровать. Как думаешь, где мне спать?       — Прости…те, — прошептал мальчик, еще больше краснея.       — Теперь спи. У нас впереди много работы.       Ацуши не смог уснуть, поэтому лежал, слушая чужое дыхание и мерный стук сердца.

***

      В селении в это время была паника — зверь не уничтожен, а значит он может отомстить и они все находятся в опасности. Детей запирали в домах и не разрешали выходить на улицу. Население попросило Святую Инквизицию спасти их, но либо начальство это не волновало, либо запрос шел слишком долго. Все люди запасались серебрянными приборами для защиты. Они думали, что это оборотень и бог не зря послал им столько страданий.       Торквемада смеялся над тупостью крестьян, но все же назначил главным на поиски зверя одного из самых лучших охотников. Этот человек был не только физически силен, но и обладал мощной способностью. Про него сочиняли различные байки, потому что из-за своего взрывного характера мог с легкостью раздробить чужую голову. Первое время его часто лишали зарплаты из-за вспыльчивости, потому что инквизиторы даже не успевали приступить к допросу ввиду смерти подозреваемого. Этот мужчина одним своим видом покорял сердца женщин из разных слоев общества и откровенно этим пользовался. Поговаривали, что он любит секс с элементами садизма. Его основные слабости — это дорогое вино, перчатки, плащи и шляпы. Он считал себя выше всех, хотя рост у него небольшой. Среди крестьян его называют Шляпником, а так его имя — Чуя Накахара. Мужчина был членом Мафии, но с уходом пятого руководителя перешел на сторону Святой Инквизиции, подписав временный договор с ней, чтобы отомстить бывшему напарнику за предательство. Это была основная причина, а другая — прибыль. Кто не хочет денег и жить на широкую ногу? Несмотря на внешнюю непокорность, Чуя боялся нищеты.       Накахара согласился поймать оборотня, но за огромную сумму. Это было связано с ощущением, что цель его близка. Он убьет бывшего руководителя, поймает зверя, получит много денег и вернется в Японскую Инквизицию, согласно договору.       Сейчас он сидел на большом стуле с богатой резьбой, попивая дорогое вино, и рассматривал карту Южной Испании. Рядом потрескивал камин, а стены были украшены коврами. Мягкий свет создавал уютную атмосферу, в которой Чуя мог с наслаждением продумать маршрут для поиска. Нельзя бездумно бежать в ту сторону, где скрылся предполагаемый виновник, иначе можно рискнуть попасть в ловушку. Вряд ли, конечно, голодный беспризорник устроит ему засаду, но подстраховаться стоит.       — Не повезло мальчику, — усмехнулся Накахара, — Уверен, что и способность не умеет контролировать. Черт, ни одной информации о нём. Ужасная страна. — брезгливо поморщившись, он поставил бокал на стол и вышел на улицу. Собиралась гроза. — И всё-таки интересно, что это за личность.