Боль забытой любви

      «Вот и зачем я это все сказал? Начиная с того, что не испытываю к нему ничего. И потом, что не полюблю его. Последнее было лишним совсем. Ещё и разревелся», - вяло ковыряя вилкой свой ужин, Сиэль посмотрел на демона, который стоял чуть поодаль от стола.       - Вам не нравится, господин? – спросил слуга, поймав его взгляд.       - Нравится, - парень отвёл глаза, уставившись в тарелку, и отправил в рот очередной кусок, поняв, что вообще не ощущает вкуса, и с тем же успехом мог бы пожевать подошву от ботинка.       Со дня их возвращения домой прошла неделя. С тех пор Фантомхайв не прекращая думал о случившемся в поезде, немного отвлекаясь лишь во время работы. Дел на фабрике было много, но слишком сложными для Сиэля они не являлись: выбор поставщиков, переговоры с ними и владельцами магазинов, заключение договоров.       Решение же вопроса, касающегося Чембера и похитителей требовало творческого подхода, на который парень сейчас способен не был. В точности также все обстояло и с расследованием основного дела. Он просто не мог на этом сосредоточиться, все время мысленно возвращаясь к совершенной им оплошности.       «Я показал ему то, чего он не должен был увидеть никогда. Мою слабость. Я не хочу любить его. Я не должен его любить. Я не люблю его. Нет. Это точно. Совсем не люблю. Он нравится мне. Меня возбуждает, когда он прикасается ко мне. Но не более того. Как же ловко он задел меня, когда спросил, зачем я пытаюсь доставить удовольствие тому, кто мне безразличен», - Сиэль снова перевёл взгляд на Себастьяна, представляя, как целует его жаркие губы, шею, скользит руками по беломраморной, словно бархатной, обнаженной коже. Он хотел бы увидеть, каким станет лицо демона в момент достижения пика наслаждения.       «Он ласкал меня, после того как сказал это, потому что у него ко мне есть какие-то чувства? Или к нему это не относится, потому что он демон?», - Себастьян, которого явно тогда шокировало признание его хозяина, тоже был задумчивым все эти дни.       Он идеально исполнял обязанности дворецкого, так что и придраться было не к чему. Но в остальном… Сиэль сказал бы, что демон стал крайне холоден с ним.       Слуга больше не раздевал, не одевал и не мыл его, если парень сам его об этом не просил. Со стороны Себастьяна вообще не было никаких намёков на то, что между ними когда-то было хоть что-то и попыток обсудить сказанное Сиэлем тоже не было.       Фантомхайва огорчали такие перемены в поведении демона, но начать разговор на эту тему сам он не решался, потому что боялся ответа, который может получить: «К чему обманывать себя? Ему не нужна моя любовь. Которой нет. Или все же… Нет, этого не может быть. И он не может любить меня, если вообще способен на это. Такие чувства ко мне с его стороны невозможны. Хотя бы потому, что он собирается поглотить мою душу».       - Я не голоден, - Сиэль вышел из-за стола и направился к себе, услышав тихий вздох Себастьяна за спиной. …       Шум, крики и выстрелы снаружи заставили Фантомхайва проснуться глубокой ночью. Он встал с кровати, подошёл к окну и открыл одну створку, пытаясь рассмотреть хоть что-то в темноте.       - Что происходит, Себастьян?! – так ничего и не поняв, крикнул он.       - Уберитесь от окна сейчас же! – рявкнул на него демон, откуда-то снизу.       Сиэль поспешно сел на пол, и в ту же секунду пуля разнесла вдребезги стекла второй оконной створки, вонзившись в стену по касательной.       «На особняк напали?», - это напомнило юноше ночь пожара, разве что огня и дыма не было, очень захотелось убежать и спрятаться.       Боясь подняться, Фантомхайв подполз к двери и потянулся к ручке, чтобы открыть ее, но та начала деформироваться, словно была под воздействием высокой температуры. Расплавленный металл медленно поплыл вниз, заливая замочную скважину и стекая на пол.       «Это чтобы никто не вошёл сюда или чтобы я не вышел?», - дверь внезапно открылась, заставив Сиэля шарахнуться в сторону.       На пороге стоял Себастьян. Кровь капала с его рук, ее брызги покрывали его лицо, гладкие чёрные волосы и одежду.       - Вас не задело, господин? – слуга переступил порог и приблизился к парню.       - Н-Нет, - Фантомхайв поднялся на ноги, стараясь придать своему лицу невозмутимое выражение.       Только сейчас он заметил крупные пятна крови, быстро расцветающие на груди демона, и несколько дырок от пуль в его одежде, - Ты ранен, Себастьян?       Сиэль машинально протянул руку и сделал шаг в сторону демона, но тот отступил назад, не позволив дотронуться до него.       - Меньше чем через час от этих ран не останется и следа. Не обращайте внимания. Простите, что потревожил Ваш сон. На этот раз их было больше, у меня не получилось всё сделать тихо.       - На этот раз? Так это не первое нападение?       - Нет, первое было в ночь нашего возвращения домой, - сурово ответил демон, давая понять, что не испытывает вины за то, что не сообщил о предыдущем покушении.       - Почему я узнаю об этом только сейчас?       - Господин… Я не могу отпускать этих людей живыми. Это наёмники, а не уличная шпана, хорошо обученные и вооруженные. Вы понимали, что рано или поздно что-то подобное должно было произойти, раз указали обеспечение Вашей безопасности одним из условий контракта. Если Вы прикажете мне обратное, то поставите меня перед выбором: сохранять жизнь тем, кто приходит сюда с целью убить Вас, позволяя им разведывать обстановку, выявлять слабые места, надеясь, что Вы успеете совершить свою месть до того, как они придумают способ обойти мою защиту, или на то, что Вы какое-то время помучаетесь перед смертью, если это все же произойдёт, дав мне возможность забрать Вашу душу. Либо сделать последнее прямо сейчас, - демон приблизился к разбитому окну, поднял руку, и рассыпанные по полу осколки вернулись на свои места, собравшись в единое целое.       Затем он подошёл к стене, куда угодила пуля, и ударил кулаком по этому месту, оставив глубокую вмятину, из которой достал застрявший кусочек металла. После чего, «починив» стену тем же способом, что и окно, Себастьян вернулся к Сиэлю, взял за руку и вложил в неё добытый трофей, испачкав при этом его пальцы в крови.       - Я – чудовище, и Вам не следует об этом забывать, господин, - грозная интонация голоса демона совсем не сочеталась с его полными грусти и боли глазами.       - Если думаешь, что я не знал о том, что однажды кто-то придёт убить меня, то ты ошибаешься. Но я не ожидал, что это произойдёт так скоро. Я прекрасно понимаю, что эти люди не должны уйти отсюда живыми, хоть мне и неприятен этот факт, насколько бы плохи они не были. Что ж, - вздохнул Фантомхайв, - Они оказались здесь по своей воле, а значит не оставили мне иного выбора. Учти на будущее, что я предпочитаю быть в курсе происходящих событий, и если ты ещё раз утаишь от меня что-то подобное, я сочту это нарушением контракта с твоей стороны, какими бы мотивами ты при этом не руководствовался.       - Такого больше не повторится, - безучастно ответил Себастьян.       - Я почти уверен, что этих наёмников подослал Чембер, но все же в следующий раз сделай так, чтобы хоть одного из них можно было допросить.       - Как скажете, господин, - слуга уже повернулся было к двери, чтобы уйти.       - И я не считаю тебя чудовищем!       - Хочешь, чтобы я доказал? – прорычал демон, резко развернулся, схватил Сиэля за грудки и швырнул на кровать. Его глаза вспыхнули красным огнём, а зрачки сузились так, что их стало почти невозможно разглядеть.       - Делай, раз решил! – парень приподнялся на локтях, - У тебя есть чувства, эмоции и мораль, что бы ты там не говорил!       Себастьян шумно выдохнул и стремительно вышел из комнаты, хлобыстнув дверью так, что возле косяка осыпалась штукатурка.       Сиэль сел на кровати и завернулся в одеяло: «Это я чудовище. Из-за моей мести… Во имя моего минутного триумфа… Сколько людей умрет? Ведь это уже не вернёт моих родителей. И я это знал. Я все это знал, когда заключал договор. Когда продал мою душу».       - Ты прав, их кровь на моих руках, - тихо прошептал он, разжав окровавленную ладонь, до сих пор сжимавшую предназначавшуюся ему пулю, которая, скатившись по одеялу, звякнула, упав на пол, - А я ведь даже не спросил. Быть может тебе вовсе и не хочется убивать кого-то ради меня.