Заложница моей души

Самой волнующей частью подготовки к любому празднику была покупка подарков для родных. В этом вопросе Клэри никогда не скупилась, брала для своих все самое лучшее. Но теперь она была не одна. Алек, оказывается, уже много лет не дарил и не получал подарков на Новый год. Парень объяснил это тем, что уже давно вырос из всего этого. Клэри невольно покачала головой и взялась спасать положение. С самого утра тридцатого декабря они обошли большую часть магазинов Аликанте. Алек чуть с ума не сошел: он никогда столько времени не проводил за шоппингом, даже за всю свою жизнь в целом. Но наградой за убитое время стал полный пакет всевозможных подарков и памятных вещей. Решив не маяться, ребята купили всем по подарку от двоих. Они же семья, как никак. События трехдневной давности сильно повлияли на Алека и Клэри. Они не могли сказать, сколько времени тогда простояли в объятиях друг друга, плача в голос. Ребята выпустили из души все, что волновало их в последнее время, все переживания, мысли, эмоции. И каждый по своему был впечатлён тем, что доверился второму, хотя, по сути, они толком друг друга и не знают. Клэри, оставив Алека около зоны отдыха с тремя пакетами, сбегала в магазин, где присмотрела подарок для своего супруга. Ей хотелось сделать ему что-нибудь приятное в благодарность за то, что был с ней в тяжёлый момент её жизни. Да и просто подарить подарок человеку, с которым живёшь третий месяц, тоже не будет лишним. Получив относительную свободу от Клэри, Алек быстрым шагом пошел в ювелирный. Он не знал, чем увлекается его жена, и в некоторой степени чувствовал за это вину. Не определившись с каким-то особенным подарком, парень решил купить что-нибудь из украшений. Он едва успел к тому месту, где его оставила Клэри, пришел за минуту до ее прихода и быстро спрятал бархатную коробочку во внутренний карман куртки. Рыжая шла, вороша рукой в пакете, в котором нельзя было рассмотреть, что она купила, и это только подстегнуло любопытство Алека. Он был бы дураком, если бы не понял, что Клэри пошла покупать ему подарок. Весь оставшийся день и вечер они занимались тем, что, наведя полнейший беспорядок в гостиной, упаковывали подарки в подарочную бумагу. Ребята разговаривали, смеялись, помогали друг другу, и это были поистине волшебные моменты, особенно в преддверии Нового года. Алек разбудил Клэри рано утром, когда на улице ещё было темно. Девушка вставать определенно не хотела, но стоило ей услышать про то, что они через несколько часов отправляются в Нью-Йорк, подскочила, как ужаленная. Естественно, через несколько часов собраться не получилось. Клэри бродила по дому, судорожно соображая, что она забыла, в то время как Алек уже в парадных брюках и тёмно-синей рубашке лежал на диване, скрестив руки и уставившись в потолок. Ему уже несколько раз звонила Имоджен, которой не очень нравилось удерживать приглашенного для открытия портала мага почти силой, и брюнет хоть и был не в духе, но старался этого не показывать. Клэри и так на нервах, а если ещё он будет на мозги капать, они точно отсюда не уйдут. — Кажется, всё взяла, — оглядывая придирчивым взглядом два чемодана, произнесла девушка, и Алека с дивана как ветром сдуло. — Наконец-то, — пробурчал он, надевая куртку. Рыжая накинула полушубок и, взяв на руки Чудика, вышла из дома. Алек с чемоданами двинулся за ней.

***

— Ты помнишь хоть раз, чтобы мы отмечали Новый год? — скептически изогнув контурную черную бровь, спросила Изабель. — Если честно, то нет, — отозвался Джейс, наблюдая за тем, как Джослин Моргенштерн развешивает мишуру вдоль книжной полки в библиотеке. Они бы так и не заметили даже, что наступил Новый год, если бы не Моргенштерны. Валентин и Джослин привыкли каждый год устраивать праздник для своих детей, пусть и уже подросших, но всё-таки детей. Они покупали им подарки, позволяя Джонатану и Клэри на мгновение почувствовать себя маленькими. Джослин потребовалось всего несколько часов уговоров, чтобы Лайтвуды согласились провести подобие праздника в Институте. Охотники, которые уже отвыкли от праздников, сначала сторонились дизайнерских амбиций Моргенштернов, которые тут же принялись украшать здание, но вскоре прониклись общей идеей и присоединились. Только Джейс и Изабель находились в стороне от всего этого переполоха, не совсем понимая, к чему праздники тем, кто рожден воевать. Изабель и Джонатан становились все ближе друг другу. Они вместе ходили на миссии, вместе тренировались. Она стала его проводником в новой жизни, а он — её голубоглазым счастьем. Иззи не помнила уже, когда ей так сильно нравился один и тот же парень. Джонатан казался девушке идеалом: высокий, светловолосый, голубоглазый, весёлый и с характером. Да и парень открыто симпатизировал единственной дочери Лайтвудов. Из раздумий Джейса вывел заклубившийся в центре общего зала, где они сейчас все находились, портал. Валентин и Роберт выступили вперёд, кто знает, что за нежданный гость пожаловал? Мариза тут же оказалась рядом с дочерью и приемным сыном, которые и так были напряжены. Джослин взяла под руку Джонатана, который тут же нахмурился. Остальные охотники с неменьшим подозрением смотрели на открывающийся портал. В середину зала вылетели два чемодана. Джослин, узнав в них багаж дочери, невольно охнула. А когда из портала вышел улыбающийся Алек, Джейс не сдержался. — Твою мать, — пролепетал он, глядя на парабатая. Только тому, кто всем сердцем скучал по Алеку, было под силу заметить все изменения, произошедшие в парне. Если он уходил в Аликанте с постным выражением лица, похожий на длинную тощую тень, то теперь перед шокированными родственниками стоял совершенно другой человек. Прошло каких-то три месяца, а Алек словно ещё вытянулся, окреп, заулыбался. На черных волосах брюнета ещё не растаял снег, на щеках играл здоровый румянец. Вслед за мужем, принимая его руку в знак поддержки, из портала вышла Клэри. Девушка крепко прижимала к себе щенка таксы, в котором Джейс и Джонатан узнали Чудика. Сама миссис Лайтвуд счастливо улыбалась, сверкая изумрудными глазами. Джонатан не мог не заметить перемен, произошедших с его сестрёнкой. Она больше не боялась. Если в ночь перед свадьбой Клэри плакала брату в плечо и говорила о том, что до смерти боится замужества, то теперь она уверенно держала Лайтвуда под руку и мельком переглядывалась с ним. — Вот это я понимаю подарочек на Новый год, — расплылся в улыбке Валентин и первый подошёл к Лайтвудам. Пожав руку Алеку, он обнял его и похлопал по спине. Лайтвуд несколько опешил от такого проявления родственных чувств, но промолчал. Моргенштерн, схватив Клэри за плечи, окинул её внимательным взглядом с головы до ног, а после обнял так крепко, что девушка невольно охнула. Джейс подскочил к Алеку и заключил парабатая в стальные объятия. Лайтвуд усмехнулся и обнял блондина в ответ. — Я тут чуть не сдох без тебя, — пробурчал Джейс в плечо брату. — И я по тебе скучал, — улыбаясь, ответил Алек. После объятий с родственниками юные Лайтвуды, чуть не подравшись за чемоданы, разошлись по своим комнатам. Спальня Клэри была предоставлена ей еще несколько месяцев назад, когда она впервые прибыла в Институт. А Алек, войдя в свою комнату, долго не мог прийти в себя. Он уже отвык от сухого и строгого убранства спальней Института. В его комнате в Аликанте всё было по-другому. Так, как хотел он. Парень не мог долго находиться в одиночестве. Он сам удивлялся тому, как быстро привык к тому, что рядом, под боком, постоянно кто-то есть. И этот кто-то сейчас тоже не выдержал и вышел в общий зал. Встретившись нос к носу, Алек и Клэри невольно улыбнулись друг другу. Оба были счастливы тому, что находятся среди родных людей, и просто рады быть там, где их ждут. Они больше не одни. Клэри готова была петь, так сильно она была рада тому, что наконец увиделась со своей семьей. Джонатан вообще с неё глаз не сводил, а мама постоянно обнимала и говорила теплые слова. Как бы там ни было, для них она еще ребенок, которого просто оторвали от дома и выдали замуж. Атмосфера приближающегося праздника только повышала настроение ребят. Джейс вообще от радости едва с ума не сходил. Бегал, как заведенный, по Институту, то и дело подскакивал к Алеку, заговаривал с ним на любую тему и был просто счастлив тому, что парабатай смотрит на него. Восторженность Джейса передалась и Алеку, которого и без того переполняло ощущение счастья. Он был дома, в родных стенах, среди родных людей. Приближался светлый праздник, и в этот миг он будет рядом со своей семьей и друзьями. За полчаса до полуночи главы Института поздравили всех охотников в общем зале, а затем все разошлись по своим компаниям. Семьи Лайтвуд и Моргенштерн заняли библиотеку, где был накрыт большой стол и все вокруг буквально кричало о наступающем празднике. Вспомнив о том, что подарки у них с Клэри общие, Алек зашел в комнату к девушке. Та ответила не сразу, но после короткого, но напряженного «Да» парень вошел в комнату. Клэри крутилась перед зеркалом и пыталась застегнуть на спине короткое оранжевое платье. Алек на долю секунды оторопел. Он и не подозревал, что Клэри может быть так… красива? Цвет платья определенно шел к её огненным локонам, которые сейчас струились по плечам. Свадебный кулон в форме золотой капли расположился в ямке между ключицами, подчеркивая утонченность шеи девушки. — Помоги, пожалуйста, — произнесла Клэри, поймав взгляд Алека в зеркале. Парень отмер, кивнул и застегнул платье. Взяв пакет с подарками, Лайтвуды направились в библиотеку, где ждали только их. Как в замедленной съемке Джейс смотрел, как в библиотеку заходит его парабатай со своей супругой. Улыбаясь и что-то говоря Клэри, Алек пропустил её вперед, придержав дверь. Девушка, не сводя глаз с говорящего Лайтвуда, рассмеялась и, сжимая в руках большой белый пакет, прошла к столу, Алек шел за ней, засунув руку в карман брюк. Не сговариваясь, ребята сели рядом. Клэри, сидя по левую руку от Алека, приобняла Джонатана, который сидел рядом с ней с другой стороны. Джейс занял свободное место рядом с парабатаем, а справа от блондина расположилась его девушка, Ролана. Алек уже успел познакомиться с брюнеткой и понял, что у них с Джейсом все очень даже серьезно. Так, как на неё, парень не смотрел ни на одну из своих предыдущих пассий. Стол с двух сторон возглавляли отцы семейств, Роберт и Валентин. Когда все расселись, мужчины поднялись со своих мест, призывая гомонящих родственников к тишине. Чтобы посмотреть на отца, Клэри пришлось выглянуть из-за Алека, который, в свою очередь, смотрел в другую сторону, на своего отца. Ребята усмехнулись такому положению дел и обратили свое внимание к мужчинам. — Честно, я немного в шоке, — начал Роберт, поправляя воротник рубашки. — Никогда еще мы не собирались таким составом. — Но это будет первый и точно не последний наш семейный праздник, — продолжил Валентин, украдкой подмигнув дочери. — Я рад тому, что все мои родные люди сейчас здесь, моя жена, мой сын и моя дочь. Конечно, не могу не упомянуть и о прибавлении в наших рядах. Дорогой зять, — Моргенштерн приподнял бокал, обращаясь к Алеку, — и вся его большая семья. — Будем надеяться, что этот год принесет нам еще больше приятных новостей и событий, — подхватил Роберт, — и мы еще много раз будем собираться здесь в этот светлый праздник. С Новым годом, мои дорогие! — С Новым годом! — загомонили все присутствующие под бой настенных часов. Все поднялись, начали чокаться бокалами, наперебой поздравлять друг друга. Когда утихла первая волна поздравлений, поднялась вторая. Каждый, кто хотел, говорил теплые слова. Во время очередной паузы, когда все увлеченно ели в ожидании очередного оратора, со своего места поднялся Алек. — От имени нашей молодой семьи хочу поздравить всех присутствующих с Новым годом, пожелать всем безграничного счастья и здоровья, которое для нас, охотников, никогда не будет лишним, — Лайтвуд подал руку Клэри, и девушка, придерживая подол платья, взяла во вторую руку пакет. — Мы к вам не с пустыми руками. Поднялось дружное «о-о-о», и Лайтвуды, рассредоточившись по периметру стола, начали дарить подарки. Родителям пара подарила по большому фотоальбому, клятвенно пообещав сделать фото для них. Чтобы не терять времени даром в ожидании своей очереди, Джейс забрался на стул в углу библиотеки и, привлекая общее внимание, сделал пару селфи на свой телефон. А когда Алек подошел к парабатаю, протягивая тому подарочную коробку, у блондина зашлось сердце. Они с Лайтвудом редко дарили друг другу подарки, точнее, никогда. Поэтому сейчас, тут же разорвав упаковку, Джейс выудил на свет блестящий кинжал с именной гравировкой и замер, восхищенно изучая глазами сталь. Паршивец, Алек знал, что свой старый кинжал Эрондейл потерял на охоте еще полгода назад. — Спасибо, — заключая брата в объятия, прошептал Джейс. — Клэри, спасибо! Рыжая обернулась и тепло улыбнулась парню. Клэри, застенчиво улыбаясь, протянула Джонатану подарочный сверток. Парень знал, что его сестренка всегда дарит нужные вещи, которые надолго запоминаются и постоянно создают ощущение её присутствия. В этот раз такой вещью оказался плетеный браслет с первыми буквами их имен, «J&С». Блондин обнял сестру, благодаря за подарок. После подарков все принялись за еду. Шампанское лилось рекой, еда уходила так быстро, что Мариза и Джослин едва успевали приносить новые блюда с кухни. Праздник оживил обычно серые стены Института, как оживил и людей, зацикленных на своей работе, позволяя всем немного расслабиться.

***

Алек, желая немного освежить голову, поднялся по лестнице на второй этаж библиотеки и вышел на балкон. Над ночным Нью-Йорком еще мерцали салюты, по улицам гомонили люди, поздравляя друг друга и всех вокруг с праздником. Лайтвуд, чуть разбавив мозг алкоголем, был почти на вершине счастья. Он был так расслаблен, что не сразу заметил, как на балкон, чуть ежась, вышла Клэри. Девушка почувствовала что-то неладное, а когда не нашла в библиотеке Алека, тут же пошла его искать. Увидев его длинную фигуру через стеклянные двери балкона, она вышла туда. Клэри уже давно искала повод, чтобы остаться с Лайтвудом наедине и подарить ему новогодний подарок. Парень стоял к ней спиной, отведя плечи назад и засунув руки в передние карманы брюк. Темно-синяя рубашка плотно облегала стройную фигуру Алека, выгодно обтягивая широкие плечи и мускулистые руки. Тонкая ткань брюк позволяла оценить вид сзади. Черные волосы парня, и без того вечно бывшие в беспорядке, трепал прохладный ветер. Внимание Клэри привлекло что-то, блеснувшее в свете салютов на руке Алека. Широкий золотой свадебный браслет вплотную облегал запястье правой руки Лайтвуда. Вспомнив о своем нынешнем подарке, Клэри отвлеклась от созерцания фигуры супруга и подошла ближе. — Я тебя потеряла, — тихо произнесла она, теребя в руках коробочку с подарком. — Меня довольно трудно потерять, — с легкой улыбкой отозвался Алек, не отрывая взгляда от ночного города. — Ну как тебе праздник? — Замечательно, — не смогла не улыбнуться Клэри. — Я так по всем соскучилась. — Я тоже. Слушай, — вдруг резко повернулся Алек, — у меня для тебя кое-что есть. С этими словами он полез в карман брюк. — Я подумал, что лучше будет подарить это наедине, не при всех, — пожал плечами парень, открывая бархатную коробочку. — Мы с тобой через многое прошли за эти три месяца, что женаты. Ты многое делаешь для меня и для того, чтобы мы выглядели настоящей семьей. Спасибо тебе за это, — смотря в изумрудные глаза своей жены, произнес Алек. — А теперь давай руку. Клэри не знала, что делать. Слова Лайтвуда, вроде бы и не такие нежные, чтобы от них сердце замирало, что-то затронули в душе девушки. Она протянула Алеку свою чуть дрожащую руку, и парень ловко застегнул на тонком запястье Клэри тонкий золотой браслет. — А то нечестно получается, — улыбался Алек, — у меня есть браслет, а у тебя нет. А миссис Лайтвуд, глупо улыбаясь, не могла оторвать взгляд от голубых глаз своего супруга. Кто бы мог подумать, что он красив, как чёрт? Говорил ли это в девушке выпитый алкоголь, или просто на неё после трех месяцев жизни с этим парнем снизошло озарение, но Алек казался сейчас просто невозможно красивым. — У меня тоже есть для тебя подарок, — найдя в себе силы отвести взгляд от лица супруга, произнесла Клэри. — Я тоже хотела поблагодарить тебя за всё, что ты для меня делаешь. Ты успокаивал меня, когда мы только переехали, поддерживал во время травли, потом вовсе сам с ней разобрался. Ты помогал мне советами во время отношений со Стефаном, а потом и вовсе… Ну, ты помнишь, какой концерт мы с тобой устроили несколько дней назад. Я привыкла к тебе, Алек, и хочу, чтобы напоминание обо мне всегда было с тобой. Пока девушка открывала коробку, Лайтвуд не смог удержаться от подкола. — То есть брачных рун и золотого браслета во все запястье тебе мало? — хохотнул он, но когда Клэри замерла напротив, держа в руках дорогие массивные наручные часы, сразу же заткнулся. — Давай лапу, — улыбнулась Клэри и, взяв левую, свободную от браслета руку Алека, осторожно застегнула на ней часы. — Ну как? Лайтвуд был в шоке. Просто стоял, смотрел то на часы на своей руке, то на супругу. За какие заслуги? Ему же теперь за всю жизнь не отплатить ей… — Иди ко мне, рыжик, — улыбаясь, Алек мягко привлек к себе Клэри, обнимая. — Спасибо. Я теперь домой буду минута в минуту приходить. Девушка стояла, обнимая своего мужа, и чувствовала бесконечное тепло, исходящее от его тела. Она уже не стучала зубами от холода, всем телом прижимаясь к Алеку. Ей просто хотелось, чтобы эти объятия никогда не кончались. Клэри нравилось обниматься с брюнетом. Сразу чувствовалось, что он здесь — мужчина, а она — маленькая девочка. Мысли о том, что Алек не совсем мужчина, мигали красным шрифтом в голове, но Клэри не хотелось об этом думать. Ей сейчас было на удивление хорошо с этим парнем, она сама не понимала, почему. Алек замер, положив подбородок на голову прижимающейся к нему Клэри, и, задумчиво улыбаясь, смотрел на город. Парень словно забыл о том, что там, внизу, их родственники и друзья отмечают Новый год, что они, по идее, тоже должны быть там. Но у молодых супругов был свой маленький праздник: они стали еще на шаг ближе друг к другу. И пусть каждый из них воспринимал неожиданное тепло в душе за проявление дружеских чувств, в глубине души у каждого зародилась сотая доля сомнения: а дружеских ли? Но оба, словно сговорившись, отмели эту мысль. Это просто невозможно.