Работа Крампуса трудна и опасна

      Вот уже третьи сутки Минагиса ехала на север, путь её шёл по долине между двумя из трех горных хребтов образующих систему Йольшварц. Покрытие почти вечными снегами горные хребты тянулись с юга на север на сотни миль, и чтоб проехать из восточных королевств в западные нужно было пересечь минимум три перевала.       Вообще, мир игры «Средоточие» был необычайно огромен. До этого мир ни одной онлайн игры даже близко не мог сравниться по размаху с ней. По приблизительным оценкам, площадь игрового пространства приближалось к семи миллионам квадратным километрам и со скорым выходом дополнений грозила перевалить за восемь миллионов. У такого гигантизма были свои причины. Все эти обширные пространства отнюдь не были необитаемы, потому как чуть ли не треть человечества имела аккаунт в этой игре и хоть раз играла в неё, а то и вовсе пропадала в ней сутками. А численность человечества на данный момент перевалила за девять миллиардов. «Средоточие» и остальные три созданные на основе её технологии игры — мир киберпанка «Превосходство», мир битв в космосе «Экспансия» и мир бесконечной войне в высокотехнологичном будущим «Преодоление» -создавали 14% мирового ВВП. Все эти факта Минагиса узнала от Филистера, они ей мало о чем говорили. Девушку мало беспокоило, что она была персонажем какой-то игры.       «Пока сама решаю свою судьбу, я не персонаж, а игрок» — всегда говорила она сама себе.       И вот теперь её путь игрока вел её на север, а мысли её были устремлены то на юго-восток за тысячу миль от неё, за высокие пики Весенних гор в страну лесных эльфов, где сейчас заканчивались холодные зимние дожди и начинали распускаться цветы на деревьях, то думы уносили её на юго-запад, где под не такими высокими, как остальные горные системы, Черными горами, за Лабиринтом ночи лежало царство темных эльфов. Одно место обещало наслаждение её духу — Минагиса обожала теплый климат лесного царства эльфов, атмосферу, пропитанную жизнью и ростом, радущую его жителей. Другое же место обещало наслаждение её телу, в кругу таких опасных и развратных дроу.       Здесь же, в этой морозной долине, никакой радости она не испытывала. Этот холод угнетал и злил её, чего нельзя было сказать о Бортане. Пёс вообще не испытывал никаких проблем, был весел и игрив. Казалось, что очутись он даже на девятом, скованным лютым морозом кругу преисподней, это место не покажется ему холодным.       За время её путешествия на север ей дважды попадались деревеньки, где Минагису радушно принимали местные жители, и она ночевала на мягких кроватях постоялых дворов. Сказывалась высокая репутация со всеми населенными пунктами Йольшварца. Последнюю же ночь она провела под укрытием двух рядом стоящих раскидистых елей, возле костра в наспех сооруженном шалаше. У неё попеременно мерзли то кончик носа, то пальцы на ногах, она не выспалась и была очень зла.       Поэтому, когда густой еловый и сосновый лес стал редеть, долина стала шире, горы ниже, а девушка стала слышать далекий звук волн, то очень обрадовалась. Да и внутриигровая карта говорила, что до её цели осталось недолго. Уже через несколько миль она увидела одиноко стоящее сооружение. Здание как будто стояло посреди пустоты, за ним виднелось только небо, ни гор, ни покрывающего долину между ними леса не было видно. Перед замком тоже было обширное, без единого деревца, пространство. Мечница догадалась, что это и есть знаменитый замок Крампуса на утесе над морем, и здесь горы и море встречались, а долина обрывалась отвесно в морскую пучину.       — Живописное местечко, но не в моем вкусе, — буркнула она себе под нос.       Уже через несколько минут пути зоркие глаза девушки заметили перед замком множество темных точек. Вскоре она стала различать силуэты, они принадлежали дюжине людей или существ на них похожих и двум четвероногим животным.       Приблизившись настолько, что уже хорошо различала строение замка, она смогла разглядеть в подробностях и встречавших её.       Замок вполне имел право называться так. До размеров замков королей запада или востока он не дотягивал. Но какой-нибудь барон или граф был бы горд иметь таковой в своем распоряжении. Четыре башни венчали по углам это монументальное сооружение, сложенное из темного камня. Собравшиеся же в сотне метров от его стен существа представляли собой не менее колоритное зрелище. Ожившие кошмары какого-нибудь ребёнка. Одним из животных был огромный, размером с лошадь, кот серо-черного окраса. Весь какой-то облезлый, с демонической мордой и капающей из пасти слюной. «Йольский кот» — прочла Минагиса над его головой. Вторым животным был, как она смогла разглядеть, череп лошади с простынёй вместо тела и палками вместо ног. Глазницы твари горели зеленым огнём. «Серая кляча» — прочла она над головой монстра. На этом существе как раз и восседал благообразного вида толстый старик в красном полушубке и с пушистой бородой.       Контраст был таким огромным, что Минагиса даже растерялась. Диссонанса в разворачивающуюся картину добавляли и другие присутствующие здесь подручные старика.       Несколько уродливых старух, чем-то похожих друг на друга, у каждой — полный рот острых клыков. Огромный человек в шубе из драных шкур, с мешком за спиной и хлыстом в руке. Тринадцать уродливых карликов, чем-то напоминающих отдаленно гномов, в красных шапках и драных полушубках. Соломенное чучело, подпоясанное цепью, с мешком за плечами. Могучий старик с длинной бородой, мясницким тесаком в руке и корзиной на ремешках за плечами, руки старика, как заметила девушка, были перепачканы в чем-то красном.       — Вся честная компания и на меня одну, — начала первой разговор Минагиса.       — Отступись, дитя! — неожиданно звучным и твердым голосом ответил ей старик в красном полушубке.       — Вот от кого Крампус набрался этих своих «детях».       — Дитя, внемли мне и усмири свою гордыню. Отступись. Твоё бессмертие тебе не поможет. Мы знаем управу на непослушных детей.       И все собравшиеся монстры дружно засмеялись такой удачной шутке своего господина.       Минагиса понимала, что не выглядит особо грозной. Обычная стройная девушка в доспехах, ниже ростом, чем большинство нынешних её противников, кроме карликов и самого старика. Эта её внешняя безобидность сослужила дурную службу многим её противникам ранее.       — Не могу, дед. По многим причинам. Не для того я ехала в такую даль. У меня квест лично на тебя. К тому же, у меня нет уверенности, но скорее всего, в этом замке у Крампуса в заточении несколько детей. А самое главное, меня просто распирает от желания собственными руками порвать вас, мразей, на маленькие кусочки. За всё, что вы веками творили с невинными детьми.       Последнюю фразу девушка произнесла с усмешкой. Ярость пополам с предвкушением скорой битвы волнами разливались по телу. Мечница обожала это ощущение.

***

      И действительно, уже сутки как Санта со всеми подручными гостил в замке у Крампуса.       И был весьма доволен радушием хозяина и тем, что тот ему показал. Новое знание открывало огромные перспективы.       Периодически рогатый показывал старику новые методы наказания. Дети большую часть времени были заперты в клетке на замок, потому как большинство подручных монстров Санты скалились и пускали слюни, глядя на них. Прочная решетка вкупе с авторитетом старика и славой самого Крампуса как хорошего воина с трудом, но уберегла детей от страшной чести.       Поэтому, когда Йольский кот, находившийся в дозоре, увидел приближающегося врага, и «гости» покинули замок, рогатый вздохнул с облегчением.       Облегчение его, правда, было неполным. Несмотря на то, что старик был уверен в силе своего воинства, у самого хозяина замка этой уверенности не было. Они явно недооценивали девчонку. Это было не удивительно: в конце концов, они с ней не бились. Она рвала голыми руками его. Его, монстра ростом под три метра (с учетом длины рогов, конечно), способного сражаться одновременно с несколькими профессиональными воинами и нести в своей корзине десяток детей.       Да, он знал, кем был Санта на самом деле, и верил в его силу, но толика сомнения всё-таки оставалась.       В то же время в глубине души ему хотелось опять встретится с той магичкой-мечницей. И казалось, что победа Красного судьи и его воинства над этой девочкой — ошибка. Всё должно быть не так, всё должно изменится.       Ему нравилось то, что он сейчас делал. Раньше его работа представлялась ему скорее неким долгом, рутинной работой, которую он должен был выполнять. Никаких отступлений и вольностей старик не допускал. Сейчас же никаких возражений не имел, даже против самых необычных наказаний, которые использовал Крампус.       Не так давно он показывал их своему господину. Он вывел всех детей, выстроил их возле стенки, велел развести ягодицы. Уже от одного этого щёки и уши у ребятишек могли соперничать краснотой с полушубком Санты. Потом пришел черед имбиря. Видя ряд трясущихся попок с толстыми корнями в них старик только хмыкал и одобрительно кивал. Когда же ложка стала приземляться на дырочку между ягодиц, а сорванцы вскрикивать и сучить ножками, лёжа на коленях Крампуса, старик и вовсе рассмеялся. Вишенкой на торте была клизма той самой девчонке, которая её уже не раз получала. Крампусу просто очень нравилась её реакция на этот метод наказания, и она его не разочаровала. Бедолага, с полным животиком воды и обиженно-злобным выражением на лице, не знала куда себя девать и металась по залу замка. Выйти во внутренний двор она боялась, помня о группе страшных существ, гостивших в замке. Рогатый хозяин не стал её долго мучить и материализовал ведро, куда и предложил ей выпустить воду. Когда она это делала, звуки были такие, что девушка покраснела ещё больше чем обычно и стала всхлипывать от унижения.       Вспоминая всё это, Крампус улыбался. Всё это казалось ему таким невинным и милым в сравнение с тем, что он вытворял раньше.       От этих размышлений его отвлек страшный, нечеловеческий визг который раздался снаружи замка.

***

      Ненависть к этим существам постепенно поднималась из глубины души мечницы и разливалась волнами по телу. Чем-то это было схоже с сексуальным возбуждением, в том и был маленький секрет девушки. От битвы она получала такое же острое и чем-то похожее удовольствие, как и от соития.       К тому же эта конкретная битва казалась ей особенной. Было в ней что-то глубоко личное, как будто ситуация с этими детьми была ей близка и знакома. Что-то из той, прошлой жизни, обрывки которой являлись ей во снах.       В это же время старик на жуткой лошади сделал знак рукой, и одна из ведьм двинулась к девушке, раскрыв пасть и обнажив ряд острых клыков. Та же спокойно стояла, не обнажив даже меч. Воодушевлённая такой пассивностью старуха сделала несколько огромных прыжков и уже почти была готова впиться острыми зубами в защищенную только воротником шею девушки, когда внезапно та выбросила вперёд одетую в латную перчатку руку. Выбив несколько передних клыков ведьме, кисть как кол вошла глубоко в глотку чудовища. Челюсть ведьмы безрезультатно пыталась откусить руку в латной рукавице и кольчуге на уровне предплечья, когтистые руки при этом старались поцарапать броню девушки или выцарапать ей глаза. Безуспешно.       — Ну что, вкусно? Жри. Что ж ты не жуёшь? Наверняка не так вкусно, как те маленькие беззащитные детишки, которых ты жрала, — произнеся эти слова воительница ещё глубже задвинула руку, от чего глаза у ведьмы полезли на лоб.       Как приятно было произносить эти злые слова, бросать их в лицо этим мерзким монстрам.       Но расслабляться тоже не стоило, вся остальная свита старика в красном полушубке тем временем брала её в полукольцо. Поэтому Минагиса молниеносно сделала отскок назад, при этом извлекая кисть из глотки и хватая ведьму изнутри за нижнюю челюсть.       Через мгновение она стояла в трех шагах от своей противницы, сжимая в руке её челюсть.       Мир подёрнулся рябью, затем исказился, как искажается вид в слоях нагретого воздуха над дорогой жарким летом.       ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ПЕРСОНАЖУ ГРИЛА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАНЕСЕН, ПЕРСОНАЖУ ГРИЛА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАНЕСЕН, ПЕРСОНАЖУ ГРИЛА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАНЕСЕН, ПЕРСОНАЖУ ГРИЛА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАНЕСЕН, ПЕРСОНАЖУ ГРИЛА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАНЕСЕН…       Мелькали строки текста, и раздавался голос в голове девушки:       — Вы нанесли урон 64 персонажу Грила. Нанесена калечащая рана, эффект «кровотечение», минус 4 НР каждую секунду.       Нечеловеческий визг огласил долину. Ведьма упала и стала кататься по снегу, заливая его своей кровью.       Санта Клаус вздрогнул, подобного он точно не ожидал. План состоял в том, чтоб Грила, как самая быстрая, навязала девчонке бой, в то время как остальные окружили её и напали со всех сторон. Да, он подозревал, что без жертв с их стороны не обойдётся. Но это сильно его не волновало, эти создания — устаревший материал, после того, что он узнал от Крампуса, его представления сильно изменились. Он уже лелеял планы, представлял новые подходы к наказанию детей. И вот впервые за эти дни ему в голову закралась мысль, что встречу с этой девкой он может не пережить.       Бортан всё это время сидел в нескольких шагах за спиной девушки, лениво наблюдая за действом. К нему-то она и обратилась.       — Бортан, оторви этой суке руки и ноги, — произнесла она, указывая на здоровяка в шубе из драных шкур, с мешком за спиной и хлыстом в руке.       Дважды просить пса не нужно было. Тот вскочил и рысью бросился на противника. Но дорогу ему преградил огромный, размером почти с него, кот. Всё в поведении кота говорило об уверенности в своих силах. И это было неспроста, он ранее никогда не терпел поражений. Это его и подвело, уже через мгновение пёс трепал его, как самого обычного кота.       Ведьма продолжала истошно визжать и кататься по земле. Бар жизни у той просел едва ли на треть, а жуткий визг уже порядком надоел.       Активировав умение ФаерБол, девушка вытянула руку в сторону поверженной противницы, и с её ладони сорвался ослепительный шар пламени.       — Вы нанесли урон 189 персонажу Грила. Нанесены ожоги, эффект ожогов — минус 7 НР каждую секунду.       Тем временем остальные монстры, пусть и не без опаски, окружили её. Минагиса активировала умение «Гнев дракона», и из её сложенных на манер пасти ладоней вырвался широкий поток ослепительного голубого пламени, которым она, поворачиваясь вокруг своей оси, поливала противников.       — Вы нанесли урон персонажам: Фрау Перхта — 103, Белсникель — 98, Ганс Трапп — 304, Пер Фуэтар — 109, Йоласвейнары — 113 (каждый).       Соломенное чучело отделилось от остальных монстров и объятое пламенем понеслось в сторону обрыва, но не добежало.       — Ганс Трапп сгорел, вами получено 1267 опыта. Грила погибла, вами получено 1060 опыта.       На Минагису обрушился град уведомлений о нанесенном противникам уроне и понижении их характеристик, от которого она отмахнулась, свернув в правый угол. В голове продолжали звучать слова, в которые она не вслушивалась, не до этого было -горячка боя поглощала её. Меч был наконец извлечен из ножен, и она, воспользовавшись умением «рывок», с разбегу воткнула его в оставшуюся ведьму.       — Фрау Перхта убита, вами получено 1080 опыта.       И тут её на спину обрушился удар хлыста. Оставшиеся в живых монстры были впечатлены такой скорой смертью своих соратников и к девушке близко не подходили, и у неё было время осмотреться и пошутить.       — Ну разве так хлыстом бьют? И вообще, надо не по спине, а по попе.       И девушка попыталась похлопать себя рукой по попке. Но вместо звуков хлопков раздался только звук удара металла рукавиц и кольчуги об металл доспеха.       — Это просто у меня зад железный. Мне Аша всегда так и говорит.       Шутку не оценили, да это было и не нужно. Девушка уже осмотрелась и прикинула в голове обстановку.       Бортан всё ещё трепал живучего кота. Санта, похоже, не пытался вступить в бой. А оставшиеся — огромный человек в шубе из драных шкур, с мешком за спиной и хлыстом в руке, тринадцать уродливых карликов и могучий старик с длинной бородой и мясницким тесаком в руке — потеряли до четверти бара жизни каждый.       Активировав «стену огня» перед гигантом в шубе из шкур, который угостил её хлыстом, она кинулась на старика с мясницким тесаком и, выбив финтом тесак из кисти мясника, в полёте перехватила его за рукоять и всадила в голову хозяина.       — Пер Фуэтар убит, получено 1506 опыта.       Стена огня прекратила свое действие, и гигант снова замахнулся на неё хлыстом, но шар огня, вылетевший из ладони, был быстрее хлыста и, в отличие от него, точнее, попав здоровяку точно в лицо и опрокинув его на землю. А когда тот пытался встать, точный бросок метательного ножа, который девушка достала из инвентаря (незаменимый навык для любого роги), вернул его в горизонтальное положение.       — Белсникель получил критическую рану, минус 349 HP. Дополнительный урон от раны в жизненно важную область 32 в секунду.       Оглядевшись, она поняла, что осталась одна. Тринадцать уродливых карликов убегали в сторону леса. Правда, к ней из ворот замка шла высокая фигура.       — Белсникель убит, получено 2780 опыта.       В этот момент боковым зрением она заметила, что Бортан засветился внутренним светом. Явление, знаменующее переход питомца на следующий уровень. Видимо, на радостях пес разжал челюсти и завилял хвостом. Чем не преминул воспользоваться кот, устремившись вслед за карликами.       «Да и черт с ними,» — про себя произнесла девушка. А вслух вслед удаляющимся монстрам прокричала:       — Куда же вы, а как же управа на непослушных детей?       В это же время к ней с мечом наперевес приближался её старый рогатый знакомый. Он шел, широко шагая, а мечом в его руках был огромный двуручник.       Не произнеся ни слова, монстр размахнулся, и клинок просвистел в том месте, где всего мгновение назад была его противница.       — Крампи, чего ты так сразу? Ни здрасте, ни как жизнь, ни как твоя попа, Минагиса?       Сразу стало понятно, что как боец Крампус был классом выше, чем остальные приспешники Санты. Рост и длина клинка давали ему преимущество в битве на мечах.       Девушка в основном уворачивалась, иногда мечи скрещивались, высекая сноп искр. Обманный финт, и меч Крампуса врезается в латный доспех девушки в районе правой груди.       — Вам нанесен урон 56.       Ярость затмевает взор мечницы, и из её ладони вырывается направленный в лицо монстра поток пламени. Пытаясь защититься, её противник вскидывает руки к голове, и в это время прямой колющий выпад девушки достигает своей цели. Полуторный меч девушки по самую рукоять входит в живот рогатого.       — Вы нанесли персонажу Крампус критическое повреждение 780, урон от кровотечения 132 в секунду.       Ещё некоторое время рогатый смотрит неверяще то на свой живот, то на девушку, а потом падает на бок.       — Персонаж Крампус убит. Вы получили 5800 опыта.       — Упс, — только и смогла произнести зеленоглазая.       Неудобно как-то вышло. Если честно, убивать Крампуса не входило в её планы, она хотела захватить его живым, но в пылу схватки много чего идет не по плану.       С сожалением и какой-то жалостью Минагиса вынула меч из тела монстра и только сейчас заметила, что старик в красном полушубке стоит в каких-то двух шагах от неё. Подойдя к поверженному Крампусу, он нежно погладил рога монстра, а дальше произошло чудо. В одно мгновение снег под рогатым растаял, выросли трава и полевые цветы и тут же завяли, а тело мертвеца выгнулось дугой, а потом встало на ноги, все ещё не открывая глаза, рана животе зажила. Наконец открыв глаза, Крампус не удержался и упал на колени.       Минагиса же пристально смотрела на старика. Умение высшего воскрешения, доступное только архимагам и богам, да в квесте не зря было сказано про бога.       — Господин, — подал голос пришедший в себя рогатый.       — Иди в сторону замка, этот противник тебе не по зубам, — ответил ему старик, и в его голосе звучала сталь.       Несмотря на эту перемену в голосе, добродушный с виду пухлый старичок с красным от мороза носом не казался большой угрозой. Минагиса попала в ту же ловушку, что и её противники, которые видели в ней хрупкую девушку. Потому, даже когда вокруг старика завертелись снег и острые льдинки, девушка не отступила ни на шаг.       Когда же снежная завеса окутала его, и из неё выступил бородатый гигант под три метра ростом, было уже поздно.       Обе руки его вмиг сомкнулись на её шее и оторвали девушку от земли. Меч выпал из руки.       — Да как ты смеешь мешать мне, букашка? — гремел над долиной голос уже не старика, а могучего мужчины с огромной, до пояса, черной бородой. Полушубок, который распахнулся на груди, не скрывал рельефную мускулатуру. От гиганта исходил острый запах крови, поскольку, как заметила Минагиса, тот самый красный цвет его одежде придавала кровь, густо заляпавшая её.       — Вы не только забыли своего бога, перестали мне поклоняться, но и пытаетесь лишить меня единственного шанса выжить? Той малой дани, которую я собираю с вас. Забыли, по чьей милости встает солнце, день становится длинней, а морозы отступают?       «Какие же холодные у него пальцы,» — думала Минагиса, задыхаясь в ледянящих объятьях гиганта. Как же холодно. Той малой дани… Силы покидали её, казалось, холод пробирает её до костей. И только одни слова вспыхивали в сознании. Той малой дани… той малой дани… той малой дани… той малой дани.       Мерзкий старик, чтоб продлить свою жалкую жизнь, обрывает жизни детей или мучает их.       Не без удовольствия девушка отметила, что волны ярости опять стали разливаться по её телу, прогоняя волны холода. Чернобородый, почувствовав неладное, ещё сильнее сдавил её горло одной кистью, а другой рукой прижал к себе с невероятной силой. Кости воительницы затрещали, а тело окутал ещё больший холод, исходивший от гиганта. <tab- Ну что ж, время погреться, — подумала она. И активировала умение «аура огня» - простейшее умение защитного типа для мага-элементалиста. Вот только, к несчастью для гиганта, на таком расстоянии и для него оно было скорее атакующим умением.       Мимолётный взгляд вверх, и девушка отметила, что её бар жизни просел в холодных объятьях на треть, а вот маны был полон. Она активировала заклинание «стена огня» прям под гигантом, а потом ещё раз и ещё.       Чернобородый взревел, оказавшись в огненной ловушке, самой же магичке в силу классового иммунитета и прокачанной тренировками устойчивости огонь не причинял почти никакого вреда. Объятья стали ещё крепче, кости захрустели ещё сильнее. Но Минагиса была персонажем с показателем выносливости 193. Так просто её было не раздавить. Девушка напрягла мышцы, и ей удалось высвободить руку, и тут же из раскрытой кисти, которую она прижала к лицу бога, ударил поток голубого пламени.       Гигант попал в собственную ловушку, разжать хватку он не мог, так как это значило дать возможность противнице схватить меч. Но и в нынешней ситуации урон получал в основном он. Поэтому он ещё сильнее сжал горло девушки, надеясь прикончить её раньше, чем она его.       — Дело плохо, — подумала она. Мана убывала, а значительного урона ей нанести богу не удалось. Через 8 секунд кончался срок действия первой стене огня, а потом и других. Оставалось только одно. В её инвентаре лежал лично выкованный и улучшенный ею меч — «Восход». Оружия класса «легендарное». Проблема была в том, что она не любила его использовать. В обмен на колоссальный урон по противникам он с огромной скоростью жрал ману хозяина, а когда она заканчивалась, переключался на жизнь.       Тем не менее, девушка достала из инвентаря длинный, изогнутый, похожий на катану меч и, держа его за лезвие над головой, вонзила чернобородому гиганту где-то в область ключицы и продвинула так, что клинок вышел из спины.       Жутко закричав, гигант разжал хватку и отбросил девушку метра на четыре от себя, а затем завертелся на месте, схватившись за рукоятку и силясь вырвать меч из своего тела. На это у него ушло секунд десять. Наконец добившись желаемого, он отбросил проклятое оружие, развернулся в сторону замка и побежал, спотыкаясь, истекая кровью и попутно уменьшаясь в размере.       Минагиса же отряхнулась, откашлялась, подобрала оба своих меча, один тут же поместила в инвентарь, а другой в ножны и только потом заметила мерцание, которое начало появляться над замком. Поняв, что это значит, она стремглав бросилась вдогонку за стариком и догнала бы, если бы не Крампус, который кинулся ей под ноги.       Распластавшись на снегу она наблюдала, как её недавний противник забежал в ворота замка, а сам замок окутался пеленой защитного поля.       Грязно ругаясь на диалекте дроу эльфийского языка, она поднялась на ноги. При этом Крампус держал её за правую лодыжку.       — Твоя верность хозяину похвальна, Крампи. И отпусти мою ногу, я разрешаю хватать себя за ноги только самым близким друзьям.       Монстр, поняв, что его хозяин в уже в безопасности, отпустил ногу девушки.       — Я буду защищать своего хозяина до конца.       — И со мной, если что, опять биться будешь?       — Да.       — Мне как-то тебя убивать не хочется.Пусть твою судьбу решает случай.       И схватив его за копыта, так же как и он ей за лодыжки, она стала крутиться на месте на манер метателей молота, раскручива Крампуса, а затем отпустила. Рогатый подручный Санты, крича и дико вращая глазами, полетел в сторону моря, перелетел через обрыв и плюхнулся в воду.       — Говорят, ты так же иногда с детьми поступал, — тихо произнесла она, наблюдая за полетом своего недавнего врага.       Уже около пяти минут Минагиса поливала защитное поле над замком потоками огня. Теоретически, если нанести достаточный урон, поле не выдержит. Вот только способна ли она нанести таковой? Скорее всего нет, но она знала, кто может. Ей так не хотелось тратить этот свой козырь, но и отступать на полпути тоже желания не было.       Когда-то Филистер рассказал ей про одну из книг своего мира о воине, который в разных воплощениях сражался в бесконечной войне хаоса и порядка.*       Тогда Минагиса, помнится, ответила полуэльфу, что порядок и хаос это одно и то же. Настоящие противоположности это жизнь и смерть. Но цитату из стиха, который он продекламировал, запомнила.       Её-то она и использовала как условную фразу для вызова при заключении договора с поверженным рейд боссом.       Одной из фишек мира «Средоточия» была возможность заключения договора с поверженным рейд боссом в обмен на его жизнь. Игрок отказывался от убийства рейд босса, опыта и лута в обмен на возможность единожды вызвать могущественного союзника.       О, древних вод морская гладь,        Ты нас взрастила, словно мать,        Родившись в предначальной мгле,        Последней будешь на Земле.       О, моря князь, отец отцов,        Явись на зов, явись на зов!        Соль — кровь твоя, и эта соль —        Как соль в крови людской.*       Нараспев продекламировала она кодовую фразу.       — О великий морской дракон Эрия, уничтожь защиту этой обители, — прокричала Минагиса возникшему в море за замком огромному зеленоватому морскому змею.       Что тот и не замедлил совершить, обрушив потоки воды из своей пасти на защитное поле, а затем три раза ударив в него своим огромным телом. После третьего раза оно замерцало и померкло.       — Ты выполнил свою часть договора, и теперь ты свободен, — высокопарно произнесла девушка.       Морской змей некоторое время разглядывал девушку, как бы раздумывая, если он теперь свободен от договора, а не схарчить ли бывшую нанимательницу? Девушка же как бы невзначай достала из инвентаря свой знаменитый меч и стала им ковырять снег у своих ног.       Наконец, взвесив все за и против, морской дракон погрузился обратно в пучину. Минагиса же на прощанье показала ему язык и несколько неприличных жестов, которым научилась во время пребывания в гостях у дроу.       А затем лёгкой походкой вошла в ворота замка.       Проходя мимо клетки с детьми, она разрубила замок заодно с частью двери и проследовала дальше.       Санта Клауса она нашла лежащим на спине на ступенях, ведущих к трону. За троном же, судя по торчащим макушкам и острым ушам, прятались три какие-то мелкие тварюшки, которых она сходу посчитала не опасными.       Старик был жив и в стабильном состоянии.       — «О мать земля, дающая жизнь, обрати свой взор на этого несчастного, исцели его раны, даруй ему силы волею своей десницы, исцеление,» — наложила она заклинание исцеления на старика. Он заохал и открыл глаза.       — Ты победила, дитя, а теперь убей меня.       — Зачем мне тебя убивать?       Она взяла стоявший невдалеке стул, поднесла его ближе к трону и уселась напротив лежавшего старика.       — Не против, если я тут присяду? День тяжелый был.       — Ты надо мной издеваешься дитя?       — Ничуть. Мне и всем остальным от твоей смерти лучше не станет. Кара и воздаяние это твой фетиш, судья. Я верю только в компенсацию ущерба.       — Я только хотел продолжать жить, а теперь мне жить незачем.       — Ах, бедный, бедный бог столкнулся с бессмысленностью бытия и великой пустотой ничто, — закатила глаза девушка и поцокала языком.       — Ты точно издеваешься надо мной.       — Да нет же, просто предлагаю тебе альтернативу, — девушка оперлась подбородком на ручку меча, от чего тот сантиметров на 20 вошел в камень пола. Вспомнив, какой именно из мечей в её руках, она спешно запихнула его в инвентарь.       — И что ты предлагаешь?       — Ты ведь тот самый скрытый бог людей?       — Как ты догадалась?       — Это очевидно. Только ты вовсе не бог смерти и возрождения, пока что ты был только богом смерти. Я предлагаю тебе стать богом возрождения.       — Всё не так просто, дитя. Что бы ты ни задумала, для этого мне нужна энергия.       — Во время нашей последней битвы ты явно не испытывал недостатка в энергии.       — Кое-какие недавно открывшиеся обстоятельства показали мне, что я всю свою жизнь неправильно получал энергию от детей.       — Больно ты витиевато излагаешь. Можно проще?       — Могу ли я вместо господина нашего Клауса рассказать поподробнее? — встряло в их разговор одно из трех существ, которые опасливо вышли из укрытия за троном.       — Можешь, но кто вы такие? Белокожие гоблины?       — Мы эльфы! — горделиво выпятив грудь, ответило существо.       От громогласного хохота Минагисы три «эльфа» опять юркнули за трон.       — А я тогда тролль, ха ха ха… — повторяла, вытирая выступившие слёзы, мечница.       — Простите меня, эльфы, продолжите, пожалуйста свой рассказ, — наконец отсмеявшись произнесла она.       К тому времени поняв, что странная вторженка в целом не опасна, трое «эльфов» опять выбрались из своего укрытия.       А существо в подробностях поведало ей о том, какие методы в последнее время применял Крампус при наказании пленных детей.       Не смотря на то, что в рассказе не было ничего веселого, Минагиса время от времени прыскала от смеха и пыталась прикрыть улыбку рукой. К концу рассказа лицо девушки стало больше мечтательным, чем улыбчивым.       — Знаю одну особу, которая не отказалась бы попробовать подобное, — вздохнув, произнесла она. — А вообще я не большая поклонница имбиря, это скорее слабость Паутинки.       — Что? — недоуменно ответила ей эльфийка. Минагиса немного даже покраснела.       — Забудьте то, что я вам сейчас сказала, — смущенно почесывая в затылке произнесла она и улыбнулась.       — Вот и выход из тупика, старик, — обратилась она к Санта Клаусу, к тому времени уже вставшему и перебравшемуся на трон.       — Возможно и так. Но что ты хочешь?       — Давай заключим договор, гласящий, что ты исполнишь, что я скажу.       — Будь по твоему, Минагиса Грейводц. Клянусь, что исполню, что ты скажешь.       Мир застыл на мгновение, потерял четкость, очертания предметов и стен центральной залы замка стали расплываться.       ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ, ОШИБКА СИСТЕМЫ.       Затем мир опять обрел четкость.       — Вы заключили контракт с ИИ 01. Произошел временный сбой системы, идёт поиск путей устранения ошибки. Квест «Обуздание кровавого бога» находится в процессе редактирования, — раздался голос в голове девушки.       — Ой, а не пошли бы вы в жопу?! Это что ж получается, я квест не выполнила?       — С кем вы разговариваете, что с нашим господином? — поинтересовался у неё один из эльфов.       -Старик спит, а если б я знала с кем я разговариваю, мне бы легче жилось, — ответила мечница.       Выбравшиеся к тому времени из клетки дети свободно разбрелись по замку. Самое примечательное, то обстоятельство, что они все были с голыми задницами, их не смущало.       Минагиса же занялась своей любимой частью любого квеста — сбором лута. Запихав в безразмерную корзину, раньше принадлежавшую Крампусу, гобелены, подсвечники, кое-что из оружия, развешанного на стенах, она добралась до стола, на котором лежали приспособления для наказаний.       Ошарашенные такой наглостью эльфы наблюдали за этим действом с выпученными глазами.       — О, имбирь, приготовлю из него имбирный напиток, — мурлыкала себе под нос довольная жизнью девушка.       — Я бы на вашем месте отказалась от подобных планов, — ответил ей один из эльфов с явно острым слухом.       — А чего так? И почему ты говоришь о себе в женском лице?       — Я женщина, эльфийка! А эти штуки побывали там, ну, в той дырочке, которая между ягодиц, — одновременно краснея и сжимая кулаки от гнева ответила ей «эльфийка».       — Да ладно? Они ж даже не очищены.       — А что, их надо было очищать?       — А Крампус их не чищенными засовывал? Какой ценный кадр для жрецов- экзекуторов Аши пропал, — поцокала языком девушка, продолжая складывать орудия наказания в корзинку.       Когда очередь дошла до клизмы, её отвлек окрик со стороны.       К ней приближалась девушка примерно её возраста.       — Это злая вещь, её надо уничтожить.       — А чего сразу уничтожить? Им и так тяжело в жизни. Что хорошего в том, чтоб на белокожих гоблинов быть похожими. А ты — уничтожить.       Где-то сбоку послышались злые звуки, похожие на скрежет зубов.       — Я о том, что вы держите в руке, госпожа.       — Какая я тебе госпожа? И вообще вот держи, надень, — протянула она девушке старую льняную юбку для низких уровней, завалявшуюся в инвентаре.       — А почему её надо уничтожить?       Девушка внезапно густо покраснела и отвела глаза.       — Не важно, просто надо это сжечь или ещё что сделать. Подобной вещи в нашем мире не место. Отдайте её мне.       Где-то сбоку скрежет зубов сменился хихиканьем.       Этот бурдюк казался Минагисе странно знакомым. Внезапно её осенило. Она потрясла бурдюк и отметила, что там все ещё довольно много жидкости. А форма носика идеально подходила для того, о чем она подумала.       — Ах ты хитрюга. Это бурдюк для хранения крепких спиртных напитков. Носик идеально подходит, чтоб наливать маленькие порции. Решила одна все выпить и не с кем не делится? А вот фиг тебе, сама всё выпью, — и она потянула бурдюк ко рту.       Девушка перед ней покраснела ещё сильнее и упала в обморок.       — Чего ты так реагируешь? Да пошутила я! Поделюсь я с тобой!       Кинулась приводить в чувство впечатлительную собеседницу воительница.       Где-то сбоку раздался звук, как будто раскрытая ладонь ударяется об лоб.       — Вообще-то этот бурдюк — та самая клизма о которой вам говорили, — произнесла «эльфийка».       Тут уж черед краснеть пришел у Минагисы.